Я просто хочу сделать всех счастливыми...

Рейх сидел на диване, прижимая к себе плачущую Шайн. Сегодня утром фашист специально выбрал самый добрый и детский фильм, чтобы Шайн не заплакала. И результат был не очень. Рейх обнял её. — Почему его мать не принимает его любовь к ней? Почему? — Иногда семья считает, что знает лучше тебя. С моей так точно было. — Погоди! С твоей? — Ну, да. – ответил Рейх. Шайн мигом перестала плакать. — Погоди. У тебя есть семья и ты даже не познакомил меня с ними? Шайн скорчила недовольную моську. — Просто, у меня с ними не очень хорошие отношения. Учитывая, что они в конверт с открытками кладут иголки или булавки. — Обижаешь. Рейх, я тебя познакомила с моей семьёй! Правда, ты их уже знал и моя семья приёмная, но все равно! Ну, давай к ним придём. Слушай, зубастик, это твоя семья. Они наверняка любят тебя. — Но не так, как ты, моя акулка. – Рейх чмокнул Шайн в щёку. – Ладно, может новости о том, что у меня есть отношения и о том что я исправляюсь поменяют их мнение. Шайн радостно захлопала в ладоши. — Чудно! Идём знакомиться с твоей семьёй!

***

Дом семьи Рейха выглядел как немецкий традиционный дом, который иногда можно увидеть на иллюстрациях к сказкам. Шайн подошла к двери и нажала на звонок. Через некоторое время послышались шаги и дверь открылась. Шайн сначала подумала что на пороге стоит Германия, но когда страна заговорила, немка поняла что ошиблась. — Если хочешь чтобы тебе дали конфеты, то я тебя огорчу, сейчас не Хэллоуин. — Простите? — Не смешно. Дай угадаю, ты одна из тех стран, которые считают что притвориться Рейхом и постучаться сюда это офигеть как смешно. — О, нет, что вы! Я вовсе не собираюсь вам разыгрывать или клянчить сладости. Я просто девушка одного вашего родственника- Не-Германия её перебил: — Дай угадаю, ты одна из подружек Бранденбурга, пришла оставить словечко для него? Я тебя огорчу, он не живёт здесь- — Да нет, же. Дайте мне закончить! Я подружка Третьего Рейха- Рейх подошёл к Шайн и взял её за плечи. — Ну, привет, братец-тюхтя. Как дела, Веймар? – он оскалился. Веймарская Республика мигом побледнел. Из дома послышался глубокий женский голос (Шайн вздрогнула.): — Веймар, солнышко, что случилось? У напуганному Веймару подошла его мать – Бавария. Увидев Рейха, она немного нахмурилась: — О, Рейх. — Мама! Как я рад тебя видеть! Ты скучала? — Немного... Ты давно сюда не приходил. — Вернее не приходил с тех пор, как папа тебя выпер из дома! – Веймарская Республика нашёл в себе силы говорить. — Веймар! – Бавария посмотрела на сына с укором. Потом она заметила Шайн. – О, Рейх, не познакомишь нас с дамой, которую ты привёл? Рейх гордо поднял голову: — Мам, брат, знакомьтесь, это Шайн, моя девушка! Шайн, это Бавария и Веймар. – в последнее имя Рейх вложил всю злобу и презрение. Шайн почувствовала что в воздухе находится напряжение. Бавария улыбнулась. — Может зайдём во внутрь? Рейх улыбнулся. — Да, давайте. – он сделал шаг, но его остановил Веймар. — Не так быстро! Ты помнишь правило! Рейх закатил глаза. — Ладно тебе, трухло. – он засунул руку себе в карман и достал оттуда перочинный ножик. — Всё сдавай! – потребовал Веймар. Рейх раздражённо рыкнул, но начал проверять все свои карманы. На Божий свет были выуженны следующие вещи: пачка папирос, портсигар, коробка спичек, три перочинных