Часть 1
13 июля 2019 г., 18:17
В попытках унять любопытство, мы можем потерять что-то важное.
Даже, когда собственная жизнь не стоит ни гроша.
А ведь для кого-то она бесценна.
Осаму не надо было долго размышлять над причинами своих проступков и искать пути искупления вины, ведь ему было безразлично. Что может сделать с ним Босс такого, к чему он не готов? Ничего. Дазай хотел самостоятельно расстаться с собственной жалкой жизнью, но в этом правиле у него есть одно исключение. К которому он сейчас направляется, быстро вышагивая по широким коридорам.«Осаму был бы не против умереть если не самостоятельно,
так от руки Мори. Который догадывается и никогда так не поступит.
Назло или нет, Дазай не знает»
Целью визита парня к Боссу была очередная лекция после неудавшейся попытки исчезнуть и вновь с использованием запрещённых препаратов. Не где-то в подворотне, а в доме самого Босса, пока тот отлучался по срочным делам. Осаму понимал, что в каком-то смысле это выглядело не так серьёзно, ведь мужчина всё-равно вернулся бы через час или два. К тому же он даже не убрал коробки из-под тех лекарств, которые решил себе намешать.«Глупость? Привычка? Зависимость? Желание спасения?»
Конечно, Мори вернулся даже слегка раньше и застал своего подчинённого в самом нелицеприятном виде. Не разуваясь, сняв лишь пальто, мужчина с выражением чистой усталости на лице бегло осматривает названия препаратов, самого эспера и начинает действовать по знакомому сценарию. Каждый раз одно и то же, но Огай не прекращает вытаскивать непутёвого подчинённого с того света, не переставая верить, что однажды это закончится. Либо удачной очередной попыткой, либо по каким-то причинам Дазай изменит своё поведение. Второй вариант желателен, но маловероятен, к сожалению. Дазай вспоминает, каким тяжёлым было его пробуждение два дня назад и как его отчитывали прямо так, стоя у кровати и не позволяя и слова вставить. Хотя не очень-то и хотелось в тот момент.«Почему-то хотелось, чтобы мужчина просто посидел рядом,
пока тело ломает после приведения в чувства»
Но Босс ушёл, как только оценил состояние Дазая, как удовлетворительное, сказав лишь, чтобы зашёл через два дня к нему в кабинет. Осаму провалялся все эти дни в доме Мори, который не вернулся ни к вечеру ни на следующий день. Очевидно, что работа Дазая, который временно вне строя, легла на и так уставшие плечи мужчины. Либо он не хочет видеть Исполнителя. Парень понимает, нехотя, что всё вместе. Справедливая злость на себя расползается и накрывает попадающихся под руку подчинённых, когда Дазай возвращается в Штаб и идёт к Боссу. Мафиози буквально по стенке обходят начальника, находящегося не в духе настолько, что если б мог, то убил бы взглядом всех и вся. — Придурок забинтованный, — привычное от Накахары выражение давно не режет слух, оставляя за собой лишь холод и обязанность ответить не менее колко. — Что, любимую шляпу потерял, Чуя-кун? — ухмылка натянута, но нет желания наблюдать бурную реакцию напарника, от слова, вообще. — Ублюдок, да я тебя…! — Чуя прерывается, удивлённый реакцией Дазая, который просто продолжил идти дальше, ещё больше пугая теперь не только подчинённых, но и Исполнителя.«Что случилось?»
***
Дазай не счёл важным остановиться перед тяжёлыми дверьми и оповестить Босса о своём приходе, ведь так у него куда больше шансов решить свою проблему. Заходя в кабинет, Осаму смотрит в уставшие алые глаза и замечает жест Босса и исчезающую из помещения охрану.«Никто не должен слышать их разговор, тем более,
когда им обоим есть, что друг другу сказать»
— Всё никак не усвоишь правила, Дазай-кун? Или испытываешь моё терпение? — привычным тоном проговаривает мужчина, скорее по-привычке. — Второе. Вы хотели мне что-то сказать, Мори-сан? — парень упорно делает вид, что не понимает, зачем Босс позвал его. — Не прикидывайся, тебе не идёт. Знаешь, я порядком устал от твоих выходок и не очень-то хочу каждую свободную минуту следить, чтобы ты нигде не убился. — Ну так и не следите, мне даже лучше. — с вызовом моментально отвечает парень, чтобы не успело сформироваться желание ответить иначе. — Что ж, за недавний инцидент ты отправляешься в Архив на ближайшие пять недель. Твои обязанности тебе объяснит на месте заведующий, ровно, как и то, что ты должен будешь сдать в конце срока. — Мори-сан... — Разговор окончен. Уходи. — Мори уже хотел отвернуться к окну, как Дазай подходит ближе, заставляя посмотреть на него. — Мори-сан, Вы боитесь умереть в одиночестве? — слишком неожиданный вопрос от такого, как Дазай, ещё и сейчас. — А разве можно иначе? Все мы одиноки, даже рядом с близкими людьми, — немного подумав, Мори добавляет, — с чего ты спрашиваешь об этом? — Я напишу об этом в отчёте, Босс. — Дазай резко обрывает продолжившийся по своей же инициативе диалог и выходит из кабинета. — Ну и что ты удумал на этот раз...? — Огай смотрит на удаляющегося парня и приказывает заглянувшим охранникам проводить того в Архив и глаз не спускать.***
