It's Like Moonlighting

Этим жарким августовским днём 1986 года Робин в кои-то веки рада тому, что она вынуждена торчать в Family Video, разбирая коробку за коробкой только что поступивших записей, которые нужно расставить по полкам. Такая работа ей слегка больше по душе, чем раздавать мороженое сахарозависимым подросткам, как тем летом, но только чуть-чуть. И опять же, она скучает по драматизму, приходящему с секретным бункером русских под местом твоей работы. Под Family Video нет ничего, кроме асфальта и грязи. Скучной индианской грязи. Работать в единственном видеопрокате в городе — то ещё удовольствие, но и здесь есть свои прелести, например, наблюдать за тем, как Стив залипает на группу девчонок из Хокинс Хай, пока эти самые девчонки тоже заглядываются на легендарного Стива Харрингтона, а вовсе не на жуткий Всплеск, хотя Дерил Ханна объективно адски горяча. Когда колокольчик над входной дверью звенит, сообщая о том, что фан-клуб Стива покинул помещение, Робин откладывает работу и стучит по стойке резаком, привлекая внимание Стива. — Ты только посмотри, — говорит девушка, кивая головой в направлении дальнего угла возле раздела с комедиями. — Вон те двое просто чудовищно милые. Каждый раз, как они заходят, это всё равно что на щеночков смотреть. У меня так скоро кариес начнётся, честное слово. Стив закрывает кассу и смотрит на неё. — Кто? Учитывая, что прямо сейчас помещение практически пусто, ответ должен быть очевиден, но Робин всё равно указывает на них. — Уилер и Байерс. Эта парочка заглядывала в магазин почти каждые выходные на протяжении всего лета, частично из-за того, что в этом городе развлечений днём с огнём не сыщешь, частично потому, что тут им постоянно давали фильмы напрокат бесплатно. Робин мало что про них знает, кроме того, что первый, повыше, смотрел Гремлинов невероятное количество раз, а второй, пониже, считал фильмы Джона Хьюза «переоценёнными» — но она видела их здесь достаточное количество раз, чтобы понять, кто они и что из себя представляют, и… да, они очаровательны вместе. Стив оглядывается вокруг, пока не замечает подростков, застрявших у стеллажей с конфетами, и морщит лоб. — Эм, ну да, наверное, — пожимает плечами он. Она бегло обводит взглядом помещение, чисто по привычке, ведь сегодня их здесь всего четверо, а затем шёпотом спрашивает: — И как долго они встречаются? Стив издаёт какой-то непонятный звук и пялится на Робин так, словно у неё выросла вторая голова. Хотя в этом городе подобное не было бы сюрпризом. — И долго они уже… — начала уже было повторять Робин, но замолчала на полуслове, заметив реакцию парня. — Эм, чё у тебя с лицом такое? А у Стива на лице то самое выражение, которое она видела два месяца назад, когда предложила ему подстричь волосы. Абсолютный шок и непонимание. «Почему ты вообще об этом спрашиваешь?!» — сказал он тогда, и сейчас вид у него такой же растерянный. — Встречаются?! С чего ты взяла, что эти двое встречаются?! — Я просто… — начинает Робин, думавшая, что ответ очевиден, и совсем не ожидавшая, что ей придётся его объяснять. — Да ты посмотри на них! — она указывает рукой в направлении парней, в надежде, что Стив откроет свои большие глупые глаза и ей не придётся всё ему разжёвывать. — Я думала, это и так понятно? — И так понятно, — передразнивает её Стив, голос звучат совершенно потерянно. Он качает головой и берёт одну коробку из кучи Робин, а затем открывает её. — Я почти уверен, что Майку Уилеру нравятся девочки, потому что он пипец как сохнет по девчонке с суперсилами. А Уилл… ну. Уилл — это Уилл. — Стив чешет затылок, и Робин уверена, что сейчас он усиленно шевелит шестерёнками в своей голове. Может, обдумывает вещи, которые раньше ему не приходили на ум. — На самом деле, я не в курсе, что там у Байерса. На моей памяти у него не было девушки, и, кажется, его больше интересуют Драконы и Подземелья, чем девчонки, но он же всего лишь пятнадцатилетний ботаник. Поздно расцветает или типа того. Это абсолютно нормально. — Ох, ну ладно. — и несмотря на свои тщетные попытки не делать такое лицо, Робин знает, что у неё вряд ли это получается, что её эмоции прямо тут, на поверхности, потому что ей хреново удаётся их прятать, и, понятное дело, Стив замечает. — И что означает этот взгляд? — Какой взгляд? — беспечно отвечает она, доставая кучу записей «Лучшего стрелка» и отшвыривая пустую коробку в угол. Робин прячет одну из копий за кассовым аппаратом для своей подруги Лизы, которой нравится