ножа, записная книжка, колода карт, монеты и пачка мятных леденцов. Веймар всё ещё не пускал в дом. — Чего тебе ещё не хватает? – раздражённо спросил он. Веймар твёрдо посмотрел Рейху в глаза. — Фуражку сними! Я помню трюк с тайным кармашком! Рейх снял фуражку и выудил из тайного кармашка ржавый ножик. — Упс, похоже я его забыл. По-моему, Веймар, как раз ты мне его подарил. — Да, надо же было хоть что-нибудь тебе подарить. – холодно процедил Веймар. Шайн решила тоже опустошить свои карманы. При себе у неё была косметичка. Веймар посмотрел на неё и сказал: — Простите, но у вас в волосах шпилька. — А что такого? Веймар взглотнул и сказал: — Можете снять её, пожалуйста? Шайн вздохнула и достала шпильку из волос. Она протянула её Веймару, но он отпрыгнул, сказав: — Не, я на такое не куплюсь снова! Рейх, я помню как ты меня когда-то уколол! — Да ладно тебе, это был просто пчелиный яд! Ничего такого. — Ты знаешь, что у меня аллергия, из-за чего моё горло опухает и я не могу дышать! Рейх ухмыльнулся: — Правда? Похоже это от меня ускользнуло, когда я просматривал твою мед. карту. Бавария решила прекратить назревающий конфликт. — Пройдёмте в дом. – улыбнулась она. Дом был стандартно обустроен внутри. Отличие было в том, что сразу чувствовалась мирная атмосфера, в то время, как у Рейха дома была атмосфера войны. Шайн осматривала дом, подмечая интересные детали. Во-первых, почти никаких фотографий с Рейхом. Во-вторых, ветхие газетные вырезки, с новостями. "Инфляция везде!" ; "Конец демократии?" ; Франция наступает!" гласили заголовки. Пройдя в гостиную, Шайн восхищённо вздохнула: — Как тут уютно! И изящно! Бавария улыбнулась. — Спасибо. Присаживайтесь. Веймар присел возле камина. Рейх присел тоже, причем специально взяв как можно большую дистанцию от своего брата. Шайн села возле Рейха, и он начал аккуратно поглаживать её волосы, иногда поигрывая с локонами. Немка поняла, что он нервничает и прижалась плотнее к нему. Бавария подошла к камину. — Мам, давай я разведу огонь! – предложил Рейх. — Ну нафиг, нет Рейх. Я помню что произошло с Рейхстагом в 1933! – сказал Веймар. — На что это ты намекаешь? – прошипел Рейх. — Мальчики, хватит! Я не хочу Третью Мировую Войну у себя в доме! – заявила Бавария. Рейх фыркнул, прижав Шайн к себе. Бавария развела огонь в камине. Повисло молчание. Тишина нагнетала.Через некоторое время послышались шаги: — Дорогая, кто то пришел. Бавария всплеснула руками: — Господи, это твой отец, Рейх. Надо подготовить его к тому, что ты здесь. Эм... Дорогой? — Да? — Ты пил сегодня свои таблетки? — Полчаса назад, а что? — Да, так... Сегодня было прекрасное утро, верно? — Эх... Просто скажи, почему Рейх припёрся сюда снова? В комнату зашёл Германская Империя. Шайн заметила некоторое сходство его с Рейхом. Острые зубы и хмурый, высокомерный взгляд. Обведя взглядом гостиннную, он посмотрел на Рейха и резко вдохнул, чуть не упав на пол. — Мать честная, его теперь двое! Шайн сразу поняла, что причиной шока было то, что у неё и Рейха немного схожая внешность. Германская Империя быстро нашел самообладание. Рейх вздрогнул: — Папуль! Как я рад тебя видеть! Познакомься! Это Шайн, моя девушка! Шайн вдохнула и улыбнулась. — Добрый день... Германская Империя посмотрел на неё. Потом хмуро, исподлобья посмотрел на Рейха. Потом подошёл к Шайн и отвёл её в сторону. — Он держит тебя в плену? — Нет. — Он держит в заложниках твою семью? — Нет, Боже упаси, что вы! — Прости, просто не могу понять, кто в здравом уме захочет иметь отношение с...