Devil Never Cries

      Если вы спросите, что было самым тяжёлым, что сделал Вергилий с момента появления в этом мире, он вам, конечно, ответит, но сдерживая при этом маты. Потому что он никак не мог понять, каким должен быть извращённым разум того, что сделал такую связку. Там столько всего было намешано и переделано, что Вергилию пришлось целые сутки осторожно разрушать связь, чтобы не произошло выброса энергии, от которой мог обвалиться потолок пещеры. Да и следы надо было убрать, и ещё зелье заполучить. На что вообще надеялся Регулус?       Изредка он возвращался в агентство, чтобы проверить, как там все поживают и не погиб ли Регулус, отбиваясь от писем и Патронусов Сириуса Блэка. Дом и так был заперт, но дошло до того, что полудемону пришлось запирать его полностью, чтобы ничто не могло помешать.       Наконец, спустя двадцать шесть часов, связь была разрушена, а зелье в чаше, которое он так хотел получить, частично перекочевало в небольшой флакон, что у него был с собой. Вернувшись домой, он застал Северуса и Лили, что выпивали очередные флаконы с Бодрящим напитком. — Как он? — Пока рано говорить, Вергилий, — ответила Лили уставшим голосом. Под глазами залегли тени от усталости, как и у Северуса. — Магия, как ты и говорил, не во всём может помочь. Его организм в ужасном состоянии, как он жив остался, я до сих пор не понимаю. — К тому же, его мышцы постоянно сокращаются, словно его изнутри бьёт током, или иголки туда вонзили, — добавил Снейп. Для него такое состояние было гораздо привычнее, так что и держался лучше. — Вам надо передохнуть. Я введу его в стазис и буду поддерживать жизнь, чтобы он раньше времени не погиб. И не спорьте, — поднял руку Вергилий, останавливая обоих. — В таком состоянии вы можете сделать ему хуже. — Вергилий… — Спать. Оба. Северус, можешь лечь на диване в гостиной. Лили, а ты отправляйся домой. Как выспишься, возвращайся.       Эванс пыталась прожечь его взглядом, только вот ничего не получилось. Устало выдохнув, Лили отправилась к камину, перемещаясь домой, Северус же уже расположился на диване. Спорить с Вергилием себе дороже. Оставшись один, слизеринец плюхнулся в кресло, что стояло недалеко от кровати, устало протерев глаза. Желание хорошенько врезать Регулусу за такие игры с рунами было очень большим. Данте, хоть и идиот, но никогда не сделал бы такой глупости. Сил ушло хоть и много, но не настолько, чтобы с ног валиться, усталость скорее была моральная.       Прошло четыре часа, прежде чем он услышал лёгкий скрип дивана, после чего в комнату вошёл Снейп, тут же бросив взгляд на лежащего на кровати Регулуса, после чего перевёл взгляд на Вергилия. — Что с ним произошло? Это сделал Он? — Возможно. Регулус был слегка не в том состоянии, чтобы со мной разговаривать. — Что вообще случилось? Такое ощущение, что его просто бросили в мясорубку и он там едва не погиб. Я таких ран ещё не видел, хотя меня не раз вызывали в больницу Святого Мунго для помощи. — Это может знать только Регулус. То, что я узнал — он решил использовать рунную связку адского разрушения, после чего его едва не затащили в озеро инферналы. Что было между этими двумя действиями я не знаю, но очень хотел бы. — Что это за связка такая? — спросил Снейп, чуть нахмурившись. — Одно только название уже прямо говорит, зачем она нужна. Если так смотреть, нет такой защиты, которой нельзя сломать, и эта связка как раз для этого и нужна. Создаваться она должна специальными инструментами и только собственной кровью, причём использовать её нужно достаточно много. Но не это самое худшее — при использовании человек пропускает через своё тело мощную потустороннюю энергию, а так как оно и так уже ослаблено из-за потери крови, то шанс на выживание уменьшается почти до нуля.       Задумавшись, Вергилий почесал щёку, смотря куда-то вдаль. — Регулус стал Пожирателем, и не думаю, что он просто так оказался в той пещере. Возможно, это было задание от Тома, хотя вряд ли. Не дорос, чтобы Лорд заинтересовался им лично. Значит, эту теорию отбрасываем. Ему мог дать задание кто-то из Внутреннего круга, но почему тогда он был один? Никто не дал бы новичку задачу, не контролируя процесс. — Контролёр мог просто сбежать, — тут же ответил Северус. — Задача выполнена, новичок не нужен, можно оставить там умирать. — Не сходится, — мотнул головой полудемон. — Посторонних следов нет, а переместиться туда или оттуда можно либо моим порталом, либо домовиком, но только если он уже там был. К тому же магический фон не показывал других домовиков, кроме эльфа Блэков. А сбежать не успел бы — инферналов было слишком много. — Значит, он оказался там сам, по своей воле. Либо узнал о чём-то, и решил проверить свои догадки. Но неужели он не мог позвать помощь? — У кого? Если он оказался там по каким-то причинам, не обратившись к Пожирателям, значит никто не должен был знать, иначе смерть. К родным… возможно не хотел подвергать их опасности. Да и не забывай, кто у него брат. — Точно. Эта болтливая собака растреплет всё своим дружкам сразу же, стоит ему узнать. Да и вся эта четвёрка не внушает в этом плане доверия. — Вот и я о том же. А теперь назови мне ещё одну причину, по которой он не мог обратиться к ним? Намекну — с кем эта четвёрка связана?       Снейп думал недолго, после чего вопросительно посмотрел на Вергилия. — Хочешь сказать… Дамблдор? — Именно. Скажи он своему брату всё, что ему известно, новости достигли бы и директора, а Регулус ещё в школе говорил, что Дамблдор ему не нравится. И в этом я с ним согласен. Ладно, об этом потом. Как себя чувствуешь? — Как обычно, — отмахнулся зельевар. — Мне привычно быть в таком состоянии, да и зелья всегда ношу с собой. — Тогда давай продолжим, а Лили, когда отдохнёт, подключится. Я не медик, но достаточно хорошо разбираюсь в медицине, да и в том, что сейчас убивает его тело. Кстати!       Вергилий достал из кармана флакон с изумрудной жидкостью, перекинув его Снейпу. — Это зелье, которое, предположительно, пил Регулус. Попробуй найти антидот, если получится.       Дважды говорить Северусу не пришлось, тот уже раскрыл свой кофр с несколькими отделениями, в которых тут же начал копошиться. Вергилий же начал выводить демоническую энергию из тела Регулуса. Прогнозы были не утешительны для парня, а уж про шансы на выживание не стоило и заикаться. Их там почти не было.       Ещё спустя три часа к ним присоединилась и отдохнувшая Лили. Большая часть энергии уже было убрано, а вот с остальной… — Он не выживет даже после операции, — вынесла вердикт Лили, через полтора часа. — Слишком обширные раны, мышцы в большинстве своём усохли, а магическое ядро практически полностью разрушено из-за тёмной магии. Его тело просто не справляется. — А зелье? — обратился Вергилий к Снейпу. — Антидот уже сделал. Задачку ты мне поставил достойную — зелье почти не поддавалось проверкам. Я бы назвал это Зельем Отчаяния, оно воздействует на разум и тело того, кто его выпьет, и вызывает сильнейшие галлюцинации, а с учётом того, что случилось с мышцами Регулуса — ещё и жуткую боль во всём теле. Боюсь представить, что он видел. Только вот антидот не поможет ему выжить, а только уберёт последствия. — Хм. — Вергилий? — Есть один шанс… я могу переправить оставшуюся часть энергии в его тело и магическое ядро, грубо говоря, она будет напитывать его организм… — Но? — Надолго его не хватит. Лет пять, максимум семь, если не будет активно пользоваться магией. — Подожди! — остановила полудемона Эванс. — Если ты это сделаешь, то что с ним случится? Какой будет итог этого способа?       Бедфорд, чуть улыбнулся. Сразу видно, что врач беспокоится о своём пациенте. — Если ты о том, что он будет испытывать боль, то могу успокоить — у него останутся лишь небольшие периодические боли и, разумеется, шрамы на теле. Обычного обезболивающего хватит. Но вот сильным магом ему не быть. В магии он будет очень слаб, не сквиб, но достаточно близко.       Все трое мрачно переглянулись друг с другом, после чего, кивнув, приступили к последней стадии операции. В этот раз, большая часть работы предстояла именно Вергилию. Правильно вплести демоническую энергию в структуру тела обыкновенного человека (хоть и мага), не сделав его полноценным демоном, задача не из лёгких даже для высших демонов. Не потому, что это невозможно, а потому что требует очень тонких и долгих манипуляций. А демоны привыкли работать грубо и быстро. Ну, большая их часть. Так ещё нужно подавить и уничтожить магию Лича, разобравшись с Тёмной Меткой.       Но Вергилий не был бы собой, если за эти несколько лет не научился подстраиваться под различные ситуации. Так что Лили и Северус могли наблюдать за тем, как полудемон протянул обе руки над грудной клеткой Регулуса, и с ладоней сорвались серебристые лучи, проникающие через кожу в сердце. Блэк едва заметно вздрогнул, было видно, что ему это неприятно, но другого выбора всё равно не было. Сделай что-то не так, и энергия просочится в организм, меняя внутренние органы. После такого невозможно остаться человеком, да и гибридом, как сам сын Спарды, тоже.       Магия и демоническая энергия должны даже не переплетаться, а соединиться в одно целое, но при этом должны быть изолированы, не нанося повреждений. К тому же, все каналы надо было защитить, чтобы не произошло прорыва, иначе сильные боли и смерть, при чём довольно неприятная. И если кто-то скажет, что это быстрое дело, то получит от Вергилия по морде, потому что это ни капельки не быстро. Лишь на исходе одиннадцатого часа работа была завершена, и Вергилий, кивнув остальным, отправился за свой рабочий стол, развалившись в кресле. Спустя несколько минут он отправил Патронуса с сообщением для Сириуса Блэка, надеясь перед его приходом немного отдохнуть. Но ему не дали этого, и уже через три минуты в его дверь стучались. Вставать было лень, так что, закрыв спальню несколькими защитными заклинаниями, Вергилий телекинезом открыл входную дверь. Внутрь сразу же ворвались двое — Блэк и, хе-хе, Поттер. Второй, увидев сидящего в кресле Вергилия, тут же замер на месте, против воли потерев своё горло. Всё ещё помнит ощущение лезвия на своём горле.       