Том Круз так же, как ей нравится Элли Шиди. — Тот самый, которым ты смотришь, когда явно осуждаешь меня за что-то, но не говоришь, за что. Робин вздыхает; неужели они уже дошли до той стадии в отношениях, когда они могут отличать выражения лица друг друга? Почему тогда Стив не может просто прочитать её мысли? Почему ей вечно приходится всё ему объяснять? Этот город окончательно и бесповоротно портит её ауру. — Слушай, если честно, я не уверена, нужно ли мне вообще что-то ещё говорить. Я сделала какие-то свои выводы на основе косвенных доказательств и открыла свою большущую ловушку, ты уже в курсе, что я люблю так делать, но, может, нам стоит просто оставить всё как есть, понимаешь? В том смысле, что я легко распознаю подобные вещи, но я не робот. Я могу и ошибаться. Стив поднимает бровь, смотря на неё, вытаскивает кассеты с «Коротким замыканием» из коробки. — Что значит «легко распознаю подобные вещи»? Робин останавливается на минуту, наблюдая, как Уилер и Байерс посмеиваются не в силах сдержаться, вероятно, прочитав что-то на упаковке какого-то хоррора, пока девушка пытается понять, что такого смешного могло быть там написано, и одновременно сформулировать свои мысли понятным для Стива способом. Гетеро всегда были такими утомительными? Господи. — Ладно, смотри, это не то чтобы наука или ещё чего, но мы, люди определенных убеждений, ну, давай просто скажем, что мы обычно можем отличить себе подобных. Называй это отточенным мастерством, необходимым в условиях угнетающего общества, в котором мы живём. Он не без изъянов, конечно, но статистически показатель моей точности определённо выше среднего. На этом моменте глаза Стива немного стекленеют, от чего Робин приходится прикусить губу, чтобы не рассмеяться вслух. — Ты вообще о чём?! — Гей-радар, Стив! Мы, геи, можем видеть друг друга в толпе. Это эволюционная черта или типа того. Или магия. Я не знаю. Но это довольно прикольно. Проходит пара мгновений, пока до Стива доходит значение произнесённых Робин слов, и его милая неловкая тишина прерывается звоном колокольчиков, когда женщина и три противнейшим образом визжащих ребёнка заходят в магазин. Когда Стив наконец отвечает, он делает это драматичным театральным шепотом, из-за чего Робин фыркает. — Так, получается, ты типа… можешь понять, кто гей? — Типа того? — Робин подходит поближе к нему, стараясь сохранить этот разговор между ними двумя, ведь сейчас они в магазине не одни. — Когда ты чувствуешь, что ты не такой, думаю, ты неосознанно начинаешь выискивать других, похожих на тебя. Тебе нужно знать, что ты не один. — Логично. — Но хрен со всем этим, просто посмотри на то, как они общаются, — Стив прослеживает за её взглядом вглубь магазинчика, туда, где Майк о чём-то разглагольствует, судя по его быстрой жестикуляции, дотягиваясь до верхней полки, чтобы что-то достать, пока Уилл с восхищением за ним наблюдает. — Посмотри на то, как мелкий мечтательно глядит на высокого, пока высокий не замечает. Посмотри на язык тела, Стив! Отзеркаливание! Оно всё там! — Отзер-что? — Отзеркаливание, Стив, отзеркаливание. Это когда неосознанно повторяешь жесты, речевые обороты и позы другого человека, человека, с которым ты близок, и который тебе нравится. Я об этом дофига прочитала в мамином старом учебнике по психологии из колледжа, а эти двое? Они вне рейтинга. И может они и не вместе, но они точно друг другу нравятся, даже если не понимают этого. Робин самодовольно улыбается, будучи уверенной в том, что адекватно всё разъяснила и что может быть Стив наконец-то поймёт. Дама с визжащими комками ужаса подходит к кассе, чтобы заплатить за пачку диснеевских фильмов, и как только они исчезают из виду, Робин поворачивается к Стиву, натыкаясь на его изучающий взгляд. — Это… полный бред. — Робин бледнеет. — Бред? И что конкретно из этого бред? — Я- Робин перебивает его, как она обычно это делает, когда взволнована и готова начать доказывать свою точку зрения, что она и делает, параллельно начиная тыкать пальцем в воздух для пущей убедительности. — Неужели так трудно поверить, что люди, как я, есть и здесь, в Хоукинсе, Индиана? Ты и правда думаешь, что я единственная в этом городе? Пффф. — Нет, но — — И не говори мне, что если бы эти двое не были мальчиком и девочкой, тебе бы было так сложно это принять, Стив. В прошлом месяце ты сказал, цитирую: «Сьюзи Коллинз и этот паренёк отлично смотрятся вместе», когда единственное, что они сделали — это встали рядом. А потом мы вообще