ним? Шайн уверено сказала: — Не волнуйтесь, все хорошо, заверяю вас. Германская Империя вздохнул и сел на пол, возле Баварии. Шайн заняла место возле Рейха. Веймар посмотрел на Шайн. — Что же, давайте знакомиться! Я Веймарская Республика, можешь называть меня Веймаром и давай сразу на "ты". Шайн улыбнулась. — Хорошо! Я Шайн, полное имя Четвёртый Рейх, но его почти никто не использует. Все, кроме Рейха, содрогнулись. Шайн остановилась, но потом продолжила. — Ну... И теперь я живу с Рейхом. Вроде всё.... Бавария улыбнулась. — Я Бавария, и наверное, как ты поняла, я мать Рейха и Веймара. Шайн кивнула. Германская Империя представился: — Я Германская Империя, к сожалению, отец Рейха. Рейх проигнорировал эту фразу. Бавария, чтобы разрядить обстановку спросила: — И, как давно вы вместе? — Три недели. – синхронно ответили Рейх и Шайн. — И что вы любите делать в свободное время? – поинтересовался Веймар. — Кучу вещей. – ответил Рейх – Читать, смотреть фильмы, гулять... Иногда ходим в парк аттракционов- Веймар начал хохотать. — Что смешного? – спросил Рейх. Веймар вытер слёзы. — Прости, вспомнил, как ты в детстве катался на американских горках. Жаль, что мы тебя не сфотографировали, потому что ты заблевал камеру. Но было забавно то, как ты из красного стал зелёным, как лягушка! Рейх ухмыльнулся. — Ты вообще боялся идти в дом ужасов, тюхтя! Веймар обиженно посмотрел на Рейха и гордо отвернулся. Бавария встала. — Я поставлю чайник. Она ушла на кухню. Германская Империя поинтересовался у Шайн: — И, сколько тебе лет? Шайн опустила голову. — Ну, я очень юная... Отец Рейха не отстал. — Тебя признал ООН и другие? Немка побледнела. — Ну, как бы сказать... Я ещё учусь быть правильной страной. Я ещё просто очень юная... Мне всего четыре недели, но я уверена, после окончания учебы, меня признают! Германская Империя посмотрел на Рейха исподлобья. — Значит, нам есть ещё куда падать, сынок, да? Рейх фыркнул. Веймар удивлённо посмотрел на отца. — Разве Рейх ещё не упал достаточно низко во время того утренника? Когда он, одетый тобой взял атлас и потоптался на нём. Рейх прошипел: — Я пытался показать сильную сторону моего отца, в отличие от тебя! — Я показал культурное развитие отца, в то время как ты изобразил папу варваром! — Ну, конечно! И это мне говорит тюхтя, который не может постоять за себя! Веймар посмотрел на Рейха со злобой. — И это мне говоришь ты, Троечка? Если я не ошибаюсь, это была твоя максимальный оценка в школе! Рейх протянул руку к сапогу и выудил блестящий перочинный ножик. Раскрыв его, он бросился на Веймара, который бросился защищать себя стулом. Шайн поняла что все вышло из под контроля и кинулась Рейху наперерез. — Reich, leg das Messer weg. (Рейх, убери нож) — Schein, geh mir aus dem Weg. ( Шайн, отойди) — Reich, leg das Messer weg. Ich wiederhole es nicht zweimal für dich. (Рейх, убери нож, я не собираюсь повторять дважды) Посмотрев в глаза Шайн, Рейх понял, что она не шутит и положил нож на пол как можно быстрее. Веймар опустил стул. Шайн посмотрела на Рейха. — Ладно. – бросил Рейх и, глядя на Веймара, сказал: — Прости меня, за