Энциклопедия наших отношений

      – Нуна, может не стоит? – подобная фраза уже почти вошла в привычку, и то самое "почти" очень небрежно срывает рамки, после строгого отказа старшей.       – Ну как же? Опять дрочить в душе будешь? – Юнги наглой кошкой усмехается, неторопливо ложится на спину, придерживая своё тело на одном локте, второй рукой утягивая за собой своего парня. И Чимин каждый раз покорно валится следом за ней, так ни разу и не решившись отказать.       И снова девушка затягивает в долгий поцелуй, снова ладони блуждают по её телу, снова кожа впитывает её аромат. В очередной раз заставляет поверить в свою значимость в её жизни, заставляет крепко убеждаться в том, что его тепло подходит ей лучше, чем любое другое, заставляет вновь и вновь отмечать невероятно удачное сочетание запахов.       В моменты слишком затянувшихся поцелуев Чимину казалось, что он вот-вот утонет в Юнги, девяносто девять из ста давал на то, что буквально через мгновение она поглотит его без остатка. Обычно, как только такая мысль появлялась в голове Чимина, Юнги торопилась отстраниться, будто на телепатическом уровне понимала, когда следует сделать паузу.       О, Юнги действительно была проницательна во всех вещах, которые касались её мальчика, и дело касалось не только течек и малейших изменений настроения. Она знала его всего, насквозь, без остатка, каждую клетку тела изучила, каждый жест давал ей чётко понять, что творится в голове парня. Она словно замечала его мысли, каждую дурную отгоняя нежнейшим прикосновением и стандартным "я люблю тебя, малыш".       Признание в любви от этой девушки хоть и было нередким явлением по отношению к Чимину, но парень часы напролёт мог слушать, как она говорит одну единственную фразу, настолько разные чувства она вкладывала в каждую из них. К такому легко привыкнуть, а после, словно курение, никак не бросить.Политика у Юнги такая – не позволяет себя забывать и откладывать в долгий ящик.       Ладони Чимина пробираются под бюстгальтер, Юнги медленно откидывается на подушку, шумно выдыхая сквозь непонятную улыбку. Девушка всё время ощущает себя великой совратительницей, когда Чимин так откровенно прикасается к ней. Сразу вспоминаются сцены их первой встречи, первого раза, вспоминаются дрожащие руки, колени, и сейчас уже кажется, что тогда и сердца заходились дрожью, вовсе не ударами.       И Юнги кайфует от смеси прошлого Чимина и теперешнего, благодарно стонет, чтобы парень знал о правильности своих действий, а он лишь вздрагивает от этих звуков, невольно напрягая пальцы, сжимая кожу до синяков, которые, вообще-то, не планировал оставлять. Чимин не бывает грубым, зато бывает неаккуратным.       О той самой неаккуратности Чимина в малых кругах ходили легенды, которые по большей части были сильно преувеличенными, конечно, но суть выражали вполне правильную и справедливую – руки у парня точно не из плеч. Взять хотя бы случай с пропаленной утюгом рубашкой, а также обожжённые в тот же день, этим же утюгом пальцы. Юнги искренне верила, что это повод ещё более агрессивно защищать своего малыша, даже несмотря на то, что девушка отдавала всё свободное время своей второй половинке.       – Не дави так сильно, это больно, – шипит Юнги, когда парень проникает пальцами под её трусики. Чимин послушно расслабляется, легонько проводит пальцами меж половых губ, цепляет клитор, неспешно массирует его, заставляя девушку довольно промычать.       – Так лучше, – на выдохе тянет Юнги, вздрагивая, когда Чимин проникает в неё пальцами.       – Давно хотел спросить, а зачем альфам смазка? – с любопытством проговаривает Чимин, собирая пальцами естественную смазку девушки. Юнги вновь усмехается его словам, по старой привычке зачёсывая пятернёй волосы назад.       – Зачем альфам женское тело? Если бы я знала, малыш, – незамысловатый ответ, оставляющий вопрос открытым, но Чимина вполне устраивает.       – А ты знал, что у тебя сперма сладкая? – внезапно спрашивает Юнги, отчего Чимин удивлённо отстраняется, краснея моментом. Откуда же ему было знать?       – Такая же, как и твой запах, – девушка уверенно приподнимается, помогая Чимину стянуть футболку, после тканью вытирая влажные пальцы парня. Чимин также помогает девушке избавиться от одежды,оглаживая ладонями её тонкие изгибы.       Юнги начала замечать, что Чимин всё увереннее теряет омежьи черты. Мужская сущность берёт над ним верх: становятся шире плечи, а не бёдра, резкой и острой становится линия лица, голос грубеет, как и ладони. Парниша приосанился и окреп, из-за чего Юнги лишь грустно вздыхала, осознавая, что она как раз-то не стала больше похожей на парня с годами. Бёдра округлились, лицо не приобрело резких черт, роста не прибавилось, грудь стала больше. Странная альфа для странного омеги.       – Юнги-я, – Чимин ложится на девушку, жалобно выстанывая её имя, одной рукой лаская снизу, а второй потянувшись к груди. Девушка прогнулась ему навстречу, подставляясь новым прикосновениям. Секс с этим парнем стал для неё не просто способом расслабиться – он фактически превратился в занятие любовью. Она изучала Чимина, он изучал её, и каждая изученная линия получала горячий поцелуй и дозу любви, несоизмеримую по кайфу ни с одним наркотиком.       Внезапно трель телефонного звонка нарушает тишину комнаты. Раздражённо шипя, девушка тянется к чиминовому телефону, собираясь было отключить вызов, однако парень перехватывает телефон, спешно отвечая, оставаясь сидеть на Юнги, но расфокусированным взглядом на ней не останавливаясь.       – Уже? Да, хорошо. Запиши меня на завтра, пожалуйста, буду в любое время, – быстро отвечает Чимин, после сбрасывая вызов и усаживаясь на край кровати. Он выглядит обеспокоенным и напряжённым, Юнги неторопливо присаживается рядом, обнимая со спины, прислоняясь своим обнажённым телом к его.       – Что случилось?       – Всё в порядке. Ходил недавно в больницу, у меня там друг работает, так вот он позвонил по поводу анализов и сказал, что запишет меня на осмотр завтрашним днём, – отрапортовал Чимин, потянувшись за своей футболкой и топом Юнги, который он беспардонно скинул у кровати совсем небольшое время назад. Девушка покорно оделась и, пожав плечами, направилась на кухню. Может, удастся растворить напряжение в кружке крепкого кофе?