Все лучше, чем во сне

-Ну и где ты была?!?! -Так надо. -Ты, бля, издеваешься?! Где ты была всю ночь?! Где шлялась?! -Хватит орать, истеричка. Мне нужно было побыть одной. -Лина, блять, ты забыла, чем кончаются твои ночные прогулки?! Прямо ждешь, чтобы какой-нибудь мудак отымел тебя за ближайшим углом! -Тош, я устала, давай не будем... -Да меня заебало твое отношение ко всему! Неужели тебе на все наплевать?! -Теперь. Да. Несколькими часами ранее. Всю ночь мне как назло не спалось. На душе было тревожно, невыносимо было даже глаз сомкнуть. Тут я вздрогнула от вибрации мобильного на столе. Кому понадобилось звонить в 3 часа ночи?! Увидев на дисплее "Мамочка", я дрожащей рукой подняла трубку: -Да, мам, привет, чего звонишь?! - в ответ мне послышался слабый мамин голос, в котором слышались слезы: -Дочуль, ты только не волнуйся. Наш папа... папу сбила машина, - выдавила она. У меня внутри словно что-то упало. Сегодня не 1 апреля?! Что она говорит, она пьяная?! Что происходит? -Как? Что стряслось? - убитым голосом спросила я. Я ничего не чувствовала. Словно в меня выстрелили из револьвера. -Водитель пьяный был... вылетел на тротуар... папа сейчас в реанимации... врачи ничего определенного не говорят... Лин, что теперь будет, - кажется, у матери начиналась истерика. Я все еще не верила в происходящее. -Когда это произошло? -Несколько часов назад. Эв, прошу, только не волнуйся так, все будет хорошо... -Конечно, мам, я верю, - голос начинал предательски дрожать. Не справившись с эмоциями, я уронила телефон на пол, отчего он отключился. Даже не взяв куртки, я выбежала из квартиры, перелетая лестничные пролеты и заливаясь слезами. Черт, за что? Почему он, а не я? За какие грехи?! Все не должно было так быть, нет! Я бежала, не разбирая дороги, куда-то вдоль Киевских улиц, вслух задавая бесполезные вопросы. Я не верю, просто не могу верить. Одной фразой разбитым стеклом полегло все мое счастье. И я не смогу подобрать осколков. Тихо плача и вытирая слезы рукавом майки, в которой выбежала, я полуживая шла по улице. Мне были безразличны косые взгляды редких прохожих, неважно. Важно, что сейчас человек, который меня вырастил и любил всю свою жизнь, умирает в больнице по вине какого-то алкоголика. Я не стану просто на это смотреть. Домой я пришла с рассветом, чувствуя слабость во всем теле. Слезы давно высохли, и лишь под глазами были видны огромные синяки. А внутри пусто. Мы живем, пока есть силы дышать, так Женя пел? Так вот. Сил дышать не осталось. *** Я молча смотрела на злого Ниженко, яростно пожирающего меня взглядом. Выдохнув, я отвернулась и стала медленно собирать свои вещи и складывать в сумку. Я хотела уехать, немедленно. Я чувствовала, что там я буду нужней, чем здесь. Тошик растерянно глядел на меня. -Что ты делаешь? Лин, что, что, ЧТО, мать его, произошло?! Где ты была ночью?! - я повернулась к нему, показывая все свое презрение к этому вопросу, и выдавила: -Мой отец в реанимации на грани жизни и смерти. Какая нахуй разница, что со мной?! Я, это я должна была быть вместо него! Он не может умереть, он обязан жить! Он должен! - по щекам опять покатились капли. Я окончательно убила Антона этой новостью. Я тут же подбежал ко мне и заключил в объятия, я напрасно пыталась вырваться. Мне хотелось его ударить, но он лишь сильнее прижимал меня к себе: -Не трогай меня, отпусти, мне надо собираться, я его спасу! Он будет жить, ясно?! Тебе понятно это?! - на фоне недосыпа я не понимала, что говорю. Я знала лишь то, что я обязана вытащить отца из-под капельницы. Я не отдам его смерти. -Тихо, маленькая, ну, все, успокойся, я рядом, все будет хорошо, обещаю, только не плачь, - повторял он еле слышно, гладя меня по волосам, - мы что-нибудь придумаем, клянусь, малыш, ты слышишь меня! – я, ничего не сказав, молча кивнула и, уткнувшись в его майку, только сильнее заревела. Никогда мне не было так ужасно. Хотелось забыть все, кто я, что случилось. Забыться. -Что происходит? Тох, что ты с ней сделал?! - в комнату, услышав мои рыдания, ворвался Мильковский. -Тише, Жек, не кипятись, - прошипел Тошик, - Лин, - обратился он ко мне, отстранившись, - я даже не представляю, как это тяжело, но прошу, объясни нам все. Кто тебе это сказал, как это случилось. Мы поможем, - слабо я надеялась на их помощь. Спасти папу могло только чудо. Глотая слезы, я рассказала еще раз подробности маминого звонка. Замолкнув, я опустила глаза в пол и добавила: -Мне нужно ехать. Я чувствую, что я нужнее там, я должна быть с ним, - Женя помолчал с минуту и твердо сказал: -Решено, мы едем в Тольятти. Лин, не реви раньше времени, не поможет. Сейчас надо размышлять, как можно попытаться вылечить твоего отца. До конца собирай свои вещи, я закажу билеты на первый же поезд. -Но, Жень, у вас концерты, зачем вы поедете? Он вам никто, вам не обязательно... -Плевать. Едем.