Целое

      Питер стремительно бежал по улице, ловко огибая прохожих и пытаясь укусить хот-дог так, чтобы не вывалилась сосиска, которая от горчицы и кетчупа была скользкой и так и норовила шлёпнуться на грязный асфальт, лишив его первой пищи за весь день. Он старался есть более или менее нормально, не ограничиваясь сандвичами и фаст-фудом, потому что когда три недели назад он свалился в голодный обморок, то Старк пригрозил позвонить тёте и всё рассказать, если он «не бросит истязать себя и добавлять всем седых волос». Питеру было приятно, что за него так беспокоятся, и чуть-чуть совестно, так что он решил нормализовать режим. Тони предлагал переехать в Башню, даже выделил и минимально обставил (остальное выберешь сам) ему этаж — прямо над тем, который занимали Стив и Баки. Это, в общем-то, и послужило основной причиной для отказа. Видеть Баки, счастливо улыбающегося Стиву, слышать их воркование и шуточки, понятные только им, смотреть на них по утрам, заспанных и нежно поглядывающих друг на друга (Мстители всегда стараются есть вместе и на общей кухне) было слишком ужасно даже в воображении. Наяву он такого не переживёт. — Смотри куда прёшь, шкет! — злобно закричал какой-то старик ему в спину, и Питер обернулся через плечо, замечая мелькающую в воздухе трость. — Простите!       Он улыбнулся и остановился перед Башней, засовывая остатки теста в рот и вытирая пальцы салфеткой, бросая её в урну. Питер медлил, делая глубокие вдохи, пытаясь подготовиться к встрече со своей первой любовью, которая теперь влюблена в другого. Они не виделись с того вечера, когда он нашёл действенный и не очень правильный способ бороться с болью (а это было два месяца назад), и Питер оставил бы это так и дальше, но Тони написал, что собирается срочное и важное собрание, и пропускать его нельзя. Поэтому сейчас он стоял здесь, повторяя бесполезные дыхательные упражнения из Интернета, отгоняя настойчивый образ упаковки блестящих, переливающихся на свету лезвий, дарующих мгновения свободы. — Всем привет! — он радостно поприветствовал всех, сбрасывая рюкзак на пол и спеша обняться со всеми. — Привет, карапуз, — Старк выглядел напряжённым и уставшим, и если последнее, очевидно, следствие его отцовства, то причина первого была не ясна. Пока что. — Так что происходит? — Кофе? — вместо ответа предложила Наташа, крутясь у кофемашины. Почему собрание проводилось на кухне было непонятно и странно, но Питер не против. От чего-нибудь горячего он бы сейчас не отказался. Как и от еды. — Да, спасибо, — он с благодарным взглядом принял кружку, вдыхая божественный аромат под понимающий хмык Тони, и отхлебнул немного, обжигая язык. — У нас пополнение, — сообщил Баки, зайдя вместе с Капитаном и тут же залезая в холодильник, выуживая сливы. — И кто же это? Какой-то новый супергерой? Пришелец? — Питер тараторил варианты, старательно не смотря на Стива, ласково забравшего фрукты у Барнса, который бионической рукой раздавил парочку, и теперь самостоятельно их моющего и складывающего в миску. — Тони, рука Баки пострадала на последней миссии и он, как видишь, не очень хорошо её контролирует. Исправишь? — Конечно. — …Переметнувшийся злодей? — Это более всего мне подходит, — неожиданно раздался насмешливый голос, и все замерли, напрягаясь. — Не нужно так реагировать, я теперь за вас, помните? — Вы же Локи! — потрясённо воскликнул Питер, закончив разглядывать нового члена команды. Асгардский Бог Лжи был одет так же, как и на записях Тони — во что-то кожаное и странное, но довольно красивое, и с всё той же ухмылкой на тонких губах и тёмным огоньком в глазах.       Глазах, горящих превосходством и опасностью, которые будто не имели дна и утягивали за собой куда-то.       