Утерянный в толпе

       Только Пиджи собрался направиться в деревню, как понял ещё одну вещь: если он это сделает, то с каким-то неизвестным шансом приведёт опасность в деревню ничего не подозревающих жителей. Конечно, может, у них такое случалось и они вполне способны себя защитить, но… А если нет?       Опасность быть съеденным нарастала всё больше и больше, чем дольше подросток стоял на месте, чем дольше выбирал, тем сильнее дрожь в лапах заставляла его стоять на месте, поддаваясь раздумиям выбора.

Это и есть момент моей смерти? Я умру так? Не выбрав?

      Зажмурившись, подросток на всех парах свернул в лес, надеясь, что он поступил правильно, однако о чём ещё можно будет пожелать, оказавшись ещё дальше от дома — только вернуться обратно. Пиджи из последних сил бежал вперёд, слыша за спиной многочисленный топот лап и рычание голодных и кровожадных монстров, бежать от которых сил уже просто не было…       Подросток спотыкается о толстую ветку на пути и устало падает к стволу какого-то старого дерева, не в силах подняться. Рвано и глубоко дыша, Пиджи начал восстанавливать дыхание и принимать мысль о своей скорой погибели. Пододвинувшись вплотную к стволу и прижав к себе хвост с лапами, подросток начал смотреть на пронырок, что медленными шагами приближали смерть юного монстра.

Это всё?..

      Пиджи горько усмехнулся и опустил морду к лапам, понимая, что единственный монстр, которого он хочет сейчас видеть, сейчас где-то далеко далеко, в доме, обсуждает дальнейшую игру с самим подростком… И почему любовь может быть такой жестокой, что он сделал для такого исхода. Зажмурившись, подросток издал что-то похожее на сжатый скул и пара горячих слезинок упало на землю, но этого мелкого порыва эмоций не хватило бы, чтобы передать всю ту боль и отчаяние, что творится внутри разбитого сердечка.       Прошло уже пара минут и на удивление подросток всё ещё был жив: то ли пронырки не захотели есть такую чувствительную еду, то ли у них проснулась совесть, то ли что-то ещё — и видимо это что-то ещё, если знать о том, что пронырки никогда не упустят шанс съесть что-то на своём пути. Приоткрыв глаза, Пиджи посмотрел на поляну, на которой на удивление было пусто, как будто никого тут и не было, и всё это игра воображения.        — П-Пиджи? Этот бас слишком реален, чтобы оказаться сном или галлюцинацией. Подросток повернул голову на источник звука и лицезрел белоснежного волка с пылающими фиолетовыми глазами, пылающими от переживания и радости, печали, вины и чего-то ещё, чего-то, что подросток не может понять, по-крайней мере сейчас.       Пиджи принял свою обычную форму и прислонился спиной к стволу, не зная, что сказать, хотя, кажется, это и не требовалось, слезы, катящиеся по щекам, и так всё объясняли. Подросток был напуган до смерти и одновременно счастлив, как никто другой, его душила привязанность и желание прижаться ближе к своему «спасителю», который понимает его желания без слов. Фреш неспеша подошёл к подростку, виновато смотря в его усталые малиновые глаза, начиная искать хоть какой-то намёк на отвращение, но его там никогда не будет, потому что сердце подростка наполнено иными чувствами к этому монстру.       Фреш принял свою более реальную форму и, присев рядом с подростком, крепко его обнял, прижимая Пиджи к себе.       — Д-Джеми, прости пожалуйста… Мне не стоило так поступать, я… Пиджи ответил на объятия Цветастого, немного пододвинувшись к нему, из-за чего Фреш не мог увидеть личико подростка и прочитать его чувства. В голосе Цветастого появилась робость, он не хотел причинить боль тому, кто только что чуть не погиб от его собственной глупости и безрассудности.       — Прошу, сможешь ли ты меня простить? Я очень виноват перед тобой… На макушку Пиджи упала слеза, Фреш правда беспокоится о нём. Переживает о нём, потому что очень сильно любит и дорожит этим маленьким сокровищем, которое обрёл не уже не сумеет потерять… Подросток шмыгнул и промямлил немного охрипшим голосом:       — Н-не нужно извиняться… Тот ли это ответ, что хотел дать подросток? Да, сейчас да. Ему и вправду достаточно того, что Фреш его спас и извинился. Никто не спорит, раньше бы ответ отличался от этого, почему? Потому что обида на весь мир была слишком велика и одними извинениями тот бы не отделался. Пиджи немного сжал толстовку Цветастого в ладонях, утыкаясь в его плечо.

