Глава 7 или темное прошлое...
8 марта 2023 г., 09:05
Утром Гилдарс собрал всех в своем кабинете. Мужчина был серьезен и зол. В углу стоял Драгнил и на его лице было несколько ссадин и царапин. Люси стояла рядом с Леви и Ромео. Блондинка посмотрела на напарника. Он ничего ей не рассказал о завершении дела Мартинса, но оно явно не могло закончится потасовкой. В кабинет зашел Макаров Дреяр. Мужчина явно был недоволен и серьезен.
— Я вас здесь всех попросил собраться из-за вчерашнего события, — начал Клайв серьезно. — Нападения на одного нашего сотрудника от рук фокусника это одно, нападение неизвестно кого на другого — это еще один геморрой.
— Я слышал о нападении на Нацу, — сказал Макаров. — Есть ли предположения, кто это мог быть? И не объявление ли это войны нам, полиции?
Люси подняла испуганный и непонимающий взгляд на Драгнила. Нападение?! Кто-то напал на Нацу? Почему он ей ничего не рассказал? Почему она узнает об этом самая последняя? Почему ее не подключили к расследованию? Блондинка посмотрела снова на своего напарника. Драгнил был серьезен и даже не смотрел на Хартфилию. Его взгляд был направлен в одну точку на стене, и Люси знала, что сейчас Драгнил мыслями где-то глубоко внутри себя.
— Мы выясняем, — сказал Гилдарс. — Но зацепок мало.
— Бомба самодельная, — сказал Ромео. — С дистанционным управлением. Тот, кто ее заложил был довольно близко от эпицентра взрыва, радиус действия приблизительно пятьсот метров.
— А что по записке? — спросил Клайв.
— Высказывание, которое напечатали, из книги Жориса Карла Гюисманса «На пути», — сказала Леви. — Второе высказывание было написано невидимыми чернилами, которые проявляются при нагревании. Такие чернила могут сделать даже школьники на уроке химии. Отследить их нет возможности.
— А по анализу подчерка? — спросил Клайв.
— По нашим базам он не проходил, — сказала Леви. — Отпечатков или ДНК на бумаге тоже нет. Это тупик.
— Нацу, — позвал Макаров и розоволосый повернулся. — Ты понимаешь, что означают эти фразы? Судя по записке, ты должен быть знаком с подрывником.
— Я понятия не имею, кто этот человек, — сказал парень отстраненно. — Да и было это в далеком детстве.
— Что именно? — спросил мужчина. — Сейчас может быть важна каждая деталь.
— У меня был друг, — сказал Драгнил. — Мы называли друг друга драконами и всегда соревновались кто лучший. Но я даже имени его не помню. Мне было тогда лет шесть или семь.
— Что было дальше? — спросил Гилдарс.
Драгнил молчал. Парень опустил голову и снова продолжил смотреть в стену. Люси это сразу насторожило. Нацу никогда не уклонялся от ответа, а сейчас словно язык проглотил.
— Нацу! — более требовательно позвал Марков.
— Наши пути разошлись, — ответил Драгнил. — Родители запретили мне общение с этим парнем из-за его плохого влияния.
Люси внимательно наблюдала за Нацу. Блондинка сразу догадалась, что это лишь часть истории, лишь верхушка айсберга. Хардфилия зашла в кабинет напарника и внимательно посмотрела на него. Нацу был сосредоточен и серьезен, и все продолжал смотреть на полученную записку.
— Нацу, — позвала Люси и подошла ближе.
Драгнил сразу закрыл ногой нижний выдвижной шкафчик стола и посмотрел на блондинку. Его взгляд был слегка потерянный и встревоженный. Хартфилия подошла ближе. Поведение Нацу ее все сильнее настораживает.
— Нацу, — позвала Люси снова. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?
— Мне нечего рассказывать, — сказал холодно Нацу и посмотрел куда-то сквозь девушку.
— Почему ты не позвонил и не рассказал о подрыве? — спросила Люси. — Почему я узнаю об этом только сейчас?
— Это мое дело, — грубо сказал парень. — Дело моего прошлого.
— Но ты же не остался в стороне, когда появился Фокусник, — сказала Люси. — Почему ты думаешь, что я сейчас останусь в стороне?
— Я просто не хочу, чтобы ты снова страдала, — сказал Драгнил. — Ты только снова обрела брата, а это дело выведет тебя из равновесия.
