Je t'aime Поттер

У всех есть слабые стороны. Даже у героя Британии, да и вообще, мальчика-который-выжил. Слабой стороной у него было знание языков, точнее, отсутствие знаний. Ну не получалось у него их учить, что поделать... У него было практически все, о чем мечтает обычный человек: слава, деньги, девушки на любой вкус (ведь все хотят переспать с золотым мальчиком, и не только девушки). Но он этим не пользовался. Свою славу он ненавидел, желая быть самым обычным человеком, который не лезет в пасть к василиску в 12 лет, не сражается с сотней дементоров в 13, и не спасает мир каждый год. Он просто хочет иметь семью, которая будет любить и поддерживать его. Делать домашнюю работу и заботиться только об экзаменах, и подарках на Рождество родителям, и друзьям. Но у Гарри не было даже этого. Его родители погибли, когда ему был только один год, и все детство он прожил у людей, которые его ненавидят. У Гарри есть друзья, три самых лучших, и просто приятели. Рон, Гермиона и Джинни, друзья, которые поддерживают его, и помогают решать проблемы. Одна из его «проблем», это его ориентация. Ему нравятся мальчики, точнее один мальчик — Драко Малфой. Это, конечно же тайна, и о ней никто не знает, даже лучшие друзья могут не понять, ведь Малфой оскорбляет их с первого года школы. С Джинни Гарри не встречался, сказав ей, что ему нравится «другая». Джинни не стала спрашивать, кто именно ему нравится, и сказала: «Ничего страшного, не буду мешать вам», а после этого улыбнулась и ушла. Но они остались лучшими друзьями. Драко Малфой тоже имел слабые стороны, но, в отличие от многих других, он ни за что и никому их не показывал, чем очень гордился, правда, не показывал этого. Он вообще много чего утаивал от других. Например, то, что с четвертого курса влюблен в Гарри Поттера. Осознавал он это долго и мучительно. Пытался не придавать значения тому, что этот идиот когда-то выбрал не его, а после не дал шанса показать себя настоящего. «Неправильно истолковать все попытки обратить на себя внимание мог только идиот!» Он ревновал. Ревновал его взгляд, улыбку, направленную на его друзей, которая никогда не будет принадлежать ему. Они точно не друзья, они никогда ими не станут. Эти мысли приносили Драко ужасную боль, и он старался причинить такую же Гарри. Однако едва ли глупые и бессмысленные споры или мелкие стычки оставляли герою хоть какие-то ощутимые душевные раны. Но кто бы мог подумать, Гарри Поттер — настоящий герой, а в языках абсолютный ноль! Вот и решил Малфой, что можно высказать ему все, что на душе, на французском языке. Обо всем этом думал Драко по дороге в совятню. Нужно было поздравить маму с днем рождения. Дверь в совятню открылась, и внутри оказался Поттер, гоняющийся за своей совой по всей совятне. Драко так и застыл. Более смешной картины он в жизни не видел. Растрепанные (как всегда) волосы Поттера стали еще больше растрепанными. В них забились перья, одежда вся грязная, красный румянец на щеках и приоткрытые губы. При виде этой картины Драко погрузился в свои мысли, но если бы не победный крик Гарри, он и остался бы так стоять. — Что, Поттер, ты настолько уродлив, что даже собственная сова от тебя улетает? — с ухмылкой сказал Драко. — Заткнись, Малфой, за собой присмотри. — злобно выплюнул Гарри. — Tu es si mignon quand tu es en colêre(ты такой милый, когда злишься) — безэмоционально сказал Драко и стал ждать результата. Гарри нахмурился, он не знал этого языка и подумал, что это новый вид ругательств. — Что ты сказал? Я ничего не понял,  — Драко в мыслях восторжествовал. Поттер ничего не понял, значит можно говорить на французском. — Сказал, что ты шрамоголовый придурок, — по привычке оскорбил его Драко. — А тебе не надоело говорить одно и то же? Что, словарный запас кончился? — ничуть не обидевшись нагло улыбнулся Гарри. Он быстро привязал свое письмо к сове, и уже подошел к выходу, как услышал слова Малфоя: — A bientôt mon amour (до встречи, любовь моя) — издевательски произнес Малфой, он не обратил внимание на предыдущие слова Поттера, и ушел по лестнице на второй этаж. Гарри же, сделал вид, что не услышал слов Драко. «Я все равно ничего не понимаю, буду делать