Мысленно хмыкнув, сын Спарды активировал специальную рунную связку. Помимо того, что она лишает посторонних любым способом подслушать разговоры, вызывая помехи, так ещё имеет дополнительную функцию. Едва человек, не введённый в систему, покинет дом, он в течение минуты не сможет вспомнить, о чём с ним говорил. Причём, ни один менталист, каким бы искусным не был и как бы осторожно не извлекал воспоминания, ничего узнать не сможет.       Любая попытка узнать разговор ни к чему не приведёт, связка не просто стирает воспоминания, но ещё выводит на первый план эмоции. Страх, беспокойство, опаска — в зависимости от ситуации. Когда такие мысли доминируют, люди склонны к тому, чтобы забывать обо всём, что и кому говорят. И в случае с Блэком и Поттером — на них уже хорошо действует связка. — Где Регулус? Он в порядке? — Смотря как посмотреть. Пока что он живой, но раны довольно серьёзные.       Сириус, осмотрев комнату, заметил заклинания на одной из дверей и сделал несколько шагов вперёд. Но подойти к ней не успел, так как перед ним появился Вергилий, толкнувший его в грудь рукой. Причём толчок был достаточно сильным, чтобы Блэк едва ли не отлетел, приземлившись в кресло. — Сядь и успокойся. Мы сейчас все на взводе, так что не лезь под руку. — Мы? — удивился Сириус. — Мы. Я, Лили и Северус. И если кто-то из вас хоть слово вякнет в его сторону, вылетите отсюда, вместе с Регулусом, и сами будете его вытаскивать из рук Смерти. — Что с ним?       Вергилий телекинезом подтянул к себе ещё одно кресло, в которое тут же сел. Предлагать сесть Поттеру он и не собирался. — Скажу сразу, Блэк. Твой брат едва жив, а его раны слишком сильны. Мы почти двое суток стараемся не дать ему сдохнуть из-за собственной глупости, но вроде шанс есть. — Мерлин. Ты можешь рассказать мне нормально, что с ним? — Нормально? Конечно могу. Твой брат, как и ты, настоящий идиот. Полез туда, куда не надо, сделал то, что не надо было. Это если коротко. Если по длиннее — он переместился в какую-то пещеру, наполненную охранниками и использовал рунную связь адского разрушения, только вот сил на полноценную активацию ему не хватило. В итоге, его чуть не убило выброшенной энергией, а инферналы едва не разодрали его и чуть не утащили в озеро, сделав новым стражником. Какого чёрта он туда вообще отправился, я не знаю, но если удастся спасти Регулуса, то сможем узнать. — Я…могу его увидеть? — Не сейчас. Он всё равно не в сознании, а Лили с Северусом заканчивают с его лечением. Не стоит мешать их работе.       Наступила тишина, нарушаемая лишь треском камина и дыханием людей. Поттер, наконец, сел на оставшийся стул, который, вот напасть, был жутко неудобным. Периодически он смотрел на часы, отмечая, что время идёт слишком медленно. Сириус Блэк нервничал, стучал ногой по полу, раздражая хозяина агентства, Поттер старался не отсвечивать. — Чёрт, Блэк, выпей и успокойся, не раздражай меня, — зашипел Вергилий, буквально всучив ему в руки стакан с виски. Хотелось поиздеваться также, как и над Данте в тот раз, подсунув Дворфского очистителя, но расходовать такой напиток на этих людей не стоит. Не заслужили.       Наконец, спустя полчаса, дверь в спальню открылась, и оттуда вышли Лили и Северус. Взгляд Поттера тут же застыл на девушке в восхищении. — Ну как? — Мы закончили. Жить будет, но, как ты и говорил, не больше семи лет. Сейчас он должен прийти в себя, но ненадолго. Ему нужен отдых, чтобы хоть как-то восстановиться. — Отлично. Идём, Блэк. Поговорим с твоим братом.       И едва ли не потащил пса в комнату, посмотрев на Северуса. Его взгляд прямо говорил — ≪пригляди за Поттером, а лучше пусть проваливает≫. Зельевар, устало потёр шею, подняв взгляд к потолку, а потом опустил. Со стороны и не догадаешься, что он ответил согласием. А если знать, что скоро придёт ещё один Бедфорд…       Сириус, ворвавшись к своему брату, чуть не подлетел к кровати, и в ужасе отступил на несколько шагов. Особенно пугала пустая глазница, что была словно портал в тёмную пустоту. Минут пять он рассматривал своего брата, пока тот, наконец, не пришёл в себя. — Реги, — хрипло проговорил Сириус, преодолев ужас от ран брата. — Мерлин, как ты…что с тобой случилось? — Си…ри? Где это…я? — Ты сейчас находишься в агентстве Devil Never Cries, Регулус, — вышел из-за спины Сириуса Вергилий, бросив холодный взгляд на лежащего человека. — И у меня, как у детектива, есть несколько вопросов к тебе. — Вот…как. Хах. Не думал…что…меня будут…допрашивать, — Регулус попытался улыбнуться, но лишь скривился от пронзившей его боли. — Если бы я взялся за самый настоящий допрос, ты бы сейчас лежал не здесь, а в сырой земле. Рассказывай, как ты оказался в той пещере, что именно там делал, и какого чёрта ты, идиот, использовал рунную связку адского разрушения?       И последовал долгий рассказ. Долгий, потому что периодически Регулусу приходилось останавливаться, чтобы передохнуть. Либо он начинал кашлять, и приходилось давать ему пить, чтобы промочить горло. Рассказ был интересным — Регулус рассказал, как пошёл за своим кумиром, как он обратился к нему за домовиком и в каком состоянии он вернулся назад. Как разочаровался в Тёмном Лорде, узнал о том, откуда его сила, и на какой подвиг решился. — Я бы назвал это не подвигом, а идиотизмом, Регулус, — произнёс Вергилий, когда Блэк в очередной раз прервался. — Я знаю, кем он стал! — слегка повысил голос Регулус, тут же зайдясь в сильном кашле. — Я…должен был…остановить…или хотя бы…ослабить его. — А в итоге ничего из этого не сделал, только сам едва не сдох. — Кричер должен был уничтожить…медальон! — Не сможет. Ты, своей рунной связкой не смог этого сделать, и рассчитываешь, что магия домовика на это способна? Не тот уровень. А вот твоего домовика его воздействие спокойно сможет свести с ума.       Сириус, до этого просто слушающий разговор двух слизеринцев (ощущая себя как никогда тупым), решил вмешаться. — О чём вы тут говорите? Вы можете изъясняться нормально?       Вергилий устало потёр переносицу, мысленно матеря этого…щенка. — Хорошо, объясню так, чтобы даже такой…особо одарённый человек как ты, это понял. Регулус узнал, что Волан-де-Морт теперь лич, некромантом превращённый в нежить. И благодаря библиотеке Блэков твой брат смог узнать и найти одну из его филактерий, после чего попытался уничтожить, — Вергилий не обращал внимание, как от Регулуса потянуло страхом и безнадёжностью, когда услышал слова ≪одну из≫. — Филактерия, если ты не понял, это одно из названий крестража. Только вот он не рассчитал, что не может вытянуть последствия рунной связки, и в итоге едва не лишился жизни. — Ты сказал…одну из. У него их… — Несколько. Да. За всё время, что работаю с Министерством, я уже уничтожил одну филактерию, но тот явно не был первым. — Вот как, — медленно произнёс Регулус, после чего сделал глубокий вдох… — Кричер!       Не прошло и секунды, как в комнате с треском появился эльф Блэков, смотрящий на своего хозяина со смесью радости и обожания. — Кричер, принеси медальон, — твёрдо приказал Регулус. Две секунды, и домовик вернулся, протягивая медальон на цепочке. — Кричер не выполнил приказ хозяина Регулуса, — убитым голосом произнёс домовик, но его прервал голос Блэка. — Перестань Кричер. Отдай медальон… Вергилию.       Взяв медальон в руку, полудемон внимательно осмотрел его, после чего провел над ним второй рукой. По медальону прошёлся лёгкий заряд магии, и Вергилий усмехнулся. — Филактерия Волан-де-Морта. Без сомнений. Чуть более поздний, чем тот, что я уже уничтожил. Хм. Интересно.       Пока Вергилий осматривал медальон более внимательно, Регулус уснул. Сил ещё было мало, поэтому требовался сон, для восстановления. И множество зелий. Сириус, выслушав сегодня много интересного, смотрел на своего брата взглядом побитой собаки. Его спасли, но какой ценой для его здоровья? Мерлин, а если бы он ушёл из дома? Ведь ему всё так там надоело, в особенности постоянные упрёки матери, от которых ему самому не раз хотелось использовать Круциатус, лишь бы она замолчала. Регулуса спасла магия Рода Блэк.       В детстве, когда они ещё были дружны, братья поклялись всегда помогать друг другу в беде, Сириус успел забыть об этом. Но магия не забыла. Едва Реги оказался в смертельной опасности, его так сильно скрутило, что он думал, что его разорвёт на части. Хорошо, что Джеймс привёл его в порядок, иначе он не смог бы даже встать. Сколько он злился и ругался на брата в последние годы, а когда тот вступил в ряды Пожирателей, жажда прикончить брата была очень большой. И почему же он не обратился за помощью? — Потому что не было смысла, — голос Вергилия заставил вздрогнуть Блэка и повернуться к нему. — Ты близок к директору Дамблдору, а он Пожиратель Смерти. Итог был бы не утешителен — его мог прибить кто-то из Ордена Феникса после этого. — Никто бы не пошёл на это! — вскинулся Блэк, но его тут же чуть не вжало в стул от энергии полудемона. — Ты серьёзно так считаешь? Что нет никого из ваших людей, кто серьёзно пострадал от Пожирателей и не захотел бы желать смерти каждому из них? Готов поклясться магией? — Я…а… — последний вопрос выбил из Сириуса любой намёк на желание высказаться. Пусть временами он и казался последним идиотом, но на самом деле таким не был. И нехотя, но признавал правоту Бедфорда. По этой причине он и не стал никому говорить о брате в рядах Пожирателей. Одно дело знать, а другое догадываться. — И что тогда делать?       Вергилий прислушался к ощущениям, и спустя минуту, когда раздался громкий звук, словно выбили дверь, улыбнулся. — Твой друг покинул моё агентство, так что у тебя есть выбор — или ты остаёшься, и мы обсудим всё, что происходит вокруг под Непреложный Обет, или ты проваливаешь отсюда и забываешь всё, что услышал здесь. И забываешь в прямом смысле. Выбирай, Блэк.

