Амбивалентность

- Чего?! Гароу не знает орать ему или смеяться. Он готов согнуться в три погибели и кататься по полу от смеха, и одновременно прожигать девушку взглядом, который точно выведет её на чистую воду. В ней нет никаких задатков монстра! Или?.. - Тяжело в это поверить? - ухмыляется она в ответ. - Ты серьезно, да? - парень свысока на неё смотрит, а заодно пытается выцепить с её внешности детали, которые помогут разобраться. - Вполне. Акари типичная девушка: стройное тело, плавные движения и некоторая театральность в жестах. Немного заостренные черты лица с выразительными глазами и слегка вскинутыми бровями в мгновении ока превращают милое непонимание в грозное предупреждение. Что касается тела, после додзё оно и не может выглядеть дряхло. Правда её кисти при всей своей пробивной силе остались хрупкими на вид; по сравнению с его лапой так вовсе, но для Гароу это скорее ещё один повод для гордости. А вдруг пластические операции? У неё в детстве всё лицо было в родинках или уродских прыщах? - Ты же прикалываешься, да? Какой с тебя монстр? Бабки с клюкой и то страшнее, чем ты. - Может я ухоженный монстр, - девушка деликатно указывает на себя. - Не то что некоторые. - Ты на что это намекаешь? - щурит желтые глаза Гароу. Он тут недавно помылся и даже прическу заново уложил, да и Бэнг не давал своим ученикам ходить как попало. В своей внешности он недостатков не видит, скорее наоборот, считает её угрожающей. - Эксперт тут нашелся, - нарочно пренебрежительно заводит Акари. - Монстры то, монстры сё. А себя-то в зеркале видел? - она складывает ладони вместе и наклоняет голову. - Такой зайка! - Что?! - истерично срывается его голос, а руки сжимаются в кулаки. - Никакой я не зайка, ясно?! - он двумя пальцами указывает на неё. - Забери свои слова обратно, иначе я тут камня на камне не оставлю! - Да шучу-шучу! - девушка выравнивается и с победным видом продолжает: - Ты первый начал, я должна была ответить! - После чего в сторону добавляет: - Зайцы те ещё пакостники, было бы на что обижаться... - Я не обижаюсь! - обиженно восклицает он и пристально на неё смотрит: - На себя посмотри, выдра! - Выдра?! - Акари, напротив, широко улыбается и еле сдерживая смех. - Что?! Ты где таких слов нахватался?! С каких пор выдры страшные?! - С тех самых! А много заек-монстров ты видела?! Когда до Гароу доходит что он сморозил, Акари уже во всю громко ржёт. Он прикрывает глаза рукой и тоже смеется со своего смелого заявления. Даже крикни он сейчас грозное: "Я - МОНСТР!" это звучало бы дважды, нет, трижды унизительней. Девушка заходится до утирания слёз, неразборчиво восклицая что-то про зайку-монстра, детские кошмары и какую-то песенку. Она пытается взять себя в руки, а ему говорит: - Ты вообще первый ржать начал! Я, блять, крапивный монстр, а не выдра! Зайцы ещё как бывают страшными! - В каком месте, Акари?! - как Гароу не старается, а серьезный вид вернуть никак не выходит. Ему это не кажется смешным настолько, но запал шатенки чертовски заразен. - На плюшевой белой заднице?! Мягких лапках?! - Аха-ха-ха, твоя взяла! Я сдаюсь! - Завязывай ржать! - он мягко толкает её коленом в бок и та изгибается дугой едва не падая со стола, лишь бы отстраниться. - А серьезно, за что тебя так прозвали? - Крапивным монстром? - с вызовом спрашивает Акари. Она некоторое время косится на Гароу, а как только считает, что инцидент исчерпан, пересаживается со столика на диван. - Обычно я говорю, что за гадкий характер. - Пхах! Мог бы и не спрашивать. - Перестань! - она толкает его в плечо. - На самом деле я получила это прозвище в одной стычке. Кхм, я тогда на каникулы к бабуле уезжала. Бабуля Акари была по-своему невероятной женщиной. Она считала, что лучше улицы ребёнка жизни ничего не научит, а когда ей приходили жаловаться на проделки внучки, та посылала их