вид, что мне не интересно, хотя мне очень интересно узнать, что там говорит мне Драко. Жаль, что я ничего не запомнил» сказал он про себя и ушел. Драко поднялся к своей сове, привязал поздравления к лапке и отправил ее в путь. На обратном пути Драко думал о Гарри. "А что, если Гарри запомнил мои слова и спросит перевод у Грейнджер? Ну нет, откуда она может знать французский, она же маглорожденная?» Заверил он сам себя. А сейчас он шел и наслаждался прохладным ветерком и шелестом листвы. Шестой курс только начался, сейчас сентябрь. Нужно наслаждаться, пока не пошел снег, и в подземельях не стало еще холоднее. Рано утром Золотое трио спускалось в Большой зал на завтрак. По дороге они столкнулись с Малфоем. — Salut Potter, tu es très beau aujourd'hui (привет Поттер, ты сегодня очень красивый) — твердо и без злости сказал Драко. Гермиона поняла все, что он сказал, и только загадочно улыбнулась. — Что он сказал, Гермиона? — шепнул ей на ушко Гарри. — Он поздоровался, — тихо сказала она. Драко услышал эти перешептывания и убедился, что Грейнджер не поняла, что он сказал, значит можно продолжать. Гарри решил не показывать плохие манеры и ответил на приветствие. — Пока, Малфой, — почти грубо ответил Гарри и быстро отправился с друзьями на завтрак. Драко на это только ответил: — Il est si doux bon appétit favori (это так мило, приятного аппетита, любимый) — и ушел на завтрак. — Гермиона, ты поняла, что он сказал? — с надеждой спросил Гарри. — Нет, Гарри, не поняла, иди и сам спроси, — шепотом отрезала Гермиона, но на самом деле она поняла все, и втайне была рада, что чувства Гарри взаимны (она поняла, что Гарри влюбился в Малфоя, еще в прошлом году. И единственная замечала странные взгляды и «залипания» в сторону Драко), но рассказывать ему пока ничего не собиралась. На завтраке Гарри бросал на Малфоя задумчивые взгляды. Драко их замечал, но раскрывать себя не хотел. Ему нравилось такое внимание со стороны гриффиндорца. Когда друзья пришли в гостиную, Гарри попросил у Гермионы англо-французский переводчик, но у нее его не оказалось, и она посоветовала ему обратиться к мадам Пинс. Гарри решил зайти в библиотеку после следующего урока. Следующим уроком была ЗОТИ. Преподавал ее профессор Снейп, а это значило, что сегодня факультет недосчитается баллов. Гарри пришел раньше всех, ему нужно было подумать. До начала урока оставалось полчаса, а обычно все приходят минут за пять до начала. Гарри сел на подоконник, взял книгу «Квиддич сквозь века» и начал читать. Через пару минут пришел Малфой. — Est-ce que tu me manques cher? (скучаешь, дорогой?) — бархатным голосом спросил Драко. Гарри понравилось это звучание. — Может, хватит уже? Я же знаю, что ты просто оскорбляешь меня, — скучающим голосом произнес Гарри, не отрываясь от книги. — Je ne vous t'insulte pas, mon cher. Tu as une très belle voix et de beaux yeux. Je t'aime (я тебя не оскорбляю, милый мой. У тебя очень красивый голос и прекрасные глаза. Я люблю тебя) — последнюю фразу Драко произнес с такой нежностью, что заставило Гарри оторваться от книги. Эта фраза сразу въелась в память, но сказать что-либо ему не дал крик Рона, который подзывал его к себе. Гарри посмотрев Малфою в глаза и, увидев там только презрение, отправился к другу. Весь урок Гарри обдумывал слова Малфоя. Хоть в них он ничего не понимал, но ему казалось, что он говорил что-то важное. Снейп вызывал его пару раз и спрашивал вопросы по параграфу, который они еще не изучали. Конечно же Гарри не мог на них ответить, за что тот отнял у факультета 20 баллов. Так начался урок, но Гарри был погружен в свои мысли. Но его снова вызвал Снейп. — Вы понимаете, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер? — Да — сдавленно ответил Гарри. — Да, СЭР. — Совсем не обязательно называть меня «сэр», профессор. Слова вырвались прежде, чем Гарри понял, что он говорит. Несколько человек ахнули, в том чис­ле и Гермиона. Зато Рон, Дин и Симус одобритель­но заулыбались за спиной у Снейпа. — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снейп. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого… даже от Избранного. Вот так и прошел урок, а после него он сразу побежал в библиотеку за переводчиком. Гарри было интересно, как переводится то слово, которое будто впечаталось в его голову. Мадам Пинс дала ему толстенную и наверное очень старую книгу со словами: — Мистер Поттер, если вы разрежете, разорвёте, раскромсаете, изогнёте, сложите вдвое, испортите, изуродуете, измажете, испачкаете, выбросите или уроните эту книгу, если вы нанесёте ей какой-либо другой ущерб или же проявите к ней неуважение, то последствия будут настолько ужасны, насколько будет в моей власти сделать их таковыми, — после этих слов Гарри даже забоялся брать эту книгу в руки, но все-таки принял ее из рук библиотекарши и пошел за дальний столик, который скрывал его от любопытных глаз, но давал возможность увидеть всю библиотеку. Наверное, час он листал книгу в поисках перевода, но все-таки нашел его. Результат его ошеломил. Фраза «Je t'aime" переводится как «я люблю тебя». «Значит, Драко тоже меня любит, сомнений не оставалось, ведь Драко так искренне и нежно говорил мне об этом. Теперь понятно, почему Драко разговаривал со мной на французском, ведь нельзя же ему говорить это на английском. Малфоевская гордость не позволяет. А Гермиона все знала! Я же видел, как она улыбнулась тогда, так заговорщески. И как я только не увидел, что она все знает? Как она узнала? Я же вроде скрывал это». Тысяча вопросов крутилось у него в голове, но в одном он точно был уверен. Он поговорит об этом с Драко. Но сегодня встретиться с Малфоем ему не удалось. Он как будто чувствовал надвигающийся разговор и проводил весь этот день со своими друзьями. Поэтому Гарри решил поговорить с ним завтра. Ночью Гарри никак не мог уснуть, в голове были только мысли о Драко. Рассудив, что сегодня он точно не уснет, Гарри решил прогуляться ночью по школе. Взяв мантию невидимку, он незаметно вышел из гостиной. Первым делом он решил прогуляться в подземелья, но не нашел там ничего интересного. Потом он решил пойти на астрономическую башню. По пути он встретил Снейпа, но тот его, конечно, не заметил. Он просто быстро прошел мимо. Когда Гарри поднялся на астрономическую башню, он увидел того, кого совсем не ожидал там увидеть. Драко Малфой стоял облокотившись на перила и смотрел на черное озеро. Он был одет в мантию поверх пижамы. Хотя сам Гарри был одет точно так же. Его светлые волосы казались почти белыми при свете луны, а поза была расслабленной. Гарри залюбовался им, такой он был красивый. Сняв мантию невидимку, он решил привлечь к себе внимание. — Почему ты не спишь, Драко? — Малфой резко повернулся, но, увидев кто это, успокоился, а потом сказал на французском: — Je ne peux pas m'imaginer sans toi, sans ton sourire, tes beaux yeux verts, tes baisers, sans tes mains. Tu es mon bonheur! Je pense à toi tous les jours! J'ai besoin de toi plus de vie! Je t'aime (Я не представляю себя без тебя, без твоей улыбки, твоих прекрасных зеленых глаз, твоих поцелуев, без твоих рук. Ты мое счастье! Я думаю о тебе каждый день! Ты мне нужен больше жизни! Я люблю тебя) — Драко сказал это нежным, полным любви голосом. А Гарри застыл, снова эта фраза. Его переполняла такая радость, что он готов был прыгать от счастья. — Ты правда меня любишь? — с надеждой в голосе спросил Гарри. Малфой отшатнулся, он явно не ожидал, что его поймут. Но отрицать было бы глупо, поэтому он сказал: — Да, люблю и уже очень давно, — серьезно сказал Драко и с удивлением наблюдал, как лицо Гарри озаряет глупая улыбка. — Я тоже, Драко, — почти прошептал он, но Малфой его услышал. Он быстро подошел к нему, взял в руки его лицо и мягко поцеловал. Гарри с радостью ответил. Потом Драко отстранился и прошептал ему в ушко: — Я хочу каждый день наслаждаться тобой и твоей улыбкой, хочу видеть, как ты счастлив. Я тебя очень сильно люблю и всегда жду встречи с тобой, — после этих слов Гарри ужасно счастливо улыбнулся и ответил: — Я так давно мечтал поцеловать тебя, Драко… — Так поцелуй же, — попросил Драко, и Гарри прижался губами к его губам, а потом углубил поцелуй. Оторвались друг от друга они только тогда, когда легкие начало жечь от недостатка кислорода. Они сели на пол астрономической башни и обнявшись смотрели на звезды. Слова были лишними.