Спустя пять недель Осаму вновь стоит в кабинете Босса и слушает рассказ его временного «надзирателя» о работе, проведённой в Архиве. Слушает и поглядывает на выражение лица Босса, когда его даже хвалят в некоторых моментах. — Что ж, благодарю за проделанную работу и контроль. С планом на следующий месяц к Вам зайдёт Хироцу завтра. Можете идти. — Благодарю, Босс! — мужчина средних лет кланяется и бесшумно удаляется из кабинета, изрядно устав от пребывания Исполнителя под своим временным контролем. — Что ж, теперь перейдём к тебе, Дазай-кун. Понравилось работать с документами? Может перевести тебя туда? — Нет. Скука, пыль и бесконечная сверка ненужных деталей. — Дазай не удержался, чтобы не поворчать на то, чем приходилось заниматься в последнее время, каждый грёбаный день. — Зато отчёт, который ты принёс, пожалуй самый объёмный из всех ранее тобой составленных. Похвально. Осаму молчит, пока мужчина перелистывает страницы, цепляя взглядом некоторые важные моменты на белой бумаге. А после натыкается на ту самую часть, которую ему обещал Дазай.«Я напишу об этом в отчёте, Босс»
Одасаку говорил мне когда-то, что смерть преследует каждого из нас и в определённый момент догонит. Особенно, когда не ждёшь. Он искренне считает, что смерть от рук любимого человека не так страшна, как в одиночестве или от рук врага. Только вот мне непонятна его позиция, оттого и любопытно, прав ли он. Не сейчас, но я прийду к Вам и спрошу ещё раз. Боитесь ли Вы смерти? Своей или чьей-то, если такой человек появится в Вашей жизни. Ответьте честно потом.
— Одасаку значит… Не слишком ли много внимания ты уделяешь рядовому? — звучит довольно холодно, но иначе Огай сейчас не мог, впервые не понимая ученика. — Он хороший человек. — коротко отвечает Осаму и смотрит прямо в глаза Мори. Элис, сидя неподалёку и рисуя уже прямо на полу, не вникает особо в разговор мафиози, который опять ни к чему не приведёт. Единственное, что девочка знает, это то, что Дазай обязательно должен быть на рисунке рядом с Мори. Ближе, чем кто бы то ни был, потому что так правильно. Для всех.«А ещё чертовски сложно»
Закончив беседу на более менее положительной ноте, Мори продолжает работать, пока Дазай облюбовал диван у стены и откровенно ничем занят не был. Мужчину это уже давно не напрягало, ведь парень делал так часто, когда был помладше и пока они не начали спорить через раз. — Дазай-кун, что ты думаешь о Накахаре? — как бы невзначай спрашивает Мори, отрываясь от заполнения бумаг и скашивая взгляд на Исполнителя. — Этот мелкий… Верный пёс нужен Мафии. Для таких подобрать крепкий поводок и всё. Деньги, жизнь, любовь, страх: что угодно. До сих пор не понимаю, зачем мне такой напарник, — начинает ворчать Дазай, вспоминая о всех склоках и сломанных костях во время стычек «Двойного Чёрного». — Ты прекрасно справляешься сам, но знаешь ведь, что даже тебе нужна защита. Его способность… — начинает напоминать ученику Огай. — Он не предаст вас — неожиданно тихо, но чётко проговаривает Дазай, словно действительно на сто процентов уверен в напарнике.«Они слишком хорошо друг друга знают»
— А ты? — в лоб интересуется Мори, решив прояснить сейчас этот момент, пускай Дазай вряд ли ответит честно и серьёзно. — А я слишком хочу умереть — вздыхает Дазай, решая для себя что-то наперёд. Парень поднимается с удобного дивана и неспешно подходит к широкому столу, заваленному отчётами. Глядя прямо в глаза Босса одним ловким движением руки Осаму небрежно смахивает ближайшую стопку бумаг на пол. Без улыбки.«Словно напрашиваясь на положенные выстрелы»
— Мори-сан, я бы хотел быть рядом с Вами в день, когда Вы потеряете свою жизнь. — звучит как признание в чём-то, но Огай знает, что Дазай это не серьёзно.«Не серьёзно»
— А что тебе мешает? — Огай играет по правилам, но не позволит ученику воспользоваться предложением ни сейчас, ни когда-либо ещё. — Я тут подумал, — Осаму огибает стол, присаживаясь на него, напротив Босса, — Не думаю, что Одасаку был прав в последних своих высказываниях и очень хочу это проверить лично. Поможете? — С чем? — спокойно отвечает Мори, следя за действиями ученика. Дазай протягивает руку, наклоняясь ближе, и дотрагивается до тёмных прядей Мори, пропуская их меж пальцами. Элис недовольно хмыкнув, исчезает, оставив после себя крупный рисунок членов Мафии. — Хочу посмотреть, больно ли будет умирать от Вашей руки. — вот теперь на лице Дазая появляется та самая улыбка, означающая приближающееся «веселье» для окружающих людей. — Осаму... — Мори хотел было ответить парню, что он не собирается его убивать и надо бы остановиться бредить, но Дазай решает иначе. Первый и единственный поцелуй выходит со смесью чувств одного и удивлением другого мафиози. Мори ничего не делает в ответ, лишь на минуту позволяя себе отпустить ситуацию и посмотреть, что из этого выйдет. Однако по законам жанра события развиваются в неожиданном, но логичном, ключе. Исключая один момент...«Какого чёрта я ему ответил?»
