Nicotine

      В объятиях Югёма всегда было тепло и по-родному приятно. Однако теперь Юнги не чувствовал себя действительно уверенным в собственных эмоциях, что испытывает к брюнету.       Когда Хосок был далеко, совсем не на таком близком расстоянии, было намного проще, потому что Мин не сомневался в них с Кимом. Вспоминал о том, что было раньше, грустил иногда, осознавая, что скучает, но никогда не подвергал сомнению их отношения с Югёмом.       Невозможно было просто так забыть о чувствах рядом с бывшим и таким далеким одноклассником, однако Юнги решил, что никогда не вернется к этой теме вновь. Парню слишком много раз было больно из-за Чона.       Мин понимал то, что во многом виноват сам. Он позволил себе так сильно влюбиться, не дал даже и шанса на отступление. Вместо того, чтобы пытаться забыть, оставлял в голове воспоминания, как нечто ценное и неприкосновенное, откладывая в закрома собственной души, а не выкидывая их из собственных мыслей.       Юнги повзрослел, ему уже девятнадцать, однако в душе он так и остался мальчишкой, что следовал за Хосоком, будто лишь тот был целью его существования. Восхищался только им, доверял слепой верой.       В первую встречу Хосок представился мятноволосому Джей-Хоупом. Мин сначала совсем не понимал, почему парнишка взял себе такой псевдоним, даже подшучивал над ним, однако потом узнал, что тот ходит на танцы и участвует во многих конкурсах именно под этим именем, поэтому и непроизвольно вырвалось из уст его сценическое прозвище. Зачастую тому приходилось представляться именно так.       Сблизились они лишь из-за того, что Юн не умел сдерживаться в высказываниях и напоролся на компанию каких-то сумасшедших пацанов с другой школы. Они были довольно-таки старше Мина, однако вели себя, словно мелкие мальчишки. Сразу полезли в драку, когда услышали холодный отказ мятноволосого на то, чтобы тот дал им денег.       Тогда Мин возвращался к себе домой, даже не представляя, что такие люди до сих пор существуют. Парень никогда не натыкался на подобное. Пришлось тоже начать нападать, так как в обиду себя Юнги никогда не давал, знал несколько приемов самообороны, которые они с отцом разучивали ещё с детства.       Но численность всегда превосходила все старания, так что, когда его уже повалили на землю и начали планомерно избивать ногами, Мин только закрыл лицо руками, чтобы не пострадать ещё сильнее, и приготовился к худшему, не ожидая никакой надежды на спасение, появился Хосок, который начал раскидывать остальных, крича, чтобы Юн поднимался скорее.       Юнги то поднялся, на трясущихся руках из-за дикой боли в ноге, тоже попытался помочь Чону, однако силы все равно были не на их стороне, так что Хоуп, когда они оба оказались совсем рядом, быстро сказал:       — Бежим насчёт три, ясно? Один, два… — твёрдо и уверенно. Юнги решил кивнуть, надеясь, что нога не подведет его в самый ответственный момент. Оттолкнув стоящих рядом, Мин побежал следом за Чоном, превозмогая сильнейшую боль и стараясь не вскричать от неё, прикрыв рот рукой. Скорость, конечно же, была намного медленнее, чем у парнишки спереди, так что, когда Юнги уже смирился с тем, что его сейчас догонят, перед ним вновь появился Хосок.       Чон быстро повернулся спиной и потянул мятноволосого парнишку за руки, говоря, чтобы тот поторопился и залезал скорее. В другой момент Юн бы отказался, однако сейчас было совершенно не до того.       Он почувствовал, что может отключиться уже давно, однако только, когда они наконец-таки оторвались, Хосок опустил его на землю в каком-то закоулке, спрашивая, как он себя чувствует, потому что наткнулся на расфокусированный взгляд напротив, Юнги не смог больше сдерживаться и провалился в темноту.

***

      — Ты давно проснулся? — сонно промычал Мин, замечая на себе любопытный и пытливый взгляд брюнета, лежащего рядом, после чего снова прикрыл глаза, прижимаясь к теплому телу Югёма и грея об его спину свои собственные ледяные руки.       С того момента, как они съехались, уже прошло несколько дней, однако оба до сих пор спали практически на коробках.       Отец Юнги во многом помог найти парням жилье подешевле, однако в нем совершенно не было мебели, помимо кухонной гарнитуры и ванной комнаты, так что парни решили устроиться куда-нибудь на подработку, чтобы накопить на необходимый им для жизни интерьер.       Ким уже перевез свою двуспальную кровать, однако у них всё ещё не было ни шкафа, ни рабочего, ни кухонного стола, стульев. Юнги поставил себе цель в том, что больше не хочет просить у отца деньги на собственные нужды, так что решил, что точно будет работать до окончания университета.       Мин устроился в кофейню неподалеку от кампуса, а Югём подыскал себе местечко у друга-татуировщика. Он очень красиво рисовал, так что Юнги даже пообещал, что в скором времени придет к ним и набьет пару тату.       — Ты так замерз, — мягко и расслабленно улыбнулся Ким, прижимая к себе мятноволосого, позволяя тому обвить себя холодными ногами вокруг талии. Юнги почувствовал, что его парень отчего-то слишком возбудился от такого их контакта, так что открыл глаза и приподнял брови, усмехаясь.       — Ким Югём, сегодня первый день нашей учебы, а я не планирую опаздывать, понятно? — Юнги лишь легонько поцеловал юношу в нос, после чего решил всё-таки подняться с постели, освобождая брюнета из собственной хватки.       — Мин Юнги, я тоже не планирую опаздывать, но когда это ты решил вести себя, как неприступная девственница? — жалостливо простонал студент, после чего зарылся лицом в подушку.       Юнги только тихо вздохнул. И правда. Когда они делали это в последний раз?       — Иди в душ первый, я пока приготовлю завтрак, — только произнес Мин, после чего направился на кухню.       Югём ничего не ответил на это, только лишь расстроено потащился в сторону ванной комнаты, на что мятноволосый отчего-то рассмеялся, выглядывая из двери и наблюдая за ним. Когда Ким надувался и обижался, он совершенно точно был похож на маленького ребенка, у которого отняли драгоценную игрушку.       Внезапно на телефон, лежащий на кровати, пришло уведомление, так что Мин пошёл проверить, что это было именно, потому что в последнее время не мог просто пропускать сообщения.       После того, как написал Хосок, его сердце ускорялось каждый раз, когда он слышал звук приходящего смс, и очень расстраивалось, если это снова был какой-то спам.

«Доброе утро. Хорошо, не отвечай. Тогда я сам тебя сегодня найду»