Изумрудная бездна. — Итак, я знаком со всеми, за исключением вас двух, — Локи окинул оценивающим взглядом сначала его, а затем Баки, и, похоже, остался вполне доволен увиденным. Особенно он задержался на нём, от чего по позвоночнику пробежался табун мурашек. — Я дам тебе досье, а пока — это Баки, он же Зимний Солдат. За Стива порвёт тебя на кусочки, так что лучше не лезть, — Питер поджал губы, слушая объяснения Наташи, ощущая, как сжимается всё в груди, а к горлу подкатывает ком. Образ лезвий и яркой крови на коже стал как никогда чётче. — Это Питер, Человек-Паук. Тронешь его — будешь иметь дело со всеми. — Как познавательно. И как любезно — начинать с угроз, — фыркнул Локи, и что-то, похожее на интерес, мелькнуло на долю секунды на его лице, когда Наташа говорила про него. Питер неловко спрятался за кружкой, нервно отхлёбывая кофе, который почему-то стал очень холодным. Со стороны Бога раздался смешок, и Питер понял, что магией тот зачем-то остудил его напиток. — Зачем Вы это сделали?! — он возмущённо посмотрел на самодовольную усмешку Локи, который вальяжно прошёл мимо насторожившихся Мстителей к холодильнику и достал оттуда что-то, начав ловко орудуя ножом. — Что ты сделал и что ты делаешь, Северный олень? — притворно мягко спросил Тони, пытаясь взглянуть на стол, но был отпихнут в сторону локтем. — Ничего, что бы тебя касалось, Старк. Я здесь как помощник, а не пленник. Попрошу уяснить это и запомнить, ведя себя соответственно, — вежливо говорил Локи, продолжая что-то делать. — Только если ты не будешь вредить людям, — вставил Стив, нахмурившись, и Баки рядом согласно кивнул, поедая сливы и не отводя цепкого взгляда от высокой фигуры. — Конечно, Капитан, — хищно оскалился Локи так, что у всех, даже у Питера, возникло ощущение, что всё будет с точностью да наоборот. — Это мне? — Питер недоумённо пялился на тарелку с двумя сандвичами, протягиваемую рукой с тонкими изящными пальцами. — Естественно, — Локи закатил глаза, и он взял тарелку, всё ещё не в силах поверить в происходящее. Тысячелетний Бог только что сделал ему сандвич? — Именно, Питер. Не волнуйся, яда там нет. — Спасибо, — он смущённо отвёл глаза, поняв, что сказал последнюю мысль вслух. Он откусил небольшой кусочек, с удивлением и удовольствием отметив вкус любимых огурчиков и идеальное сочетание ингредиентов соуса. — Это потрясающе! Но как Вы узнали про огурчики?! — Я владею магией, и могу читать мысли. А по поводу вкуса — ты сомневался? Я лучший зельевар, а чтобы приготовить зелье, нужно уметь правильно нарезать ингредиенты и уметь совмещать их, — Локи выглядел довольным, ему приятно видеть восторг на его лице и объяснять что-то, и Питер готов слушать что угодно, если его будут так вкусно кормить. Плюс, у мужчины приятный голос. — Рад, что тебе нравится. Тор считает, что мои речи способны заменить колыбельную, — фыркнул Бог, и Питер покраснел, чувствуя, как горят щёки и уши. Как он мог пропустить ту часть, где Локи говорил, что может читать мысли? — Не делайте так, пожалуйста. — Ты очарователен, но я ничего не обещаю, — Локи улыбнулся, и черты его лица смягчились, а взгляд потеплел. — Не хочу прерывать вашу идиллию, но какого чёрта ты вдруг решил стать таким милым и приготовить ему что-то? — вклинился Тони, скрестив руки на груди с воинственным видом. Стив и Баки встали по другую сторону от Локи, и выглядели они не менее угрожающе. — Просто не смог выносить вид этих голодных щенячьих глаз, — пожал плечами Бог, подмигнул ему и растворился в воздухе.       Так Питер и познакомился с Локи, Богом Лжи, принцем Асгарда и Йотунхейма.       И впечатления остались весьма приятные.