— Нацу, — сказала уже более спокойно Хартфилия. — Я не оставлю тебя одного. Руфус сейчас с Жераром, он идет на поправку.
— Ты нужна брату, — сказал серьезно Драгнил. — Иди к нему. Мы сами справимся.
Люси смотрела на парня и ничего не понимала. У нее было ощущение, что он пытается ее спровадить, что он не хочет, чтобы она что-то узнала.
Блондинка посмотрела с непониманием на парня, но затем вышла из кабинета даже не обернувшись. Ей было сложно признать себе, что Драгнил ей все еще не доверяет, или же то, что он что-то скрывает от нее. Люси даже не заметила, как вышла на улицу. Девушка неожиданно вспомнила о папке, которую ей принес Локи и его слова, что после изучения этих бумаг жизнь блондинки и ее отношение к Нацу могут измениться. Сегодня на собрании Драгнил сказал, что это дело прошлого, а значит в папке о нем должно быть хоть что-то.
***
Люси зашла домой и быстрым шагом направилась к шкафу, где под кипой различных бумаг лежала красная папка, которую когда-то ей дал Локи. Девушка посмотрела на документы и замерла. Она колебалась, была неуверена в правильности своих действий. Что если Локи прав и после этих документов она будет иначе смотреть на Драгнила? Документы были разбиты на несколько пачек, которые лежали в файлах. Люси взяла папку, села на диван и достала первую пачку с подписью «Детство». Здесь было все описание детства, до школы. На глаза девушке попалась газетная статья, в которой говорилось о том, что Нацу пытались отравить, когда тому было пять лет. Дело осталось нераскрытым, но после этого Драгнил начал ходить к психологу. Люси с помощью Локи нашла номер и адрес врача, потом убрала папку и уехала. Как оказалось, врач принимал своих пациентов в том же районе, где раньше жила блондинка. Хартфилия пришла в частную клинику и ее проводили к одному из кабинетов и попросили подождать. Врач закончил свой прием и вышел из кабинета. Люси встала, и мужчина в белом халате осмотрел ее. — Не припомню вас среди своих пациентов, — сказал мужчина с улыбкой. — Я им и не являюсь, — ответила спокойно Хартфилия. — Господин Ноик, я здесь для разговора с вами и надеюсь, вы сможете мне помочь. — Для этого мы все здесь, — сказал с улыбкой мужчина и жестом пригласи девушку в свой кабинет. — Так, чем я могу вам помочь, мисс? — Господин Ноик, — позвала Люси и села в кресло напротив врача. — Восемнадцать лет назад к вам в пациенты привели пятилетнего мальчика… — Я врач, дорогая, — сказал Ноик. — Это все конфиденциально. — Вы согласились работать с Нацу по просьбе его отца, — продолжила Люси. — Вы ведь давно знаете Игнила Драгнила, и я знаю, что вам не плевать на судьбу Нацу. Доктор Ноик, он в опасности. В большой опасности. — Откуда ты знаешь Нацу? — спросил Ноик и внимательно посмотрел на девушку, словно изучал ее, пытался увидеть то, чего не видели другие. — Я его девушка, — призналась Люси. — На него совершенно уже два покушения. Одно организовал известный убийца-психопат Фокусник из-за меня. Второе — совершил неизвестный, оставивший записку. — Какую? — спросил с любопытством доктор. — Высказывание французского писателя Жориса Карла Гюисманса, — ответила Хартфилия. — «Человечество по большей части…» — Состоит из бессознательных злодеев и из дураков, даже не отдающих себе отчета в значении своих прегрешений, — закончил Ноик, серьезно глядя на удивленную девушку. Мужчина встал, сделал кофе и поставил кружку с напитком перед девушкой. — В свое время Нацу доказывал мне правдивость этого высказывания. Человек, который написал ему эту записку, был с Нацу хорошо знаком во время учебы в средней школе. — Пожалуйста, доктор Ноик, — позвала Люси. — Расскажите мне все, что знаете. — В нашем городе не так много талантливых людей, — сказал серьезно врач. — Но с одним из таких удивительных людей я был знаком лично. Когда Нацу привели ко мне, я не понимал, что с ним. В нем было слишком много непонятного для обычного человека. И тогда я решил обратиться к своей самой одаренной ученице — Лейле Сердоболии. Твоей маме. — Как вы узнали? — спросила непонимающе Люси. — Ты