Hate me?

Мир рухнул. Он разломился на две половинки. Все, что Тигрица делает — неправильно. Сердце готово выпрыгнуть из груди, а в голове осиный рой. Она не верит в происходящие, Тигрица считает, что это остатки недавнего сна. Перед глазами мелькают картинки счастливого детства. Паранойя? Дежавю? Галлюцинация? Пускай... Голос, который Тигрица узнает из тысячи. Все изучено до малейшего полутона, интонации. Стоит обернуться и она увидит Тай Лунга — такого родного, но далекого. Их дороги разошлись, они больше не встретятся. Тай Лунг и Тигрица слишком сильно изменились. В далеко не лучшую сторону. Темные мысли, темные чувства, темные деяния. — Тай? — повторяет Тигрица. За спиной шелест листьев. Опять молчание, ставшее невыносимым. Нет сил больше терпеть, Тигрица оборачивается. Насмешливая улыбка, огоньки в глазах. До боли знакомая улыбка. Черт, как же это невыносимо. Душа Тигрица рвется на части. Нельзя. — Зачем ты сюда пришел? — рычит Тигрица. — Из тебе получилась бы никудышная актриса, Тигрица. Признайся, ты рада меня видеть, — усмехается Тай Лунг. — Замолчи, — выдыхает Тигрица. Тай всегда умел манипулировать чувствами людей. Опять молчание. Жгучее, долгое, невозможное, раздражающее. — Ты знаешь... — начинает говорит Тигрица, сглотнув ком в горле. — Что Воином Дракона провозгласили толстую панду? Если ты о этом, то да, — злобно сказал Тай. — Угвей сошел с ума. Тишина. Нет общих тем для разговоров. Нет времени для болтовни. Они уже давно были сцепиться в драке, но никто не хочет начать первым. Буравят взглядом друг друга. Молчат. — Зачем? — спрашивает Тигрица. — Затем. Тебе не понять. Ты всегда следовала глупым законам. А заметила ли ты это чертовски интересную закономерность? Нас обоих воспитывали в атмосфере любви и, посмотри, что из нас выросло, — он окидывает Тигрицу внимательным взглядом. — Будущая убийца и преступник-рецидивист. — Я. Никого. Никогда. Не. Убью, — Тигрица говорила эти слова шепотом, сомневаясь в их правдивости. — Врешь. Всегда врешь. Не договариваешь, молчишь. Чего только стоят наши разговоры про господство над миром. Убийца, — Тай Лунг с ненавистью говорит последнее слово. — Нет, не так. Предательница. "Он помнит. До сих пор", — проносится в голове Тигрицы. Чердак, разговоры о всем и не о чем. Детская болтовня, тайны, игры. Такое чувство, что не проходило столько времени. — Ты сама не запуталась в своем вранье, Тигрица? — через минуту добавляет Тай Лунг. — Нет. — Тебе стоили всего лишь вонзить когти в тушу панды, и, через несколько часов, ты бы делила со мной камеру, — усмехается Тай. — Ты ведь думала об этом, я знаю. — Откуда? — спрашивает Тигрица, передернув плечами. — Я прожил рядом с тобой почти полжизни. А еще четверть гнил в тюрьме, где у меня было полно времени на то, чтобы проанализировать все твои поступки, — насмешливая улыбка не сходит с лица Тая. Тигрица не знает, что сказать. То ли ей приятно, Тай думал о ней столько времени, то ли она ненавидит барса за то, что теперь она для него открытая книга, которую можно без труда читать. — Похоже, мне пора. До скорой встречи,Тигрица, — усмехается Тай Лунг и скрывается в ночной мгле. — Не уходи, — слишком поздно сказала девушка. Как же странно. Слишком тяжело. Все неправильно. Почему она еще что-то чувствует к нему? Нельзя.