***

Следующий вечер.

      Несмотря на то, что между сыновьями Спарды наступило перемирие, иногда вспыхивали и конфликты. В основном, конечно, когда они вдвоём шли на задание. То есть бывало так, что, либо Данте намекнёт, что не отказался бы от помощи, потому что его так не кстати оставили одного, либо Вергилий предложит брату поучаствовать в очередном рейде. Как раз в тот день, когда произошла проблема с Блэком, он уже привёл Данте в свой мир, тому просто надо было несколько часов проследить за несколькими людьми, но…да. Забыл о нём. Так что не стоило удивляться, что Данте вернулся немного обиженным спустя почти двое суток, а когда Поттер попытался что-то там возникать, просто выбросил его за шкирку наружу.       Конфликты возникали в большинстве своём из-за разницы в выполнении задач. Вергилий предпочитал более тихий способ либо стремительный, когда нужно всё решить одним единственным ударом. Но иногда, даже он был склонен к небольшой театральщине, да и само по себе ему нравилось, когда его враги испытывают жуткий страх перед ним. Данте же…давайте промолчим о том, что в прошлый раз половина квартала оказалась разрушена почти до основания. Но сегодня всё было по-другому. — Вергилий! Ты что творишь?! — Избавляю мир от ненужного мусора. — Убивая людей?       Чуть наклонив голову набок, Вергилий уставился на брата взглядом — ты что, идиот? — и медленно произнёс: — А где ты видишь тут людей? Это наркоторговцы, отбросы общества, что наживаются на боли, страданиях и смертях остальных. Не лучше демонов. Уж тебе ли не знать об этом. — Я никогда не убивал полнокровных людей настолько хладнокровно, как бы не всё не повернулось. — В том, что ты идиот мы уже давно убедились, Данте, но с возрастом тебе пора научиться думать самому, — зашипел Бедфорд, потирая виски. Не первый раз они вели разговор насчёт убийства Вергилием людей, но сегодня Данте это увидел лично. И теперь выедает ему мозг чайной ложкой. — Послушай, Вергилий… — Нет, это ты послушай, Данте! — взорвался обычно спокойный парень. — Хочешь, чтобы я перестал убивать таких, как они?       Он указал пальцем на несколько тел, что ещё были живы, и едва слышно стонали от боли. А Вергилий тем временем продолжил: — Другого способа нет, Данте! Пойми ты это наконец! — Можно сдать их властям. Тут доказательств на два пожизненных наберётся. — Властям? Ха! Ты до сих пор наивен и глуп! Какие к чёрту власти? Да им заплатят столько, что все доказательства пропадут ещё до того, как пойдут к вышестоящему начальству! Да и это начальство может быть уже давно подкуплено! Они почти год здесь обитают, Данте, понимаешь? Почти год! И никто, вообще никто не знает примерного расположения что их базы, что примерного количества людей! Это невозможно, если тебя не прикрывают сверху.       Закрыв глаза и шумно выдохнув, Вергилий успокоился. Уже через несколько секунд он вновь открыл глаза. Его взгляд был ледяным, пронзающим насквозь. — Хочешь, чтобы я их не убивал? Хорошо, брат мой. Не буду, — Данте слегка удивился такому ответу, но тут ему в грудь упёрся указательный палец брата, а его взгляд стал ещё холоднее. Ярко-голубые глаза были похожи на два кусочка льда. — Только в этом случае, ты будешь сам объясняться. Ты будешь сам смотреть в глаза матерей, что похоронили своих детей от того, что таких ублюдков не остановили. Ты будешь смотреть на людей в больнице, которые мучаются и умоляют о новой дозе. О той самой дозе, которую эти существа сделали и распространили, потому что остались в живых.       Схватив Данте за воротник, он притянул его к себе ближе, и уже не говорил, а тихо шипел ему в лицо: — И наконец, ты будешь стоять на кладбище, среди мёртвых, похороненных людей, совсем ещё юных. Десятки, сотни, тысячи юношей и девушек, что не стали кем-то значимым в этом мире. Возможно, они оступились раз, но не успели исправиться. И ты будешь осознавать, что они мертвы по твоей вине. Потому что ты пожалел этих уродов, и они продолжили своё дело. Теперь подумай и скажи — кто из нас хуже другого?       Отпустив брата, Вергилий медленно обошёл помещение. Те, кто ещё был жив, уже умерли или умирали от потери крови, но Бедфорду было всё равно. Он искали бумаги, документы, всё что угодно, что поможет найти остальных, причастных к этой лаборатории. — Если мне нужно убить несколько сотен ублюдков, чтобы тысяча была жива — я пойду на это. И сделаю это с огромным удовольствием. Надо будет, я начну их пытать, чтобы добраться до своей цели. Я, может, и изменился, Данте, но часть моих принципов ещё осталось при мне. Я не пойду против себя, и не буду щадить их, потому что они люди, какой была наша мама. Потому что они все — нелюди.       Смотря на то, как его брат потрошит помещение на предмет доказательств и документов, Данте медленно выдохнул, потерев лоб. — Хорошо, Вергилий. Думаю, я могу понять причины этих действий, пусть и не могу до конца этого принять. И чтобы ты знал, насколько мне тяжело это всё принять — я всё равно буду помогать тебе, только постарайся не убивать людей при мне. — Хм. Тогда мне придётся завязать тебе глаза, Данте. Либо подождать пару лет. — Зачем? — непонимающе нахмурился сын Спарды, смотря на появляющуюся ухмылку брата. — В данный момент, ты физически старше меня, а значит, шанс развития старческого маразма и катаракты гораздо выше. А вот в умственном плане да — тебе до меня ещё далеко.       При взгляде на ошарашенного брата, Вергилий хмыкнул, найдя наконец то, что искал. Имена, пусть и не написанные на прямую, зашифрованные, но они есть. А значит ему нужно немного времени и помощь нескольких знакомых, и можно будет пройтись по остальным именам. На лице Вергилия появилась дьявольская улыбка, а ярко-голубые глаза замерцали от предвкушения. Почему бы и нет? В конце концов, эти ничтожества не заслужили лёгкой смерти. А ему разрядка не помешает.

