Самая долгая ночь

Реджина давно потерялась во времени. На возбуждение и намёка не осталось, смазки не было и каждое движение приносило жгучую боль. Брюнетка в очередной раз выгнулась, пытаясь уменьшить глубину проникновения, но это не помогало. Грэм продолжал терзать её, не замечая, как гордый мэр отворачивается, скрывая слезы, застилающие глаза, как впивается ногтями в ладони, оставляя кровавые раны. Казалось, что матка увеличилась в размере, доставляя новые мучения Королеве. С каждым проникновением ей хотелось кричать, но мысль о Генри не позволяла этого. Она боялась, что он прибежит к ней в комнату и увидит происходящее. Только на сыне и концентрировалась Миллс, он помогал ей выдержать происходящее, помнить, кто она и что переживала и не такое. -Реджина? Она слышала голос где-то очень отдалённо. -Реджина! Она сфокусировала взгляд на шерифе. -Поговорить не хочешь? Она не хотела. Говорить, дышать, чувствовать. Не хотела. -Это твой шанс на передышку. - Грэм отпустил её, но ощущения для брюнетки едва ли изменились. Она была напряжена, низ живота сильно тянуло, матка пульсировала, казалось, что кожи во влагалище не было и вовсе, и Реджина боялась пошевелиться лишний раз, дабы не причинять себе новую порцию мучений. Но Грэм решил иначе, он резко развернул женщину, поставив её на колени, и тут же приставил член к её саднящему лону. -Черт! - Она с новой силой вцепилась в изголовье, зная, что теперь будет хуже. Миллс никогда не позволяла шерифу быть сзади, его внушительный член причинял ей боль в этой позе, это при том, что он всегда был аккуратен и нежен, а сейчас этого уж точно не будет. Не спеша, Грэм раздвинул нежные складки, он чувствовал, как Реджина дрожит и сам не верил, что всегда грозная и такая сексуальная Королева сейчас стоит перед ним на коленях, частично обездвиженная и даже не пытается сопротивляться. «Это всё, что ты можешь? Пытать женщину, которая слабее тебя?» Её слова настойчиво звучали в голове мужчины. «Она в чем-то права... Она женщина, она мать, она сейчас защищает своего сына, хотя могла бы поднять на уши всю округу». -Реджина? Упругий член наполнил её полностью, вновь упираясь в матку. Теперь ей было больнее, от первого же толчка брюнетка выгнула спину и сдавленно застонала. -Зачем это заклятие? Чего ты добилась им? -Я не стану... - Тяжело дыша, брюнетка дёрнула скованными руками. - Не стану вести с тобой беседы! -Как скажите, Ваше Высочество. Напряжённый член продолжал вонзаться в нее. Кожа внутри горела, Грэм слишком натер чувствительную слизистую, с каждым проникновение словно двигая в теле женщины внутренние органы. Реджина жмурилась и тихо стонала от каждого его движения. Вдруг мужчина резко вышел из неё и встал с постели. Зашуршала бумага, он что-то извлёк из пакета на тумбочке. Королева ясно почувствовала, как расползается липкий страх по ее телу, удерживая в страшном напряжении. Она не знала, что задумал шериф, чего от него ожидать, что он может захотеть с ней сделать. А захотел он именно то, чего она так боялась. Что-то скользкое коснулось плотно сжатой дырочки. Он аккуратно размазывал холодный гель. Королева молчала, чувствуя, как краснеет. Если язык между своих ног она пережить могла, то анальный секс для неё был чем-то запретным, постыдным. К её ужасу, Грэм приставил к её попке вовсе не свой член, а что-то жёсткое, неприятное и теперь медленно погружал в тело своей жертвы. Она хотела закричать, хотела велеть ему остановиться, но не могла. Знала, что он не послушает приказа, а просить бесполезно, хотя она бы и не стала. А если бы и стала, снисхождения не будет. Не теперь, не сегодня. Надавив на поясницу, он заставил её прогнуться, выставляя аппетитную округлость. Игрушка постепенно входила в слишком напряжённое тело. -Расслабь мышцы. - Шериф шлепнул мэра, разрезав тишину её стоном. Не больно. Неожиданно. И унизительно. Реджина попыталась прислушаться, но поняла, что не может. Вцепившись в изголовье, она опустила голову, словно желая спрятаться от всего происходящего. К её удивлению, Грэм не делал ей больно, он осторожно вводил искусственный член, пока самая широкая часть не вошла в растянутое колечко. Миллс шумно выдохнула, тут же срываясь на стон - Грэм обрушивал удары на её пятую точку. Один за другим, он бил, стараясь задеть игрушку. Реджина ожидала неприятных ощущений, но искусственный член не доставлял ей неудобства. Каждый шлепок заставлял Королеву вздрагивать. -Грэм, прошу! - Неожиданно для шерифа взмолилась брюнетка. - Генри... Он услышит. Тише, пожалуйста. Да, мальчик не был виноват в злодеяниях своей матери. Шериф остановился и погладил покрасневшие ягодицы самой властной женщины в городе. Дико возбуждающее зрелище. Небольшой фалос в её невероятно сексуальной попке просто сводил мужчину с ума. Встав позади неё, он облизал пальцы и коснулся клитора брюнетки. Она вздрогнула, тяжело вздыхая, предчувствуя продолжение экзекуции. Но Грэм не торопился, ему нравилось испытывать Королеву. Одной рукой играя с клитором, второй он немного потянул на себя фалос в ней. Мэр издала невнятный звук и сильнее прогнулась в спине. -Что, нравятся ощущения? - Он неспеша водил игрушкой, продолжая массировать клитор. Брюнетка не могла никак настроиться и понять нравится ей или нет. С одной стороны, она не могла не отметить, что новые и довольно приятные ощущения дарил ей именно инородный предмет в её теле. С другой, эти ощущения пугали её, гранича с неприятными, они не позволяли полностью расслабиться. Грэм приставил член к влагалищу мэра, медленно раздвигая складки, чувствуя, что она не готова впустить его, заметно напрягаясь. Миллс была уверенна, что Грэм не посмеет этого сделать. Она думала, это и был весь план, унизить ее, но не так! Это переходило все границы. -Реджина, ты делаешь хуже только себе. Королева не могла впустить его, напряжение достигло пика, она начинала паниковать, не представляя, что ждёт её дальше, что она почувствует, когда он войдет. Грэм продолжал давить, медленно проникая внутрь. Реджина цеплялась за изголовье, выгибая спину, не представляя, как ей ослабить нарастающее давление. Шериф вошёл в тело мэра со стоном наслаждения - в ней стало ещё более тесно. Женщина тяжело дышала, растягиваемая двумя членами, ей казалось, что шериф порвёт ее. Хотя Грэм и не спешил и ей не было больно, но от неприятного, распирающего изнутри чувства было никуда не деться. Хотелось извлечь из себя все инородные предметы, казалось, что ее тело растянуто до предела. -Какая же ты сладкая. - Грэм наклонился и поцеловал её между лопаток, зная, что это одна из эрогенных зон Миллс. Но сейчас это не сработало. Королева была напугана, напряжена и совершенно не настроена на сексуальные утехи.