ее точная копия, — сказал мужчина. — И теперь мне понятно кто снова решил восстановить больницу «Святой Марии». Ты пошла по стопам мамы? — На самом деле я консультант полиции, — призналась честно Люси. — Но с недавних пор работа в лаборатории отнимает довольно много времени. Особенно после появления Фокусника в городе. — Как состояние Нацу сейчас? — спросил Ноик серьезно. — Он стал отстраненным, — сказала Хартфилия. — Начал от меня что-то скрывать, погружаться в свои мысли и… отталкивать меня. — Приступы ярости или агрессии? — спросил врач. — Перепады настроения? — После возвращения моего бывшего парня он часто зол, — сказала Люси. — Заводится на пустом месте. Однажды даже кулаком в стену ударил и сильно разбил костяшки, но у меня было ощущение, что он даже не почувствовал этого. — Нацу принимает мои таблетки? — спросил Ноик. — Какие таблетки? — спросила непонимающе Люси, и Ноик нахмурил брови, серьезно посмотрев на девушку. — Я слышала, что еще в школе Нацу страдал приступами ярости, но как это связано с ним настоящим? — Это все связано с его, как бы, второй частью сознания, — сказал Ноик. — Второй частью сознания? — переспросила непонимающе Люси. Мужчина встал, подошел к сейфу и, открыв его, достал довольно увесистую и старую папку с документами. Ноик протянул документы блондинке и сел на свое место. — В пять лет Нацу попал в больницу с сильным отравлением, — сказал Ноик. — Но на самом деле отравления никакого не было. Вернее, это было отравление, но не простом понимании человека. Мы с твоей мамой пришли к выводу, что его на протяжении долгого периода времени кормили психотропными препаратами, пытаясь вызвать разделение его личности и сознания надвое, обычный человек и темная личность, буйная, неизвестная, действующая на основе инстинктов и агрессии. Необузданной агрессии ко всему, что его окружает. — Хотите сказать, что у Нацу шизофрения? — спросила удивленно Люси. — Это только на первый взгляд, — сказал Ноик. — Мы с твоей мамой пришли к другому выводу. Вернее к нему пришла Лейла. У Нацу приобретенное ЛРЛ. — Расстройство личности? — спросила удивленно Люси. — Лабиальное расстройство личности, — уточнил Ноик. — Нацу стал эмоционально неустойчив из-за препаратов, которые ему давали. Как ты понимаешь — это не болезнь, а скорее… — Патология характера, которую иначе еще называют «тяжелый характер», — сказала Люси. — Иногда, у Нацу случаются провалы в памяти на основе его агрессии, — сказал Ноик. — Таблетки, которые я ему прописал, помогали ему поддерживать свое эмоциональное состояние и сдерживать свою агрессию. Однажды, мне удалось увидеть его злую сторону: бешеные глаза зверя, страшный оскал и ярость. Его вторая сторона требует крови и смерти и когда в самом Нацу начинают просыпаться эти чувства — просыпается и его ярость. — Почему? — спросила непонимающе Люси. — Я могу понять ярость и гнев, но провалы в памяти… — Лейла считала, что это защитная реакция сознания Нацу, — сказал Ноик. — Провалы в памяти — это способ забыть ужас, который его пугал. Однажды, Нацу рассказал мне, что познакомился с мальчиком, который характером схож с его темной стороной. Ноик достал из папки лист и протянул его Хартфилии. — Он нарисовал его, — ответил врач. — В то время Нацу очень хорошо рисовал и прорисовывал все детали. Люси посмотрела на рисунок и ее глаза расширились от удивления и шока. Это невозможно. С рисунка на девушку смотрел сам Нацу, а за его спиной в более темных тонах другой мальчик. Блондинистые волосы, фиолетовый костюм с белоснежной рубашкой и маской на верхней части лица. Один глаз был голубого цвета, а второй — ярко-зеленого. Глаза в которых читались гнев и ярость. Лицо второго мальчика было открыто, и Люси сразу заприметила шрам над правым глазом. Хартфилия непонимающе смотрела на рисунок, а затем на доктора Ноика. — Что все это значит? — спросила девушка. — Почему ребенок, стоящий у него за спиной так похож на… — На Фокусника? — закончил за нее врач и пожал плечами. — Я сам не знаю. До недавнего времени я даже на этом особо не