***

— Какого чёрта вы прохлаждаетесь?! — Сэр, мы просто… — Живо подняли свои задницы и оружие наизготовку! — Почему он должен прийти именно сегодня? Почему мы просто не можем найти другое ме… Кха!       Сильный удар в живот прервал монолог мужчины, который упал на колени и держался руками за живот. — Заткнулся, и делай то, что тебе велено! Он придёт именно сегодня, и наш шанс прикончить этого ублюдка раз и навсегда!       На огромном складе сейчас был настоящий хаос. Люди бегали, готовились, ставили баррикады и готовили оружие. А всё потому, что шпионы донесли главарю наркоторговца, что именно сегодня ночью к ним хочет наведаться тот, которого боятся многие нечистые на руку — Питон*. (*примечание автора — на русском звучит, наверно, не очень. PYTHON имеет несколько значений: 1) В греческой мифологии Пифон или Питон обозначается как чудовищный змей, охранявший вход в Дельфийское прорицалище. 2) Демон, дьявол или дух. 3) Также имеет значение как человек, одержимый духом.)       Он всегда появлялся внезапно, не только под покровом темноты, но и на рассвете. Никто не мог узнать о его приходе, а если и узнавали, обычно это было последнее осознание, что было у них в голове. После этого они отправлялись на тот свет. Лишь единицы выживали, но почти все они сходили с ума, навсегда лишаясь разума.       Но сегодня им повезло — им удалось узнать заранее о его приходе, по этой причине Эдвард гонял своих людей не в хвост, а в гриву. А если кто-то не слушался, мог быть избит. Или пристрелен. Уже трое за сегодня были убиты, а пятеро едва стояли на ногах. Глаза наркоторговца лучились безумием, на лице была такая же безумная улыбка. Сегодня он убьёт его, отрежет голову и предоставит остальным. За такой поступок он займёт самый высокий пост, его будут слушать, он станет самым великим среди остальных, никчёмных конкурентов. Он сможет подмять по себя множество остальных бизнесов, когда угроза исчезнет! С такими мыслями Эдвард ходил весь день и весь вечер, не замечая, что постепенно сходит с ума.       Постепенно наступала ночь, нервы людей были напряжены до предела. Руки людей дрожали, к этому времени ещё пятеро пытались убежать, но были расстреляны в спину. Трусы и неудачники! Пройдёт ночь, и утро возвестит всех о его, именно его величии! Торговля наркотиками, оружием…детьми! Всё станет его! Если только эти поганцы перестанут дрожать и бояться каждого шороха!       Когда свет на складе стал мерцать и работать с перерывами, Эдвард разозлился. Он столько денег вгрохал в то, чтобы обеспечить это место бесперебойным источником света, один только подвал чего стоит! — Быстро пошёл вниз и всё проверил! — закричал он, взяв первого попавшегося человека за воротник, сильно встряхнув. — Свет должен гореть постоянно!       И ведь он ни за что не признается, что боится темноты. Место, что называют территорией Питона, который ждёт момента, чтобы вонзить свои зубы в твою плоть. Территория того, кто смотрит на тебя из глубин Ада, сковывая холодом Смерти.       На несколько секунд лампочки снова загорелись ярким светом, после чего несколько из них лопнули, погружая часть помещения во тьму. Причём единственный вход оказался именно что во тьме.       Трое человек не выдержали, начав поливать ту сторону огнём. Громкий крик Эдварда они не слышали, пока тот грубо не отбросил их назад, особо тупому врезав трубой по голове. — Не стрелять без приказа! — заорал он, но ещё несколько лампочек, лопнув одновременно, заставили его молчать и тяжело дышать. В душу стал проникать страх.       Темнота была недалеко от первых баррикад, тот хаос, который царил в первых рядах тяжело было объяснить. Те, кто стоял там в ужасе отбегали назад, и, если бы не ступор Эдварда, уже был бы отдан приказ на расстрел.       Где-то в глубине темноты медленно стало вырисовываться фигура, в тёмно-синей мантии с капюшоном. Фигура стояла, опустив голову, обе его руки покоились на рукояти катаны, на которую он опирался как на трость. На складе царила тишина, и в этой тишине доносились тихие звуки, словно кто-то пел холодным, словно мёртвым, голосом: Dori me interim adapare dori me Ameno ameno lantire lantireno dori me Ameno omenare imperavi ameno Dimere dimere mantiro mantiremo ameno…* (*примечание автора — песня, если переводить, может и не подходит к ситуации, но ё-моё, как только я представил со стороны это действо, меня самого передёрнуло, а как там всех людей заклинило от страха? И да, я знаю, что песня вышла гораздо позже, но Вергилий из другого мира, так что теоретически он может её знать.)       С каждым словом температура на складе становилась всё ниже, люди уже начали дышать паром, словно они сейчас на леднике. Фигура, убрав правую руку от рукояти и с какой-то гордостью рассматривая свою ладонь, злобно оскалился, и наконец поднял голову. Капюшон пусть и закрывал его волосы, но лицо было видно, и на людей, с молодого лица смотрели два ярко-голубых глаза, в которых было видно лишь одно — Смерть. — СТРЕЛЯЙТЕ! СТРЕЛЯЙТЕ Я СКАЗАЛ!       Склад наполнился звуками стрельбы, люди поливали огнём своего врага… Только вот это не приносило толка. Меч за мгновение до первого выстрела покинул ножны, и теперь кружился в руках молодого парня. Уйдя в сторону от выстрелов, он просто махнул мечом, словно собираясь его бросить, но вместо от него вылетели несколько пуль, убивших троих людей сразу. Чем ближе он подходил к людям, тем больше свет пропадал, погружая в темноту всё больше пространства, приближаясь ко второй линии защиты. Люди просто не могли двигаться, пытаясь расстрелять того, кто вызывает у них страх, но из-за того, что тот отбивал всё мечом или просто уходил в сторону, ничего не помогало. Наоборот, некоторые люди застреливали даже своих, не обращая внимания на линию огня.       Взмах меча, и люди как в замедленной съёмке смотрели, как брызнула кровь, после чего человек падает на спину с разрезанной грудной клеткой. Страх сковал всех с новой силой, особенно когда прямо из воздуха появились новые клинки, пронзая всех, кто был рядом. Но самый большой страх сковал Эдварда. Он буквально ощущал, как ледяные клыки страха тянутся к его сердцу, а горло сжимают такие же ледяные руки. И он убежал, в свою собственную каморку, трясущимися руками пытаясь открыть ящик стола. Ящик упорно не открывался, а его мозг воспринимал громкие крики отчаяния и страха, постепенно стихающие выстрелы.       В ярости Эдвард опрокинул стол, отчего ящик открылся, и оттуда вывалился револьвер Colt Python, специально приобретённый им для того, чтобы убить этого чёртового монстра. К тому времени, как он смог взять его в свои дрожащие руки и проверить барабан — всё уже стихло. Едва заметное окно, через которое он смотрел наружу ничего не показывало. Было слишком темно. — НУ ДАВАЙ! ВЫХОДИ УБЛЮДОК! Я САМ УБЬЮ ТЕБЯ! Я ОТОРВУ ТЕБЕ ГОЛОВУ И ПОКАЖУ ВСЕМ, ЧТО ТЫ ВСЕГО ЛИШЬ ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК!       Тишина нагнетала всё сильнее, Эдвард постоянно оборачивался, искал свою цель, держа в потных ладонях пистолет. Лёгкий стук заставил его в страхе обернуться и выпустить все патроны. И да! Он попал! Все шесть патронов попали в его цель, прямо в грудь, где у него должно быть сердце. Но вместо того, чтобы упасть, парень лишь хмыкнул, проведя рукой по ранам. После чего исчез. Сильнейшая боль, и Эдвард упал.       Просыпаясь, он ощутил сильную боль в голове и руках, которые сейчас были стянуты за спиной. Точнее, привязаны к стулу, и достаточно сильно, отчего кровь плохо поступала, и руки начинали болеть. Кляп во рту мешал что-либо говорить, а сказать он хотел многое, особенно когда понял, что перед ним сидит ОН. Ледяные глаза смотрели на него, рассматривали, словно взвешивали. — Помнится, первое время я не понимал, почему в большинстве своём те, кто распространяет эту дрянь, не пользуются ей сами? — голос был таким же холодным, как и его взгляд. — А потом дошло. Зачем употреблять то, что сам и изготавливаешь? Это ведь для них, для всяких неудачников. А мы, чуть ли не подобные богам достойны только лучшего. И меня это жутко раздражает. Вы не люди, и не боги. Всего лишь ничтожные существа, получившие власть над умами людей.       Оскал на лице парня был поистине дьявольским, заставляя Эдварда трястись, а его сердце стучать как сумасшедшее. Перед глазами всё стало плыть. Что это с ним? — Несмотря ни на что, эти ваши психотропные вещества имеют кое-что хорошее. Мне не придётся использовать свои иллюзии, чтобы замучить тебя до смерти. По идее, ты уже должен ощущать воздействие на свой организм, особенно если учесть то количество, что я тебе ввёл.       Освободив Эдварда, парень схватил его за шиворот, и потащил по полу, тихонько что-то напевая. А тот даже не мог встать на ноги сам, они его не держали толком. Впрочем, это ему не потребовалось. Через несколько секунд его поставили на ноги, и краем глаза он увидел сбоку какой-то круг, что горел синим светом и буквально манил взгляд. — Лично мне возиться с тобой не хочется. У меня завтра важный день, и я должен быть в порядке, а не измученный. Но не волнуйся. В Аду тебя примут с распростёртыми объятиями. И запомни главное — не смей оскорблять меня, называя простым человеком. Прощай.       Его подняли и сильный броском закинули в синий круг, после чего, ход в мир людей для Эдварда был полностью закрыт. Навсегда.

***

31 июля 1980 год. 02:33.