далеко и надолго. Старуха была уверена в своей девочке, пускай и сама не единожды прописывала ей подзатыльники. Собственно, бабуля стала тем, кто привил своей маленькой дикарке "искусство войны" и сама активно этим пользовалась. - Однажды мальчишки кого-то донимали и я решила вступиться. Я в детстве в этом плане была непримиримой мразью, - она ухмыляется. - Вроде за правое дело дралась, а всё равно где-то побеждала, где-то проигрывала. - Чёт не похоже на монстра, - с бывалым видом заявляет желтоглазый и отпивает содовой. Скорее уж на Джастимена. - Подожди, это только начало! - выставляет перед собой руку Акари. - Я тогда не видела разницы между решением конфликта и созданием нового. Мне как сказали, что добро должно быть с кулаками, так я и запомнила. Без нюансов. Потому, когда мальчишки кого-то задирали, я приходила и задирала их. Добро с кулаками, говорит. Ещё и первая начинала. Он про себя недовольно цыкает. Точной герой. С выебонами, но... - В тот день я забиякам проиграла и те бросили меня в хороший такой куст крапивы. Они сбежали даже не удостоверившись реально ли со мной покончено. Тело жутко жгло и чесалось. Я вся в слезах и соплях схватила палку и начала избивать крапиву, пока вдруг не поняла одну простую вещь: так вот же он, ответ. Они смогли завалить меня, но жутко струхнули перед какой-то травой. Ну и моя бабуля тоже не промах! Представляешь, сказала мне: "Не можешь победить - возглавь"! Правда, она имела ввиду "возглавь угнетенных", а не "стань монстром, как они", но надо было раньше уточнять. С тех пор Крапивное чудовище стало моим призванием. Хах, охренительные были деньки! - Они назвали тебя так, потому что ты вылезла из крапивы? - скептически уточняет желтоглазый. - Да. Думали, что после такого реально умирают, а я мало того что вылезла, так ещё и побежала мстить с пучком крапивы в руках. Ору-то было! - Она радостно вздыхает. - Это надо было видеть... - Ты не лжешь? - перебивает Гароу и пораженно моргает, с трудом укладывая историю в голове. - С чего бы мне лгать? - Это не похоже на правду. Зачем им это делать? - Потому что, - она прикрывает глаза, - я мешала мальчишкам творить что им хочется. Не знаю, может никто бы меня и не трогал, не лезь я на рожон. Но мне, хоть умри, надо было влезть в драку. Так что монстр с меня выходил классический. Дерьмовая предыстория есть, - перечисляет Акари, загибая пальцы, - дерзкий характер есть, повод для нападения сомнительный, но он всё-таки тоже был. - Что-то слишком ты этим гордишься, - парень откровенно ей не верит. Не может. Ему всё больше кажется, что Акари врач не в клинике Ассоциации, а у какой-то банды со своими понятиями. - Почему нет? - вдохновленно рассуждает та. - Тогда "монстр" звучало гордо, страшно и убедительно. Моя слава помогала побеждать в стычках ещё до их начала. Тем более, не я это придумала, а мальчишки. Лично мне было плевать. - Какой из тебя после этого врач? - криво ухмыляется желтоглазый и с издевкой вопрошает: - Поэтому ты в клинике для героев? Чтобы ко своим единомышленникам поближе быть? - А чем тебе некоторые герои не монстры? - шатенка не понимает его реакции на её детскую историю. Гароу буквально настаивает на том, что на деле у неё совсем другие мотивы, словно сам не способен увидеть их иначе. Она продолжает отпираться: - И сверхсилы, и мотивация, даже ужасные костюмы. - Да-а-а, - не сдерживает смешок тот, - костюмы... - Кстати о них. Ты знал, что маечники верят в майку? - В своего мастера? - вскидывает брови он, после чего пожимает плечами. - Ничего удивительного. - Нет. В реальную майку, - она указывает на свою. - Простую. Из ткани. - А? - недоуменно хмурится Охотник. У неё ебанутые истории вообще заканчиваются? - Мастер в Майке свято верит в силу своих маек, - утверждает она с видом профессионала во всякой чепухе. - Знаешь, как