шрамы

      Кроули сидит на диване, свесив ноги, скучающе рассматривает собственные чешуйчатые руки, пока его очки сползли на кончик носа.       На самом деле, хоть это тело и сделано на заказ, дорожить им должным образом Кроули как то особо никогда, и не собирался. Безоговорочно бросался по церквам, прыгая по священному полу, словно по раскаленным камням, слишком смело брал термосы со святой водой и встревал перед инквизиторами, не давая отрубить кое-кому голову. Безответственность или нет, думать не хотелось, а позаполнять лишний раз кипу бумаг не так уж и трудно, если взамен получаешь ослепительную ангельскую улыбку.       Но это не значит, что дьявольское чудо совершенно точно защитило это тело. В конце концов, демон находил пару гематом от особенно больного столкновения с асфальтом или жгучие царапины на плече. Однако, ныне в Лондоне спокойнее, ходить по ресторанам проще, но все равно успевается получить ссадины, неудачно упав с того же дивана, рассуждая о многообразии странных рыбок в океане. Эти рассуждения были приправлены приличным количеством алкоголя, поэтому об их адекватности судить никто не берется.       Шрамов совершенно точно не остается. Ну, или в исключительно тяжелых случаях, вроде падания с небес, однако об этом Кроули думать не хочет, потому что для лишь воспоминаний – раны на спине слишком реальны. Кроули вообще не хочет думать о своих промашках, устроившихся однажды у него на коже, их много, они болезненно отзываются и нестерпимо жгут. И сколько бы раз ангельская ладонь мягким движениям не снимала их следы, факт остается фактом.       Ангельское создание, кстати, кажется более аккуратным в этом плане, конечно, попадающим в нелепейшие истории, но вряд ли с последствиями.       «И на то есть причины» - самодовольно ухмыляется про себя демон, постукивая по бокалу.       Азирафель с задумчивым видом листает страницы очередной книги, активно делая вид, что на него никто в открытую не пялится, и вообще они давно закрыты, тут нет посетителей. Бережливость во всяком движении и обращении, пока рука чуть не дрогнет, а бумага не оцарапает пальцы.       Из маленького пореза мгновенно выступают капельки крови, чрезмерно сильно выделяющиеся на фоне его молочной кожи, стекая по пальцам.       — Ооох… - ангел озабоченно вздыхает, за чем то потянувшись, но не успевает ничего предпринять, его останавливает внезапно близкий отблеск янтарных глаз.       — Позволь-ка мне, ангел, - раздается хриплый голос над ухом.       Он бережно подносит чужую пухлую руку к своим сухим губам, чуть дотрагивается теплой кожи, запечатляя некий воздушный поцелуй на подушечках. Змеиный язык со знанием своего дела, скользит по костяшкам, собирая алые капли. И одно лишь дыхания в мгновение ока заставляет порез затянуться.       — Небольшое дьявольское чудо – намеренно обыденный голос слышен уже с дивана, пока Кроули незаметно поправляет очки.       Азирафель растерянно пытается произнести что то, осознавая происходящее, пока, в конце концов, не сдается, глубоко вдохнув, позволяет улыбке озарить его лицо и промелькнуть нежному взгляду.       — Спасибо, дорогой… - звучит его мелодичный голос, собираясь что то еще добавить, но он думает, это и так очевидно, откладывая книгу в сторону.       Беседы с демонами порою более безопасны, чем чтение книжек.