      Знаете, такое чувство, когда нервы натянуты до предела, и кажется, что все мышцы в теле напрягаются и расслабляются против воли, хочешь ты того или нет? Когда желудок скручивает, отчего начинает тошнить? Вот и Вергилий знает, причём даже очень хорошо. А причины у него были весомые для этого. И присутствие рядом Данте не сильно успокаивало. Хотя, надо признать, тот старался как мог. — Всё будет в порядке, Вергилий, — кажется, в сотый раз сказал он, похлопав брата по плечу. — Понимаю. Но успокоиться не могу, — Бедфорд провёл ладонью по лицу, словно стирая грязь. — Сам знаешь, что для обычного человека, неважно, маг или нет, это очень тяжёлый процесс. — Знаю, — выдохнул тот. — Отец об этом говорил. Не люблю больницы. — Чёрт. Я волнуюсь и беспокоюсь за Лили. А что если… — Успокойся, Вергилий. Не только ты беспокоишься за неё. Я воспринимаю Лили почти как сестру, особенно, когда она злится, так что я тоже беспокоюсь, но своими нервами мы ничего сделать не сможем. Будем надеяться на лучше. — Да. На лучшее. Спасибо, брат.       Откинувшись на спинку стула, Вергилий вновь попытался успокоиться. Уже шесть лет прошло, как он оказался здесь, шесть лет, как его мировоззрение изменилось, и он давно не жалеет об этом, а даже рад. Столько разных эмоций навалилось на него, как и хороших, так и плохих. Особенно если учесть последний год.       Стоит отметить, что на свою свадьбу, что состоялась в конце августа прошлого года, Вергилий едва не опоздал. Увлёкся одним делом и опомнился лишь за час до церемонии. Если бы не порталы, то было бы очень плохо, а так…всего лишь волосы растрепал, и даже ещё десять минут в запасе осталось. Данте, что естественно, заметил растрёпанность брата и даже попытался пошутить, мол, он вовремя свинтил от любовницы (намекая на работу), за что получил локтем в живот. Несильно так… Если не считать, что Данте едва не сложился пополам.       Количество гостей пришедших на праздник…поражало. Да, не все смогли вырваться из-за работы или патрулирования, но то, что половина мракоборцев, часть Отдела Анализа, несколько авроров и невыразимцев всё-таки смогли прийти, заставило Бедфорда удивиться. Это если не считать Данте, Эйба с дочерью, Северуса, и Юджины. Вот честно, он не ожидал такого.       Также присутствовали родители Лили, Петуния с Верноном, подруги Лили — Алиса, ныне Лонгботтом, Пандора, ещё две подруги с работы, которых, к сожалению, Вергилий не запомнил. Фрэнк Лонгботтом также был здесь.       Те, кто не смог прийти, такие как, например, Говард с женой, или остальные люди с работы, просто прислали открытки, что заставило парня негромко фыркнуть. Но при этом он испытывал лёгкое смущение, непривычный к тому, что есть так много людей, желающих ему только хорошего. Это…было странно, но даже приятно.       Но вот когда появилась Лили… Всё вокруг померкло для полудемона. Он даже забыл, как дышать, пока Данте не пихнул его локтем в бок (заодно отыгрываясь за прошлый раз). И чёрт возьми, Вергилий был прав, когда думал о том, как Лили будет выглядеть в свадебном платье. Она была прекрасна.       Насчёт свадебного путешествия¸ в которое они хотели отправиться в середине сентября… изначально Вергилий опасался покидать Англию надолго. Он с Лили, может, и отдохнёт, но Том явно не будет отдыхать, несмотря на некоторое ослабление в войне. Но тут помог Данте, сказав, что может задержаться на некоторое время и помочь, если всё станет плохо. В крайнем случае, он может связаться с Вергилием с помощью специальной связи, что вновь образовалась между братьями. Когда один обращается к другому, магия начинает слегка резонировать, словно идёт звонок. Когда-то в детстве они могли разговаривать так друг с другом, но сейчас… Хотя бы так могут связаться, да и то, только если находятся одновременно в одном мире.       В итоге, путешествие молодожёнов продлилось чуть больше двух месяцев, пара вернулась в Англию за три дня до конца ноября. Данте торжественно отбыл (пинком под зад из-за своих шуток) через портал, напоследок Вергилий предоставил ему церемониальный клинок, тот самый, который он забрал у Илая. Пришлось помучится, но Вергилий научился посредством передачи энергии через Ямато стабилизировать магическую составляющую клинка, тем самым позволяя ему делать проколы в пространстве. То есть, в каком-то роде это аналог того, что делает Ямато, и теперь Данте сможет сам приходить, когда захочет, только он уже был предупреждён — посмеет прийти и помешать в каком-то деле — все предыдущие ловушки в его агентстве покажутся ему Раем. А Лили ему поможет. А уж если она договорится с Мари и Триш…       Данте, представив, какая задница его может ожидать, обещал специально ничего не делать. К тому же, несмотря на всё, клинок требует постоянной подзарядки и проверки. К сожалению, полностью стабилизировать магическую составляющую не удалось, и после нескольких использований клинок нужно подзаряжать, а некоторые руны восстанавливать. Примерно после семи походов туда-обратно, структура начинает разрушаться, и параметры выхода становятся нестабильными.       В отличие от Вергилия, который с помощью Ямато может перемещаться в различные места, клинок Гилвер мог перемещать владельца лишь в определённые места. Этими местами являются агентства братьев и дом Вергилия, а вот из Ада удаётся переместиться только в мир Данте. Над этим ещё работать и работать.       После прибытия в Англию, Вергилий решил сдать экзамены на Мастера Рун и Иллюзий, с учётом его знаний и умений это было довольно легко. К тому же, Лили была в последнее время немного на нервах, и он решил, что проблемы на работе. Не стоит забывать, что работа целителя очень тяжела, особенно морально, поэтому он старался сделать так, чтобы дома его жена могла расслабиться. Домовые эльфы всё равно делали большинство домашних дел.       Отношения с Малфоями также развивались. Во всяком случае, если их с Люциусом и нельзя было назвать друзьями (особенно в открытую), то хорошими приятелями точно. Метки на их руках уже не работали, так что Том и не знал об этом. Люциус частенько приходил к нему в агентство, где за бокалом хорошего эльфийского вина они обсуждали нынешнее положение дел, планировали что-то новое и готовились к неизбежному. И хотя его жена знала об этом, вместо каких-либо запретов попросила его быть осторожным.       Жена. Вергилий никогда не думал, что одно только это слово будет заставлять его испытывать радость, спокойствие и вызывала лёгкую улыбку. Он стал счастливым, пусть для этого пришлось выдержать много ужасного и плохого.       Восьмого января этого года Лили, поздней ночью, подошла к нему и долго не решалась говорить, просто молча смотрела по сторонам, но боялась смотреть на него. Он быстро понял, что она явно хочет рассказать причину, по которой она была на нервах и не ошибся. По этой самой причине он сейчас и сидит в больнице Святого Мунго. — Ты мог когда-нибудь подумать об этом? — тихо спросил Вергилий у брата. — О том, что ты станешь отцом? — усмехнулся Данте. — Даже врать не буду — нет. Наши с тобой прошлые встречи не позволяли думать в таком ключе. Но сейчас…думаю, ты станешь хорошим отцом, во всяком случае, будешь стараться. — Не надо издеваться, Данте, — беззлобно зашипел Бедфорд. — Я — хороший отец? Я только недавно понял каково это быть человеком, несмотря на демоническую сущность, а тут… Это же ребёнок. Совсем маленький и беззащитный. Благополучие которого будет зависеть от меня. А если…если такая же мразь как этот чёртов Илай…       Злость буквально на секунду поглотила разум Вергилия, едва он представил на месте тех детей своего ребёнка, и только встряска от брата помогла прийти в себя. — Вергилий, я не думаю, что подобное может случится. Во-первых — ты уже уничтожил его, и он никому больше не навредит. А во-вторых — ты этого и не допустишь. К тому же, если мой племянник или племянница хоть немного будет похожа на вас с Лили, я бы пожалел того, кто посмеет её украсть.       Хмыкнув, парень потёр ладони друг об друга. Вокруг стало прохладно, а всё из-за новых способностей. Помнится, Вергилий как-то узнал, что его дополнительные стихии были вода и ветер, что вместе образовывали лёд, вот он и решил на этом сконцентрироваться. Но накапливать лёд первое время было тяжело и долго, поэтому он научился понижать температуру в помещении вокруг себя, грубо говоря, он вытягивал тепло из окружающего пространства, практически мгновенно генерируя лёд. Работало великолепно.       Узнав, что Лили беременна, Вергилий на несколько минут впал в ступор. Он — убийца, сын демона, тот, кто едва не уничтожил людей, пытаясь получить больше силы — станет отцом? Он просто не мог поверить в это, но…внутри разливалось что-то горячее, сердце стучало с огромной силой.       Да, у него было всё, о чём мог только мечтать ранее, когда демоническое воспитание его ещё не сломало. Друзья, сила, работа. Он смог перестать ненавидеть людей и брата, у него появилась жена. А тут такая новость… Как можно поверить в такое?       И тогда Вергилий внезапно понял — ему хочется стать отцом. Мысль об этом заставляла его мысленно смеяться и улыбаться. Спарда был хорошим отцом…а он станет ещё лучше. Ему уже хотелось подержать своего ребёнка на руках. Хах, если бы он встретился с самим собой из прошлого, тот бы презрительно сказал, что Вергилий слишком очеловечился. Но в этом его сила. То, что он искал всегда. Его сила и смысл сражаться дальше, сделать все ради безопасности близких людей.       Данте же, смотря на своего брата, не мог сдержать улыбки. Вот как жизнь, однако, повернулась. Вергилий, тот, кто считал людей отбросами и мусором, кто не останавливался не перед чем, готовый убить всех, даже своего брата, сейчас больше похож на человека. Нервничает, боится, но в тоже время он счастлив и свободен. Теперь он правда силён. Демон, имеющий такое большое сердце, умеющий любить и сострадать — только тогда они обретают всю полноту могущества, которой он наделён. — Мистер Бедфорд? — раздался голос врача, и Вергилий резко встал с кресла. — Поздравляю. У вас мальчик. Роды были тяжёлыми, но всё обошлось. Можете войти, но ненадолго, так как миссис Бедфорд нужен отдых.       Целитель с лёгкой улыбкой ждал, когда Ворон, которого многие (пусть и не все в открытую) считают спасителем магической Англии, отомрёт после такой новости. Его брат, закатив глаза, хлопнул его по плечу и чуть подтолкнул вперёд. — Не стой столбом — иди. Они тебя ждут.       Моргнув и очнувшись, Вергилий тут же рванул вперёд, вместе с целителем скрываясь в палате. Данте на это покачал головой, вновь садясь на стул и расслабляясь. Да, теперь начнутся новые проблемы — подгузники, крики по ночам и всё, что с этим связано. Но при этом, мысль о том, что у него появился племянник заставляла сына Спарды улыбаться. Что же, он не соврал, когда говорил, что Вергилий будет хорошим отцом. А он постарается стать отличным дядей, потому что, ну, нужен ещё один человек, который не будет таким же занудным, как Вергилий. Весёлая жизнь будет всем обеспечена.       Попав в палату, Вергилий сразу обратил взгляд на больничную койку. На ней лежала девушка, с уставшей, но довольной улыбкой, а в её руках находился ребёнок, завёрнутый в чёрную пелёнку. Целитель извинялся, говоря, что белых, к сожалению, не было, но они могут…       Что именно они могут, он даже не стал слушать, остановив целителя лёгким взмахом руки. В конце концов использовать магию возле только родившегося ребёнка будет только идиот. Подойдя ближе, он продолжал смотреть на маленький сверток в руках своей жены. Ребёнок, наверно почувствовав чьё-то приближение, ненадолго открыл глаза и…улыбнулся? — У него твои глаза, Лили, — хрипло произнёс Вергилий, едва заметно пошатнувшись от наполнявших его чувств. — Зато твои волосы и черты твоего лица, — слабым голосом ответила девушка.       Вергилий, сев на стул рядом с женой, осторожно взял на руки своего сына. Тот слегка заёрзал, когда его отобрали от матери, но почти сразу успокоился, вновь закрыв глаза. И правда, на голове новорожденного находился небольшой пучок волос, такого же белого цвета, как и у Вергилия. Личико было с аристократическими чертами, унаследованными от своего отца. И демоническая энергия, которая пока пусть и почти незаметно, но уже струится внутри его маленького тельца.       И только Лили и целитель могли увидеть, как на лице Вергилия появилась нежная улыбка, а глаза заблестели от непролитых слёз. Сын. Его сын. Его наследник и ещё одна причина для того, чтобы жить и продолжать бороться за то, что важно.       Сколько он его держал, Вергилий не знал, не замечая, как тихонько укачивает уснувшего сына, пускающего слюни на его рубашку. Наконец, он осторожно наклонился и аккуратно кладёт сына на грудь Лили, осторожно поцеловав её и беря за руку, даря тепло и поддержку. — Ты придумал…имя? — голос Лили был уставшим, всё-таки, роды были тяжёлыми для неё.       Вергилий перевёл взгляд с жены на сына. Имя. Он думал, но в голову не шло ничего интересного. Взгляд зацепился за пелёнку, и в голове также проскочила страница из книги про римских императоров, что он не так давно читал. После чего он вновь улыбнулся, осторожно проведя пальцем по щеке сына. — Неро*, — тихо проговорил он. — Неро Бедфорд. (*объяснение автора — я хочу кое-что пояснить. Во-первых — чёрный переводится на итальянский как Nero. Во-вторых — имя Неро отсылка к римскому императору Нерону. Вот так. А теперь выслушайте главное, и можете забрасывать меня тапками. И не забывайте, что в работе с самого начала стояло ООС.       Неро не существует в мире, где родился Вергилий. Ну, то есть совсем. В восемь лет он попал в Ад на целых десять лет. С восемнадцати до девятнадцати он искал что-то, что даст ему больше силы, после чего попал в Ад и был заключён в доспехи Мундусом. В одиннадцатой главе Вергилий поясняет Лили, что провёл в доспехах семь лет, после чего, сразу же был заточён на три года в Башне. Это я к чему — как бы, у него не было времени на…плотские утехи, так сказать. Вот так вот. Если кто разочаровался — простите, но менять ничего не буду.)