узнали, что это её двоюродный брат! — Робин вскинула руки и усмехнулась. — Мальчику с девочкой достаточно просто существовать в одном пространстве, чтобы люди поверили, что между ними что-то есть, но сумасшедшая здесь я? Я? Когда мы сидим на первом ряду вот… вот этого! Робин указывает на Майка и Уилла, которые снова зависают у стеллажей с конфетами и, кажется, спорят о коробке Whoppers, а потом Майк тянется вперёд и щекочет отмахивающегося Уилла, заставляя того взвизгнуть и покраснеть. Она без понятия, что там происходит, но это настолько мило, что она может блевануть в любой момент. Щенячья любовь бьёт ей прямо по лицу. Стив просто пялится на детей, внимая. Робин уже видит, как винтики крутятся в его голове, и радуется, что этот спрей для волос не нарушил когнитивные связи в его голове на всю жизнь. Есть ещё надежда на Стива, даже если и сомнительная. — Ладно, кажется, не так уж это и безумно, но, может, тут есть другое объяснение? Они были лучшими друзьями с детского сада… им просто супер комфортно друг с другом. По крайней мере, комфортней, чем было бы другим парням. — Он пожимает плечами. — Они столькое вместе прошли, они близки…как братья. — Я надеюсь, у тебя нет братьев, если ты думаешь, что они смотрят друг на друга вот так, — фыркает Робин. — Для справки, нет у меня никаких братьев. — впивается в неё взглядом Стив.  — Господи, спасибо. Теперь Майк снова щекочет Уилла, и жалкие взвизги последнего слышно в каждом углу магазина. Стив не перестаёт на них смотреть, пока эмоции на его лице меняются с невероятной скоростью. — О Господи, ты права. Они точно флиртуют. — Я знала, что со временем ты втянешься, — Робин самодовольно улыбается и хлопает его по плечу. — Мир просто не готов к моему уровню проницательности, вот и всё. Простым смертным не понять. В этот момент Уилл наклоняется вниз, чтобы достать видео с самой нижней полки, и, выпрямляясь, теряет равновесие и слегка покачивается, заставляя Майка схватить его, и их руки задерживаются в таком положении немножко дольше, пока они улыбаются друг другу, а затем отводят глаза, оба красные как помидоры. Стив наклоняется на прилавок и стонет, совершенно забывая о куче неоткрытых коробок, которыми они должны заниматься. — Угхххх, Робин, зачем?! Зачем ты мне открыла на это глаза? Я не припомню такого 'будет не будет' напряжения со времён «Детективного агентства Лунный Свет»! Это больно! — Да, так и есть. Робин звучит задумчиво, в этих словах для неё есть двойной смысл. Она не по наслышке знает, что сейчас чувствуют эти двое, вне зависимости от того, понимают они это или нет. Хоукинс для этого не лучшее место. Не то чтобы остальные части консервативной Америки Рональда Регана лучше, но по крайней мере есть бастионы вроде Сан-Франциско и Нью-Йорка. Она мечтает когда-нибудь переехать в один из них. Может быть, Стив сможет поехать с ней. Они могли бы быть соседями по комнате. Они могли бы найти пару милых девчонок и ходить с ними на двойные свидания. — И что нам теперь делать? — поворачивается к ней Стив, звуча огорчённым. Робин моргает в замешательстве. — В смысле что нам теперь делать? Ничего. — Ну очевидно же, что они нравятся друг другу, и я не знаю… Я раньше давал советы по отношениям Дастину, так что может быть я мог бы… ну знаешь… — его глаза начинают сверкать в нетерпении им помочь, хоть это всё довольно далеко от советов по моде и укладке волос. — Нет, Стив. — сурово говорит Робин. — Замечать, что происходит, наблюдать издалека… это другое. Я знаю, что ты любишь этих детей. И знаю, что ты проводишь с ними слишком много времени для того, кто уже учится в колледже… — Стив бросает на неё взгляд. — Но ты не в праве вмешиваться в это, только если они сами попросят. Смириться с тем, что ты можешь быть не гетеро бывает нелегко, чувак. Нельзя вмешиваться. Надо дать им самим разобраться в этом, тебе остается только надеяться, что всё сработает как надо. Стив тяжело выдыхает, по нему видно, что он расстроен. Добро пожаловать в клуб, думает Робин. Она не знает, правильный ли совет она даёт Стиву, но ей-то через это всё пришлось проходить в одиночку, поэтому это всё, что у неё есть. Может, парни были бы не против, если бы Стив им немного помог. А может и против. Единственное, в чём она уверена, так это в том, что когда она сама разбиралась во всём, она бы на месте умерла, если бы кто-то начал разговор со слов «здарова, так что, тебе нравятся девчонки?». — И как оно обычно? — спрашивает он. — Срабатывает? В