Запятые

5 ноября 2014 года.        Самым удобным для меня оказался рейс из Стокгольма до Лос-Анджелеса, со стыковкой почти в 10 часов. Я пытаюсь справиться с жутким холодом на открытой курилке в аэропорту Стокгольма, но выходит не очень. Никогда прежде я не была на просторах Скандинавии, и сейчас она мне не по душе, хотя...Скажу честно, во многом этот город ассоциируется у меня с Холландом, который сбежал сюда в перерывах между нашими встречами. Я, словно чувствую его запах, который окутывает меня со всех сторон, хотя от моего огромного белого свитера пахнет корицей, что свойственно для Зейна. К слову, я решила провести свой день рождения в самолете, по крайней мере встретить его тут. Мне предстоит лететь еще 11 часов до жаркого ЛА, для которого мой кашемировый прикид окажется не к месту. Зейн воспринял эту идею не с большой радостью, но решил, что после бешеной недели сдачи экзаменов по основным предметам, мне нужно было наконец увидеться с родными. Парень не теряет зря времени, поэтому оформил билеты до Дублина, и укатил на свадьбу к своим старым приятелям. А мне предстоит провести неделю в окружении вечно занятого отца, вечно шумной мамы и их новой собаки по кличке "Швепс".

Зейн

Детка, здесь веселье в самом разгаре. Прости, если буду забывать учитывать разницу во времени. Уже купил тебе ахренительный подарок, тебе понравится, я уверен. Очень по тебе скучаю, любимая. Отдохни от серого Лондона, да и от меня, вечно пьяного. Целую, твой татуированный алкаш.

Я выдаю самую широкую улыбку из своего арсенала, и наконец прохожу к выходу А5, чтобы поудобнее устроиться в огромном самолете. Когда стюардесса уносит очередной бокал шампанского, я наконец включаю наушники и принимаюсь за поиск фильмов в бибилиотеке авиакомпании. Очередные голливудские блокбастеры, конвейер Марвел, темные фильмы от DC, несколько романтических комедий. Я все-таки нахожу новый фильм Джеймса Марша "Вселенная Стивена Хокинга", и прошу у стюардессы большую пачку Принглс и колу, без сахара. Это не спасет мою фигуру, но мне хочется в это верить. В момент, когда хронометраж фильма переваливает за двадцать пятую минуту, я медленно проваливаюсь в царство Морфея, улавливая отдаленные нотки цитруса, которые приводят в мой сон их обладателя.        Я просыпаюсь от того, что самолет начинает трясти, так как мы вошли в зону турбулентности. Я безумно боюсь этого, поэтому максимально вжимаюсь в кресло, хватаясь обеими руками за подлокотники. То, что я сижу в Бизнес классе усугубляет ситуацию, так как здесь никого нет. Я закрываю глаза и начинаю тараторить что-то невнятное, пытаясь дышать как можно глубже. Боже, я чувствую себя, словно оголенный нерв, который реагирует даже на слабый порыв ветра, поэтому, когда чья-то рука аккуратно накрывает мою, я вскрикиваю, распахивая глаза. Холланд сдавленно улыбается, отрывая мою ладонь от подлокотника, чтобы сплести наши пальцы. Я сижу, открыв свой рот, который вырисовывает идеальную букву "О". Страх куда-то отступил, а мне снова не хватает кислорода, чтобы выдавить из себя хоть слово.        Том гладит мою ледяную ладонь большим пальцем, а второй рукой проводит по моей щеке, призывая успокоиться. И да, я абсолютно спокойна. Теперь все пазлы складываются в единую картинку. Тот странный парень в огромном черном худи и кепке в аэропорту Арланда, улавливание ноток цитруса повсюду. Мне казалось, что я просто помешалась на Томе после нашей последней встречи, что мое подсознание ищет его вопреки здравому смыслу. Но вот он, именно там и тогда, где нужен и когда нужен. Он выводит меня из адского страха перед полетами, тем более, такими долгими. Он здесь, смотрит мне точно в глаза, заставляя отбросить все ненужные мысли. И время уже переваливает за 12, и он здесь, в мой день рождения - абсолютно там, где нужен. - Дыши глубже, малышка, - Холланд притягивает меня к себе, когда самолет снова трясет, уже в пятый раз за три минуты. Он обхватывает мое лицо обеими руками, но я быстро хватаю его за руку, чтобы чувствовать себя увереннее, от чего он улыбается. Уверена, ему нравится моя слабость, и особенно то, что я нашла успокоение в его цепких руках. - Что ты здесь делаешь? - мой вопрос звучит ужасно глупо, но я осознаю это после того, как произношу. - Я ведь говорил, что украду тебя у всего мира, помнишь? - он говорит так спокойно, будто в этом нет ничего странного. - Пожалуйста, дыши глубже, - он повторяет, но затем накрывает мои губы своими, и я снова растворяюсь в нем, абсолютно. *** - Малышка, мы приземляемся, - сладкий шепот Холланда заставляет меня проснуться и потянуться в кресле, вызывая ослепительную улыбку британца. Парень внимательно наблюдает за тем, как я пристегиваю ремень безопасности, убираю спешно спутанные волосы с лица и открываю шторку иллюминатора. - Как я уснула? - я смотрю на него внимательно, изучая его сонные красные глаза, которые на этот раз излучают такую нежность и заботу, что я совсем забываю, что мы друг другу совсем никто, и тянусь к его губам, чтобы поцеловать. - Тебе стало скучно, когда я рассказывал о последнем матче между Ливерпулем и Манчестер Юнайтед, - он выдает хриплый смешок и наконец выпрямляется в кресле. Я замечаю, что он несколько часов просидел в неудобном положении, держа мою ладонь в своей, поглаживая мои волосы, от чего они жутко спутались, и поправлял мой плед. - И, в конечном итоге, что ты делаешь здесь, в этом самолете до ЛА? - я вопросительно изгибаю бровь. - Стой, мы же приземляемся в ЛА? - Такая смешная, - он проводит большим пальцем по кончику моего носа. - Да, я еще не крал тебя, не переживай. Ты проведешь несколько дней дома, а затем я украду тебя. Я все спланировал так, чтобы никто не смог нас найти хотя бы несколько дней, - он смотрит на меня с самой довольной улыбкой, которую может выдать. - И, кстати, с днем рождения, - Холланд протягивает мне небольшой конверт из крафтовой бумаги, отстегивает ремень безопасности и произносит: "Встретимся через пару дней".

Моя маленькая девочка, с днем рождения. Ты же знаешь, что я больной ублюдок? Ты знала на что идешь, так что, извиняться мне не за что. Проведи эти дни максимально насыщенно со своими родными, отдохни и расслабься, потому что последующие дни будут самыми бешеными в твоей жизни. Твой Мистер Холланд.

В дополнение к типичному для Мистера Холланда письму, в конверте лежит великолепная цепочка из белого золота, украшенная кулоном в виде маленькой таблетки с мелкими бриллиантами, на оборотной стороне которой выгравирована надпись "мой героин".