некоторые люди поклоняются Макаронному Богу? Я, понятное дело, не видела маечных святилищ, но парни очень уверенно об этом заявляют. - Вот тебе и "герои"! - смеется он. - Верят в майку! А труханам они не поклоняются? - Не загадывай! - шутит Акари. - Кто-то точно так делает, я уверена. - Хах, и чё я удивляюсь? - Точно, - она поджимает ноги и складывает руки на животе. - Странная эта вещь, "геройство". Проходишь какие-то экзамены, выполняешь суточную норму подвигов и получаешь деньги. Разве это так должно работать? - И это говоришь ты? - намекает он на её тесное отношение к Ассоциации. - Я как раз вполне могу об этом судить. Разве геройство может быть профессией? Как его можно унифицировать и принять за обыденность, за оплачиваемый валютой труд? Черт, это как нанимать людей для самопожертвования! Есть, конечно, Торнадо Ужаса, я вообще не представляю чем она до геройства занималась - не в цирке же выступала? Но, с другой стороны, с чего только не делают профессии. Ты слышал о второй половинке на вечер? Гароу не успевает толком осмыслить одно, как девушка уже переключается на другое. Только речь зашла о реально важных для него вещах, как та тут же сменила тему на какую-то херню. Самым дразнящим в этом то, что херня тоже до жути интересная и вряд ли он когда-либо об этом узнает. Охотник на героев относится к этому снисходительно и не пытается сопротивляться, взамен спокойно плывя по течению. - Чего? - о таком он слышал впервые. На мгновение кажется, что в додзё Бэнга жизнь была намного проще. - Это шлюха что ли? - А вот и не угадал, - хитро щурится она, после чего вальяжно заявляет: - Тип парень ходит с тобой за ручку, водит тебя в кафе, выслушивает, дарит подарки, а в конце его рабочего дня платишь ему и расходитесь. - Да ты шутишь? Кто-то таким зарабатывает? Это унизительно. - Не говори, лучше я уже сама до гроба буду. - А кстати, - его губы трогает легкая ухмылка, пока он разглядывает пустую бутылку из-под газировки. - Я думал девушки вроде тебя редко бывают одиночками. - Хочешь послушать о моей личной жизни? Может ты про меня потом книгу напишешь? - Да забей, - Гароу понимает, что подкол не удается и пресекает эту тему: - Мне плевать на самом деле. - Хах, моё счастье. Я слишком трезва для таких разговоров. - Она подымает голову к вешалке и неожиданно заключает: - О, капать закончила. Девушка встаёт и принимается отключать капельницу под внимательным надзором Гароу. Он сам по себе не большой любитель отсиживаться на больничной койке, правда, здесь не больница и вместо унылой койки у него есть диван, телевизор, содовая и пачка дурацких историй вкупе с шатенкой, которая недавно бросала его через полквартиры. Парень до сих пор не верил, что сумел втянуть её в спарринг. Он чертовски обрадовался, что от неудобного разговора Акари отвлекла капельница. Гароу был далёк от отношений и семьи, понятия не имел как надо себя вести и, более того, совершенно не настроен восполнять пробелы. Какая ему разница? История была. Акари считала, что бессмысленно бояться говорить о ней вслух. История про отношения длиною в долгих три года и то, как красиво их разрушил её рабочий график. Её парень занимался продажей бытовой техники по спокойной шестидневке, в то время как Акари по той же шестидневке с дежурствами пыталась привыкнуть к новой работе. Первое время клиника Ассоциации ездила на ней как хотела, пользуясь положением со служебной квартирой. Девушке было принципиально иметь свою жилплощадь, так что, по сути, она сама загнала себя в эти рамки. Может он был прав. Может так жить реально нельзя. Зависимость какая-то. Прямо как с додзё было. Она молча заматывает место укола. Акари идёт по стопам своего приёмного отца и даже не замечает этого. Она не хотела становится врачом или героем, её вполне устраивали потасовки вне школы. Она бы скорее