Девочка в классе

POV Нацу — Я бы хотел, — я смотрел на ночное, звездное небо. — чтобы ты всегда была со мной. Но судьба решила иначе… Какой раз я выхожу на улицу ночью, чтобы найти там ту звезду, которая горит её именем? Я не знаю. Я потерял счёт дням, счёт всем датам. Я не помню, что было неделю назад, чёрт, о какой недели может идти речь, если я не помню, что было вчера? — Мне бы хотелось снова увидеть тебя, — я вздохнул. — но, кажется, начинаю осознавать, что ты никогда больше не вернёшься. Небо — это единственное, что связывает нас с ней. Единственное, что было для нас одинаково важным. Единственное, что мы могли обсуждать весь день. Это ночное небо, усыпанное тысячами звёзд. Тысячами надежд и желаний. — Ты говорила, что… — на этих словах я заскулил. — Что когда люди умирают, то они становятся звёздами… Что когда-нибудь и ты станешь звёздочкой… Но сначала хочешь узнать, что такое любовь и жизнь… Я не сдержался и вновь заплакал, не закрывая глаз, чтобы смотреть на звезду… Звезду, с её именем. Черт, я ведь парень, а реву как мальчишка. — Но… — я сделал паузу, сглотнув новую порцию слез. — но ещё ты сказала… Что порой, все идёт не так, как мы хотим. Порой жизнь резко сворачивает в другую сторону. И нам приходится с этим мириться. Черт, после того, как вспоминаю эти слова, которые она мне говорила, хочется кричать от боли и безысходности. Я бы так хотел, чтобы она была рядом. Но понимаю, что больше этого не будет. — Черт, почему же ты…? — я закрывая лицо руками и в какой раз кричу. — Почему не я?! Почему не кто-то другой?! Почему ты?! Почему?! Почему, Люси?! Я захлебываюсь в собственных слезах, кричу, чтобы было легче, и… И жду ответа, которого скорее всего не будет. Сердце бешено стучит, а руки дрожат. Я хочу её обнять. Хочу вновь коснуться её плеч. Хочу сказать то, что не успел сказать ей при жизни. — Почему?! — я начал рвать на себе волосы. — Почему?! Ты ведь так хотела жить! Ты ведь мечтала дописать свой роман! Мечтала каждый вечер встречать закат с любимым человеком! Так почему же ты?! Почему?! Я рвал на себе волосы, задавая этот вопрос снова и снова. Я хотел знать, почему именно она (?). Она ведь так хотела чувствовать, так хотела просыпаться каждое утро, хотела, писать роман, рассказывать мне стихи в парке. Она ведь так хотела жить… — Какого черта это не я?! — я кричал, срывая голос. — Я не хотел жить! Я не хотел просыпаться! Не хотел! А потом появилась ты! И ты изменила это! Ты спасла меня! И это твоя награда?! Почему ты?! Я кричал во весь голос. Пытался докричаться до неба, чтобы то послало мне ответ. Хотя бы какой-то знак. Но ничего не происходило. Совершенно ничего. Я все также сидел на траве, вырывая волосы на голове, кричал и смотрел в небо. — Какого черта?! — я уже сорвал голос. — Какого черта ты?! Я взвыл, словно волк, потерявший волчицу. Так тоскливо, продолжительно и болезненно. Я хотел к ней. Хотел. Но она никогда не придёт. Никогда. ~ Flashback ~ — Эй, Люси! — я махнул ей рукой, оторвавшись от настраивания гитары. — Ты пришла! Девушка сначала огляделась по сторонам, в поисках того, кто её звал и наконец заметила меня. На её лице появилась радостная, приветливая улыбка. Такая красивая. — Конечно, Нацу, — она села на первый ряд. — это же твое первое за два месяца выступление. Я не могла не прийти. Она смотрела мне в глаза. Я никогда не видел таких шоколадного цвета глаз. В них плясали весёлые огоньки, а сами они дарили тепло всему, что видели вокруг себя. Наверное, в этот момент я понял, что влюблен в неё. В эту девочку из моего класса. И вот, гитара настроена, и я встал к микрофону. Черт, от волнения дрожат коленки, но стоит мне посмотреть на неё, как волнение ушло. Я посвятил эту песню ей. Она обязана её услышать. В лучшем виде и исполнении. — Эту песню я посвящаю одному человеку, — я смотрел в глаза Люси. — который спас меня от худшей жизни и одиночества — Люси Хартфилия, эта песня звучит для тебя. Я смотрел на её удивлённое лицо, улыбаясь. Это самая детская, что ни на есть, радость. Я должен, спеть так, чтобы ей понравилось. — Ты была самой лучшей девочкой в классе, — я начал петь, а группа играть. — ты была самой лучшей девочкой в школе… Я смотрел в её глаза и пел. Я знал, знал и видел, что ей это нравится. Она так тепло улыбалась. Я должен буду сегодня сказать ей это. После выступления и громких аплодисментов, я спустился к ней, желая признаться в своих чувствах, но нигде её не было. Я спрашивал у одноклассников, видели ли они её, но никто не видел. Я подошёл к Эрзе, старосте нашего класса. Она точно должна была её увидеть — Эй, Эрза! — я подошёл к ней, держа руки в карманах. — Привет, ты не видела Люси? — Привет, — девушка положительно