смысле, я знаю, что с… Стив останавливается. У тебя с Тамми Томпсон не сработало — невысказанное предложение висит в воздухе, и Робин старается не показать боли. — Хотела бы я сказать, что всё всегда заканчивается счастливо. Что такие люди, как я, получают своё долго и счастливо, но… — Робин с грустью опускает взгляд вниз. Она нервно скребёт ногтём откалывающийся от прилавка кусочек ламината. — Я думаю, ты и сам знаешь, что это не так. Ты знаешь, в каком мире мы живём, Стив. Робин не развивает эту тему, но последующая тишина полна смысла, она всё видит по его глазам. К счастью, в этот момент целых три группы людей входит в магазин, и им удаётся перевести дух после тяжёлого разговора, когда один из вошедших изъявляет желание получить членство магазина, а следом вошедшая женщина просит помощи в подборе фильма для своей 80-летней мамы. ************** — Ладно, в общем, мы наконец-то решили, что будем брать. — заявляет Майк, когда двое парней наконец подходят к кассе. Он кладёт на прилавок стопку фильмов, среди которых есть «Гольф-клуб», «Нечто», «Это Spinal Tap» (Робин знает наверняка, что они видели эти фильмы как минимум дюжину раз) и пару упаковок сладостей. Стив перебирает стопку видеозаписей, отмечая, что в ней нет новых релизов, сообщает, что фильмы напрокат он отдаст бесплатно, но за сладости придётся заплатить. — Сколько с нас? — спрашивает Майк, шаря по карманам и доставая смятые долларовые купюры. В то же время Уилл начинает перебирать небольшую кучку монет в своей руке, становится ясно, что у последнего не так уж и много денег. Стив осматривает сладости. — Два пятьдесят. — Держи, — улыбается Майк, протягивая деньги, но Уилл останавливает его. — Нет, я должен заплатить, Майк. Я предложил прийти сюда и… — Но я предложил взять конфеты… — Да, но есть-то мы их будем вдвоём… — Я знаю, но я же сказал, что заплачу… — Ладно, может нам просто… Не знаю. Заплатить пополам? — Хорошо, ладно. — Майк забирает четвертаки, которые Уилл дает ему в руки, и Робин не пропускает мимо то, как их руки слегка задерживаются или как их щёки заливаются румянцем от прикосновений. Краем глаза она заметила, что Стив наблюдает за этим всем широко открытыми глазами, словно это какая-то документалка о природе. И она не так уж незаметно наступает ему на ногу, в попытке остановить. Это крипово. — Вот, — Майк кладёт деньги на прилавок, а потом они с Уиллом хватают свой улов и удаляются, по пути смеясь над чем-то, что ни один из работников магазинчика не может расслышать. Как только они исчезают из поля зрения, Робин издаёт тихий кричащий звук и бьёт Стива по плечу. — Ау! — О господи, ты это видел? Видел? Стив, они разделили пополам. Пополам! Как будто они на свидании! Я не могу. Просто не могу. Теперь ты видишь, какой уровень милоты мне приходилось лицезреть на протяжении всего лета. — Я должен был поверить тебе с самого начала, — качает головой Стив и наклоняется, чтобы поднять очередную коробку и наконец-то заняться хоть какой-то работой, когда эта живая экранизация мыльной оперы покинула здание. — Стив, я всегда права, ты уже должен был привыкнуть. Перестань это отрицать. — с огромной победной усмешкой на лице говорит Робин. — Ну, ты умная девочка. — Ещё какая! — И такая скромная вдобавок. — фыркает Стив, передавая ей коробку и резак. — Что ж, отныне я буду полагаться на тебя во всех вопросах подобного рода. Робин с наслаждением разрезает коробку. Ей никогда не надоест тот факт, что она всегда права. Ей просто нравится это чувство. Чертовски нравится. — Так и сделай. Хотя, ради твоей же безопасности, я считаю, что ты должен полагаться на меня во всех вопросах вообще. Точка. — Ну, давай только не будем преувеличивать… — Что, как тогда, с волосами… — Господи, только не начинай опять! — Я серьёзно, Стив! Я не устану повторять, что их становится слишком много. В них можно прятать вещи. — Слишком много?! Ты с ума сошла. Я похож на Роба Лоу. — Ты выглядишь как Роб Лоу только в своих мечтах.  — Да что ты вообще знаешь о Робе Лоу? Тебе даже парни не нравятся. — Необязательно любить парней, чтобы понимать кто из них красавчик. — А я значит не красавчик? Робин фыркает, и Стив бросает в её сторону горсткой орехов. Та лишь уворачивается от них, поднимая руки вверх. — Ладно, хорошо, я прошу прощения! Ты такой же горячий, как Роб Лоу, если не горячее. — Благодарю. — И уж точно больший тупица, чем Роб Лоу, так что… В этот раз горсть орехов бросает уже Робин в Стива и эти двое заливаются смехом.