осталась ездить по турнирам, но отец остановил её, взял за руку и повел за собой. Только сейчас шатенка замечает затянувшееся молчание и опускает взгляд на задумчивого Гароу. Он тут же переключается на неё и с замиранием ожидает реакции. Когда на лице Акари вновь появляется улыбка, на душе становится как-то гадко. - Ты просто скажи, что у тебя всё лучше. - Д-да, наверное, - плохо отпирается он. - Я занимаюсь чем всегда хотел. - В банде что ли какой-то? - Не-е-ет, - слабо улыбается Гароу, стараясь принять привычный гордый вид. - Я работаю один. - Хорошо. Хватка у тебя должна быть великолепная. Уж я-то сегодня прочувствовала. - Не сомневайся. Я привык достигать своих целей. - Кстати, раз ты сегодня начудил, теперь моя очередь задавать неудобные вопросы, - шатенка садится на подлокотник и подпирает рукой щёку. - А? - напрягается тот. - Ты о чем? - Чем ты занимаешься? Почему твои родители ещё не завалились ко мне на порог и не заявили, что я украла их сына? - Я... ... не знаю? Вопрос действительно неудобный, но вместо гнева вызвает смятение. Жизнь в додзё Серебряного Клыка оборвала все его связи с внешним миром, если они вообще до этого были. Он ушел к нему с молчаливого согласия семьи, совершенно не спрашивая какие надежды они на него возлагают. Вмешайся они сейчас, парень бы продолжал привычно отмахиваться. Родной дом, в котором дети обычно находят для себя защиту и понимание, для него скорее гнетущая пустота. В итоге Гароу холодно бросает: - Мы не в ладах, ага. - А где ты сейчас живешь? - Пока... - говорить о количестве перевалочных пунктов, которые за это время сменил нынешний человек-монстр он не собирается, не её ума это дело. Они по-прежнему друг другу никто, одноразовые друзья, которых ничто ничему не обязывает. Гароу с раздражением отмечает, что такое толкование их отношений ему неприятно, но монстру не должно быть до этого дела. Уж точно не во время его легендарной охоты. - У друзей. - Ясно, - Гароу кажется, что шатенка улавливает ложь и умышленно игнорирует. Отлично. Наши мнения совпадают, злобно косится он на ни в чем неповинный шкаф. Акари подходит к делу: - Мне завтра на смену. С этими монстрами никто не знает, когда я вернусь, а ключи у меня одни. - Понял. Мне пора валить. - Прости, Гароу, - она с сожалением наклоняет голову и натянуто улыбается; пытается сгладить впечатление, чтобы перетянуть вину на себя. - Это моя личная холостяцкая берлога. Всё равно ты тут долго не протянешь. - Это ты мне говоришь? - с издевкой бросает парень и забрасывает руки за голову. - Знаешь, плевать! Я остаюсь! Посмотрим сколько я вынесу. Акари вначале на самом деле пугается, а затем делает вид, что услышала шутку: - От скуки здесь помрешь, я имею ввиду. - Я как-нибудь справлюсь! Давно хотел научиться готовить. У тебя есть запасные сковородки? И еда, много еды? - Эй, я тебя к кухне и близко не подпущу! - Да шучу я, шучу, - криво улыбается он и легко заявляет: - Без вопросов. У меня тоже есть дела, знаешь ли. - Отлично! Чуть в ладоши не хлопает девушка. Вдруг она подымается и молча уходит к себе в комнату, а когда возвращается небрежно вываливает содержимое небольшого пакета на столик. Совершенно не понимая что происходит, Гароу с опаской поглядывает на Акари, что тут же плюхается рядом. - Ты крепкий парень, раны как на собаке затягиваются... На собаке... перед глазами возникает Сторожевой пёс, который с абсолютно безразличным лицом зализывает себе раны и те тут же затягиваются. Он умудряется разглядеть в этом смысл, после чего отвлекается на болтающую рядом шатенку. - ... обезболивающее, если совсем невмоготу будет, и мазь. С твоими ранами на пару перевязок хватит. Если хуже станет - я в клинике Ассоциации работаю, спросишь, или сюда приходи. Как швы снимать знаешь? - Да вроде, - успевает вникнуть в разговор Гароу, всё ещё