кивнула. — она побежала домой, кажется. Или просто на улицу. Я благодарно кивнул за помощь и ответ, и вышел побыстрее на улицу. Люси шла на зелёный свет, точнее собиралась, но я окрикнул её. — Эй, Люси! — я махнул ей, а она обернулась. — Ты куда?! ~The end flashback ~ Но я так и не получил ответа. Какой-то придурок резко вывернул в бордюр… Я видел все. Видел, как он сбил её. Как летело её хрупкое и нежное тело. Как с её ноги спал ботинок. Как его зажевало колесо. Я видел, как она умерла. Конечно, я сразу же бросился к ней. Но было поздно. Вокруг была лужа ярко-красной крови, перемешанная с землёй, волосы слиплись от неё, руки изогнуты неестественно. Я видел её мёртвое, бездыханное тело. Видел, и не мог ничего сделать… — Люси, я же… — я захлебывался в своих слезах. — я же люблю тебя! Я выкрикнул эти слова, а на душе… Легче совсем не стало. Я повторял это ещё и ещё, но легче не становилось. Только больнее. Я мог остановить её, мог. Но не сделал этого… Глупец! Глупец! Глупец! ~ следующий день ~ Я сижу на траве. Рядом садится Грей, тоже устремляя взгляд в небо. Он смотрит на эти облака. Но не видит того, что вижу я. — Нацу, — парень вздыхает. — я знаю, что ты любишь её. И что тебе сейчас тяжело. Но… — Грей, лучше молчи… — я зло посмотрел на него. — Но жизнь на этом не заканчивается. — Фуллбастер все же договорил. — Я же сказал заткнись! — я не сдержал эмоции и за шировот повалил его на спину. Но… Не успел я ничего понять, как мы поменялись местами и на земле уже лежал я. — Да, тебе больно! — он смотрел мне в глаза. — А нам не больно?! Леви, думаешь, не больно?! А Эрзе?! А Мире?! А Кане?! Всем нам больно, но мы стараемся пережить этот тяжёлый момент в жизни! Мы не должны стоять на месте! И ты не должен! Думаешь, Люси хотела, чтобы ты пьянствовал и губил себя?! Да она жизни тебе нормальной хотела, кретин! Я удивлённо смотрел на него, осознавая и впитывая, словно губка воду, его слова в сознание. Да уж… Я и вправду… Глупец… ~ спустя год ~ Я стою в выпускном костюме, смотря на людей, что ждут моего выступления. И вновь, я вновь пою ту песню, смотря на выход, ожидая, что она всё-таки придёт. Но её нет. Я закрываю глаза на припеве, вкладывая в него все свои чувства, все эмоции. А открываю на куплете и вижу е ё… Она стоит в белом, пышном платье, с распущенными волосами. Такая красивая… Такая родная Люси… Я не свожу с нее глаз до окончания песни. А после… Она тепло улыбается и выходит прочь. Я снимаю гитару и медленно иду за ней. Но на улице её нет. Только тёплый ветерок дует, и звезды горят. Ярче, чем обычно. И вдруг, я опускаю глаза и вижу её, стоящую ко мне спиной. Она поворачивает голову и махает мне, также тепло улыбаясь. — Тебе там хорошо?! — я смотрю на неё со слезами на глазах, а после положительного кивка, улыбаюсь. — Значит и мне тут будет хорошо… Я смотрю на неё, улыбаясь. Просто не могу отвести глаза. Черт, если бы она была жива, если бы она была жива, я бы мог обнять её. И сказать, что люблю. Хотя, что мне мешает мне…признаться? — Я люблю тебя, — а она улыбается ещё теплее. — моя…самая лучшая девочка…в классе… Из глаз бегут слезы и я зажмуриваюсь. Черт, выпускной, а я плачу. Она же явно не хочет этого… Я открываю глаза, и она разлетается блеском в воздухе. — И я тебя… — где-то слвшться её нежный и тонкий голос. Я прикрываю лицо кистью, не переставая улыбаться и плакать. С души такой камень слетел. Я знаю, что пройдут года, что у меня появится девушка, жена, дети, собака, внуки. Что я пойду работать и наконец повзрослею. Но… Она навсегда в моём сердце. Моя самая лучшая девочка в классе… ты, наверное, удивишься, что я до сих живой, что суставы крепки и во мне не бывает дым., а из окон моих сосед больше не слышит вой, и лицо не назвать болезненным и больным. и ты вряд ли поверишь, что я полюбил цветы, а в квартире моей расцветает душистый сад. я уже не боюсь картин Мунка и высоты, разлюбил таинственный Ленинград; бросил пить, не брожу в темноте один. я жму руки, стараюсь смотреть в глаза. в этом городе я — шестикрылый ночной серафим, герой книги «Алые паруса». худобы больше нет, я здоров — и я полон сил. ухожу всегда с поднятой головой. ты ушла — будто кто-то тебя просил, но осталась вычеркнутой строкой. это вовсе неважно, но все теперь хорошо. бросил кофе, обожаю зеленый чай. и меня не узнать — иногда мне даже смешно, если вспомнюсь в образе лихача, что шатался по улицам, возвращался домой в крови, рвал одежду, стелил по земле пиджак, чтобы лечь — и читать для тебя стихи, видеть слезы в марсианских твоих глазах., но теперь все иначе. мне до крайности повезло: я — как штиль, как живая морская гладь. в моей жизни прекрасно всё — с исключением одного: я не смог разучиться лгать