Он бы мог сидеть так вечность… Кто он? Они… Они могут очень долго молчать. Почему? Потому что слишком много чувствуют…

      Оба чувствовали одно и тоже: облегчение, усталость, вину… Оба чувствовали влюбленность. Не детскую, совсем нет, не эту слабую симпатию к слегка узнаваемому монстру, влюблённость, которая переросла в любовь, иначе бы прощения такому объяснить никак бы нельзя было.       Кажется это спокойствие наступило так же резко, как и начался хаос, могут ли оба отдаться своим чувствам и раскрыть их? Нет. Слишком рано. Осадок от всех событий не может пройти так же быстро, как мимолётные события жизни и оба это понимают. Им обоим не нужны слова, чтобы понять друг друга, но обоим нужны признания, которых так не хватает, даже если всё видно в глазах собеседника.       Фреш отстранился от подростка, поднимая его личико за подбородок, заставляя Пиджи смотреть прямо ему в глаза. В малиновых глазах всё ещё видны проблески усталости, но спокойствие всё-таки пришло на замену страху. Наверное, то, что сейчас сделает Фреш, будет неправильным, но он этого хочет, так же сильно, как и монстр сидящий рядом с ним.       Фреш прильнул к губам подростка и, слегка касаясь их, создал мимолётный небольшой поцелуй, которым обменивается ребёнок со своими родителями или же маленькие дети. Это действие смогло вогнать подростка в легкую краску, от чего на лице Фреша расцвела теплая улыбка, которую быстро перенял Пиджи, окончательно успокаиваясь от произошедшего. Им не нужны слова, чтобы понять друг друга, им нужны поступки, чтобы убедиться в верности друг к другу.       Кажется их странная и непонятная история наконец нашла своё спокойствие и оба влюбленных обрели своё окончательное счастье. Счастье, о котором никто желать и не мог. Но тот ли это окончательный конец, которого все ждали? Да, однозначно. Стоило подождать, чтобы проникнуться и почувствовать.

Эпилог

      Прошло уже три года с последних объятий и лёгкого поцелуя… Хотя, кого я обманываю, эти двое видят друг друга каждое лето и каждый раз оно вновь становится самым особенным. Пиджи приезжает в деревню, а Фреш уже на всех парах ждёт вторую половинку, сидя где-нибудь в тени под деревьями. Их лето начинается поздней весной, в мае, когда заканчивается школа подростка и начинаются блаженные три месяца свободы, однако, для этого школьника эти три месяца просто волшебные: каждый день с рассвета и до поздней ночи он проводит время только с одним монстром, позволяя самому себе отдаться ему полностью. По-крайней мере последние два года было именно так, ну, а теперь, когда Джем, окончил одиннадцать классов своего обучения, он может жить за городом всю жизнь.       Выходя из родительской машины, Джем бежит в дом, желая поскорее удивить Фреша, ведь он приехал немного раньше положенного двадцать девятого мая, двадцать шестого, чего уж стоит знание о том, что его любимый монстр будет рядом с ним до конца жизни. Сзади Джема слышны смешки родителей, которые рады, что больше не нужно заставлять ехать сына за город, как на войну.       — Ха, Ха, очень смешно Недовольно пробурчал подросток и, оставив вещи в комнате, побежал на улицу скорее увидеть Фреша. Он становится волком, на щеках которого выступают малиновые полосы, отличающие его от отца, такого же угольного волка, но с синими полосками на щеках, и бежит в лес, в любимое место своего любимого монстра, где к счастью и застаёт Фреша.       Он будет счастлив, узнав о том, что его Джеми остаётся навсегда рядом с ним, а Пиджи счастлив, что его белоснежный хищник рад быть с ним до последнего дня их совместной жизни.

Конечно, было бы смешно, если бы всё так и закончилось, потому что их шуточки о совместном проживании просто смешны, а уж следующая дополнительная глава с постельной сценой будет вам бонусом, сахарочки