***

31 октября 1983 год. 06:25. Дом Бедфордов.

— Вы серьёзно, директор? — Более чем, мальчик мой. Ты видел мои воспоминания, видел, как Сивилла произнесла пророчество. — Я сейчас не об этом. Три года, Альбус. Вы три года молчали об этом и только сейчас решили сказать. Что же такого случилось, что вы перестали молчать? — Том знает о пророчестве, но только о её части. Кто-то подслушивал нас в тот день, поэтому он рассказал о том, что услышал. Том может и стал кровавым убийцей, но он не дурак. Зная даже часть, он станет искать ребёнка из пророчества и не даст ему вырасти. Скорее всего, он просто ждёт, кто проявит себя раньше. И ваш сын уже показывает признаки магии, которые не часто проявляются у детей его возраста. Пока что мы обрубаем всю информацию, но мы не можем знать, кто является шпионом, а кто нет. — Хорошо, и что же вы предлагаете? — нахмурился Вергилий. Что-то это всё ему не нравится. — Вам стоит спрятаться. Могу предложить закрыть ваш дом Фиделиусом, чтобы никто не мог проникнуть к вам. К сожалению, вам придётся оборвать все связи с друзьями, ради безопасности. Думаю, Сириус или Джеймс с радостью помогут. Я знаю, что в школе вы не ладили, но Сириус благодарен тебе за спасение Регулуса, а Джеймс, как его друг и очень добрый мальчик, не откажет в помощи. — Ага. Особенно последний. Очень добрый. Хорошо, Альбус, я услышал вас. Мы с Лили всё обсудим и дадим вам наш ответ.       Директор Хогвартса, услышав по голосу Вергилия, мол, Альбусу пора уходить, медленно встал с кресла. — Не стоит тянуть время, мальчик мой. Том в любой момент может напасть на вас, вам надо побеспокоиться о безопасности.       Вергилий лишь раздражённо кивнул, дождавшись ухода директора, после чего потёр шею и громко произнёс: — Подслушивать нехорошо.       Со второго этажа спустилась Лили, и то, что она нервничает, было видно невооружённым взглядом, несмотря на то, что она была ещё сонной. — Прости, если разбудили. Как Неро? Спит? — Да. Вергилий, неужели это правда? То, что сказал директор? — Хм. Возможно. Но всё равно, всё это пахнет не слишком приятно. Почему директор ждал три года, если так называемое пророчество было произнесено ещё в январе восьмидесятого? И почему выбрал именно нас? Дело ведь не только в том, что наш сын рано начал пользоваться магией, тут явно что-то ещё. Чёрт!       Вергилий ударил кулаком по подлокотнику кресла, который громко хрустнул. — Теперь понятно, почему последние несколько дней чутьё буквально кричит об опасности. Лич и Хэллоуин. Потрясающая смесь. И он явно к чему-то готовится, чтобы все шансы были именно у него. — И что же делать? Фиделиус, как предлагает директор?       Сын Спарды прикрыл глаза, задумавшись на несколько минут. После чего, резко открыв глаза, он встал и начал ходить по дому. — Вергилий… — Я не собираюсь всю жизнь проводить в тюрьме собственного дома, и подводить под это свою жену и своего сына. К чёрту директора, его Орден и всё с ними связанное. Я блокирую дом от посторонних, — он ненадолго задумался, после чего с его руки слетел серебристый ворон. — Север, ты срочно нужен у меня дома. Дело не требует отлагательств. — Зачем тебе Северус? — Лили, ещё не полностью проснувшаяся, не могла толком понять, что он задумал. — Вергилий!       Сын Спарды остановился, смотря на свою жену сосредоточённым взглядом. — Когда придёт Северус, я всё расскажу. Дождись его здесь.       А сам быстрым шагом направился в библиотеку, к сокрытому сейфу. Минут пять он ходил перед ним, напряжённо думая, пока наконец, не выдохнув, снял все магические замки, достав свиток. Вергилий очень сильно надеялся, что это ему не понадобится.       К тому моменту, как он спустился, Северус уже был в их доме. Поприветствовав друга, они расселись в кресла, а Лили отправилась в комнату, так как проснулся сын. — Итак, что случилось, Вергилий? Твоё сообщение напугало меня, если честно. — Сегодня к нам в дом пришёл Альбус, и рассказал занимательную историю. Три года назад, на собеседовании с Сивиллой Трелони на должность профессора Прорицания, она внезапно произнесла, как сказал директор, Истинное Пророчество, по которому видите ли выходит, что ребёнок, рождённый на исходе седьмого месяца, может победить Тома окончательно. Только он, и никто другой. — Хочешь сказать, что Волан-де-Морт поверил в пророчество и теперь вас ищет? И директор тоже поверил? — Насчёт второго не знаю, но с учётом того, насколько участились нападения Пожирателей и даже самого Тома — он точно поверил. — Ну, не знаю, Вергилий, — потёр подбородок мастер зелий. — Если пророчество было произнесено три года назад, а вам о нём сказали только сейчас… Кто ещё подпадает под него? И как вообще оно звучит? — Из тех, кого мы знаем — сын Алисы и Фрэнка, поэтому их сейчас спрятали. А мы-то думали — почему крёстная нашего сына не отвечает? Твоя дочь под пророчество не попадает, так что расслабься. И это я ещё не делал полную проверку окружения. А насчёт того, как оно звучит… Пришлось разговорить нашего директора, но у меня получилось добиться полного ответа.       Используя иллюзию, Вергилий воспроизвёл воспоминание, показанное ему директором. Женщина в очках заговорила грубым и хриплым голосом: ≪Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… Победить того, кто виновен в войне… Виновен в множественных смертях… Рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… Рождённый от невозможного союза, ставшего реальным… Ребёнок, чья сила будет почти безгранична… Ребёнок, что превзойдёт отца, и отца своего отца… И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, не узнав его истинную силу… Тот, кто могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…≫ — Странное пророчество, — нахмурился Снейп. — Там нигде прямо не говорится именно то, что оно про вас, если не углубляться. А так — под любого можно подстроить. Какой ребёнок не захочет превзойти своего отца? Но в чём же причина того, что ты меня сюда позвал? — Потому что я тебе доверяю, иначе не сделал бы крёстным Неро. Я уверен, что он нападёт именно сегодня, и мне нужен тот, кому я могу довериться. — Почему сегодня? — А ты не заметил, что всё очень странно? Три года известно о пророчестве, три года Альбус знал, что есть тот, кто убьёт Тома, но молчал. А теперь, по какой-то причине, рассказал. Причём, стоит учесть, что мы с Лили в Ордене не состоим. Я не могу понять, чего он хочет этим добиться, но времени на проверки сейчас нет. В общем, причина того, почему я тебя позвал…

Спустя четыре часа.

