Последний

      Прошло немало времени с того момента, когда Лео внезапно оказался не в том месте не в то время. Он не был воином - он был простым мальчишкой, который любил баскетбол. Сейчас, будучи уже довольно взрослым парнем, Уолкеру было стыдно за свои прежние поступки. В его руках была огромная сила, которую он использовал ради собственной прихоти, ради того, чтобы лишь привлечь внимание Кей. Он был полон грехов.       После последней битвы, когда Лео помог Ра пробудиться, нужда в последнем фараоне пропала. И, каждый раз, появляясь в Египтусе, он всё чётче понимал, что мешает им всем. Да, раньше он был нужен, у него была сила Ра, способная победить Эксатона и его приспешников. Но сейчас, когда сам Ра очнулся и теперь правил - нужда в нём пропала. Он стал появляться всё реже, приходя лишь раз в неделю, потом раз в две недели, раз в месяц. Никто ему ничего не говорил, и от этого становилось тоскливее.       Верные друзья, тире, учителя, всегда уделяли ему время. Они обучали, направляли, помогали, но... создавалось ощущение пропасти между ними.       Сейчас Лео двадцать, он археолог, и последний раз в Египтусе он появлялся пол года назад. Не потому что не хотел. В последний раз, когда он был в Египтусе, он случайно пришёл на прием, на который его, наверное, приглашали, но он забыл. И всё бы ничего. Любимые друзья, выпивка, танцы. Да только приём был в честь помолвки. И кто бы мог подумать - помолвка принца Египтуса и какой-то девицы. Едва ему об этом сказали - сердце юноши разбилось. В то же мгновение к ним присоединился Кефер, держа ладонь на талии кого-то, кого Лео совсем не запомнил. Уолкер поднял взгляд, задерживая его на лице Кефера настолько долго, пока слёзы сами не навернулись на глаза. А это было минутным делом. Высказав тихое поздравление, он тут же сослался на дела и сбежал, оставляя круг друзей стоять и недоуменно хлопать глазами, смотря ему вслед.       Оказавшись дома, юноша заперся в комнате, после чего предался самобичеванию. Неделю он не мог прийти в себя, беспокоя семью и друзей. Он не мог есть, не мог спать, лишь сидел, упираясь спиной в стену и сверлил взглядом зеркало напротив. В отражении было измученное лицо двадцатилетнего парня, с голым торсом и растянутыми штанами. На его груди, шрамом, были выведены буквы незнакомого языка. На самом деле древне-египетского, в котором Лео уже сносно разбирался. "Кефер"- было написано очень красиво и витиевато, как на его взгляд, чего бы не понял никто, кроме него.       Уолкер полюбил его будучи мальчишкой. Несмышлёным, с бурлящими гормонами, юношеским максимализмом. Надпись появилась задолго до его раскрывшихся чувств, задолго до их встречи, но разве мог Лео знать? Он был влюблён в лучшую девочку в мире - Кей. Первая любовь не забывается - она трепетная, сильная, страстная и, увы, недолговечная. Однако Кей была его лучшей подругой, была тогда и есть сейчас. А Кефер... Всё это было очень странно. Впервые Лео посмотрел на него, как на мужчину, когда увидел целующихся парней. Думая о таких отношениях, он представлял себя на месте одного парня и перебирал знакомых на месте второго. Кто-то совсем не мог представиться, кто-то вызывал рвотные позывы, а вот Кефер... удовлетворял себя Лео в ванной довольно таки долго...       Самое обидное было то, что соулмейты бывают только в его мире. Хотя Уолкер и не спрашивал никого, или спрашивал?       - Рамзес? То есть, доктор Кирби, какими судьбами? - отвлекаясь от занимательного дела - копания песка в надежде найти старый храм или, хотя-бы поселение, удивился парень, после чего дал распоряжение своей команде - отдыхать. Странно, что его - студента, сделали главным в этой экспедиции, но что уж поделать.       - Здравствуй Лео, отойдём-ка? - Мужчина по-доброму улыбнулся и приобняв подошедшего за плечи, направился за палатки, расположенные недалеко.       - Что-то случилось? - обеспокоенно прошептал Уолкер, ещё не зайдя за палатки.       - Да, Лео, Кефер, он...       - Что с ним?! - тут же порывисто прервал он Рамзеса, воскликнув, и после мысленно обругал себя, сжав ладони в кулаки. - Прости, я слишком нервный в последнее время. - он накрыл глаза ладонью, чтобы не видеть осуждающего взгляда друга, после чего вздохнул.       - Нет, ничего. Ты можешь отлучится? Думаю, это на долго. Ты нужен нам. - Вот они - заветные слова. Он нужен, наконец-то.       - Да, конечно, подожди немного. - Он направился к команде, которая перебралась под общий шатер и пила воду. - Ребята, на сегодня закончим - отдыхайте, а мне ещё нужно с профессором кое-что обсудить, поэтому ни при каких обстоятельствах не отвлекайте, ладно? - Заручившись согласием коллег, Уолкер зашёл в палатку, следом за Рамзесом, после чего плотно её закрыл. Небольшой проход открылся почти сразу.

