Ты - только мой, Сосенка

      Третий школьный день, утро только началось, а Пайнсы уже несутся в школу. Звонок только через полчаса, но оба в предвкушении от будущего свидания. Забежав в класс, они садятся на свои места. Тут в класс входит Нортвест и подходит к парте рядом с Диппером (Там, где сидел Сайфер). — Тут свободно? — спрашивает она и тихо хихикает, представляя рожу демона. — Для таких милых дам — всегда да! — Диппер улыбается ей и скидывает портфель демона.       Пасифика садится рядом с Пайнсом и теперь они втроём ждут звонка. Мальчик о чём-то оживлённо болтает с Нортвест, а Мэй рисует на ладонях. Вскоре подтягиваются и остальные, урок уже через 5 минут. Вот они проходят. Звонок.       Начался урок. Диппер не слушает, ведь он ожидает свидания и сильно волнуется. Звёздочка не меньше его. Тут дверь в класс открывается, и прямо посередине речи учителя в класс врывается Сайфер. — Простите, — говорит он и идёт к своему месту, но тут замечает девушку.       Его лицо надо было видеть. Глаза цвета крови, рядом с ними мелькают искры как от электричества, а руки пылают недобрым голубым огоньком. Медленно подходя к Пасифике, Сайферу резко преграждает дорогу Диппер, закрыв собой девушку. — Не смей её трогать! — шипит он, на секунду забыв, КТО стоит перед ним. — А то что? — с хитрой улыбкой спрашивает блондин. — А то вот что! — Пайнс резко достаёт перочинный нож и бьёт по демону, но тот успевает отскочить. — Пайнс и Сайфер, к директору! — резко звучит голос злой училки.       Мальчишки переглянулись и угрюмо направились в тот самый кабинет. Кабинет, где все ученики рано или поздно бывали. Самый худший и страшный, от которого мурашки по коже. Тихо зайдя первым, Сайфер ждёт Диппера. Демон стоит около единственного кресла и уступает его своему «другу». — Как мне сказали, у Сайфера есть некие «магические способности», а у Пайнса оружие, которым он пытался ударить ученика, — раздался голос, и к директорскому стула подошла сама директриса.       Это была высокая дама, чьи глаза вечно пылали злостью, хотя она «старалась» быть милой и хорошей. Её длинные волосы были сильно спутаны, а под глазами были мешки, видимо, от недосыпа. Хмуро оглядев парней и не дождавшись ответа, она продолжила. — Поэтому, сегодня, вы, Сайфер, будете отведены в полицию, а у вас, Пайнс, домашний арест на неделю, — оба уставились на неё, пытаясь разглядеть в её взгляде нотку смеха, но, не увидев таковую, переглянулись. — Н-но… — Диппер хотел было возразить, но его перебили. — Никаких «но»! Быстро в класс! После уроков я прослежу, чтобы вы разошлись! — директриса была, мягко говоря, в ярости.       Не говоря ни слова, Билл вышел из кабинета, а «Сосна» за ним. Они вошли в класс и Пайнс извинился. Пасифика уже сидела на своём прежнем месте, поэтому Сайфер снова сел около Диппера. Учитель даже не обратил на них внимания и продолжил урок.       Наконец, все уроки прошли, и ребята разошлись по домам. Сайфер же отправился в полицию, хотя знал, что они ему ничего не сделают. Пайнсы готовились к предстоящему свиданию.       На часах было ярким шрифтом выведено «18:25», и Мэйбл поспешила готовить брата. Через некоторое время они уже были готовы. Диппер был в голубой футболке, джинсах и кроссовках. Ну, и конечно, его любимая кепка с ёлкой. Звонок в дверь, Диппер открывает. Перед ним стоит Пасифика, выряженная в нарядное яркое платье и мило улыбающаяся. — Привет! Идём? — спрашивает Пайнс, и, не дожидаясь ответа, берёт подругу за руку и уводит вдаль.       