Я просто хочу сделать всех счастливыми...

Шайн ворвалась к себе в комнату. Закрыла двери за собой и не отвечала на стук. Глотала горькую обиду, терпела обжигающие щеки слёзы. Вдох, выдох. Упала на кровать, смотрела на потолок. Пыталась успокоиться. Перестать плакать. Вспомнить что было и забыть...

***

Шайн вдохнула и выдохнула. Рейх сидел на скамейке спиной к ней и курил. Он её еще не заметил. Осмелевшись, она подошла к скамейке, где сидел фашист: —Grüß dich(1)...Можно присесть? Он вздрогнул от неожиданности и посмотрел на неё немного удивлённо. — Да, конечно. Погоди, ты же Четвёртый Рейх, верно? Прости, вчера встреча прошла не очень гладко... — Ничего. – Шайн улыбнулась –С кем не бывает.. . Он протянул ей руку: — Что же, давай по новой. Третий Рейх, можно просто Рейх. Она пожала руку: — Четвёртый Рейх, можно просто Шайн. Рейх улыбнулся своей зубастой улыбкой: — Шайн? Nun, ja, du kannst sehr plötzlich erscheinen.(2) Шайн не выдержала и рассмеялась. — Так, я слышал, что ты новая страна... – сказал Рейх – тебе лучше не общаться со мной. Будет клеймо нациста или фашистки. — Поверь, с моим видом это можно и без общения с тобой сказать. – Шайн усмехнулась. — Я видел, у тебя вчера была книга... Интересная?

***

Шайн вздохнула. Они обсуждали книги. На удивление, Рейх был очень начитанным, и знал уйму литературы, как и немецкой, так и зарубежной. Он декламировал пару стихов, а Шайн затаив дыхание, слушала.Стихи про войну. Почему она не может держать свой язык за зубами? Зачем она завела эту тему о политике и войне? Слёзы заливают глаза...

***

— Что? Зачем ты убивал их? Из-за внешнего вида? Ты с ума сошёл? – Шайн сорвалась на крик. — Ты просто не понимаешь! Они бы задавили нас! Уничтожили! Если есть сила, то нужно ей воспользоваться! Неужели ты не осознаешь это?! — Рейх кричал на неё тоже. — Нет, я осознаю... – голос Шайн стал на удивление очень спокойным – Du bist nichts anderes als ein kleiner, ekliger Nazi-(3) Шайн прервали. Казалось всё вокруг замерло. Её щека горела. Слёзы были на глазах, но не от обиды, нет, ей их выбили ударом. У Рейха была поднята рука, он смотрел с яростью. Шайн смотрела на него удивленно. Смотрела на его лицо, на эмоции. Осознание. Испуг. Раскаяние. — Halt, bitte, es tut mir leid! (4)– крик ей в спину. Она бежала. Не от страха или от обиду. Просто бежала.

***

Шайн дотронулась до щеки.Синяк. Больно. Слёзы навернулись на глаза. Стук в двери. — Шайн? Відкрий двері, будь ласка!(5) Украина. Спокойный голос, тихий и ласковый. Шайн открыла. Украина вдохнула резко воздух. — Боже милостивий! Білорусь! Принеси холодної води! І рушник! (6) Шайн сидела, а украинка и Белоруссия обрабатывали щеку. Холодная вода была приятной. Немка перестала плакать. Ей приклеили пластырь с мокрой ваткой на щёку. Стук с улицы. Беларусь пошла открыть. Резкий звук захлопнутой двери. Голова показалась в дверном проеме. — Это Рейх. Я закрыла дверь. Украина кивнула. — Правильно сделала. Пошли на кухню. Готовить. Они ушли и закрыли дверь за собой. Шайн уставилась на стену. Стук в окно. Она повернула голову к окну, увидела отдаляющийся силуэт от окна. Открыв окно она увидела письмо на подоконнике. И цветок. Повернув голову она увидела Рейха который стоял далеко от дома, с виноватым выражением лица. Открыв письмо там стояло пару предложений: "Es tut mir sehr leid, Schein*, ich hoffe dass du mir vergibst. Irgendwie hast du recht. Aber ich bin trotzdem immer noch sauer auf dich. " (7). Шайн улыбнулась и посмотрела на него. Он, увидев улыбку, сначала обиженно нахмурился, потом с надеждой посмотрел на неё, даже с радостью. Потом повернулся и ушёл. Шайн услышала, как её позвали кушать. Закрыла окно, положила письмо между страницами книги и понюхав цветок, положила его на подушку. Вышла из комнаты. Синяк больше не болел.