***

      Кефер являлся прекрасным полководцем, рассудительным правителем, хорошим другом и...полным нулём в любовных делах. Нет, у него были любовницы и любовники, и их было много, однако он ни разу не испытывал того трепетного, того лёгкого чувства окрылённости, жажды любить, обладать. Живя очень долго, в какой-то момент задумаешься - а почему всё должно держаться на любви, как говорят вокруг? Тогдашний повелитель Египтуса решил, что дружба и уважение могут затмить любовь. Однако решение не продлилось долго. Всего пару сотен лет. Пока в их мир не пришёл последний фараон.       Мальчишка был умен, строптив, криклив и желанен. Да, впервые в своей жизни Кефер захотел кого-то так сильно, что едва ли мог спать. Но у Кефера уже был соулмейт, имя которого сияло на груди незнакомыми письменами и появилось оно ещё задолго до рождения самого первого фараона, что исключало причастность последнего. Земной час равнялся дню, проведённому в Египтусе, если не двум. Но долголетие божественных созданий совершенно не давало ощутить тот поток времени, что ощущают люди.       Лео рос - росло и желание владеть этим мальчиком. Спустя пару лет в семью вернулся Эксатон, решивший остепениться и жениться. Естественно и Ра и сам Кефер с радостью приняли его обратно, хоть жители Египтуса ещё долгое время будут его недолюбливать. А причина, по которой он вернулся, подвергла в шок всех. Брат просто влюбился! И нашлась же девушка, что полюбила его - обычная, совсем не примечательная жительница Египтуса. Но Кефер был очень счастлив за него. На приеме в честь помолвки, Кефер предложил познакомить невесту Эксатона с последним фараоном, чего последняя очень сильно хотела. Ещё бы - Лео являлся героем их мира - сколько раз он спасал всех от беды, естественно иногда в неё и втягивая, но не суть. И, чтобы не мешать его земной жизни, общим решением было не беспокоить Уолкера по всяким пустякам, с которыми они и сами справятся. Но с каждым прожитым годом Кефер начинал понимать, что эта затея была худшей, которую он мог предположить. Последний фараон отдалялся от них, а он ничего не мог сделать, просто не имел права.       И тогда он впервые увидел слёзы его мальчика. О, как сильно разрывало грудь от боли, когда он покинул их. Он боролся с собой, чтобы не кинуться вдогонку, а их товарищи взирали на всё это и молчали, в чём Кефер был им благодарен. Впервые тогда его надпись кровоточила. Всю последующую неделю мужчина не мог выйти из лазарета. Осирис рассказывал, что это следствие сильных душевных переживаний его Соулмейта. Кеферу было жаль его, от всего сердца, но само сердце тянулось только к Лео, который, к сожалению, любил земную девушку. Весь год принц размышлял, что же делать, и, наконец, решился. Он решил найти свою вторую половину. И, если уж это незнакомый язык, то явно с земли, потому как в своём мире они разговаривают и понимают только один язык.       - Кефер! - стройное юношеское тело впечаталось в него настолько неожиданно, что мужчина замер. Внутренности тут же затопило божественным теплом. Улыбнувшись, принц приобнял своего мальчика и погладил по спине, после чего похлопал и отстранился.       - Здравствуй, Лео. Не думал, что вы прибудете настолько быстро.       - С тобой всё в порядке? - Уолкер обеспокоенно рассматривал его, а мужчина перевёл недоуменный взгляд на, сменившего форму, Рамзеса.       - Последний фараон всё так же порывист. Едва услышав, что тебе нужна помощь, то по-напридумывал, что тут вновь конец света, вот и нёсся, как ошалелый. - Ехидно хмыкнул мужчина, после чего направился по своим делам, махнув рукой.       - Со мной всё в порядке. Я просто хотел обратиться к тебе за помощью... - Рассказ не занял много времени. Кефер изложил факты, мол, так и так, нужно найти соулмейта, потому что в груди частые боли, и язык не знакомый, и кто лучше знает земной мир, как не Лео?       - Ох, тогда мне нужно настроить свой переводчик, и тогда, методом проб и ошибок мы найдём нужный нам язык. Если он земной. - Улыбнулся юноша, а глаза заволокло туманом, грудь вновь сдавило.       - Займёмся этим завтра. А сегодня давай отдохнём? Вечером церемония будет. Эксатон будет молиться древу о ребёнке. - На непонимающий взгляд парня, принц лишь улыбнулся. Тот ещё столько не знает о Египтусе. - Наш народ не рожает детей, как земные женщины. Мы молимся древу жизни. Древо собирает жизненную энергию и любовь двух соулмейтов, и, если они истинны - появится плод, в котором будет расти малыш.       Взгляд Уолкера опустился на живот Кефера, и действительно, у него не было пупка, как у всех людей. Значит они действительно...чёртовы инопланетяне.       - Но почему так?       - Мы же боги и полу-боги, мы не люди, Лео. - Мужчина покачал головой, после чего направился на выход из дворца, а задумчивый парень следом за ним. Уолкер думал об одном: у Кефера соулмейт и, возможно, можно допустить хоть маленькую надежду, что это он - Лео. Значит не Кефер был помолвлен, а Эксатон... Подумать только! А он, как дурак, убежал и ничего не спросил.       - Есть какие-то правила, которых нужно придерживаться? - Взгляд Лео упал на ладонь мужчины. Как же хотелось за неё ухватиться...       - Да. Не рассматривай плоды дерева и, когда слова молитвы будут произнесены, нужно будет подойти к молодожёнам и произнести слова благословения. - Важно кивнул принц Египтуса, после чего остановился у входа в пирамиду.       - Но разве мне можно?       - Ты последний фараон, Лео. Тебе нужно это сделать. Конечно, если только ты хочешь, чтобы у моего брата был ребёнок. Потому как если сказать это без души, то и не получится ничего.

***

      Дерево действительно было огромно. Если собрать человек десять, то вместе они смогут обнять ствол этого огромного и величественного могущества. Множество плодов висело на нём, но рассматривать их, Лео не решался, ведь это будет неучтиво. Человек собралось немного. Друзья, которых знал сам Лео, совет, семья жениха и семья невесты. Было ещё пара неизвестных. Кефер рассказывал, что прийти на церемонию нужно лишь по собственному желанию, иначе никакого благословения не будет. Пара стала под одной из пустых веток, молясь. Сейчас, рассматривая Эксатона, Уолкер и подумать не мог, что так всё обернётся, а сейчас, смотрите, мир и процветание. К паре по очереди начали подходить знакомые и не знакомые, благословляя их. Некоторые произносили и речи. Эксатон, нежно обнимая супругу благодарил и улыбался так открыто и радостно, что трудно было не думать о любви, смотря на них.       - Эксатон, скажу честно, наше первое знакомство было, мягко говоря, не очень. Мы сражались, бывало бок о бок, но чаще друг с другом. Но не смотря на всё это я вижу, что ты счастлив, любим и любишь сам. - Лео серьёзно смотрел в глаза мужчины, после чего поднял взгляд на веточку, под которой они стояли. В какое-то мгновение землянину показалось, что само дерево слушает его, заглядывает в самую душу, рассматривает намерения. - Я желаю, чтобы твоя семья была большой и процветала. Я желаю, чтобы у вашего малыша была хорошая жизнь, полная счастья, нежности, заботы, и главное, чтобы он был любим. - Приложив ладонь к сердцу, он заглянул в тёмные глаза мужчины, после женщины и, улыбнувшись, слегка склонился - Благословляю.       Веточка над парой мягко засияла голубым светом и на её кончике разросся маленький шарик. Девушка счастливо засмеялась, кинувшись на шею Эксатону, после чего начала благодарить Лео, а тот стал отнекиваться, что он тут не при чём.       - Ещё как причём. Твоё благословение было самым искренним из всех, что были перед тобой. Именно благодаря тебе и зародилась жизнь. - Подойдя, просветил его Кефер, после чего приобнял за плечи, улыбнувшись и посмотрел на пару. - Благословляю вас, от всего сердца. Пусть счастье ваше будет безгранично, а любовь тепла и светла, как вечный цветок пустыни.       После слов Кефера шарик слегка увеличился, продолжая сиять. Следом подошли советники, семья девушки и, в конце, сам Ра. К тому моменту шарик был уже довольно больших размеров.       - Я совсем ничего не понял. Почему именно я. - Вздохнул печально парень, выходя из пирамиды.       - Всё зависит от искренности слов. Если бы первый, кто подошёл, сказал бы от чистого сердца и с большим желанием, то плод появился бы сразу, а так он не появлялся, что означало, что эта пара недостойна иметь ребёнка. Если бы плод появился после благословения Ра, то он был бы очень маленьким и развивался бы очень долго. Но благодаря тебе он стал принимать последующие клятвы и рос. Таким образом, мой брат получит ребёнка много быстрее, нежели если бы плод был маленьким.       - Как у вас тут всё запутанно. - Покачав головой, вздохнул Уолкер, но вконце слегка улыбнулся. - Но я рад, что сражениям и битвам пришёл конец.       На это Кефер промолчал. Он не мог сказать Лео, что Сехмет и Анубис всё ещё продолжают битву, даже после того, как часть войска и сам их предводитель решили вернуться к добру. После церемонии назначили прием - дружеские посиделки с выпивкой и танцами. Всё было хорошо. Лео смог, наконец-то, за все эти пол года, расслабиться и насладиться праздником, если бы не одно но. На пике праздника, парень заметил что-то блеснувшее за колонной. Слегка сощурившись он разглядел кончик стрелы. Проследив траекторию, он понял, что она направлена на Кефера и тут же кинулся к нему, успевая оттолкнуть. Было бы у него чуть больше времени, он бы смог применить силу Египтуса, но времени не было.       Рухнув на пол, задевая стол, Кефер не мог понять, что произошло, когда раздался женский крик. Кто-то кинулся его поднимать, а кто-то выкрикивал одно единственное имя. Имя, которое заставляло его сердце, впервые за несколько сотен лет - трепетать. Обернувшись, Кефер едва не задохнулся от боли, что на него нахлынула. Его фараон лежал на спине, а чуть выше груди у него торчала стрела.       - Осирис! - Выкрикнул мужчина, кинувшись к парню и приподнимая голову Лео. Рядом, на колени, опустился их учёный-лекарь. - Ты как?       Уолкер распахнул веки, щурясь, силясь рассмотреть лицо принца и слегка улыбнулся. Землянин только приоткрыл рот, чтобы сказать, что в порядке, да только лёгкий вдох заставил его тело содрогнуться и выплюнуть сгусток крови.       - Плохо, задето лёгкое. Стрела ядовита. - Поджав губы, отрапортовал лекарь, осмотрев, смоченное смесью, трубку, иначе - древко стрелы. - Нужно достать сейчас. И скорее в лабораторию.       - Лео потерпи немного. - Лёгкий кивок от парня отозвался надеждой в груди принца и тот сразу выхватил кинжал, который подал ему Рамзес. Подцепив пальцами рубашку парня, он, лёгким движением руки, разрезал ткань, распахивая место ранения. Бросив едва уловимый взгляд на шрам, на груди фараона, Кефер застыл. Раздался оглушительный, для него, звон, от упавшего на каменный пол кинжала. Его собственное имя украшало эту белесую, молочную кожу, которую он так жаждал мять. - Лео...       Грудь сдавило настолько сильно, что казалось тысячи песчинок с силой впились в его сердце, разрывая его на части. Казалось, ещё немного, и он сам будет сплёвывать кровь. В мгновение ока, собравшись, принц мотнул головой и сразу же достал стрелу, после чего парня тут же подхватили на руки и в скором порядке унесли.       Он бы сейчас взвыл, закричал, расхреначил бы всё, стоящее на пути, но он наследник Ра, он будущий повелитель, который в любой ситуации должен оставаться благоразумным и собранным.       - Хокус, Рамзес, Апис, Кха. - Видимо именно Гиксос и унёс Лео. Друзья молчали. Все они видели. Не прошло и мгновения, как все они рассредоточились и занялись тем, что в слух не было произнесено.       - Я в порядке. - Выставив ладонь, тут же сказал Кефер, заметив как к нему двинулся Ра, только-только открывший рот. - Мне пора. Прости, брат, за то, что твой праздник испорчен. - Не дождавшись какого-либо ответа принц направился прочь.       - Такого даже я не ожидал... - Выдохнул Баз. - Надеюсь, всё будет в порядке.