— Вергилий, зачем… — Это единственный выход, Лили. Если не покончить с ним сейчас, он будет преследовать нас вечно, и скрываться я не собираюсь. — Но позови хотя бы Данте! — воскликнула Лили, одновременно злясь на ситуацию, и беспокоясь за мужа. — Не получится. Он в Аду, ищет демона, который был в том нападении, когда пропал наш отец. И когда вернётся… На всякий случай я оставил ему послание, — видя беспокойство своей жены, он обнял её одной рукой, прижав к себе. — Всё будет хорошо.       Его Лили сильная. Она не будет плакать сейчас, при нём, потому что знает, что он не сможет сосредоточиться на главном. И не будет плакать при сыне, чтобы не расстраивать его. Кстати, о сыне… — Папа! — голос сына и топот маленьких ножек заставил Вергилия отпустить Лили, и повернуться, когда на него налетел маленький ураганчик с белыми волосами. Бедфорд успел подхватить его на руки. — Ты куда? Ты обещал сходить со мной погулять! — Прости, демонёнок, — слабо улыбнулся Вергилий. — У папы появилась серьёзная работа, которую нельзя отложить на потом. Обещаю, что в следующий раз мы обязательно сходим в тот самый парк, куда ходили на прошлой неделе. — Вместе с Дадли? — глаза мальчика засветились, словно включили маленькие лампочки. — Конечно. Ещё позовём тётю Туни и дядю Вернона. А лучше ещё и бабушку с дедушкой, устроим семейную прогулку. — Ура!!! — воскликнул Неро, крепко обняв отца за шею.       Воздуха катастрофически не хватало, но не от объятий, а от мыслей. Неужели Спарда чувствовал то же самое, когда на него напали? Мысль, что больше никогда не увидишь своих родных, не посмотришь в родные глаза, не услышишь их голоса… В груди сжимало от этих мыслей…       Отпустив сына, который тут же подбежал к своей матери, Вергилий перевёл взгляд на Снейпа. Естественно, тот хорошо контролировал своё лицо и эмоции, но по глазам было видно, что хоть план ему не нравился, он сделает всё.       Вергилий чуть усмехнулся. Мог ли он несколько лет назад сказать, что Лили станет его женой и родит ему сына, что он помирится с родным братом, и что тот бледный парнишка, который ехал с ним в Хогвартс-Экспрессе, станет его лучшим другом и крёстным отцом Неро? Да тот, кто сказал бы ему эти слова, в лучшем случае выплёвывал свои внутренности, а в худшем… Хах. Как изменилась жизнь за последние года. — Север. Спасибо тебе. — Не стоит. Не могу же я оставить вас в беде. За такое не стоит благодарить.       Смотрев друг на друга с минуту, парни одновременно крепко пожали руки, после чего Ямато открыло портал в агентство. Едва он ушёл, на дом опустились щиты, блокируя его от посторонних. Щиты поддерживались от энергии самого Вергилия, так что, пока он жив — они будут стоять. Снять его могут лишь несколько человек.       Если щиты падут, что означает смерть Бедфорда, активируется аварийная защита, сроком на три часа. За это время Северус и Лили соберут все вещи, Неро, Кербера и отправятся в убежище. Контакты будут отменены, пока не вернётся Данте. Дальше они будут действовать по ситуации, но Вергилий будет надеяться, что брат позаботится о них. Именно об этом он попросил в послании.       Медленно бродя по своему агентству, Вергилий просто погрузился в воспоминания. Как впервые пришёл сюда после побега из Башни. Это место не было его домом, но стало хорошей опорной точкой где можно отдохнуть и восстановиться. И лишь со временем место превратилось в дом.       На камине стояли фотографии. Первый день рождения его сына, на котором собралась вся семья и друзья. Вот фотография, где его агентство навещает Люциус со своим сыном Драко. В тот день Вергилий взял сына на работу, вот мальчиков и пришлось оставить одних ненадолго. Ох и намучались взрослые потом, когда дети начали творить хаос. Да и надо было сделать так, чтобы Лорд не узнал об этом. Именно Люциусу предстоит сегодня опасная задача — предоставить Лорду данные о том, где будет Вергилий.       Фотография, когда вся семья Бедфордов отправилась в Японию на отдых, на которой Лили была изображена в кимоно… И где его сын скупил чуть ли не всю лавку с фигурками…       Вздохнув, полудемон взмахом руки скрыл все фотографии, вернувшись за стол. Вызвав своих домовиков, он передал им письма, которые срочно требовалось отправить по адресатам. В письмах было несколько предложений, но всё сводилось к одному: Забирайте родных и прячьтесь.       Скрестив пальцы в замок, поставив локти на стол, Вергилий закрыл глаза и погрузился в магическую энергию своего тела. Он скоро придёт, и сын Спарды будет готов к этой встрече, что явно не последняя. Наверно.

