Мгла над городом, мгла в сознании

      Сыро. Непонятно. Языки пламени старательно пытались наполнить своим теплом и светом мрачную комнату, а человек, сконцентрировавший свой взгляд на этом почти что заботливом первородном танце стихии, — наполнить свою не менее мрачную душу. Холодный ноябрьский ветер небезуспешно пробивался сквозь щели в окнах и вносил свою лепту в поддержании чувств беспомощности и тревоги, которые уже много веков делают жизнь человечества невыносимой. Слабость в кончиках пальцев, слабость в ногах, слабость, которую трудно описать и которая отбивает любое желание бороться дальше. Нельзя. Слишком много трудов затрачено, отступление от поставленной цели является непозволительной роскошью.       Усталый взгляд пытается найти что-то. Что-то, что являлось бы если не спасением, то подсказкой к поиску верного пути. Но все тщетно: туман в голове упорно не хотел рассеиваться, а краткая дрема, давно ставшая альтернативой полноценному сну, едва ли помогала избавиться от этого состояния. Намного рациональней было бы лечь спать, но у стабильных ночных кошмаров на этот счет было другое мнение. Как будто проблем в реальности мало, так еще и собственное подсознание решает проверить нервную систему на прочность, непременно одаряя уставшую голову очередными порциями ситуаций, в которых непременно происходит нечто ужасное и человек ответственен за поиск ответов и защиту тех, кого еще можно спасти. Даже становится непонятно, где реальная жизнь, а где выдумка. Многие советовали не относиться ко всему так серьезно, дать себе и окружающим передышку, но борьба за благополучие и спокойствие людей не является подарком. Это трофей, трофей, который нужно заслужить, и который человек обязательно получит.       «Да, стоило слушать голос разума, а не выебистого любителя старой архитектуры в голове», — женщина, сидевшая перед камином, поежилась и откинулась на спинку кресла, служившего и заменой кровати, одиноко стоящей в дальнем углу холодной комнаты, и незаменимым местом для размышлений. Она прикрыла глаза и в очередной раз начала перебирать роившиеся в голове мысли. На столике стоял давно остывший недопитый чай, рядом лежали таблетки от головной боли. В тишине были слышны лишь треск поленьев в камине и шелест листвы за окном. Женщина резко открыла глаза: осознание необходимости работать отрезвляет получше ванны со льдом и пробуждения без почек. Говорят, ноша правителей неимоверно тяжела, и у женщины, борющейся с желанием разбить руки в кровь, было достаточно возможностей, чтобы убедиться в этом. Она протянула руку к телефону, набрала знакомый номер и приложила трубку к уху. Равномерные гудки казались неимоверно громкими на фоне неподвижного бесшумного мрака. В голове ее обрела ясные очертания одна мысль: «Я изменю это место или паду его жертвой».