Мой напарник 2: испытание судьбы

      Люси и Нацу приехали в лабораторию довольно поздно. Хартфилия провела розоволосого к закрытому крылу, достала связку ключей и открыла замки, скидывая цепи. Блондинка замерла, глядя на массивные двери. Нацу положил руку девушке на плечо в знак поддержки. Хартфилия кивнула, скорее себе, чем ему, и открыла двери. Скрип ржавых петель разнесся по пустынному коридору, неприятно натягивая нервы напарников. Нацу включил фонарик и пошел вперед. Пыль, которая скопилась за десять лет, покрывала все вокруг, нетронутая паутина повсюду, говорила, что никто сюда давно не заходил. Напарники недолго шли по коридору пока не подошли к большой металлической двери, рядом с которой была панель с кодом доступа. Люси протерла небольшой экран на стене и увидела строку для кода, состоящего из десяти цифр. — Почему мне кажется, что этот замок не так прост, — сказал Нацу настороженно. — Эта дверь не так проста, — поправила его Люси и указала на небольшую камеру над входом. — Она до сих пор работает и включается автоматически от движения. Любой шаг в здании отдается вибрацией, и камера автоматически включается при приближении к ней. Но это не самое главное. В стену вставлены распылители, думаю с кислотой, но может быть какой-нибудь биологический вирус. Если ты вводишь неправильный год — ты труп. — Не очень приятное действие будет, — сказал розоволосый. — Перспектива быть облитым кислотой меня не радует. — Но есть и хорошие перспективы, — сказала Люси. — Возможно за дверью есть ответы на наши вопросы. Если боишься умереть, то сделай десять шагов назад, и ты выживешь. — Ну уж нет, — сказал парень. — Умирать — так вместе. Надеюсь ты действительно знаешь код. — Предполагаю, — сказала Люси и подошла ближе к панели, глядя на ключ. — Два кода. В первом — три цифры, так что он не подходит. А вот второй — LDPC-код, матрица которого расшифровывается как десять цифр. Моя мама учила меня распознавать и расшифровывать коды LDPC, как только мне исполнилось десять. Будем надеяться, что ее труды не прошли даром.       Люси посмотрела на розоволосого и Нацу кивнул ей с небольшой улыбкой. Хартфилия тяжело выдохнула и начала набирать код: 2209022203. Как только Люси набрала последнюю цифру замок загорелся зеленым, говоря о верности введенного кода. Двери медленно открылись с неприятным скрипом. — Гениально, — сказал Нацу. — Только скрип на уши давит. Надо бы тут все смазать, — Нацу посветил внутрь комнаты фонариком. — Только там темно, хоть глаз выколи. — Ночь на дворе, — напомнила Люси.       Напарники прошли внутрь и двери автоматически закрылись за ними. — Ну клево, — сказал Драгнил. — Теперь мы застряли в неизвестном кабинете, в темноте, вдвоем. Романтика так прет из всех щелей этой темноты, правда? — Не смешно, Нацу, — сказала Люси с укором и нащупала выключатель на стене. — Кажется я нашла выключатель.       Хартфилия включила свет и напарники осмотрелись вокруг. Компьютер, рабочий стол, множество шкафов с папками и документами. Дальше была другая дверь со стеклянными вставками, поэтому напарники увидели там лабораторию. Люси подошла к рабочему столу. Все документы были аккуратно разложены в стопочки, а на самом видном месте стояла фотография семьи блондинки. — Двери за нами закрылись автоматически, — сказал Нацу. — И что это значит? — Мы прошли сканирование, — сказала Люси, не обращая на парня внимания, и взяла фотографию в руки. — Данные ушли на скрытый сервер, думаю, похожий на тот, что недавно установила я в своей лаборатории. Это крыло — переход в больницу, которую закрыли десять лет назад. — Хочешь сказать, что закрытая давным-давно больница у меня за спиной? — спросил Драгнил вопросительно подняв брови. — Ты же сейчас пошутила? — Не совсем, — ответила Люси. — Но больница действительно здесь, — блондинка поставила фоторамку и посмотрела на ключ, который ей дала Анели. — Я все еще не вижу замка, который откроет этот ключ. — Может быть его здесь нет? — предположил Нацу. — Точнее, может быть он не в этой комнате? Ты сказала, что здесь должна быть сервисная, — Драгнил взял в руки ключ и показал Люси. — Посмотри внимательно. Этот ключ не открывает обычные дверные замки. Он больше похож на ключ от депозитной ячейки или же… — Информационного сервера, — закончила за него Хартфилия. — Нам нужно найти его. — Но где? — спросил Нацу. — Больница довольно большая, а ходить здесь ночью без карты не очень приятно, — Драгнил вздохнул и посмотрел на щенячьи глаза Люси. — Но у нас нет выбора.       