Мэй в это время визжит от радости, смотря на эту милую парочку. Она просто не может смотреть на сию милоту, но, вдруг, она вспомнила Русалдо и улыбка мгновенно спадает с её лица.       Он был очень хорошим, а она так просто его забыла… Ей хочется верить, что он ещё вернётся и останется с ней… Хочется думать, что его уход — это всего-то плохой сон, который резко прервётся, и она снова увидит его милое лицо, нежные каштановые волосы, и, конечно, тот изумительный хвост русала…       Ну, а тем временем, наша милая парочка уже дошла до ресторана. Здание было довольно большим, что несвойственно для их маленького городка. Вдобавок, ресторан был двухэтажным. Радостно обхватив Пасифику за талию (отчего та покраснела) он повёл её на второй этаж. Выбрав столик с видом на окно, влюбленные начали разговаривать. — Диппер, а ты мне нравишься! — уже без капли смущения говорила девушка. — Ты мне тоже… — тихо отвечает парень, и, приблизив её лицо к своему, делает нежный поцелуй.       Нортвест всё всматривается в его глаза, и, даже после поцелуя она всё не отводит взгляда. Парня это немного смущает, но он тоже смотрит на неё. Разглядывает её очаровательное лицо, которое, на его удивление, в этот раз было без косметики — теней, помады и всякой другой фигни.       Их блаженство прервал официант, принесший им меню и столовые приборы. Оба мгновенно открыли их и принялись выбирать. Через несколько минут Диппер уже решил, что заказать, и сидел, дожидаясь официанта и подругу. Даже несмотря на это, между ними стояла тишина. Вскоре, парню это надоело и он начал новый разговор. — Пас, ты сегодня так мило выглядишь. Эта косметика тебе совсем не идёт! — признался он. — Правда? А мне она как раз надоела! Больше никакой косметики! — она радостно, хоть и негромко, воскликнула и выставила руку вперёд.Получив хлопок по ней, она тоже решила вставить в их разговор комплимент: — А тебе всегда идёт та одежда, которую ты носишь. Ты такой милый! — Пас, а давай… Ну… Завтра снова встретимся?… — предлагает Пайнс. — Нет, прости, я завтра не могу… Сам знаешь, я нагружена. У меня дополнительные занятия, да и родители заподозрят… — она грустно посмотрела ему в глаза, затем уставилась в окно.       Тут подходит официант. В его руках блокнот и ручка, а на лице поддельная улыбка. Он вежливо спрашивает про заказ, а друзья отвечают. Оставшееся время они сидят в тишине, прерываемым лишь разговорами других людей и их собственным дыханием. Вскоре официант возвращается, неся в руках заказанные ими блюда. Затем ставит их на стол и удаляется, а подростки приступают к еде. Доев, им стало очень скучно. — А давай прогуляемся к озеру? — спрашивает шатен и ловит кивок со стороны подруги. — Но сначала дождёмся счёта, — она ставит локоть на стол и подпирает ладонью свою щёку, устремив взгляд куда-то вдаль.       Через некоторое время приходит официант. Быстро расплатившись, Пайнс остаётся на месте. Видимо, он уже передумал. Дети сидят, вглядываясь в глаза друг друга, пытаясь проникнуть в низ всё глубже и глубже. Дипперу становится скучно, и он притягивает голову Пасифики для поцелуя с языками, но их прерывает вошедший на второй этаж блондин. — Сосна?! — чуть ли не кричит он. — Сайфер?! Но… Что… Что ты тут делаешь?! — Диппер очень смущён и он уже ожидает гнев демона, но его не последовало. — Да так… Ничего… Простите, что прерываю… — Билл заметно погрустнел, и, сев за стол, он подпёр щёку рукой.       