акцентировал внимания, я считал, что таким образом он хотел показать свою вторую сторону, — доктор достал целую стопку рисунков и протянул Люси. — Это меня интересовало куда больше. Блондинка взяла рисунки и ужаснулась. На них Нацу был рядом с убийствами: девочка с перерезанным горлом, парнем избитым так, что живого места не видно, с застреленным стариком… На всех рисунках Драгнил стоял и смотрел на эти трупы, а его руки были по локти в крови, а везде черные черепа. За спиной розоволосого на одном изображении было нарисовано нечто похожее на тот рисунок, который недавно был на дверях полицейского участка. Руки Хартфилии задрожали, а на глаз навернулись слезы от ужаса. Нацу… Как он связан с Фокусником? Почему в детстве он рисовал весь этот ужас? — Все это Нацу нарисовал в детстве, — сказал серьезно Ноик. — Я прописал ему специальные таблетки, для подавления агрессии, но я не могу сказать, как они действуют на него сейчас. Он не появлялся у меня с шестнадцати лет, и я даже не могу представить какого его состояние сейчас. Я рассказал это тебе, только потому, что ты Сердоболия. Более опытных врачей, чем твоя семья я не встречал никогда. Игнил и Ирэн умоляли меня сохранить все это в тайне, но теперь… Боюсь может произойти нечто ужасное. — Доктор Ноик, — позвала Люси и с ужасом спросила. — Может ли Нацу, вернее его вторая, темная сторона, быть Фокусником? Может ли быть, что все смерти и убийства Фокусника были сделаны руками Нацу? По щеке блондинки медленно потекли слезы. Неужели Стинг прав и Нацу опасен не только для нее, но и для всего мира? Может ли быть что Фокусник и Нацу — это один и тот же человек? Доктор Ноик молчал, но Хартфилия по его взгляду видела, что сейчас он задавал себе тот же вопрос. Врач неожиданно покачал головой и с сожалением посмотрел на Люси. — Я не знаю, — сказал он честно. — Даже предположить не могу, правда это или нет. Люси вновь посмотрела на рисунки. Что? Что она должна сейчас делать? — Можешь забрать эту папку, — сказал Ноик. — Возможно у тебя получится спасти Нацу. Люси взяла папку и ушла. Внутри нее были смешанные чувства, она не знала, что ей делать. Как поступить. В лабораторию Люси приехала сама не своя. Часть, разрушенная взрывом, постепенно отстраивается. Блондинка закрылась в кабинете, дав приказ ее не отвлекать. Девушка легла на диван. Закрыла глаза и начала прокручивать последние события и новости в своей голове. Она должна найти ответы. Должна понять, что происходит с Нацу. Должна… Поток мыслей блондинки прервало смс. Хартфилия посмотрела на дисплей, номер был ей незнаком, но по манере написания, блондинка прекрасно поняла, кто отправитель. Стинг! Он просит ее о встрече для разговора. Хартфилия долго смотрела на сообщение. Ее разум буквально кипел от такого объема шокирующей информации. И пусть сердце хранило слабую надежду, что все это, все убийства дело рук Нацу, мозг кричал, что все улики указывали именно на него. Люси убрала документы в своей сейф, привела себя в порядок и уверенно пошла на встречу со Стингом. К нему у нее тоже есть важные вопросы, на которые девушка хотела получить ответы. Леви хотела поговорить с Люси, но увидев ее серьезный взгляд и твердую походку, решила повременить. — Лу, — позвал Скорпион блондинку уже у самого выхода из лаборатории и девушка обернулась. — Я знаю, что ты злишься на нас за то, что мы скрыли второй взрыв, но Гилдарс… — Мне плевать, — сказала холодно Люси с каменным лицом. — Хотите секретничать у меня за спиной — ваше дело. Только оставьте меня в покое! — Лу, — с болью и сожалением позвал мужчина и увидел то, чего все боялись увидеть. Люси снова стала холодной и неприступной. Она снова скрыла свои эмоции и чувства, как тогда после смерти Стинга. Скорпион сразу догадался, что с Люси случилось что-то выходящее за рамки привычного и это никак не связанно с тем, что они скрыли от нее нападение на Нацу. Хартфилия развернулась и быстрым, но уверенным шагом вышла из лаборатории. Люси пришла на набережную и остановилась. Через несколько минут к ней подошел Стинг. Парень