Нацу улыбнулся и протянул руку девушке. Блондинка вложила свою маленькую ручку в большую и сильную ладонь розоволосого и вышла с парнем в длинный коридор. Они долго плутали по коридорам и кабинетам, лабораториям, но ничего не нашли. Нацу вывел блондинку обратно в кабинет Лейлы. Розоволосый смотрел на Хартфилию с сожалением и болью. — Люси, — позвал Нацу.       Блондинка посмотрела на парня. Надежда медленно угасала в ее глазах. Девушка продолжала смотреть на ключ, а затем сжала его в руке. Блондинка надела цепочку с ключом на шею. — Нам надо возвращаться в лабораторию, — сказала Люси. — Скоро там будет многолюдно.       Драгнил кивнул, и напарники вернулись в лабораторию Люси. Спустя примерно час сработала сирена системы безопасности. Люси вместе с Нацу выскочили в большое фойе. На входе стоял Стинг и смотрел на злую Леви. Венди же провела ключ-картой по замку, и сирена прекратилась. Леви смотрела на блондина с вызовом и презрением во взгляде. — Не ожидала, что ты наберешься наглости и появишься здесь, — сказала с презрением Макгарден. — Я пришел не к тебе, Лев, — сказал спокойно Стинг. — Не называй меня так! — зло сказала Леви.       Стинг посмотрел поверх синеволосой и увидел Хартфилию и Драгнила. — Нам надо поговорить, принцесса, — сказал Эвклиф, глядя в глаза блондинки. — Я не хочу с тобой говорить, — уверенно и твердо сказала Хартфилия. — Так что ты зря сюда пришел!       Люси собралась уйти, но тут же остановилась, услышав следующее. — Я удерживал фокусника вдали от тебя на протяжении пяти лет, — сказал серьезно Стинг. — Думаю, это тебе будет интересно услышать.       Люси обернулась и посмотрела на блондина. Затем снова повернулась к нему спиной и сказала: — Хорошо. Мы поговорим.       Нацу взял девушку за руку, но она улыбнулась ему и отрицательно покачала головой. Хартфилия прошла в лабораторию Леви и следом за ней зашел Стинг. Люси стала около стены, сохраняя дистанцию между ней и Эвклифом, и посмотрела на блондина. Стинг же закрыл двери и с улыбкой смотрел в глаза девушки. — Ты и вправду стала принцессой, — сказал парень. — Помню, поначалу мы называли тебя так, чтобы подбодрить после того случая… — Не надо! — резко перебила его Люси. — Но теперь ты и вправду достойна такого звания, — как будто и не слыша ее, продолжил Стинг. — Ты сказал, что фокусник оставил меня из-за тебя, — сказала Люси и скрестила руки на груди. — Я слушаю эту историю. — Ты действительно хочешь услышать только это? — удивленно спросил Стинг. — Тебя не интересует, как я, например? Как у меня дела? Как жизнь сложилась? — Я слушаю, — сказала твердо Люси, хотя внутри она боролась с собой. Ей было неимоверно тяжело быть такой сильной и независимой. — Хорошо, — сдался Стинг. — Я начну с этого. Пять лет назад я вышел на него. На фокусника. Это получилось случайно. Когда я возвращался домой, то услышал крик женщины, а затем хрип. Прибежав на этот зов, я увидел то, что видеть был не должен. Над женщиной стоял мужчина, примерно тридцати пяти-сорока лет. Ростом он был примерно метр девяносто, на нем был темно-фиолетовый костюм, такого же цвета цилиндр на голове, плащ, белая рубашка и темная маска на верхней половине лица. Я увидел ярко-зеленые глаза, скорее всего это были линзы, таких глаз в реальном мире не существует. В тот день меня спасло то, что я вызвал подкрепление до того, как вошел в тот переулок. Полицейские сирены его вспугнули, и он убежал. Я не погнался за ним, пытался спасти ту женщину, — Стинг внимательно смотрел на изменения в лице Люси. Девушка была просто шокирована услышанным. Парень кивнул, слегка улыбнулся и продолжил рассказ. — В тот день я не позвонил тебе, потому что это был день рождения Джувии, и ты была у нее на празднике. Я не хотел тебе портить такой