Деньги мне не врут, я знаю

      Арсен последний раз зашёл на потрёпанный балкон. Сквозь деревянное окно пробивались лучи солнца, которые падали на волосы длинноволосого. Арсен выглядел, как маленький ангел. Арсен смотрел на стены балкона, на которых они с Пашей впервые попробовали нарисовать граффити. Арсен начал вспоминать о первом знакомстве с Пашей. Арсен шёл по длинным и бесконечным корридорам, но так и не мог найти свой корпус. Отчаявшись он просто сел на пол и начал смотреть в стену. Арсен был и остался стеснительным парнем, но тогда что-то в его груди сказало ему, что он обязан попросить помощи у парня, который проходил мимо. Как вы понимате, это и был наш высокий парень Паша. Вспоминая эти мгновения счастья он почувствовал, что больше никогда в жизни не должен расставаться с Пашей, ведь не зря судьба свела в тот туманный день. Арсен посмотрел последний раз на солнце, которые блистало..Из своего дырявого кармана джинс Арсен достал пачку своих сигарет, которые Дима выкурил с ним на балконе под душевные разговоры. Арсен достал из своего рюкзака пенал и тетрадь, пенал был тёмно-синего цвета, а после долго рылся в своём пенале, чтобы достать ту самую синюю ручку удачи. Это была любимая ручка Арсена, он с ней сдал много сессий. Взяв свою волю в кулак и успокоив нервы он начал писать на листке бумаги, который вырвал из тетради, а конкретнее черновика. Арсен хотел много чего написать, но успел малое, ведь его перебила Валерия Петровна. — Арсен, у меня больше нет времени на тебя, я не намерена тебя больше ждать. Может быть ты поторопишься, нет? — произнесла Валерия Петровна и при этом топнула своим каблуком по полу, который протрещал. — Как будто сама не курила в молодости. — подумал про себя Арсен и вышел из балкона. Полы так трещали, как будто он упадёт с 4 этажа на 3. У Арсена глаза блестели, как стекло. Было видно, что одно "но" и он расплачется. Арсен решил не плакать, ведь он ненавидел, когда Паша видел его заплаканным. Я подошёл к Арсену и крепко обнял его, я переживал за них. А если онии сопьются? Если они скурятся? От этих мыслей моя голова летела с шеи. — Чел, ну вы эт. Я рад иметь такого приятеля, как ты. Мне жаль, что я так мало провёл с тобой времени. — произнёс я, а Арсен в это время проронил слезу, которую к счастью не увидел Паша. — Хей, ты тут без нас не скурись, а то и тебя выгонят, как пса. — сказал Паша, а Валерия Петровна злилась. Она была такой красной от злости, будто помидор. — Лучшие годы на тебя тратила, нахал! У вас две минуты попрощаться. — со злостью произнесла Валерия Петровна и поправила свои седые волосы. — Лучшие годы, прхапхапх? Когда я приехал вам было 66 лет. О, а вы и дьявал у нас выходит. — Паша разулыбался, он любил выводить из кожи вон людей, которые его бесят. — Ах ты, скотина то какая! — дала Паше подзатыльник Валерия Петровна, у Паши и старушки начался скандал. Они кричали, ругались. Я хотел вмешаться, но Арсен убедил меня это не делать, ведь она могла спокойно и меня выгнать, а Арсен беспокоился за меня — Дим, я буду сильно скучать. Я оставил тебе не большой сюрприз на балконе. Только не спались перед Петровной. — нас никто не услышал, ведь они орали друг на друга. Арсен и вытер ещё несколько хрустальных слёзок. А я погладил его по плечу и крепче обнял, ведь он пытался заботиться обо мне. — Спасибо, Арсен. — я это кое-как выговорил, ведь комок в горле застрял у меня из-за грусти, я не хотел прощаться с Арсеном. — Уходим из этого дерьма. — буркнул Паша и пожал мне руку. Паша не любил обниматься, он считал это смазливым. Арсен взял в свои руки чемодан, который был весь пыльный. Он столько лет лежал и его никто не трогал, но пришло его время. Арсен в последний раз оглядел зал : жёлтые шторы, на которых было пятно тёмно цвета. Они каким-то образом умудрились случайно уронил лапшу с