Туман в воздухе и Песнь духа

Со спины было видно только как волосы у него на затылке встопорщились, стали дыбом. Ен невесело усмехнулся. На самом деле, в квартире у Хёвы и Тиена тоже был такой шкафчик. Только в нём лежали в основном перевязочные средства и коньяк, а этот…Этот был забит под завязку самыми разными блистерами, коробками, ампулами, пузырьками и прочим-прочим… - Белый тюбик с синей крышкой, пожалуйста. Тихор нервно сглотнул и, немного пошуршав упаковками, вернулся за стол и подал Ену злосчастный препарат. Тот закатал рукав и начал втирать в локоть прозрачную, приятно-пахнущую мазь. - Зачем так…много? - Там не только мои. Иногда приходят соседи, по разным мелочам. - Это из-за пианино? Там, в гостиной. - Что?..Да. Иногда я играю довольно поздно, поэтому взамен таких неудобств я разрешил обращаться ко мне с просьбами. Мне не привыкать. - Понятно. Был шрам на запястье. Медицинский, келоидный рубец, с характерными следами нити. Иногда казалось, под этой одеждой вообще нет тела - так, проволочный каркас. Из-под неё выглядывали только кисти рук и лицо, бледное, с нервной жилкой под глазом. Даже до локтя…странно. Ен Лин выпрямился. Посмотрел на Тихора и уточнил: - Ты не против, если я…? - Не против. Что бы он не имел в виду, Тиш не возражал. А он, тем временем, наклонился, откатил штанину выше колена и занялся более проблемным суставом. Он, аномально увеличенный, впился в ногу наростом. Остальная нога, как ни странно, не поддалась деформации: ни в стопе, ни в щиколотке. Только по коже ползли сиреневатые пятна, где почти черные, а где - нежного, пастельного оттенка. «Ползли», как понятно, по всему телу. А на лице только две вечных гематомы - под глазами. Но к ним все давно уже привыкли. - Выглядит..больно. - С тростью почти не ощущается. - На руке тоже были осложнения? «Слепец» закрыл тюбик, сложил руки на столе. На одной рукав всё еще был закатан. - Да. Поэтому я, собственно, и оказался на континенте. Смотрю, ты парень зоркий. - Просто внимательный. Ен хмыкнул, нервно коснулся запястья - единственного шрама на всём теле. - На континенте есть 8-й и 9-й факторы. А значит, и возможность сделать операцию. - Почему тогда только руку? Он вздохнул. Рано или поздно его бы всё равно спросила об этом. Просто он слишком хорошо знал, что младший не лезет в его дела, а Хёва, кажется, знал всё без всяких вопросов. Но это же не могло длиться вечно. Ведь так? - Больше препарата, больший риск. - Угу. И целая нога на плаху собственных страхов. - Не целая. Только колено… Тихор нахмурился. Вернее, он всегда хмурился - это было нормальное для него состояние. Но теперь во взгляде проявилось что-то неистовое. Как тогда, в квартире в первый его визит… - Ты же знаешь, что… - Да, я знаю, что Хёва может исправить это без особых усилий, - «слепец» раздраженно потер переносицу. - Даже я могу. Почему тогда ты ни о чем не просишь? Пересматривались, глаза в глаза. У Ен Лина темные, но всё таки синие - в глубину, со стальным отзвуком в цвете. У Тихора совсем невнятные, вроде бы грязно-зеленые. Пресловутый «огонек» в глазах больше напоминал болотные гнилушки, чем настоящее пламя…Тиш всегда смотрит исподлобья, так что это мало кому дано заметить. - Я очень давно живу с этим. Первые признаки болезни проявились еще до года и, с тех пор, приходиться жить. Это, - он кивнул на вытянутую ногу, - всего лишь напоминание об ошибках, которые я совершил когда-то. - Ошибки, связанные не только с тобой, верно? Он опустил взгляд. Тиш - нет. Так смотрят каменные идолы, расставленные в степи. Глубоко. И неправильно. - Давай не будем поднимать эту тему. Сегодня у нас еще много дел, сам знаешь. - Хорошо, учитель.