***

      Питер пнул камешек на дороге, ёжась от холода и запахивая поплотнее куртку. Погода была паршивая (несмотря на то, что был почти конец апреля) — промозглый ветер, моросящий дождик и листва, летящая в лицо. Кроссовки промокли, и ступни мёрзли, так что он был уверен, что завтра проснётся с насморком. А этого не хотелось совсем — он теперь жил в Башне, этажом выше Стива и Баки и ниже — Локи. В общем, соседство так себе. Локи был классным, и Питеру нравилось проводить с ним время. Даже слишком. А вот о постоянных столкновениях с Баки такого сказать нельзя. Каждое пересечение взглядов, каждое случайное прикосновение — словно удар током, а каждая картина счастливых влюблённых — словно ножевое в уже и без того измученное сердце. Будто ему мало проблем — экзамены, выпускной, постоянные стычки с грабителями/хулиганами/насильниками, почти не заживающие — теперь — предплечья. Вот и сейчас левое жутко чесалось и ныло, но Питер старался это игнорировать, не желая запачкать рубашку кровью.       Моя жизнь становится всё хуже и хуже.       Он тяжело вздохнул, стягивая мокрую куртку и заходя в тёплое помещение, стремительно направляясь к лифту. Хотелось поскорее переодеться и выпить чего-нибудь горячего, какао или, может, травяной чай. Если доктор Беннер не истощил запасы.

***

      Питер лениво перебирал ногами, чихая, и завязывал халат. Обычно он ограничивался лишь пижамой или домашним костюмом, но ему было холодно даже в любимой пижаме номер два с пандами. Самую любимую пижаму с изображениями костюма Железного Человека он тут не носил, иначе от шуток не отделался бы. Так что теперь его грели панды на синем фоне, обнимающие стебель бамбука. — Чай с мелиссой и чабрецом, — стоило ему зайти на кухню, сказал Локи, и поставил на стол дымящуюся кружку. — Эм, спасибо. Но я просил тебя не читать мои мысли, — напомнил Питер, устраиваясь на стуле и обхватывая пальцами горячие стенки, дуя на чай. — Ты слишком громко мечтал о чём-нибудь согревающем, — ответил Бог, нарезая яблоко дольками и раскладывая по тарелке. — Угу. Жаль, этот чай не согреет сердце ЭмДжей, — он грустно вздохнул, с тоской вспоминая свою неловкую попытку пригласить девушку на бал. — Кто такая ЭмДжей? И зачем тебе её расположение? — Моя подруга. Я предложил ей пойти со мной на бал, но она отказалась. У неё уже есть пара. И у Нэда. И у чёртова Флэша тоже, лишь я пойду один. Хотя я думаю вообще туда не идти. — Почему? Насколько мне известно, подобные праздники важны. У нас по выпуску из Академии тоже устраивался пир, и все присутствовали, — Локи наклонил голову к плечу, садясь напротив и отправляя в рот кусочек яблока. — Да, но какой смысл? У меня нет пары, да и танцевать вальс я не умею, — Питер отпил чай, и, не сдержавшись, почесал руку, ощущая, как там становится влажно. Видимо, он сковырнул корочки. — Я могу помочь с этим, — Локи растянул губы в хищном оскале, поднимаясь одним плавным движением и оказываясь рядом с протянутой рукой. — Я научу тебя танцевать. — Что? — он шокированно смотрел на него, не веря своим ушам. Локи будет учить его вальсировать, и это не сон?       Локи лишь хмыкнул и сам взял его за руку, уводя в сторону тренировочного зала. Питер послушно плёлся следом, чувствуя приятную прохладу от чужих пальцев, и не понимал, как вообще так вышло. Бог из другого мира, ни во что не ставящий человечество, убивший тысячи и разгромивший Нью-Йорк (пусть и не совсем по своей воле), намного старше его, собрался учить его танцевать. И вообще стал ему другом, помогающим выбраться из кокона депрессии, открывающим новые грани жизни, показывающим то, о чём Питер, как и многие дети, мечтал — магию. С момента их знакомства прошло всего полтора месяца, но Питеру казалось, что минули годы, и они стали очень близки. Он ни с кем не чувствовал себя так спокойно и защищёно, как с Локи. Это было странно, потому что нечто похожее он испытывал, встречаясь с Баки. Временами его посещали мысли, пугающие и радующие одновременно — что, если он влюбляется в Локи? Да, он всё ещё скучал по Баки, и ему всё ещё очень больно видеть его со Стивом, и его предплечья страдали чаще обычного, но порезов было меньше и они не были хаотичными, не накладывались друг на друга. И приступов истерики, как в первый раз, не было уже давно. Месяц. Как раз тогда он по-настоящему сблизился с Локи. Это давало ему вполне обоснованное предположение, что чувства к Баки гасли, а вот к Локи — появлялись. Это радовало, ведь тогда он сможет перестать терзать свои руки и начнёт нормально общаться с Баки и Стивом, и боль уйдёт. Но с другой стороны — каковы шансы, что его чувства взаимны? Бог мил с ним, но это не значит, что он заинтересован в нём. Разница в продолжительности жизни слишком огромна, и на месте Локи он бы подумал, прежде чем ввязываться в серьёзные отношения с кем-то, кто проживёт в десятки раз меньше тебя.       С какой стороны не посмотри — мне пиздец.

