Я ещё не закончил

      — Та-ак, даже не начинай, — Лафейсон резко развернулся, вперив свой взгляд на брата, который полз шёл в сторону дивана держась за живот.       — Я не хотел, это все… вышло случайно, — выдохнул Том, садясь и стараясь выкинуть из головы ненужные мысли. Беременность одного из братьев вообще подкосила их жизнь, старшему придётся устраиваться ещё на одну работу, только в этот раз не для того, чтобы погасить очередной долг отца, а для накопления средств на содержание ребёнка.       — Случайно? А ты словосочетания «предохраняться во время течки» и «не работаем в течку» слышал? — начинал злиться Лафейсон, следя за передвижениями брата. — Видимо, нет. — для себя буркнул мужчина, отпивая немного воды. Прохладная жидкость немного остудила пыл, но внутри его всего колотило.       — Это ты в течку пьёшь подавители и скулишь, пытаясь заглушить боль, а мог бы уже найти альфу и нарожать детишек. Я молод, мне это свойственно, — слегка всхлипнув, Лафейсон-младший обнял подушку, в которую после уткнулся, прошептав: — Я не стану его убивать.       — Если я нарожаю, кто о тебе заботиться будет, горе ты мое луковое. Об этом и речи быть не может. Ребёнка ты оставишь, воспитаем… как-нибудь, — Локи сел рядом с омегой, обнимая за хрупкие плечи. — Только не реви, прошу тебя.       Том опять всхлипнул, прижимаясь к Лафейсону покрепче. Что характерно для обоих, так это то, что они понимали настроение друг друга, пытаясь поддержать и дать надёжный совет. Если младший, в основном, сперва делал, а потом смотрел на результат, то старший с точностью все рассчитывал, боясь ошибиться. В пролете оставался Том, поскольку Локи был умен и хладнокровен. Мягкостью характера был наделён младший омега, чем старший. Том отходил от ссор быстрее, чем его брат. Мирился первым, старался сохранить дружбу. Но если их характеры были разные, то случай с течкой меняли парней окончательно: Том становился похожим на маленького беспомощного котёнка, доверчиво прижимающегося к Локи, который в свою очередь пытался бороться с его подскочившей температурой. А вот Локи переживал ее болезненно, иногда доходило до помощи врачей. Именно поэтому, вместе с подавителями он пил сильнейшие обезболивающие, дабы снять боль.       Семья у Лафейсонов была небольшой: сами братья и отец, который с уходом жены пропил все свое состояние, обвинив детей в том, что их сущность — омеги. Локи, чтобы погасить все долги и рассчитаться за проигрыш отца, хватался за любую работу, вплоть до уборщика санузлов в кинотеатре. Приходя домой, он успевал приготовить ужин и слегка убраться в квартире, а потом без сил падая на кровать, сразу отрубаясь. Том же пытался помочь брату, взяв подработку в ветеринарной аптеке, где было достаточно посетителей, но доход был достойный.        Постепенно, братья выплатили половину долга, а после и весь. Успели купить однокомнатную квартиру, недалеко от нынешней работы младшего брата. Кухня и спальня были совмещены, поэтому единогласное решение привело поставить шкаф посередине, тем самым отделяя. Так получилось, что у каждого омеги был свой уголок.        Совсем недавно, Лафейсон-младший летал на крыльях любви, то и дело рассказывая о своём возлюбленном альфе, который чуть ли не на руках носит свою половинку. Но, как только узнав о предстоящем отцовстве, решил что пора порвать с омегой все контакты, оставив с нерождённым младенцем и кучкой проблем.       — За что мне такое наказание, — скорее утвердил брюнет, поглаживая младшего по спине. Том сладко спал обнимая Локи, словно подушку. Перед омегой встал серьезный вопрос о новой работе.