observant

У них за окном — море и бескрайний простор. Мишель вдыхает аромат, легкий бриз треплет её кудри, волны разбиваются о скалы, капли летят на лицо. Она зовёт Питера, тот просыпается, скидывает с себя плед и выходит из машины. Морщится — спать на заднем сидении неудобно, но хоть что-то. Мишель расстилает покрывало на песке и берет в руки альбом. Линии, линии, линии, они превращаются в волны, скалы, морскую пену, они превращаются в невероятный пейзаж, окружающий их, и даже с не законченной картины веет атмосфера ранней осени. Питер лежит на песке, наслаждается ещё тёплыми солнечными лучами, бегающими по коже. Мишель гладит его по волосам. У них — целый простор. Для воображения, для действия, для жизни. *** — На запад. Питер кивает и разворачивает машину. Мишель улыбается, рисует на карте его лицо. И пририсовывает усы. — Мне бы пошли усы, — говорит он, заглядывая в карту. — Не отвлекайся, — ворчит она в ответ. Питер смеётся, целует её, не убирая руки с руля. — Из-за таких водителей, как ты, в Америке увеличивается статистика по количеству дорожно-транспортных происшествий. — Но ты не найдёшь другого такого водителя, — возражает он. Мишель закатывает глаза. Ветер хлещет по лицу — как пощечина, но она открывает окно сильнее, чтобы лучше запомнить каждый кусочек, каждую секунду пути, каждый отрезок необъятного зеленого поля — такие она видит на картинах художников или в приключенческих фильмах. А теперь и в жизни. Все вокруг — реально. И невероятно. Мишель запоминает. Путь, простор, пейзаж. Время, которое она проводит с Питером. И сжимает его руку. *** Они останавливаются в мотеле. Питер почти кричит от радости — спать на заднем сидении машины не всегда удобно. Мишель договаривается на ресепшене и протягивает ему ключи. Комнатка маленькая, и в ней пахнет освежителем с хвоей, кроватки неудобные, а матрасы твёрдые, и пружины неприятно тычутся в спину, но им все равно. В комнатке витает небольшой, но уют. Девушка лежит на кровати, её кудри рассыпаются по подушке. В комнате темно, пол скрипит от шагов Питера, который подходит ближе и садится на кровать. Она не смотрит на него. Он ведёт рукой по её плечу, она обвивает ногами его бёдра, в темноте заметна его улыбка. Мишель обхватывает его за шею и целует. — Полотенца! В дверь настойчиво стучат. Питер цыкает, а Мишель смеётся. За дверью недовольного вида дамочка отдаёт им полотенца и желает приятных снов в их богом забытом и захудалом местечке. *** Гранд Каньон, Долина Смерти, Йеллоустоунский национальный парк — Мишель перебирает фотографии, подписывает их, складывает аккуратно в альбом. Питер наблюдает за ней. — Мне нравится эта, — говорит он, указывая на одну из фотографий. На ней они целуются на фоне моря. — Сопливая. Как в дешевой мелодраме. Я думала выбросить. Он смеётся. — Но мы такие красивые! — Фу. — Особенно ты. — Фу. — Ты просто прекрасна. — Не паясничай. — Ни в коем случае, — возражает он. Кладёт руку на её щеку, приближается и целует. Мишель показательно морщится во время поцелуя, но пальцами перебирает его волосы. У них — машина с парой пледов, коробкой фотографий и морем воспоминаний. У них — бескрайний простор и бескрайние возможности.