***

      Кефер был хорошим правителем, прекрасным товарищем и полным нулём в любви. Разбирайся он в ней хотя бы немного, может быть и заметил бы... А что заметил бы? Взгляд? Случайно сказанное слово? Разве такое было?       Он лежал на постели. Кожа бледнее, нежели обычно, алые губы посинели, а тело покрывала испарина. Может это было неправильно, но Кефер не подпускал к Лео никого. Они все понимали его очень хорошо. После стольких столетий едва обрести и тут же чуть ли не потерять - тут любой потеряет самообладание. Но Кефер был таким же, как и всегда - собранным, доброжелательным, серьёзным. Рамзес и Гисос отправились на землю, чтобы подменить Лео.       - Ах... - Раздалось со стороны постели и Кефер тут же отошёл от окна, беря в руки полотенце и опуская его в воду. Он сам обтирал Уолкера, сам менял мокрую постель, сам поил. Не мог иначе. На третий день лихорадка спала. Осирис покивал, что пациент идёт на поправку. Кефер стянул с себя головной убор, провёл ладонью по тёмным волосам так похожих на отцовские, и снял с себя верх. Уже третий день он не спал, не отходил от Лео и изводил себя. Сейчас можно, наконец-то, отдохнуть. Кресло оказалось неожиданно удобным и мужчина, подперев подбородок рукой, почти сразу уснул. Проснулся он уже глубокой ночью, услышав копошение. Едва его глаза распахнулись, как наткнулись на голубые - такие родные и блаженные.       - С тобой всё в порядке? - спросили они в унисон и парень тут же рассмеялся, заставляя принца улыбнуться.       - Я так рад, так рад. - утирая слёзы, продолжая смеяться, говорил Уолкер, смотря на грудь любимого повелителя. - Я так рад, что это я.       - Я рад, что это ты... Ты понимаешь, что теперь всё поменяется? - мужчина медленно поднялся, положив руки на плечи парня, и заглядывая в его глаза. - Больше никто не смеет быть с тобой, кроме меня. И взгляд твой не будет ни на что отвлекаться. Все твои мысли должны быть обо мне.       - Всё это и так происходит. Я уже не первый год мечтал об этом. Ещё будучи в школе. Ты не представляешь, как сильно. - Его голос был всё тише, в то время, как губы приближались к чужим. Он не смог сдержать улыбки. Ведь он получил этого мальчика. Над ним смилостивились. Склонив голову, Кефер накрыл губы Лео своими, ощущая, как внутри всё радостно встрепенулось. Ладони, словно привычно, легли на поясницу парня, в то время, как язык, легко пройдясь меж губ, проник в горячее лоно удовольствия. Мужчина подхватил язык мальчика в неизведанный ему ранее - танец. Тонкие пальцы зарылись в его волосы, легко оттягивая локоны, но в тоже время, не давая отстраниться. Кончики пальцев подрагивали, едва поглаживая горячую спину юноши и медленно опускались ниже. Их раскалённая кожа, касалась друг друга. Кефер ощутил, как твёрдые соски Лео трутся о его торс и мужчина едва заставил себя прервать поцелуй. Пару мгновений они обменивались горячим дыханием и, не выдержав, будущий повелитель склонился, орошая тонкую молочную кожу шеи мелкими поцелуями, посылая дрожь по всему телу парня. Одна ладонь спустилась ниже, оглаживая мягкую упругую ягодицу. Лёгкое сжимание и его ухо опаляет неожиданно вырвавшийся стон.       - Кефер, - прошептал Уолкер, внезапно теснее прижавшись к, дышащему жаром, телу соулмейта. Дернувшийся член натянул свободные штаны, принося лёгкую боль. Пальцы его повелителя сжались сильнее и ягодицу вновь прострелило приятной болью, заставляя тихо простонать. Грудь обдало жаром, заставляя изнывать от желания большего. - поцелуй меня.       И он не мог не повиноваться. Губы тут же вновь накрыли другие, а руки внезапно зажили своей отдельной жизнью, разводя ноги фараона, поднимая его. Лео ощутил спиной прохладные простыни, заставившие его заёрзать. Кончики холодных пальцев парня коснулись разгорячённой спины Кефера, от чего тот вздрогнул и оторвавшись от губ тут же перешёл на шею, слегка покусывая её и переходя ниже. Кончик языка обвёл ореол соска и двинулся ниже, в то время, когда руки уже стянули ненужные штаны с парня и ласкали стоящий, разгорячённый орган. Лео подкинуло, а спина его прогнулась. Едва не задохнувшись, он развёл ноги шире, опуская голову и встречаясь с тёмным взглядом своего фараона. Мокрый палец уже входил в тугое кольцо и рот Уолкера слегка приоткрылся. Влажные губы блеснули в приглушённом свете, а слуха Кефера коснулся едва слышный стон.       - Как будет неприятно - скажи. - Тихо попросил повелитель, мягко целуя живот своего мальчика.       - Нет, ты не понимаешь. Я делал это...- палец Кефера резко согнулся, неожиданно попадая и посылая по телу юноши разряд и заставляя вскрикнуть.       - С кем? - мужчина приподнялся, прекращая ласкать член и проталкивая в глубины второй палец направляя его туда же.       - С собой. - хрипло прошептал он, всхлипнув и обвив руками шею склонившегося к нему Кефера. - Я так долго представлял, что это ты делаешь... но это много лучше...       - Лео, - губы коснулись кончика носа и сразу перешли на шею, лаская её языком. Третий палец вошёл с небольшим усилием, но совершенно не принёс боли юноше, потому как его больше волновало, что выделывал язык повелителя у мочки его уха. Хотелось сильнее, чтобы он давил сильнее и бёдра сами двинулись навстречу пальцам, заставляя входить резче. Отстранившись, Кефер сел на колени, подтянув к себе парня. Смекнув что к чему, фараон, приподнялся на колени, положив ладони на плечи мужчины. Голубые глаза не отрывались от карих, когда меж ягодиц, вглубь проскальзывал твёрдый, скользкий и такой горячий член. Тело прошибла дрожь, и Лео вскрикнул, когда мужчина резко вскинулся вперёд, входя одним толчком, выбивая из парня воздух и насаживая его на себя.       Кефер замер, не двигаясь, ощущая, как содрогается перевозбуждённое молочное тело, как тихо всхлипывает его малыш куда-то в шею, как тонкий язык ласкает его собственную шею. Зубы впиваются в шею мужчины, дополняя всё это посасыванием и Кефер толкнулся сильнее, ладони давили на худые бёдра, а его собственные ещё больше толкались вперёд, словно хотели вдавить крупный член вглубь любимого парнишки. Лео дрожал, изнывал и всхлипывал, но не отрывался от шеи повелителя. Не выдержав, юноша обхватил лицо своего фараона ладонями и заглянул в тёмные глаза.       - Кефер, прошу... - против этих голубых глаз он не мог сделать ничего. Повалив его на спину, принц выровнялся, приподнимая ноги юноши, подхватывая их под коленями и, заметив как тонкие пальцы впились в подушку над головой Лео, он медленно выскользнул, ловя протяжный стон последнего фараона. Медленные движения не приносили удовольствия, словно бы слишком растягивая, затягивая с концом, который хотелось ощутить сейчас же. Поэтому мужчина ускорился, слегка приподнимаясь и натыкаясь на уже знакомую точку удовольствия. Стоны сменялись вскриками и вскоре Кефер увидел вполне себе реальную молнию, пронзившую тело Лео, что прогнувшись, излился себе на живот, продолжая надрачивать и мять свой член, словно бы выжимая остатки. Кефер не остановился,понимая, что и его разрядка близка и, отпустив ноги соулмейта, упёрся ладонями по обе стороны от его лица, пленяя голубые глаза и продолжил резкие, но уже не такие быстрые движения. Тугой узел скрутился внизу живота, когда узкие горячие стенки сомкнулись вокруг его органа. В последний раз ударившись о мягкую стенку - Кефер излился внутрь юноши, всё же рефлекторно двигаясь вперёд, вжимаясь в него, присваивая себе. Голубые глаза устало закрылись, когда дыхание и не думало приходить в порядок. Склонившись, Кефер медленно начал покрывать белую шею алыми следами и укусами, понимая, что пока что Лео совершенно всё равно на это. Медленно выскользнув из нутра, мужчина лёг рядом, на бок, не скрывая нежного взгляда.       - Ты же примешь мои чувства? И не только их. - тихо спросил мужчина, касаясь губами плечика Уолкера, заставляя того рассмеяться. Впервые за долгое время - открыто, искренне радостно.       - Я готов принять всего тебя сегодня столько раз, сколько позволит ночь. А о чувствах нужно было говорить немного раньше, мой повелитель. - светлая ножка изящно закидывается на чужое бедро, когда глаза Кефера знакомо вспыхивают. О, каким же ненасытным может быть его мальчик?