улыбнулся Хартфилии, вот только блондинка на него никак не отреагировала. — Принцесса, что с тобой? — спросил непонимающе Эвклиф. — Говори, что хотел и я пойду, — сказала холодно Хартфилия. — У меня много работы. — Расследовать дальше взрыв своего любимого снайпера? — спросил с издевкой Стинг. — Слышал, что он чудом выжил. Второй раз. Тебе не кажется это подозрительным? — Ты для этого меня позвал? — спросила без эмоционально Люси. — Если да, то я пошла. Девушка собралась уйти, но Стинг ее остановил. — Тебе не кажется это странным и подозрительным? — крикнул ей вслед Стинг, и блондинка резко остановилась, но не обернулась. — Фокусник подослал тебе в лабораторию бомбу и именно Драгнил, в последний момент, это понял и всех спас. Пока он в больнице, Фокусник открыто заявляет о себе на весь город, затем якобы посещает больницу, где магическим образом отключились камеры видеонаблюдения именно в тот момент, когда твой напарник пропадает из палаты и самой больницы. Затем его якобы пытаются подорвать… Лу, тебе не кажется все это бредом?! Посуди сама, слишком много странного и непонятного в этом. А сейчас, на сколько мне известно, Драгнил просто уехал. Все эти подарки и озабоченность тобой тебе не кажутся странными? Такие же как и у Драгнила к тебе… — Я все это знаю! — твердо сказала Хартфилия и обернулась. СТинг посмотрел на нее, удивляясь ее стойкости и спокойствию. — Думаешь, я тот человек, который не заметил бы очевидного? Хочешь что-то сказать мне — то говори прямо, Стинг! — Знаешь, что я скажу тебе? — спросил парень и подошел ближе к блондинке. — Нацу и его семья скрывают от всех один секрет. У него шизофрения. Мои связи помогли мне найти врача, который его лечил, только вот без ордера он не захотел со мной разговаривать. Тебе ли, как врачу не знать, что у шизофреников нестабильные эмоции, они не могут адекватно воспринимать мир, границы между воображением и реальностью у них размываются. Что если Драгнил в своем больном воображении создал Фокусника? А теперь просто играет на публику. Хартфилия просто стояла и молча смотрела на парня. Доводы Стинга имеют смысл жить, вот только Люси, как и ее мама, сомневается, что у Нацу шизофрения. — Если тебе и этого мало, — продолжил Стинг. — То я могу предоставить тебе целый список тех, кого он убил и не помнит об этом. — В таком случае арестуй его, — спокойно сказала Люси, глядя прямо в глаза блондина, чем явно его удивила. Но затем девушка усмехнулась. — Но ты этого не сделаешь. У тебя недостаточно улик. У тебя есть только доводы, а адвокаты семьи Драгнил сожрут их с потрохами. Поэтому ты пришел ко мне. Я нужна тебе. Ты хочешь, чтобы я нашла доказательства твоей теории. — Ты хочешь отомстить убийце за смерть своей семьи? — спросил Эвклиф серьезно. — Мы раньше хорошо работали вместе. Лу, мы вместе начали это дело. Мы и должны его закончить. — Нет! — твердо сказала Люси и Стинг удивленно уставился на нее. — Что прости? — спросил блондин. — Я сказала «НЕТ!» — повторила твердо Люси. — Это дело начали не мы с тобой, а мой отец. И только мне его заканчивать. Не путайся у меня под ногами и больше не высказывай свои жесты доброй воли. Они мне не нужны. — Принцесса, — начал парень, когда девушка прошла мимо него. — Ответь мне на один вопрос, — сказала Люси и резко остановилась от парня буквально в паре сантиметров от блондина. — Когда ты впервые познакомился с Нацу? — Когда вы вместе пришли на склад, — сказал Стинг. — Я прятался там, на протяжении двух месяцев и был удивлен увидеть тебя там. Люси сделала шаг ближе к парню и уверенно посмотрела на него снизу вверх. — Именно поэтому я никогда не выберу тебя, — сказала с ненавистью Люси и выбросила свою руку вверх, убирая челку парня с правой стороны, где красовался многолетний шрам в виде креста. — Не подавись своей же ложью, Стинг! Хартфилия резко развернулась и ушла, даже не оглянувшись. Еще в больнице у доктора Ноика девушка заметила, что мальчик на рисунках Нацу ей почему-то знаком. Она узнала этот шрам! Стинг солгал ей! Он знаком с Драгнилом уже очень давно!