***

— Итак, становись напротив меня и клади руку мне на талию, — командовал Локи, беря его ладонь и отводя чуть в сторону. — Куда? — Питер вспыхнул, опустив глаза на талию в зелёной рубашке. — На талию. Знаешь, где это? — Бог насмешливо фыркнул, и он торопливо обхватил его за талию, пытаясь не думать о том, как потрясающе пахнет Локи. Холодной мятой, озоном и сиренью. — Теперь ты делаешь шаг на меня с правой, вот так, и делаешь шаг на месте, — Локи отошёл назад, и Питер послушно сделал шаг, смотря под ноги и молясь о том, чтобы не наступить на носки начищенных до блеска и наверняка очень дорогих туфель. — Теперь назад с левой и тоже шаг на месте. И расслабься, Питер. — Угу, — он не поднял взгляда, смотря в пол, но по телу вдруг пробежалась волна холода, и напряжение с мышц ушло. — Ты применил магию? — Да, — просто ответил Локи, довольно улыбаясь. — А теперь к этому движению добавляем вращение. Делаем шаг, но при этом несколько в сторону, в право, затем шаг под корпус и подставочку. Попробуем? — Ага.       И всё получилось. Не сразу, но всё же. Питер был уверен, что Локи просто заколдовал его, потому что в детстве он пытался вальсировать, но закончилось это оттоптанными ногами и падением. А тут всё прошло довольно гладко, и это при том, что он стоял так близко к Локи, чувствовал его запах, почти прижимался к нему. — Спасибо. — Ты усвоил суть. Ещё несколько занятий для шлифовки, и всё, — улыбнулся Локи, потрепав его по волосам.       Ту-дум. — Угу. Но у меня всё ещё нет пары, — он отвёл глаза, комкая пояс от халата, надеясь, что мужчина не слышал его мысли. Особенно ту, где Локи предложил решить и эту проблему. — Я могу пойти с тобой. — Что? — Питер вскинулся, выискивая признаки насмешки или чего-то подобного, но Бог был серьёзен. Возможно, он всё-таки слишком громко думал. — Я… я не могу просить тебя об этом. — И не нужно. Лишь скажи да. — Да, — выдохнул Питер, решив забить на причины. У него появилась возможность провести важный вечер, знаменующий окончание этапа его жизни, вместе с дорогим человеком. Не сидя в комнате, жалея себя и кромсая кожу, а веселясь. И он не настолько идиот, чтобы упустить этот шанс. — Чудесно.       Локи обнял его за талию и мягко потянул к выходу, предлагая набрать сладостей и всякой вкусной — и вредной — еды и посмотреть фильм. Питер кивнул, прижимаясь к нему, чувствуя себя очень легко.       Похоже, его жизнь налаживается.

