Я хочу к тебе поближе

      Чимин уже месяц бегает в офис на ранние смены. За целый квартал он успел раскусить, что утром нуждающихся и недовольных абонентов гораздо меньше, а на ночные смены, куда его активно зазывает Хосок, друг из отдела мониторинга, его не пускает молодой начальник. Тот младше Чимина между прочим на два года, что в принципе не страшно. Может поначалу непривычно было, ведь политика компании строится на дружном коллективе, доверии и простецком обращении на «ты» даже к высшему руководству.       Почему Чимин не может подтянуть показатели? Будем честными. Он бы в таком случае точно отправился в «ночники» и просто не смог бы с руководителем Чоном видеться.       Точнее с Чонгуком. Чимин до сих пор путается.       А видеть его хочется как можно чаще. И слышать.       Все эти тренинги, тесты, и прочую ерунду Чимин щелкает как семечки, но усаживаясь за компьютер и открывая первый контакт зачастую просто погружается в свои мысли и надеется, что где-то после обеда, как по традиции, Чонгук постучится в скайп и попросит заглянуть к себе в купе.       Если вообще с самого начала, то идти сюда работать Чимину не хотелось. Душные офисы, постоянный гул, словно в муравейнике снующие туда и обратно люди. Не для Пака это все. Ему просто нужны деньги, чтобы оплатить брату учебу, ведь бюджетное место тот благополучно упустил. А тут старый добрый друг из одной школы предлагает к их дружной команде присоединиться, да и платят в компании очень даже неплохо. И Чимин рукой машет и соглашается, ведь с поиском другой работы было совсем туго.       Этот день начинается как и обычно. Чимин краем уха слышит гул за спиной: Чонгук является на работу и обменивается приветствиями с коллегами, включает электрический чайник, кипятку из которого отдавал большее предпочтение, чем фильтрованной нагретой воде из кулера. Вот он заваривает ароматный кофе, правда растворимый, из пакетика.       Ложкой по стенкам кружки стучит. Кажется, Чимин даже слышит, как делает глоток, другой. Как-то заразно, что хочется самому чего-нибудь выпить, только желательно чего-то с большим количеством льда. Ведь жарко, даже сидя под недавно прочищенными сетками кондиционера.       Но работа есть работа. Чимин отвечает на рядовые вопросы, быстро переключая множество вкладок. В подобном русле проходит почти весь рабочий день. И Чимину уже немного грустно, ведь Чонгук о себе знать не дает, а все бродил там у себя, с другими руководителями о чем-то постоянно шушукаясь.       А что Чимин? Чимин встречает очередного клиента.

«У вас сайт лагает, как исправить? Постоянно ошибка на главной странице..»

      — Не у нас, а у вас, — бормочет понуро Чимин, быстро набирая ответ. Видит, что это номер новый совсем, уже думает, что после запроса инфы сольется человек. Он кипу вопросов в ответ отправляет и с места насиженного поднимается. В кружке снова пусто, поэтому лениво, крылышки разминая, топает к автомату с водой.       — Шустрый, — замечает, возвратившись. Заявку оформляет быстро и лезет в пустое сообщение с вложениями.       Глазки лисьи распахиваются, руки аккуратные к груди прижимаются. «Что за херня?» в голове проносится, а на экране фото шикарного мужчины. Хочется крикнуть в экран «Убери руку!», но вовремя осознание приходит, что вообще происходит и где Чимин сейчас находится. Драгоценная вкладка быстро сворачивается. Блондин с места вскакивает и озаряется.       — Чонгук!       «Твою мать, почему именно ты?» — немой крик Пака, смотрящего начальнику, откуда-то внезапно появившемуся рядом, в глаза. Он наверняка видел. Или не видел? Чимин теряется. Нужно срочно что-то сказать. Слова, буквы, Чимин точно учил что-то подобное в школе. Он ходил в школу? Вроде как даже закончил.       — А для блокировки абонента в чате тебе письмо скидывать? — придумывает на ходу.       Это ухмылка? Или Чимину кажется?       — А в чем дело?       Нет, тот точно ничего не видел. Он из принципа втихую за сотрудниками не следит, это Чимин давно приметил. Все нормально. Вдох, выдох. Черт, и почему его руководитель такой красивый? Чимин уже гипнотизирует родинку под чужой губой. И теперь улыбается, не может сдержаться.       — Да ничего, сейчас разберусь, — мило отмахивается Чимин и возвращается на место. В монитор смотрит, но не видит ничего. Колесиком мышки крутит, диалог бесцельно листая.       Стоит Чонгуку отойти, как блондинистая макушка вертится, проверяет наличие чужих глаз, и не видя опасности, быстренько фото разворачивает. Хочется задержаться и разглядеть получше, но выбора нет. Вот это вот безобразие мускулистое "летит" к Чимину в личную папочку. А после смены аккуратненько на мобильный перекочует.       Вроде бы, что такого? Стоит в поисковике только попросить, так он выдаст подобной красоты в нескончаемом количестве. Но что-то в этих снимках есть особенное. Как напоминание о приятной случайности. Чимин печатает несколько букв и тут же стирает. Надо что-то сказать..

«Черт! Извините за это! Перепутал!!!»

