Часть 2
Утро озарило комнату ярким солнцем, так, что слепило глаза. Азирафель мирно спал со вчерашнего вечера, и казалось, что он может проспать так ещё лет пять, пока ангельские силы полностью не восстановятся. Которых, по мнению Азирафеля, у него больше нет из-за разгульной и греховной жизни. Но он ошибся, небеса ещё ничего не прознали про деяния Ангела, в отличие от его лучшего друга — Кроули. Демон же в отличии от своего друга и глаз не сомкнул, просто сидел всю ночь и думал, представлял, что бы могло быть, если бы он не узнал про действия Ангела. В десять утра, когда солнце уже вовсю палило, Ангел открыл глаза и протяжно застонал от боли во всём теле. — Твою…мать… — Ангел? Как ты? — Кроули вскочил со стола, на котором сидел и подошёл к кровати Азирафеля. — Я ничего не помню, и у меня ужасно всё болит. Ты… вообще, откуда взялся? — Гребаный наркот, ты даже не помнишь, как вчера ввалился в книжный, в котором я ждал тебя пять часов?! Не хочешь объяснить, как ты подсел на эту дрянь? Ты же Ангел!... Кто и должен здесь грешить, так это я! — Кроули, милый, прошу, мне очень плохо, мне нужно уйти… к Томасу. — Что за Томас? Это он тебя подсадил на наркотики. Я убью его! — Нет, не стоит! Я страдаю сейчас, мне плохо, мне нужна доза, понимаешь? — Азирафель с усилием поднялся на локтях и протяжно зевнул. — Ты больше никуда не пойдёшь, ты теперь под моим присмотром, глупый Ангел! — Оуу. Нет, нет! Не нужно, мне не нужен присмотр, я сам могу решать… о, ради Бога, оставь меня. Прости, но ты мне больше не нужен. Мне не нужна твоя дружба, Кроули, я больше не тот Ангел, которого ты полюбил, я испортился. — Азирафель сел на кровать и поставил ноги на холодный пол, закрыл лицо руками. — Да? Ладно! Но знай, когда ты будешь нуждаться во мне, я буду далеко отсюда, настолько, что не услышу твоего крика о помощи! Прощай, глупый ты ангел! — Прости… — Нахуй! — Кроули зыркнул озлобленным взглядом на измождённого Азирафеля, развернулся на каблуках и удалился из комнаты. Ангел вздохнул и еле встал на ноги. Он не испытывал ничего, кроме желания уколоться. Быстро, но через боль, Азирафель оделся в чистый костюм и вызвал такси. Через полчаса Азирафель был уже у Томаса, тот сидел в своем стареньком кресле, с ободранными ручками и ловил очередной приход. — Томас? — А? — Юноша приоткрыл один глаз и улыбнулся. — Ты? Я думал, что ты не придёшь — Я потерял лучшего друга! — Специально или тебя бросили? — Я бросил его… — Азирафель уселся на кресло напротив и протёр красные глаза. — Ну, бывает… я тут тебе достал пару кубиков, будешь? — Не смею отказаться! И всё началось заново: героин, метадон, когда нет денег — валиум, что не так пёрло. Приход за приходом, красные глаза и трясущиеся руки, которые не так легко привести в норму. Бессонные ночи, в которых приходит кошмар за кошмаром, которые пугают до потери сознания, а когда просыпаешься после них, то трясёшься от страха, а пот льётся с тебя ручьём и хочется вжать голову под землю, чтобы не видеть этого всего и не помнить.
Очередной приход сулит галлюцинации, в которых Азирафель видит Демона, так сильно похожего на Кроули, который смотрит на Ангела своими змеиными глазами, пьяно влеча за собой, далеко-далеко в темноту, где никто не достанет
Крик. Удар по щеке, затем второй и слёзы. Неужели пришёл в себя. — Азирафель? Ты жив? — тяжело дыша, спрашивает Томас.
— А? Что было, где Кроули?
— Никого кроме меня не было, ты чуть не умер, я еле тебя спас. Глупый ты совсем, ёбаный гомик. — Томас вытер своей рукой с уголков губ Азирафеля остатки слюны, которые были пеной, что никак не прекращалась. — Я так счастлив. Счастлив, что всё хорошо.
— Томас, я благодарен тебе, но прости. — Азирафель поднялся с пола, оставляя парня сидеть на полу и смотреть на Ангела снизу-вверх. — Я больше так не могу, я — Ангел и ни сколько не хочу больше оставаться наркоманом, который гробит себя. Хоть я и вечен, но боюсь, что в рай меня уже не пустят. Я ухожу, я должен, вернутся к своей старой жизни. Прощай!
Глаза Томаса наполнились слезами, губы поджались и он обвил своими руками ноги Азирафеля.
— Я прошу, милый, не оставляй меня, я нуждаюсь в тебе! Ангел мой, ты же моё спасение. Я без тебя умру!
— Я… прости, мне придётся уйти, мне жаль! — Азирафель переступил через руки юноши и ушёл, оставив Томаса совсем одного. Со своими кошмарами и ещё кучей героина.
Азирафель шёл, не слыша и не видя слёз Томаса, умоляющего его вернутся. Ангел стал слишком похож на человека, очень мерзкого человека, который действительно подсел.
Сейчас ангел шёл в книжный, его уже начинало ломать, погода была отнюдь не солнечной, моросил гадкий дождь, стекающий по волосам, прямо к уголкам губ.
Азирафель шёл, чертыхаясь и проклиная всё, даже Небеса, моля ещё об одной дозе.
Мысли Ангела были забиты лишь наркотой и только ей, не умирающим от любви Томасом, не ушедшим в неизбежное — Кроули, а лишь дозой.
Как только кончится любовь, В права вступает лицемерие. И где найдётся средство? И будет ли оно сильнее, Чем наши слёзы и сомненья