***

      Питер устало завалился на диван, скинув рюкзак на пол рядом. Всё тело жутко болело, особенно рана на виске. Чёртовы грабители оказались проворнее, чем он думал, и имели в запасе парочку гранат, которыми не побрезговали воспользоваться. В ушах от взрыва всё ещё тихо звенело, но ему повезло, и его лишь приложило об стену и слегка задело осколком по голове. Могло быть и хуже. Лишь только порез, который, сколько бы Питер его ни вытирал, не переставал кровить, особенно сильно раздражал, пачкая свитер и рубашку.       Он прикрыл глаза, мазнув рукавом по виску, подхватывая капли до того, как они упали бы на диван и испачкали его. Купить новую одежду не тоже самое, что и купить новый диван. Плюс, с качественным порошком кровь вполне можно отстирать. Такой вроде есть у каждого Мстителя — кроме него, естественно — и можно будет попросить немного у Локи. Хоть тот и не был полноценным членом команды, но он тоже участвовал в миссиях и получал ранения, пусть в гораздо — гораздо — меньшей степени. Куда чаще на его костюме была чужая кровь. И Питер не знал, радоваться или переживать. С одной стороны здорово, что Локи сближается таким образом с остальными и сам не особо страдает, но с другой — он убивал и калечил. Да, преступников, но они всё же люди. И это пугало. Потому что если остальные старались обезвредить, то Локи, как и Баки, как говорил Дэдпул, «обезжизнивали». Или ломали так, что ни один доктор не починит.       И подобная лёгкость в причинении вреда другим ужасала. — Питер?       Он вскинулся, тут же хватаясь за голову, которая неприятно зазвенела. Перед глазами потемнело на секунду, и он часто заморгал, прогоняя темноту. Баки смотрел обеспокоенно и оценивающе, а заметив рану на виске чуть приоткрыл рот, мгновенно оказываясь рядом и отводя волосы в сторону. — Что произошло? — Ничего, — Питер оттолкнул горячие пальцы, ощущая острую потребность уйти. Видеть волнение на лице того, кто так безжалостно разбил ему сердце, было невыносимо. — Хэй, прекрати. Травма головы это не шутки. Тебе нужно к врачу. Я позвоню Старку, пусть подготовит оборудование и вызовет кого-нибудь. — Нет. Я в порядке, и вполне способен позаботиться о себе сам. А если мне будет нужна помощь и забота, то уж точно не от тебя, — последнее было лишним, но Питеру было больно, потому что всё это напоминало о прошлом, когда он так же возвращался с патрулей, с ссадинами и синяками, а Баки — тогда ещё его Баки — обрабатывал их, нежно дуя на ранки и отчитывая его за глупость и неосторожность. — Питер, мы ведь уже всё обсудили. Сколько ты будешь воспринимать каждое моё слово в штыки? Я действительно беспокоюсь о тебе. — Да? Во-первых, мы ничего не обсуждали. Ты просто отшил меня. Во-вторых, что-то тебя не особо волновало моё состояние, когда ты грубо послал меня и заявил, что всё, что было между нами — несущественная ерунда, — обида кипела внутри, и Питер торопливо смахнул слёзы злости, поднимаясь. — Я поступил неверно, но я не очень хорошо разбираюсь в таких вещах. И я тебе всё объяснил. Пусть я и бросил тебя, но ты важен для меня. И я никогда не забуду того, что ты сделал для меня, — в его голове явственно слышалась вина, но Питера это мало волновало. Баки уничтожил его, расколол на тысячи осколков, и надеялся, что они будут кем-то вроде друзей. — Твои слова ничего не исправят. Ты причинил мне боль, оставил ради Стива, который даже не знает о наших отношениях. Может, пора ему рассказать? Что он обо всём этом скажет, м? — Питер хотел ранить его, заставить пережить хоть малую долю того, через что он сам прошёл. — Не смей, — от сожаления не осталось и следа. Баки смотрел на него угрожающе, пластины на бионической руке предупреждающе клацнули. — Или что? Что ты сделаешь?! Ударишь меня?! — слёзы катились по щекам, и ни сил, ни желания их сдерживать не было. Хотелось кричать и ломать, хотелось выпустить бурю, разрушающую его изнутри. — Я не… — от его предположения Баки растерялся, расслабляясь.       Питер не стал слушать дальше, убегая к себе. Смотреть на того, кого он так сильно любил и кого всё ещё любит, невыносимо. Ему словно выкручивали суставы, ломали кости. Его душили, и он задыхался, беспомощно барахтаясь, пытаясь вдохнуть воздух. Но каждый маленький глоток лишь продлевал мучения.       И выход был лишь один. Лишь один способ избавиться от мук, сделать глубокий вдох, освободиться. Способ лежал в его столе, в верхней полке, под тетрадкой по биологии, в упаковке из-под мятной жвачки.