      Немыслимо! Чимин охает, на спинку откидываясь. Номер не зарегистрирован, ни имени, ни фамилии. Ни-че-го! Обидно до невозможности. Нет, он не стал бы стучаться к красавчику в фейсбук, как какой-то одержимый. Но хоть посмотреть на этого удальца одним глазком было бы неплохо. Чего он лицо-то обрезал? Есть чего стесняться значит. Ну и шут с ним. Да и как бы не положено.       Чимин подводит к завершению диалога и успевает чиркнуть Хосоку, чтобы тот с чата его убрал до перерыва. Друг он хороший, в услуге не отказывает. Блондин обещает угостить того кофе и валится на стол, прикрывая уставшие глаза.       Характерный звук уведомления возвращает Чимина к реальности.

«Чимин, подойди в перерыв, ок?»

«Окей : )»       — Соизволил-таки... — фыркает довольно Чимин, и через пять минут, скинув те фоточки к себе на мобильный, двигается к более реальному объекту обожания и опускается мягким задом на невысокую тумбочку рядом с его столом.       — Очередной тест? — интересуется сразу, дожидаясь, когда Гук, наконец, от экрана отвлечется.       — А есть смысл? — упрека в голосе нет, хотя ему самое место. Гук руки в замок сцепляет и на живот кладет. Подчиненный плечами жмет и носками ботинок стучит.       — Не хочешь попробовать ночные смены? — интересуется Гук и почти дергается с внезапного «Нет!»       — То есть, я еще не уверен, смогу ли. Ночники, вообще, ребята тихие, не достучишься, если вопрос какой будет... — оправдывается Чимин, отчасти раскрывая действительность.       — На крайний случай есть я, если от коллег помощи нет.       Крайний случай, как же. Чиминова бы воля — писал бы начальнику без продыху.       — В 2-3 ночи? — недоверчиво интересуется, чуть наклонив кучерявую голову.       — В любое время.       Чимин охнул бы, да только не к месту как-то. И так уж слишком много обожания выдают его глаза.       — Но я не настаиваю, просто предложил.       Чимин понимает, кивает коротко и в пол пялится, от чужого взгляда пронзительного прячась.       — А что с коттеджем? Едешь? Это, вроде, твой первый корпоратив будет.       Крайне неожиданно. Чимин отвечает вопросом на вопрос.       — Еще не видел письма? Через 2 недели гуляем в пригороде, с сауной, бильярдом и бассейном. Прочтешь потом подробности. Мы там были пару лет назад. Очень круто, — нахваливает Гук, большой палец вверх поднимает и просто невероятно обаятельно улыбается. Сердечко Пака отсчитывает удары, пытается наружу вырваться, где кислорода побольше, половина сказанного вылетает из другого уха, но суть блондин улавливает. Только язык оказывается куда проворнее, чем голова.       — А сам едешь?       На кой черт он вообще это спрашивает? Хочется отшлепать себя по губам.       — Еду, — не колеблясь отвечает Чонгук. — Да и к тому же, день то оплачиваемый у вас. Так что если не с нами — то смену отрабатываешь.       Нет-нет-нет, Чимин за халяву. За бассейн, за сауну, рядом с Чонгуком. ГОСПОДИ БОЖЕ! Бледные щеки слишком заметно алеют, кончики пальцев покалывает. Чимин хочет уснуть и проснуться в тот самый день, рядом с... Стоп! Перерыв, вроде как, у Чимина не резиновый.       — У меня время... — нехотя сообщает он.       — Ага, это все, — соглашается Чонгук и снова улыбается.       Пока Чимин добирается до своего места, в голове каша образуется, а в джинсах узких внезапно тесно до ломоты. Он открывает чат с другом и пытается попасть по клавишам. «Хоби, последняя просьба... Отпусти на полчасика? Вопрос жизни и смерти!»

«К черту кофе, с тебя ужин. Готово!»

«Ты лучший!»

«А то я не знаю : )))»

      Чимин последнее сообщение уже не читает, ставит блокировку и ретируется в комнату отдыха, совсем не думая о том, что пара орлиных глаз из виду его не теряют.       В комнате темно, Чимин почти спотыкается о стойку настольного футбола и, тихо матерясь, осматривается. Глаза быстро привыкают к мраку. Теперь можно различить, где что стоит.       Почему Пак здесь? Потому что комнатой обычно пользуются только ночью и здесь нет камер. В туалете постоянно кто-то есть.       К чему это все? К тому, что Чимину нужно подрочить и как можно скорее. Ведь мысли о взмокшем и жутко сексуальном начальнике в плавках сжигают изнутри. Все внутренности плавятся, мозги не работают. Пак пятится и спиной к двери прижимается.       — Капитально крыша едет, — тихо скулит он, быстренько нужное фото в телефоне отыскивая.— Как же блять все вовремя.       Та самая фотка, из той самой переписки. Чимину совсем не трудно дорисовать образ и представить Чонгука. Почему так реалистично? Кто знает? У руководителя вряд ли формы хуже.       Ширинка нараспашку, а аккуратный с вздувшимися венками член в руку отлично ложится. Капли предсемени большим пальцем растирает, ладошкой водит и шипит довольно, чуть надрывно.       — Убери ты это чертово полотенце… — вымаливает, рукой быстрее двигая, а пальцы на ногах поджимает от разливающегося по телу наслаждения. Чимин затылком о дверь ударяется и губу пухлую жует.       Уже почти, уже на грани..       Чимин роняет мобильный и два пальца в рот просовывает, жадно обсасывая. Стон грудной все равно выходит куда тише обычного. Белесая жидкость на руке, на полу, резво сочится, под откуда-то взявшийся бархатный голос Чонгука за дверью. У Пака нет сил удивляться, он успокоиться пытается, теперь уже осторожнее член поглаживая.       А Чонгук нет, не подслушивал, просто прохожих от стонов подозрительных разговорами "ни о чем" отвлекал. Как любезно с его стороны.