то, что кинулся на тебя с ножом. Все ахнули. Рейх извинился перед Веймаром? Перед своим братом? Семья нациста поняла, что Шайн оказывает на Рейха волшебное влияние. Через пару минут, Бавария принесла чай и фотоальбом. — Я нашла его фотографии в детстве. Шайн с интересом подвинулась к Баварии. — Это интересно! Бавария начала пролистывать альбом. — Так. Это Рейх принимает ванную. — Последнею в своей жизни. – прокомментировал Веймар. — А это Рейха оставили с Польшей. Фотография показывала мальчишку, который при помощи ложки, обстреливал Польшу пюре. Шайн хихикнула. — О, а это Рейх вместе с Веймаром. Малыш Рейх прижал маленького Веймара лицом к земле. — А это Рейх играет в войну! Маленький Рейх выстроил оловянных солдатиков. Дальше Рейх и Веймар, куча фотографий из разных праздников. Рождество, Новый Год, Пасха, Дни Рождения и тому подобное. Следующие пару фотографий Рейх попросил пропустить, что и сделали. — О, а это Рейх во время путча. Рейх недовольно протянул: — Господи, это кажется не самый светлый период моей жизни. Да если бы в той пивной не было бы скидки на пиво, то никто не пришел бы. Да и то, я ещё напился и выстрелил в потолок, хотя целился в него. – он показал пальцем на Веймара. Следующая фотография показала Рейха в тюрьме, пишущего "Mein Kampf". Потом Шайн пришлось обнять рыдающего Рейха, который на выдержал при фотографиях себя в роли канцлера. Потом одна из фотографий показала Рейха, поджигающего Рейхстаг. Дальше была куча фотографий, изображающих важные моменты из жизни Рейха, которые Бавария предпочла быстро пролистать. Рейх с Японской Империей и Фашистской Италией превращают землю в ад. Под из гнетом падают разные страны. Рейх часто фотографируется возле завоёванных территорий. Все дальше и дальше. Либо Рейх выигрывает, либо он отступает. Но последние кадры были не очень радостные. Рейх на них был более бледным и уставшим. Под конец его разорвали на части Франция, Великобритания, США и Совок. Потом один из кадров, последний, показал Рейха в депрессии, лежащего в углу Бавария закрыла альбом. Шайн обнимала Рейха, а он уже успокоился. Потом он вздохнул и твёрдо сказал: — Слушайте, я понимаю, что я являюсь для вас позором... И мне очень жаль. Я знаю, что слова ничего не исправят, но мне все равно! Я хочу извиниться за всё! Пожалуйста.... Простите меня за то, что я ужасный сын. Бавария подошла к Рейху, и обняла его. — Главное, что ты это осознаёшь, сынок. Рейх улыбнулся и смахнул пару слёз. Шайн улыбнулась. — Может сделаем семейное фото? Через пару минут они взяли фотоаппарат и снялись на фоне камина. Одну фотографию семья Рейха повесит в коридоре, в другую Шайн сложила себе в карман, на память. Потом они все общались до вечера, пока не стало поздно и не пришлось расходится. Попрощавшись с остальными и получив приглашение придти как нибудь на днях, Рейх и Шайн шли домой. Шайн улыбнулась, думая о семье Рейха. Отец, напоминающий сына; Веймар, который является полной противоположностью Рейха; и мать Рейха, которая напомнила Шайн кого-то и показалась ей знакомой. Только перед сном Шайн поняла, что Бавария напоминает отдалённо ту страну, которую немка видела в недавнем сне. Закрыв глаза и прогнав тревожные мысли прочь, она обняла Рейха. — Рейх? — М? — Я люблю тебя. — И я тебя, моя акулка... Шайн забылась безмятежным сном.