Пас не обращает внимания на демона, она берёт парня за руку и уводит прочь. Через несколько минут они пришли к озеру и сели на землю, сняв ботинки и свесив ноги прямо в холодную воду. Было приятно, но в голову Пайнса лезли мысли о демоне. Не как о враге, но и не как о друге. Что-то другое, что, ему, возможно и не понять. — Пасифика, почему… Почему он любит меня? — тихо спрашивает Пайнс, пронизывая стоящую тишину своим голосом. — Я не знаю, Диппер, но… У тебя же есть я! — Пасифика строит глазки и обнимает друга за плечи. — Да, да, я знаю… Просто… Демоны же не могут любить… — Диппер вздыхает, но тут сзади раздается голос. — Могут, Сосна, как видишь, — Сайфер подходит к мирно сидящим друзьям и садится около Пайнса. — Что тебе от меня нужно?! — тот вскрикивает и, случайно сталкивает демона в озеро. — Ой… — только и смог прошептать шатен.       Через некоторое время выныривает мокрая голова. Волосы прилипли к нему, одежда тоже. Его глаза снова красные, но теперь в них есть весёлые искорки. Билл подплывает к берегу и стаскивает «Сосну» вниз. — Эй! — визжит тот, вынырнув на поверхность, но Сайфера уже и след простыл.       Затем, чтобы продолжить веселье, он затаскивает и Пасифику, которая отчаянно сопротивляется. Она схватилась за Пайнса и окинула его хмурым взглядом. — Я обиделась! — она отвернулась и театрально надула щёки. — Прости! — Диппер, со смехом в голосе извинился. — Ладно. Но только потому-что прощения просишь ты! — Пас выделяет последнее слово голосом и целует парня, не давая ему ответить.       Заметив, что уже темно, Нортвест мгновенно отлипает от губ. Быстро вылетев из озера, она куда-то помчалась. — Эй! Ты куда! — крикнул ей Пайнс. — На занятия! До завтра, Диппи! — кричит она в ответ и скрывается в ночной тьме, оставляя мальчика наедине с собой и своими мыслями.       Тот направляется домой. Уже на нескольких метрах от Хижины, он замечает Сайфера. Демон что-то быстро кладёт на землю и уходит. Пайнс мгновенно подбегает. Это была коробка. Он поспешил зайти в Хижину, раздеться и помчаться на чердак. — Привет, как прошло свидание, бро? — спрашивает Мэй. — Хорошо, но… Сайфер… — Дип вздыхает. — Что с ним опять не так? — удивлённо спрашивает сестра. — Ну… Он… Он видел… — Пайнс больше ничего не говорит, устремив взгляд на старый потолок. — Ну и что, что он видел? — шатенка удивлённо наклоняет голову. — Ты не понимаешь… Он… Он влюблен в меня… — тихо говорит Диппер и смотрит в окно. — ЧТО?! — крик Мэй раздаётся на всю Хижину Чудес. — Что случилось?! — на их крик прибегают оба Стэна. — Дяди, вы не пов… — Диппер закрывает сестре рот и продолжает за неё. — Да просто… — Ладно, но если что — зовите! — Форд грозит им пальцем, и вместе с братом удаляется вниз. — Фу, ты что, меня лизала?! — Диппер отдёргивает ладонь ото рта Мэй и брезгливо трясет ей. — Хи-хи, да. Но, Дип-Доп, если что — зови меня, — Пайнс выключает свет и ложится спать.       Через некоторое время она засыпает, тихо сопя носом. Пайнс осторожно включает лампочку и ищет о любви демонов в интернете. Ничего не найдя, он устало вздыхает, и, выключив лампу, погружается в сон…

***

Так тяжело смотреть в глаза., в глаза, в которых нет любви… Надеждой жить, душою ждать, а сердцем гибнуть от тоски… И каждый день себя казнить, бросая в жертвенный огонь… Чтоб утром снова воскресать, и снова мысли, снова боль… Маршрутом жизненным плестись, по лабиринту смутных дней… Любить, страдать, судьбу бросать в объятья проливных дождей… Так больно мне смотреть в глаза., в глаза, в которых нет любви… Зачем-то жить, зачем-то ждать, и сердцем гибнуть от тоски…