кетчупом на шторку, белые обои, которые сдирались с холодных стен. Картина, на которой был изображён пейзаж, это дело рук творчесва Паши, было видно, что он не супер-художник, но что-то в этой картине есть, диван, который был тёмно-коричнего цвета, диван тоже был заляпан, но уже каплями от вина, коньяка и виски. Пару подушек, которые Арсен попросил сшить у своей подружки для кофморта, это были обычные подушки, но они были безумно мягкими. Рядом лежал ковёр, который был пыльным, с него просто сыпется сплошная пыль. Этот ковёр был красный, а на нём были жёлтые узоры петухов и подобного. Это был старый ковёр из далёкого СССР. Арсен перевёл свой взгляд на телевизор, который тоже не был младше ковра. Они с Пашей любили смотреть ужастики, Арсен безумно любит держать Пашу за руку, когда начинались страшные моменты. В зале был письменный стол, но его похоже вчера успел кто-то забрать. Валерия Петровна решила, что я один и мне одного стола хватит, а этот стол она возьмёт себе. Этот стол бы обшарпанный и пыльный, ведь Арсен любил писать стихи и готовиться на балконе, а Паша особо не занимался творчеством и давал выбор играм на телефоне. Арсен зажмурил глаза, взял в руки тяжёлые сумки и начал уходить. Мы с ребятами попрощались, а я чувствовал какую-то пустату в себе, хоть я и был немного рад тому, что буду жить один. Можно сказать, что сам себе хозяин. Ребята вышли за порог и начали уходить, а я захлопнул дверь. Я не хотел растягивать момент прощания, ведь я был и так опусташённым, но опять же, меня радовало, что я буду жить один. Я вспомнил про слова Арсена и побежал на балкон. Мне всё равно было на полы, которые трещали. Мне стало очень любопытно. Я увидел ту самую пачку сигарет, а рядом лежала записка. Улыбнувшись я взял записку и начал читать, но переодически меня отвлекали птицы своим щебетанием. Чел, я так рад знакомству с тобой. Ты помог мне с Пашей и теперь мы с ним, типо вместе. Я не знаю много о тебе, но я знаю одно. Тебе же понравились мои сигареты? Я думаю, что могу этим тебя отблагодарить и сделать так, чтобы ты вспоминал меня и Пашу смотря на пачку сигарет.Чуть не забыл, чел Позвони нам в любое время, мы любим тебя (Номер) — твой длиноволосый Арсен. (Номер) — твоя Паша. С любовью, Арсен. Мои глаза было полны радостью и счастьем. Я блистал, как ребёнок. Я взял пачку сигарел Арсена, сигарета вкусна пахла табаком. Я зажёг сигрету своей постаревшей зажигалкой и почувствовал что-то, это было неописуемо. Как будто какая-то наркота, как будто я зависим от этой сигареты до конца своих дней. На меня напало вдохновение, эта чёртова сигарета, она была прекрасна, но я резко потушил её, ведь вдохновение редко приходит ко мне, я побежал сломя голову к своему чемодану, а после резко достал ноутбук, я достал всё для битов. На меня напало вдохновение, я чувствовал всё. Музыка проникала в каждый участок моей клеточки. Я начал писать биты о том, что я чувствую.        На часах уже было 18:30, уже намтупил вечер, который поглотил радостнный день и счастливое солнечные лучи. Мне приходит уведомление на телефон, но я настолько был занят битами, что проигноривовал эти громкие звуки. Уведомления приходили и приходили. С негадованием я взял телефон, который лежал рядом. Телефон был вдребезги был разбит, когда я был в порыве злости. Я думаю, что мать и Настя этого не достойны. И вот, телефон в моих руках. Незнакомый номер Я надеюсь ты не занят. Мы с Пашком наскребли денег на поезд. Эй, ну ты где? Чел, я сейчас сигареты заберу ЧЕЛ, НУ ИДИ Ж ТЫ К ТЕЛЕФОНУ Арсен? Как я рад, что ты мне написал Чел, я сам рад. Мы с Пашей едем на поезде, а поживём у IROH. Паша ему тексты для треков писал. IROH? Жаль, что не знаком с ним. И да, Паше приветI Стой, у меня появилась одна идея. Прости, мне надо идти. Удачи тебе, торт. На этом переписка Димы и Арсена была закончена.