***

      Баки растерянно смотрел вслед убежавшему мальчишке, ощущая себя последним ублюдком. Он поступил отвратительно, как и всегда, впрочем. Питер много значил для него, и он совсем не хотел его ранить. Но почему-то по-другому не получалось. — Я смотрю, усилия Капитана и дорогих психологов не особо помогают.       Баки резко обернулся, уперевшись взглядом в спокойного Бога, стоящего в дверном проёме, оперевшись на косяк. Он усмехнулся краешком губ, но глаза его горели недобрым огнём. — Что тебе нужно? — он напряжённо следил за неподвижным Локи, готовый в любой момент защищаться и атаковать. От Локи шла угроза, и расслабиться в его присутствии для Баки было невозможно. — Чтобы ты исчез. Навсегда и без следа, — оскалился Бог, скрестив руки на груди и презрительно на него посмотрев. — Но, увы. Если я от тебя избавлюсь, это вызовет много проблем. И Питер будет страдать. А это последнее, что мне нужно. — Какое тебе дело до него? — Баки встал в боевую стойку, проверяя работу левой руки. Интерес этого психа к Питеру ему совсем не нравился. — Он мой, Солдат. И ты ранишь его. — А он об этом знает? Не знаю, что за игры ты ведёшь, но не смей втягивать в это Питера. — Или что? — Локи насмешливо вскинул бровь, оттолкнувшись от косяка и сделав пару шагов вперёд, засунув руки в карманы брюк. — Ты ничего не сможешь мне сделать, твои угрозы пусты. Но я тебя успокою — я не собираюсь делать ничего, что причинило бы ему вред. Он мне нравится. И позаботиться о нём я смогу определённо лучше тебя. — Неужели? — Баки фыркнул, не сводя напряжённого взгляда с расслабленной фигуры. Воздух пропитался скрытой агрессией, наэлектризовался так, что дышать трудно. — Мне не нужно твоё доверие. Мне нужно, чтобы ты прекратил путаться под ногами и лезть к нему. У тебя есть твой Стиви, вот им и занимайся. А Питера ты потерял, так что уйди в сторону. Он, конечно, всегда будет тебя помнить — первая любовь, особенно такая, не забудется никогда. Но она не станет преградой для новой. А если ты попытаешься что-то сделать…       Локи растворился в воздухе, и Зимний Солдат внутри забился от уровня опасности. — … я тебя уничтожу.       Тонкие пальцы сомкнулись на шее, с силой сжимая и поднимая его над полом. Баки беспомощно барахтал ногами, пытаясь отцепить чужую руку. Безуспешно. Хватка у Бога была мёртвой, и при этом выглядел он всё так же расслабленно. Будто держать тяжёлого взрослого мужчину для него было плёвым делом. Лишь только глаза потемнели, обещая все муки ада, если он посмеет ослушаться. — Надеюсь, мы поняли друг друга, — Локи холодно улыбнулся, отшвырнул его в сторону, отряхнул руки и ушёл.       Баки хрипло кашлял, растирая ноющее горло. Часть него была рада, что за Питером будет приглядывать кто-то настолько сильный, кто-то, кто уничтожит любого, посмевшего причинить мальчишке вред. Но другая часть переживала за самого парня. Кто знает, что Локи взбредёт в голову? Или, может, в отношениях он такой же властный тиран, и не терпит нежности, которая так нужна Питеру.       Баки не собирался прямо мешать им. Но разузнать побольше, как и незаметно приглядывать, ему никто не запрещал.