вечер, поэтому и позвонил Минерве. Домой я вернулся часа в три ночи, а на пороге у меня карта фокусника. Я вызвал главного прокурора, старого друга подполковника Меркена и они предложили мне сделку: я должен быть убит от рук фокусника и стать тайным агентом ФБР, а взамен ты будешь в безопасности. Фокусник знал, что не убивал меня и должен был погнаться за мной. Я же должен был держать его как можно дальше от Магнолии, и я с успехом выполнял свою часть сделки пять лет. Но, походу он понял, что мы задумали и вернулся в город за тобой. Как только он снова появился здесь, я тоже вернулся. — Значит, ты уже почти месяц в городе? — спросила Люси. — Весточку не пытался прислать? — А что я мог тебе написать? — раздраженно спросил Стинг, глядя на девушку. — Привет, Люси! Это я, Стинг. Я все эти пять лет был жив, и фокусник меня не убивал. А сейчас я в городе. Может встретимся? С наступающим новым годом?! Ты бы ни за что в это не поверила! — Ты мог сказать, что жив еще пять лет назад! — крикнула, сорвавшись, Хартфилия. Глаза девушки были красными. Она была готова заплакать, но пыталась сдержаться. — Мне запретили тебе говорить, — сказал спокойно Стинг. — Ты мог намекнуть, — сказала Люси и слезы начали стекать по ее щекам. — Я похоронила тебя, Стинг. Понимаешь? Похоронила пустой гроб. Я плакала несколько недель на твоей могиле, а ты все это время был жив и судя по твоему внешнему виду — жил ты на широкую ногу. — Принцесса, — позвал ее парень и сделал шаг вперед. — Стой где стоишь! — приказала Люси сквозь слезы и выставила руку вперед. — Кто еще знал? — Принцесса, — со странной интонацией позвал Эвкилф. — Кто. Еще. Знал?! — крикнула более четко Люси вновь, строго глядя на парня. Стинг отвел взгляд в сторону. — Твой отец? Поэтому его не было на похоронах? — Прин… — начал блондин. — Заткнись!!! — крикнула с презрением во взгляде Люси, перебивая его. — Не смей меня так больше называть! — А кто теперь тебя может так называть? — спросил быстро и надменно Стинг, и указал на дверь. — Этот розоволосый? Этот чертов снайпер? Лу, ты в курсе сколько крови на его руках? Сколько людей он убил, не моргнув и глазом? Думаешь такого человека хотели видеть рядом с тобой твои родители? — Заткнись, — тихо сказала Люси и подняла на Стинга глаза полные ненависти и боли. — Ты ничего о нем не знаешь. — Нет, я как раз-таки знаю, — уверенно сказал Эвклиф и подошел к девушке ближе. — Ты в курсе, что он избил до полусмерти парня еще когда учился в старшей школе? Или ты знаешь, почему его родители отправили в армию? Он устроил драку в баре и отправил одного бедолагу на больничную койку. Парень месяц пробыл в коме! — Люси слушала Стинга, но не хотела в это верить. Нацу не может быть таким, каким его сейчас описывает Эвклиф. Да, он немного вспыльчивый, но ведь не на столько. — Родители твоего любимого снайпера отвалили немалую сумму денег за ущерб в баре и еще большую, чтобы тот парень не написал на него заяву в полицию. Именно здесь проявил себя настоящий, истинный Нацу Драгнил — агрессивный и неконтролирующий себя. И это далеко не единственные случаи. И что, скажи мне на милость, остановит его так же не избить тебя? Внутри он садист и этого уже не изменить! — Хватит!!! — твердо крикнула Люси и зло посмотрела на Эвклифа. — Кто дал тебе право клеймить людей?! Ты не знаешь его так же как знаю я. И тебе никогда не понять его, потому что ты не знаешь, что такое боль от утраты близкого и родного человека. — Лу, да очнись ты! — раздраженно крикнул на девушку блондин. — Из-за своих эмоций ты не видишь очевидного. Ты же всегда действовала согласно разуму, который складывает факты в одну четкую картину. Так где же сейчас твой мозг? Посмотри на все это трезво. Твои эмоции перекрывают голос разума! — Уходи! — ровным и спокойным голосом сказала Люси, с презрением глядя на блондина. — Я не желаю этого больше слушать.       