***

      Тонкие пальцы впиваются в спинку кресла, лоб упирается в обивку. Бёдра сжимают ещё сильнее, когда член в последний раз изо всех сил бьёт по простате. Молнии охватывают тела соулмейтов, когда оба изливаются, не в силах сдерживаться.       Его мальчик действительно ненасытный, такой же ненасытный, как и сам Кефер. Аккуратно подхватывая ослабленное тело, мужчина переносит его на кровать, где любимый тут же засыпает. Пару мгновений и всё было приведено в порядок. Негоже так использовать силу Египтуса, но это был единичный случай. Обтерев потное тело, которое хотелось облизать, мужчина обтёрся сам мокрым полотенцем и лёг, аккурат, за спиной парня, прижав его к себе и накрыв их покрывалом.       Зашедший к пациенту, Осирис, глянув на молодёжь - ухмыльнулся, почти сразу направляясь вон. Он утром хотел сказать, что для того, чтобы яд полностью вышел - нужна будет разрядка, но, похоже, они и без него справились.

***

      - Мама, папа, это - Кефер, он мой соулмейт. - Щёки юноши горели ярче спелых помидоров. Мужчина улыбнулся семье его любимого фараона и слегка склонил голову. Женщина уронила тарелку, шокировано смотря на соулмейта её сына и не могла поверить в то, что сейчас происходило.       - Моё почтение. Я счастлив, наконец, узреть семью моей любви. - После его слов не только щёки, но и лицо его горело он смущения.       - Где жить будете? - совершенно спокойно спросил отец.       - Во дворце моём, в Египтусе. - кивнул Кефер.       - В Египте, там так особняк называется. - Тут же выкрутился Лео.       - Странный выбор названия особняка. - хмыкнул отец.       - Ты даже не представляешь насколько - тут же пробомотал парень.

***

      Они нашли старое поселение - это было потрясающе. Раскопки продолжались и развились, когда к ним приехали профессора и другие археологи, команды. С выполненным долгом, Лео сдал статью о своей работе, в соавторстве со своими товарищами, и стремглав помчался в свою однокомнатную квартиру, которую снимал на свои кровно заработанные. Переход в другой мир сработал без сбоев.       Оказавшись у ворот города, Лео улыбнулся, спешащей к нему, Нэйт. Поприветствовав старую подругу и по совместительству верховного стража, Уолкер направился к замку. Прошла неделя с того самого дня, когда они наконец отдались на волю чувствам. Дня, когда на его теле появились алые следы от поцелуев. И в тот же день Кефер явился на порог его дома, рассказав всё его родителям и заявив, что отпускать Лео не собирается.       - Слишком долго я его ждал. - Приобняв тогда соулмейта, выдохнул повелитель.       Родители всё понимали. Они у Лео были чудо, какими понимающими и позитивными. Они сразу отпустили своего сына только стребовали, чтобы тот хотя бы время от времени звонил, писал и обязательно присылал фото, чтобы они знали, что с ним всё в порядке. Естественно и приезжал, но это уже наносное. И Уолкер был благодарен и родителям и судьбе за всё, что было в его жизни.       Кефер был недалеко. Он стоял спиной к парню и разговаривал с Кха о чём-то. О чём - Лео совершенно не было интересно. Грудь нагрелась, отзываясь в животе щекоткой и лёгким желанием. Не прошло и мгновения, когда к нему резко повернулся мужчина, на лице которого тут же расцвела улыбка. Он почувствовал приближение соулмейта. На земле была пятница, пять вечера и все выходные, вплоть до утра понедельника Лео имеет полное право находиться в Египтусе, сколько бы дней или месяцев это не значило здесь.       - Лео. - Выдохнул его повелитель, и названный прибавил шагу, влетая в сильное и стойкое тело, чьи руки сразу прижали его к себе.       - Привет. - Уткнувшись в горячую, оголённую шею пробурчал Уолкер, с наслаждением вдыхая такой родной, такой стойкий запах. - Долго меня не было?       - Не важно. Главное ты здесь. - Прошептал мужчина, после чего отстранился и заглянул в глаза юноши. - Как твоя работа?       - Приветё, Кха. Я сдал статью и теперь свободен в течении почти трёх дней. - Парень улыбнулся кивая воину и возвращая взгляд на Кефера.       - Вот и хорошо, значит у нас много времени для того, чтобы продолжить обучение и тренировки. - Кха громко рассмеялся на помрачневшего парня.       Дни протекали медленно и так сладко. Каждый день, видя Кефера, получая от него мимолётные ласки, проводя ночь вместе с ним - Лео ощущал счастье. Но в какой-то из дней он начал ощущать нечто странное. В прошлый визит он был заворожён древом жизни, и сейчас, вполне осязаемо ощущал притяжение к неизведанному месту. Он был настолько увлечён им, что даже во сне видел, как зарождается жизнь на пустой ветке.       - Кефер. - Подскочив на постели от вновь увиденного сна, он решил разбудить соулмейта. Возможно нужно было это сделать утром, но терпеть больше не было сил. Мужчина проснулся сразу, приподнимаясь и смотря на юношу обеспокоенно. - Мне кажется - это ненормально. Меня тянет к древу жизни. Оно даже во сне.       - Как долго? - Мужчина сел, утирая глаза пальцами и, после, встал с постели, начав одеваться. - Одевайся.       - Почти всё время, что я здесь нахожусь. - Последовав словам повелителя, он оделся, после чего направился следом за Кефером. - Это плохо?       - Не знаю, но нужно проверить. - Кинул ему в ответ соулмейт, прибавив шагу. Патрулирующий в эту ночь дворец - Гиксос, появился, как и всегда - неожиданно, сразу спрашивая: что произошло. Но ни Кефер ни Уолкер не ответили, сворачивая с главной улицы, по направлению к пирамиде, в которой и находилось древо.       - Сейчас что-нибудь ощущаешь? - Зайдя в помещение и остановившись - спросил мужчина, переводя взгляд на землянина. - Или помнишь, что делал в том сне? Где стоял, что говорил?       - Помню. - Отозвался последний фараон и опустил взгляд на руку повелителя. Сглотнув от волнения, что вдруг наполнило его, парень коснулся ладони Кефера своей, привлекая его внимание, и мгновенно покраснел, когда соулмейт скрепил их пальцы в замок, слегка сжав. Подняв взгляд на лицо любимого, юноша слегка улыбнулся и точь-в-точь, как во сне, решительно направился вперёд, к древу. Он не смотрел на другие ветки, не выискивал ту, что была особенной для него, он давно уже знал, где она находится. Остановившись под одной их пустых, непримечательных веток, Уолкер задрал голову, смотря на одну единственную, в которой, если присмотреться, можно разглядеть едва видимый зелёный шарик, с едва поблескивающим сиянием. - Этот.       - Что?       - Этот наш! - Уже громче выдохнул Уолкер, потянув руку вверх и касаясь зелёного шарика кончиками пальцев.       - Наш. - Повторил за ним Кефер, так же касаясь будущего плода. Древо само дало жизнь, само собрало их любовь, их силу, само благословило. Такое и раньше случалось, что пары не решались, или им уже было суждено, и древо решало за них. Но Кефер и подумать не мог, что землянин, последний фараон, будет настолько привязан к этому миру, что услышит зов древа, почувствует, увидит.       Подумать только! У них будет ребёнок. У него и Кефера! Собственный ребёнок. Лео не ощущал земли под ногами, словно порхая над землёй от радости и едва не вознёсся к небу, услышав:       - От всей души, благословляю. - Повернувшись, они Увидели склонившегося Гиксоса, что, улыбаясь, уже мысленно представлял, как ребёнок его друзей - смуглый, черноволосый и обязательно голубоглазый мальчуган, хватая деревянный меч - несётся на него, с воинственным кличем и, секундой спустя, падает. И как он - Гиксос утешает принца, приговаривая, что шрамы украшают воина, одновременно обрабатывая разбитую коленку.       Сияние стало немного ярче, а плод больше, являя будущим родителям искренние намерения их товарища. Молочная и смуглая кожа прижималась друг к другу. Пальцы были крепко скреплены, а души любовно связаны. Чего ещё нужно для счастья? Лео давно знал, что он последний фараон, но так было лишь до сегодняшней ночи.