***

      Питер забежал в комнату, дрожащими пальцами выдвигая ящик и доставая упаковку с лезвиями. Он грубо разорвал её, и они высыпались на пол, поблёскивая на свету. Питер рухнул на колени, хватая одно и резко разрезая кожу ближе к сгибу локтя. Капли тёмной крови тут же набухли, скатываясь вниз, падая на чистый паркет и разбиваясь. Он резал снова и снова, пока не смог сделать нормальный вдох, а жжение не успокоило рыдания, приведя его в чувство. — И что ты делаешь?       Питер вздрогнул, услышав грозный голос, и развернулся, натыкаясь на ледяной взгляд. В комнате стало заметно холоднее. — Я… — Заткнись. Ещё раз увижу что-то подобное — выпорю так, что даже паучья регенерация не поможет, — прошипел Локи, опускаясь рядом, взмахом руки уничтожая лезвия и призывая аптечку из ванной. — Маленький идиот. — Прости.       Локи кинул на него обеспокоенно-раздражённый взгляд, охлаждая горящую кожу, аккуратно стирая кровь и тут же выливая антисептик, не обращая внимания на его болезненный вскрик. Питер молчал — за исключением крика — виновато опустив голову. Он не думал, что кто-то узнает об этом. Он так этого боялся. Особенно реакции Локи. И вот это случилось. Какого Бог мнения о нём? — Такого, что и раньше. — Я просил не читать мои мысли. — Не сейчас, — Локи закончил накладывать повязку, довольно кивнул сам себе и встал, протягивая ему руку. — Моё отношения к тебе не изменилось, Питер. Ты мне нравишься. — Что? — он растерянно смотрел на Локи, застыв. Он почти коснулся чужой ладони. — Ты думаешь, я каждого учу танцевать и каждому предлагаю стать его парой на выпускной? — насмешливо фыркнул Бог, цепляя его за руку и поднимая. — Ого. То есть, я правда тебе нравлюсь? Ну, как парень? — Питер смущённо отвёл взгляд, не отнимая руки. — Да. И я знаю, что это взаимно. Не волнуйся, я не стану торопить тебя. Я умею ждать. Только не слишком долго. — Спасибо, — он прижался к мужчине, утыкаясь лицом в плечо. Знакомый запах приятно окутывал, успокаивая. Ему действительно нужно время, чтобы привыкнуть к таким отношениям с Локи и окончательно отойти от разрыва с Баки. Собрать себя из осколков до конца, стать целым.       Хотя теперь он не один. Теперь у него есть парень, который ему поможет.       Кто-то, кому нужен Питер Паркер.