Стинг смотрел на блондинку и не узнавал ее. Раньше она никогда не позволяла эмоциям управлять собой. Она не позволяла им взять вверх над разумом и поэтому была сильной, но сейчас… Сейчас она абсолютно другая, пусть и в ее глазах он и видел признание его правоты. — Ты знаешь, что я прав, Лу, — сказал уверенно Эвклиф. — И знаешь, что до сих пор ты выживала только потому, что не позволяла эмоциям управлять тобой. — В этом-то и проблема, Стинг, — сказала Хартфилия, и блондин непонимающе посмотрел на нее. — До встречи с Нацу я просто выживала. Я не замечала, что в мире есть не только черное и белое. Что меня окружают не только логика и факты, но и красота с чудом. — Ты вообще себя слышишь? — спросил раздраженно, с ноткой ненависти, Стинг. — Ты стала настолько мягкотелой? — Думай, что хочешь, — спокойно сказала Люси и отвела взгляд. — Только не говори мне, что ты его действительно любишь, — попросил Эвклиф и скривился, как будто увидел расчлененный труп. — Потому что я в это ни за что не поверю. — И почему же? — спросила Люси с вызовом во взгляде. — Потому что ты любишь меня! — уверенно сказал Эвклиф. — А это — так, мимолетное увлечение из-за того, что я слишком долго отсутствовал. — Не тебе здесь говорить о любви, — с укором сказала Люси и посмотрела в холодные глаза Эвклифа. — И почему же ты так решила? — спросил парень с усмешкой.  — Потому что ты сам никогда никого не любил, — сказала Люси и блондин сжал руки в кулаки. — Чтобы говорить о любви надо самому полюбить. Надо самому познать, что значит видеть заботу и тепло в глазах другого, ощущать уверенность, что все будет хорошо, даже когда ты видишь, что мир рушится. Любить — это значит ощущать боль другого человека как свою, не важно физическая она или душевная. Надо жить человеком, которого принимает не только тело, но и душа, разум и сердце. Любовь — это когда ты ставишь интересы другого человека выше своих собственных, когда ради него ты переступаешь через свои страхи, когда радуешься, увидев его искреннюю улыбку. Когда знаешь, что человек рядом, даже когда у тебя истерика и гонишь его к чертям собачьим. Любовь — это желание жить. Жить ради счастья человека, который стал частью твоего сердца.       Стинг смотрел на Люси, а внутри у него сжималось сердце и поднималась злоба. Злоба на себя, на нее, на Драгнила…  — Ты действительно теперь так считаешь? — спросил всё же Стинг. — Да, — твердо ответила Люси.       Блондин стиснул зубы, развернулся и быстро ушел из кабинета, громко хлопнув дверью. Люси оперлась рукой о стол и тяжело дышала. В кабинет зашел Нацу и быстро подошел к блондинке. Девушка обняла Драгнила и уткнулась в грудь розоволосого, пытаясь успокоиться. Парень гладил Люси по волосам, спине, крепче прижимая ее к себе. Хартфилия неожиданно вспомнила все, что ей рассказал Стинг о Нацу. Конечно она не изучала прошлое Драгнила так досконально, но услышать такое было для нее неожиданностью. Девушка не хотела в это верить. Нацу не такой, но если он действительно все это сделал, то на это должны были быть веские причины. Двери открылись и в кабинет зашла Венди. — Ой, простите, что помешала, — сказала девушка. — Но, Лу, кое-что случилось. Похоже кто-то прошел в закрытое крыло. — Это были мы, — спокойно сказала Хартфилия и подошла к подруге. — Я и Нацу. — Что? — удивленно спросила девушка. — Зачем? — Венди, у меня есть просьба, — сказала серьезно Хартфилия. — Раздобудь мне подробный план той больницы. — Зачем? — непонимающе спросила Венди. — Я хочу ее восстановить, — уверенно и твердо сказала блондинка, чем вызвала удивленные взгляды Нацу и Венди. — Моя семья много и тяжело работала, чтобы построить и открыть ее. Пора этой больнице снова принять пациентов. И еще, я хочу вернуть всех Хартфилиев, Сердоболиев и тех, кто здесь работал когда-то — всех, кто связан с этой больницей на их законное место. — Лу, — тихо сказала девушка, не веря своим ушам. — Ты действительно хочешь все здесь восстановить? — Думаю, мне хоть изредка нужно высовывать голову из песка, — сказала уверенно Люси и чуть улыбнулась. — Я не могу позволить наследию моей семьи погибнуть. Я уже давно об этом думала, но никак не могла на это решиться, — блондинка достала фотографию, которую она взяла со стола своей мамы и посмотрела на нее. — Теперь же, я готова!       Венди все еще была в шоке, а вот Драгнил слегка улыбнулся и кивнул головой в знак согласия и поддержки.