разглядывая предметы на столе. С грядущими боями это всё очень к месту, но принимать помощь что-то внутри упорно отказывается. Швы он пару раз снимал в додзё, когда ученики не хотели обращаться к местному врачу, да и он сам так поступал. Когда впереди маячит заветная цель, время терять не хочется. Да и старик за это по шапке не давал. - Зачем ты всё это даешь? - Я же сказала, - удивляется Акари. - Тебе бы по-хорошему ещё пару дней отлежаться. Я помочь не смогу, так что передаю это в твои руки. Забирай и, - она принимается всё складывать обратно в пакет, - не переживай. - Хах, спасибо, ма, - он легко толкает её плечом. Девушка отчетливо слышит его "Ма" и с недоумением переспрашивает: - Что? - Спасибо, говорю. Во сколько завтра подъем? Акари неторопливо встаёт, после чего направляется в сторону своей комнаты: - В 5 утра. Доброй ночи, бандит! - Доброй, док! Находит чем ответить желтоглазый, а когда дверь в спальню закрывается, улыбка сползает с лица, а пустой взгляд упирается в импровизированный перевязочный пакет. Он странно себя чувствовал. Общаться с Акари весело. Забавно наблюдать за тем как она толкует его слова, вертит разговором, увиливает от прямых ответов. Только он успевал заметить, как внимание переключалось на что-то другое и в итоге Гароу сам не замечал, как ладно ей вторит. Все эти странные рассказы лишь больше приводят его в замешательство. Гароу сумел что-то выяснить о героях? Про дурацкое поклонение майкам и что-то про Торнадо в цирке (он не уверен, что запомнил правильно). А про больницу? То, что герои бывают уродами для него давно не новость. С Месы я бы гораздо проще всё вытряс. Что с ней не так? Он складывает руки на груди и упирается недовольным взглядом в свое отражение в телевизоре. Ему вроде бы не нравится как Акари себя с ним вела. Нет, не так. Она его поучает, и плевать замечает она это или нет! Но парень не может назвать это оскорбительным. Скорее это... необычно? Его словно потеребили по голове, как прибившегося щенка; отогрели, откормили и оставили открытой дверь на улицу. Он мимолётно вспоминает учеников додзё, того же Чаранко и Кислую рожу, а ещё нравоучения старика. Ничто из этого не похоже на то, что произошло сегодня. Сумасшедшая баба. Одергивает он себя. Она вообще соображает что творит? Я, черт возьми, монстр! Какой, нахер, зайка?! Невыносимая! Неужели ей настолько плевать? Акари не беспечная баба, это точно. Делает вид, что насквозь меня видит? Он откидывается на спинку дивана и тарабанит указательным пальцем по другой руке. Хотелось бы мне поглядеть как она охренеет, когда узнает с кем говорила! "Крапивный монстр", хах, да какая разница? Сомневаюсь, что она способна меня понять. Я же ей работу подбрасываю. Я тоже как бы за дело охоту на героев устроил! Он недовольно хмурится и стискивает зубы, как вдруг даёт о себе знать синяк под глазом. Гароу болезненно морщится и старается убедить себя, что это ни чуточки его не взволновало. Раз всё так гадко, почему он сразу не поставил местную хозяйку на место и не диктовал свои условия? Гароу считал себя достаточно монстром, чтобы так поступить. Он про себя цыкает. Я загоняюсь. Если сегодня на меня никто не нападёт, мой уход будет для неё лучшей благодарностью. Как можно так наговаривать на Ассоциацию, расписывать мне про монстров и при этом работать с этими же, блять, героями?! Я бы от такого списка нахер одурел. Она ёбнутая. Да точно не в себе! Он опускает руки и тяжело вздыхает. Целый день проговорили, а я так ни черта и не понял. Пошло нахрен! Это уже неважно. Скоро всё вернется на круги своя и никакая Акари мне не помешает. Неожиданно Гароу кое-что вспоминает и подымает голову. Девушка так и не принялась за свою содовую, а бутылки принесла две. Как он и ожидал, она всё ещё стоит на столе. Он расплывается в довольной ухмылке. Вечер продолжается!