Гать

      Раздвижные Ворота Города ярко вспыхнули. Смешение холодных синих тонов в цветах инфракрасного зрения ― нечётко и одновременно завораживающе. Мелани моргнула, и цветовосприятие перестроилось на обычное, человеческое зрение, по крайней мере, близкое к тому, как видели этот мир не-вампиры.       Искусственный свет прожекторов утонул в тёмной топкой грязи Болот, отразился от зелёных стеблей осок и рогоза. Мелани, притаившись за свисающими до самой земли ивовыми ветвями, наблюдала за тем, как солдаты Мэра ведут под руки провинившегося. Издалека она не могла рассмотреть безвольно повисшего человека, но запах крови, окутывавший его, она не спутала бы ни с чем. Тут даже не нужно было зрение летучей мыши Десмодус ротундус¹ ― Прародительницы.       Невдалеке, на границе Болота и Города ― осушённой полосы земли, взрытой ковшами бульдозеров, ― стояла Кормушка для вампиров. И солдаты неумолимо волокли пленника туда.       Мелани прищурилась, стараясь разглядеть человека. Худощавый, высокий, через плечо свисает длинная тёмная коса. Больше рассмотреть ей ничего не удалось: солдаты остановились, заслонив собой пленника. Лязгнул засов, хлопнула дверь Кормушки, и до обострённого слуха Мелани донёсся хлюпающий звук: солдаты бросили человека в грязь. Она даже слышала его тяжёлое приглушённое дыхание. Его били, поняла она, и били сильно.       Снова проскрежетал металлом о металл засов, а по сигнальным лампам на крыше Кормушки пробежала красная световая волна ― жертва на месте. Значит, когда солдаты уйдут, любой вампир может забрать себе пленника. И этим вампиром сегодня будет Мелани.       Она дождалась, пока солдаты скрылись за Воротами ― перемирие перемирием, но в Городе всё же находились те, кто считал, что вампирам не место в умирающей, цепляющейся за последние крохи твёрдой суши человеческой цивилизации.       Мелани криво усмехнулась тонкими губами.       Люди сами их создали, а теперь считали за проклятие, за парий, которых выселили из городов при первом признаке недовольства. Однако численность вампиров росла, а обычных людей наоборот стремительно падала: ядовитые испарения Великих Болот невозможно перекрыть никакими фильтрами. Слишком много токсичных отходов в своё время было сброшено в почву и воду, и планета теперь щедро платила свои долги.       Двести сорок лет назад жители Земли всё же не смогли предотвратить глобальное потепление. Один за другим континенты стали уходить под воду, а та часть суши, что всё ещё оставалась на поверхности, превратилась по большей части в болота. Для того, чтобы выжить, оставшиеся в живых стали экспериментировать с гибридами человека и различных животных ― из-за угрозы Шестого вымирания закон о запрете участия человека в клонировании и опытах генной инженерии был отменён.       Так на свет появились вампиры ― гибриды человека и летучих мышей из подсемейства Вампировых летучих мышей. Острый слух, способность общаться с помощью эхолокации, полёт на кожистых, втягивающихся в тело крыльях-перепонках и, главное, способность жить во влажной лесной среде ― тогда ещё на планете были леса ― сделали вампиров самыми перспективными живыми существами на Земле.       Учёные строили большие планы по перерождению всего населения планеты в вампиров, но в какой-то момент гордость взяла верх, и обитатели немногочисленных Городов решили остаться людьми. Вампиры были изгнаны, а периметр навсегда остался закрытым для гибридных существ.       Все думали, что они погибнут, подумала Мелани, пробираясь по высокой траве к Кормушке. Но они выжили. И размножились. Теперь популяции вампиров насчитывали миллионы, а людей оставалось вовсе немного. И Мелани тем более не понимала, зачем жители Города разбрасываются своими соплеменниками.       Люди оставались людьми.       Под ногами в плотных сапогах хлюпало. При каждом шаге запах кабаньего дерьма становился всё сильней: где-то недалеко бродили поджарые болотные свиньи. Дикие, не те, что паслись на пастбищах Гати ― сооружённого сто двадцать лет назад первыми изгнанными вампирами участка твёрдой суши.       В Гати жила большая колония вампиров. Пожалуй, самая крупная из всех существовавших там, где раньше находилась Евразия. Не чета, конечно, Южноамериканским колониям Лира² и Десма³, находившимся на прародине Десмод в бывшем Перу, но всё же стабильная и сильная.       