***

      Чем ближе ночь, тем больше была его связь с энергией мёртвых. Вергилий старался укрепить связь, отказавшись от посторонних мыслей. Получалось неплохо. На улице уже давно стемнело, когда Вергилий почувствовал приближающийся огонь магии. И даже очень знакомый. Что же, пора.       Дверь медленно открылась, и внутрь вошёл некто, в тёмном балахоне с капюшоном, полностью скрывающий лицо. Казалось, он не был удивлён, что Вергилий сидит за столом, словно тот ожидал его. — Снова приветствую тебя, Том, — произнёс Вергилий, медленно открывая глаза. Ранее ярко-синие глаза, в которых плескалось всё то, что делало его человеком, потемнели, вея холодом. — Я уже заждался тебя. Ты особо не прятался, когда шёл сюда. — Ты всё равно уже мёртв, Вергилий, — с усмешкой прошипел Волан-де-Морт. — Поэтому я великодушно дал тебе пожить лишних несколько минут. Если бы ты умел разбираться в людях, может, пожил бы подольше. — Какая щедрость, — теперь усмешка была и на его лице, хотя внутренне он был удивлён. Тело Тома было полностью переполнено энергией, её было столько, что при магическом зрении могло зарябить в глазах. Что же, он и не рассчитывал, что будет легко, вдобавок, на этом можно сыграть. — Значит, Люциус оказался Пожирателем. И зачем же ты пришёл? — Мне нужен твой сын.       Коротко и ёмко. Впрочем, чего ещё ждать от существа с переизбытком энергии? — На такое я и не рассчитывал. Мне стоит беспокоиться о том, что Тёмный Лорд стал педофилом? Или после того раза ты вместе с рукой лишился ещё чего-то? Маленького Томми, например? — Заткнись! — громко и резко произнёс Реддл, словно ударил плетью. Вергилий же мысленно улыбался — кажется, он заразился от брата привычкой дразнить сильных соперников пошлыми шутками. Да и то, как Лорд дёрнул рукой, которую ему отрубили в прошлый раз, веселило. — Я даю тебе выбор — или ты отдаёшь мне своего сына, или я уничтожу тебя, но перед смертью заставлю смотреть на мучения родных. — А в первом случае, ты будто оставишь нас с Лили в живых. У меня вот какой вопрос — каково будет твоим людям узнать, что их столь любимый Лорд всего лишь полукровка? — шипение со стороны заставило подобраться парня. Ну, пора начинать. — Ох, как бы был счастлив Салазар, узнав, что его потомок рождён от какого-то там проклятого маггла. Столь низкого, ничтожного существа. От мусора. Получается — ты тоже ничтожество, Том Марволо Реддл, существо, которое опозорило имя великого Салазара Слизерина кровью животного.       Огненная стрела слетела с палочки Тома, вместе с криком ярости, но Вергилий успевает откинуться на стуле назад, ударом ноги подбрасывая вверх стол, и возвращаясь в исходное положение ударом руки отбрасывает его в Тома. Не долетая до цели, стол разносится в щепки посредством взрывного заклинания, волна от которого дошла даже до Вергилия. ≪Хах. А он на мощь не скупится. Бьёт во всю. ≫       Тёмный Лорд бил с расстояния, не подпуская противника на ближний бой, прекрасно зная о его способностях, но и Вергилий не лез на рожон. Уворачивался, бил в ответ, делая вид, что хочет приблизиться. И не только потому, что он не хотел рисковать, а потому что Реддл оказался в несколько раз быстрее, чем был раньше. А означать это могло лишь одно — он создал новые крестражи и перед нападением уничтожил их, поглотив накопившуюся силу. И скорее всего провёл несколько ритуалов. Его сила возросла, и несколько ран на теле полудемона показывали, насколько.       Волна магии сбила Вергилия с ног, вбив в стену, заставив того злобно зашипеть. Следующее взрывное заклинание Лорда угодило в пустую стену, так как Вергилий, приняв облик демона, исчез. Удивление на лице Волан-де-Морта было секундным, его окружила тёмно-синяя сфера, чувство опасности буквально закричало, и он ушёл в сторону. Вот только удар был не единичным, второй удар пришёлся на место остановки Тёмного Лорда, третий на следующее место. Где бы не останавливался Том, его всегда ждал удар. Стол, попавший в сферу, был буквально измельчён. Ударить он не мог, противника не было видно даже ему.       Увернувшись от взрывного заклинания, которое в него бросили наобум, Вергилий мгновенно материализовал в правой руке Крыло Ворона, переведя в атакующий режим и с лезвия вылетает мощная молния, попавшая в грудь Тома. Не ожидавший этой атаки Лорд, не успевает увернуться и отлетает назад, пробивая собой стены и попадая на задний двор. Устремившись вперёд, Вергилий успевает пригнуться, уходя от веера огненных стрел, и наносит удар Ямато, встречаясь с тёмным клинком Реддла. — Вот как. У тебя, оказывается, есть свой тёмный секрет. — Не только тебе, Том, отличаться от остальных. Знаешь закон мира? Всегда найдётся кто-то, кто будет сильнее тебя. — Но это точно не ты!       Удар головой на секунду дезориентировал сына Спарды, и это секунды хватило, чтобы его забросили в портал. Прокатившись по земле пару метров, он успел встать на ноги, оглядываясь. А оказался он в не очень приятном месте. — Какого чёрта я делаю на кладбище? — задал, собственно, риторический вопрос Вергилий, заскрипев зубами. Дело принимает неудачный для него оборот. — Ты на моей территории, Ворон! — раздался громкий голос Тома по всему огромному кладбищу. Здесь ты и умрёшь! — У тебя слишком большая склонность к театральщине, Реддл. Прости, но сегодня я не намерен умирать. — Посмотрим! — раздался насмешливый голос, спустя минуту молчания.       После чего послышались многочисленные громкие звуки и трески камня и дерева. Мертвецы пробудились, движимые лишь одной целью — Убить Вергилия.       Сам полудемон на это скривился. Цель Тома проста — заставить его потерять как можно больше сил. Уйти с кладбища не получится, на нём стоят мощные щиты, не пропускающие никаких магических импульсов. Добраться сюда можно лишь одним способом — переместиться на расстоянии и добежать. Но Вергилий убегать и не собирался.       Тратить силы на мертвецов почти и не приходилось, хуже приходилось, когда он на мгновенье отвлекался, и тени, с лёгкой руки Тома, наносили удар. Один из таких отбросил Вергилия с такой силой, что он насквозь проломил собой небольшой склеп. Неприятно. Найти Тома также не удавалось, энергия мёртвых хорошо скрывало его присутствие.       Тени начали ползти, принимая формы различных существ и монстров, и стали нападать на Вергилия. Первые же когти, резанувшие его по груди, показали, что эти тени реальны, и магии в них закачали огромное количество.       Бегая мимо надгробий и трупов, Вергилий изредка резко останавливался, и одним ударом убивал того, кто был ближе всего к нему. Как бы силён он не был, его спокойно могут свалить количеством, поэтому он вспомнил старую тактику, для которой нужны сильные ноги. Все противники бегают с разной скоростью, а значит будут бежать на разном расстоянии. Обязательно попадётся тот, кто будет быстрее остальных, и самый быстрый будет умирать самым первым.       После очередного поворота он попал под Лавину Теней. Она в буквальном смысле накрыла его, и множество когтей и зубов стали рвать его тело… А в следующую секунду местность накрыл поток Истинного Адского Пламени, что сожгло тени и зацепило прячущегося Тома. — Что?! Как?! — яростно закричал тот, увидев на выжженной поляне Вергилия. — Тебя должны были разорвать! — Прости-прости, Томми, — усмехался в ответ полудемон, внутренне радуясь. Значит, он не заметил.       На лице Лорда медленно стало проявляться понимание. — Мастер Иллюзий. Как я мог забыть? — Возраст, мой друг. Ты гораздо старше, склероз в твоём возрасте — это нормально. — Если думаешь, что эти детские игры тебе помогут, ты ошибаешься!       Новая партия мертвецов начала вставать, когда Вергилий просто взмахнул рукой, и все мертвецы упали. И больше не вставали. — Ты умеешь оживлять, а я убивать. ТАКИМИ детскими играми, меня не удивишь.       Том так и пылал энергией, казалось, будто его все эти выверты не заставили устать, а вот столь реальная иллюзия требовала много сил, пусть она не забрала и десятой доли сил в его организме. Кладбище вновь наполнился громкими звуками, в том числе грома и молнии, на сей раз — от столкновений двух сил. На огромных скоростях два противника скользили по земле, атакуя друг друга в ближнем бою, магией, предметами и разломанными надгробиями, что лежали везде. Постепенно Вергилий приходил к мысли, что если бой затянется, победит не он. В данный момент, Реддл не просто Лич — Высший Лич, подпитывающий самой смертью, тьмой, которую он с лёгкостью делал реальной. Генерировать лёд было тяжело, температура вокруг была низкой, и вытягивать тепло из окружающего пространства нормально не получалось, но периодически принимая облик демона Вергилий постоянно отбивал атаки, переходя в нападение.       Сотня Призванных мечей ударилось об щит, которые в одно мгновение было разрушены. Лорд уже был готов метнуть в своего противника сгусток тёмной энергии, когда осколки собрались в несколько небольших ножей, и вонзились прямо в грудь Лича. Сгусток энергии всё-таки сорвался с его рук, но ударил не в голову, как планировалось, а в грудь полудемона, отбрасывая того в толстое дерево. С громким хрустом, половина рёбер оказались сломаны, и их осколки нанесли сильные повреждения лёгким.       Жизнь с Лили, которая была врачом, дало ему понять, что то, что он сейчас харкает кровью — это критично. Сделать глубокий вдох у него не получалось, любая попытка вдохнуть вызывала сильнейшую, острую боль в груди. Минус человеческого тела. Человеческого. Тела. Но не…       Новая Лавина Теней грозилась окончательно смести полудемона с лица земли. С огромным трудом сделав глубокий вдох, на грани игнорируя острую боль, с руки Вергилия срывается столб огня, сдерживая Лавину. — Пусть ты и силён, пусть ты и маг, но ты всего лишь человек! Жалкий и ничтожен! Я — Вершина всего! Я тот, кого называют Лордом Судеб! Все Судьбы — в моих руках, и только Я имею право управлять ими! ≪Позёр, ≫ — устало подумал Вергилий, удерживая ровное пламя огня.       Что же, Том прав. Вергилий подзабыл, что тело человека слабо. Тело гибрида гораздо прочнее, но всё-таки уступает в прочности демону. Взгляд медленно был переведён на руку, держащую Ямато. То, что не может сделать человек, может сделать демон, но… Что сделает демон потом? Лишившись человечности, для него не будет важно ничего, кроме власти и силы. Тысячи погибнут только ради того, чтобы насытить Короля Демона. Но может ли человек сделать то, что и демон?       Ямато с громким стуком упало на землю, прямо на остаток надгробия. — Сдаёшься? — Нет, — прохрипел Вергилий, харкнув кровью. — Жаль тебя разочаровывать, но даже ты не смог добиться того, чего хотел.       Вытерев кровь с губ рукавом, он усмехнулся, вкладывая в слова свою силу. — Пытаясь стать бессмертным, ты не сделал таковым своё тело. Иначе ты бы не кричал как школьница, увидевшая крысу, когда мои клинки пронзили тебя насквозь.        Реддл усилил натиск, заставив полудемона глухо застонать. — Ты разве не заметил? Мои атаки всегда достигали своей цели. Все твои щиты не могли уберечь тебя, поэтому, пусть ты и полон сил, но из-за повреждений магия работает с перебоем, — Вергилий поднял лицо вверх, ощутив лёгкий ветерок и небольшое покалывание. Будет дождь. — Моя магия нивелировала всю твою защиту. Ни одна из твоих атак не смогла проникнуть в мой организм. Ты Высший Лич по силе, но физически — жалкий некромант.       В свободной руке сына Спарды появился свиток, которую тот крепко сжимал, направляя в неё свою силу. — Ты глупец, Томми. Глупец. Ты думал, что пытаясь убить меня и угрожая моей семье сможешь сломить меня, но ошибся. Меня не сломили мучения в проклятых доспехах, не сломило заточение в Башне. Я нашёл свой путь, нашёл якоря, что стали моей силой! И поэтому. Сегодня. Ты умрёшь!       Облик Вергилия поменялся. Воспоминание о том, как он держал на руках своего сына, понимая, что у него есть новая причина жить, он принял истинную Силу. И сейчас, он принял Истинный Демонический Облик. Более зверская, более демоническая и кровожадная. И более совершенная. Его крылья и хвост развевались за спиной, рога были остры, и не было сомнений, что он способен насадить на них хоть самого Мундуса. Всё его тело светилось чистой синей энергией, словно раскалённый огонь. Сила затопила его тело, регенерируя организм, но из-за серьёзных повреждений регенерация вредила.       Ранее, принимая форму демона, Вергилий не мог летать, и где-то глубоко внутри завидовал, когда узнал, что Данте может это делать, пусть и используя душу Неван. Сейчас его распирало от мысли, что вот он, шанс полететь. Так, как летают вороны. Но частью сознания он сделал то, что хотел изначально. Свиток в его руке вспыхнул как спичка, и по кладбищу раздался жуткий, потусторонний крик, напугавший даже самого Реддла.       Вся боль, что когда-либо испытывал Вергилий, была ничто, против того что он испытывал сейчас. Боль проникала в каждую частицу тела, выжигая всё, что есть в нём, убивая, истязая, калеча. Правую руку, от кончиков пальцев до плеча, прожигало насквозь сотнями горящих игл, кости плавились, плоть сгорала. Боль переносилась на лицо, сильно ударив по глазам. Начали гореть лёгкие, позвоночник и ноги. Свиток полностью сгорел, но в ладони Вергилия горел яркий сгусток магии, несущий Свет и Жизнь, объединяясь с силой Истинного Демона, и образуя новую силу.       Вергилий исчез, отчего лавина ударила в землю, и Том на секунду замешкался. Лишь на секунду. И этого хватило. Вергилий появился в воздухе, прямо позади Тёмного Лорда, что стоял на возвышении, занеся руку для удара. Его полёт длился недолго, но был таким опьяняющим. Крылья начали гореть, когда Вергилий нанёс удар, с хриплым, потусторонним криком: — ДЖЕК-ПОТ!       Всё кладбище накрыло куполом Света, словно от мощнейшего взрыва. Не было ни одного звука, ничего, лишь столп пыли. И когда она опустилась, на кладбище стояла лишь одна фигура. Обожжённое лицо с повреждёнными глазами, отсутствующая рука, правая сторона груди полностью сожжена до костей. Кости в обеих ногах раздроблены, но он ещё пока стоял на трясущихся ногах. Перед ним, на земле, лежал повреждённый тёмный балахон и волшебная палочка. Весь свет от чистой энергии, что светил совсем недавно, медленно потухал.       На землю начали падать первые капли дождя. Подняв глаза к небу, Вергилий устало улыбнулся. Всё, как он и предполагал. Начался дождь. Совсем как тогда. В тот самый день, что изменил его судьбу.       Перед глазами всё плыло, в ушах шумело. Из ран медленно шла кровь, но сил на регенерацию уже почти не оставалось, чтобы закрыть её, поэтому кровь постепенно выкачивала жизнь из него. В таком состоянии у него не будет и шанса справиться даже со слабыми существами. Но в этот раз его никто не преследует. — В этот раз…я не проиграл, — раздался слабый, хриплый голос Вергилия. — Может, я потерял жизнь…но…я сохранил то…что для меня важно…       И как в тот самый день, у него не было силы. Тело разрушалось. И опять, с ним остались только амулет и верная катана, которую ему оставил отец-демон. Но в этот раз с ним были и его воспоминания, его мысли… и фигурка ворона, что подарил ему Неро на прошлое Рождество. Та самая фигурка, что он сжимал сейчас в своей целой руке.       Мысли путались, раны болели всё сильнее, заставляя скрипеть зубами от боли. Ноги слегка подогнулись, и тело Вергилия, старшего сына Спарды и Ворона, что защитил магическую Англию такой ценой, упало на землю. К чёрту Англию. К чёрту магов. Его жена и сын живы, за такое не жаль умереть.       Дождь всё продолжал идти, принося с собой влагу и холод.       Но Вергилий этого уже не почувствует.