Мелани легко откинула железный засов и, поведя острыми изогнутыми ушами с крупными козелками⁴, вошла внутрь Кормушки.       Брошенный в Кормушку человек уже поднимался. Опираясь на руки, он старался сесть, тяжёлая чёрная коса испачкалась в грязи.       У него красивые волосы, подумала Мелани, наблюдая за тем, как человек поднимается. На рукавах его комбинезона она заметила нашивку с изображением шестерёнки ― знак инженера. Это хорошо. Инженеры полезны. Даром, что люди.       В следующее мгновение силы оставили человека, и он, глухо застонав, рухнул на землю. Мелани успела подхватить его, резко метнувшись вперёд. Она чувствовала, как бьётся под её ладонями ― за рёбрами ― сердце человека.       Она осторожно перевернула на спину потерявшего сознание пленника, убирая с его лица выбившиеся пряди чёрных жёстких волос. Он был довольно молод, но между бровей уже залегла глубокая морщина. Короткая чёрная щетина оттеняла чёткую линию твёрдого подбородка и шеи. Мелани поудобнее устроила человека у себя на руках. Жилистый, наверняка выносливый. Она с сожалением вгляделась в его разбитое солдатами Мэра лицо.       «Кто ещё здесь животные? ― мрачно подумала Мелани, вытаскивая из походной аптечки пакетик со стерильными салфетками. ― А он красивый…»       Она аккуратно разорвала упаковку и, смочив салфетку дезинфицирующим раствором с примесью генномодифицированных антибиотиков, начала вытирать кровь с лица человека.       Едва она успела коснуться краешком салфетки его лица, как он дёрнулся и открыл глаза. Прекрасные карие глаза в обрамлении по-девичьи густых ресниц. Его брови взлетели вверх, зрачки расширились, и Мелани вдохнула полной грудью запах адреналина.       Резко вздохнув, человек перехватил руку Мелани с салфеткой.       ― Что это? ― У него был приятный голос, сейчас хрипловатый от страха и недоверия.       ― Дезинфицирующая салфетка четвёртого поколения, ― спокойно ответила Мелани. Она могла бы с лёгкостью сломать ему руку, но не хотела этого делать. Человек не сделал ей ничего плохого.       ― А ты, значит, из вампиров? ― Адреналин потихоньку растворялся в крови, но смотрел человек по-прежнему настороженно. ― Меня всё же бросили в Кормушку?       ― Да. ― Мелани резким движением высвободила руку и продолжила протирать лицо человека. Он слегка дёрнулся, но потом, видимо, решил, что сопротивляться бессмысленно. ― Как тебя зовут? ― Для неё все люди были на одно лицо, но этот…       ― Денис. ― Он смотрел на неё, и в глубине его чёрных глаз Мелани видела… любопытство.       ― За что тебя так, Денис?       ― Посмел высказать своё мнение, ― Денис попытался усмехнуться, но рассечённая губа, видимо, отозвалась болью. Мелани шикнула на него и вытерла струйку крови.       Сейчас пряный аромат её не дурманил: она была сыта и пришла к Кормушке за совершенно другим.       ― У вас это не принято?       ― Не с нашим Мэром, ― Денис смотрел на неё внимательно, его взгляд то и дело соскальзывал на острые уши Мелани, прикрытые спутанными светлыми волосами.       Блондины были редкостью среди вампиров, и Мелани считалась красавицей. Ох, и многие же будут завидовать Денису, если он, конечно, согласится.       ― Зачем ты помогаешь мне? ― наконец, Денис задал вопрос, который Мелани ждала. И, признаться, немного боялась. ― Я думал, что в Кормушке меня тут же сожрут ― выпьют всю кровь, что не допил Город.       ― Потому что ты нужен мне. ― Мелани отложила салфетку. Денис, уже немного пришедший в себя, сел. ― Ты ведь знаешь, что колонии вампиров время от времени обмениваются особями: разбавляют генофонд для укрепления жизненной силы вида?       ― Это все знают. ― Чёрные глаза Дениса прожигали её. Сейчас Мелани совсем не чувствовала себя сильным и свободным существом.       ― Но иногда мы берём в супруги людей. И сегодня моя очередь выбирать себе мужа из числа людей, ― Мелани сказала это, и стало как будто легче. Теперь всё зависит от Дениса.       ― Как я понимаю, ― усмехнулся Денис, поднимаясь. ― Выбора у меня особо нет. И знаешь, я не против. Давно хотел посмотреть вашу Гать не из вертолёта.       Мелани улыбнулась. Денис сделал правильный выбор.       Эволюция эволюцией, но и вампиры хотели оставаться людьми. Это было у них в крови.