***
Спустя каких-то пару месяцев в жизни Дазая всё переворачивается из-за одного проклятого выстрела. Из-за одного чёртового приказа, который парень не смог изменить. Из-за обжигающего холода и безразличия в чужих глазах в момент, когда Осаму остро нужна была поддержка и понимание. Поэтому Дазай долго не раздумывал и выбрал для себя свободу. Свободу от прошлой жизни, искажённых чувств, обид и неправильных решений. Только вот свобода для Дазая всегда означала новую попытку самоубийства ещё более страшным способом, а заканчивалась реанимацией и бессонными ночами для Мори возле его кровати. Но это всё в прошлом и Осаму нашёл выход, явно ведущий в ад. Его личный ад. Плевать, что больно. Плевать, что обещал. П Л Е В А Т Ь Ведь он теперь предатель.***
Танцую на чертовски тонком лезвии и не боюсь упасть вниз.
Привычка.
Где кроме собственной крови уже ничего больше не осталось.
Закономерный итог.
— Добрый день, Мори-сан, — к горлу тут же был приставлен острый скальпель, рука врача на памяти детектива ни разу не дрогнула. — Добрый, Дазай-кун. — низкое и словно обиженное в затылок. Босс, крепче сжимая скальпель, решил воплотить в жизнь причудливый, понятный только ему самому, рисунок. — Это было больно? — скорее не спрашивает, а утверждает Осаму, чувствуя, как собственная плоть легко расходится под острым металлом. — А тебе сейчас? — вопросом на вопрос, как когда-то давно любил делать Дазай. — Не верил до конца, что Ода мог ошибаться. — без тени страха ответил Дазай, даже не попытавшись вывернуться. Ещё не время.«Мори не знает зачем, но помнит тот бред,
который нёс бывший подчинённый годами ранее»
— Не думал, что ты предашь меня. — особенно глубокий порез, точка невозврата, разворот и Босс прижат к стене собственного кабинета бывшим подчинённым. — Как способ умереть, вполне ничего. — улыбается Дазай, а после целует так, словно действительно любит бывшего Босса.«Действительно»
— Осаму… — начинает было Мори, решая, как поступить в этой ситуации, но не совсем вовремя вспоминает про зажатый в руке скальпель. Алая кровь детектива заполняет собой пространство и пачкает одежду и светлую обувь мужчины, словно упрекая его за забывчивость. Ничего более не говоривший Дазай начинает оседать на пол, но Мори тут же подхватывает его, осторожно укладывая на пол. Скальпель вошёл приблизительно на уровне третьего реберного хряща, очевидно задев не только мягкие ткани.«Умереть от рук любимого человека не больно»
Дазай в последний раз криво улыбается, особо уже не различая лица Мори и думая лишь над тем, что оказался прав. В очередной раз. Пускай этот способ довольно своеобразный, чтобы что-либо доказывать. Уже мёртвому другу и человеку, которому на него очевидно плевать. А дальше лишь темнота.***
Если можно бы было отмотать время назад я ничего в своих словах не изменю.
Я сделал всё правильно и сказал именно то, что считаю нужным.
Отчего я тогда об этом вообще думаю?
— Дазай... ДАЗАЙ! Придурок. Вставай давай, у нас собрание в восемь и я уже иду к тебе, ведь ты не ответил ни на один грёбаный звонок! И лучше бы тебе уже быть собранным и трезвым. Директор ждёт нас, как ты смеешь вообще не брать трубку? Если я дойду и найду твоё пьяное тельце, то будешь ползти до Агентства, идиот.«Что происходит? Знакомый голос… Громко...»
Глаза открывать больно, в голове шумит и Дазай минуту пытается понять, где он и что от него хочет знакомый, но очень уж громкий голос в телефоне. Судя по всему уснул он как был: в верхней одежде и поверх заправленной постели. Понимая, что не умер и, более того, не приходил к Мори накануне, Осаму сжимает покрывало в ладонях и злится. На сон, на отсутствие путей отступления в конкретной ситуации, на Мори, не желающего и слышать о бывшем ученике в роли детектива и на себя, что не может никак поговорить. Всё-таки решив заглянуть на днях к бывшему Боссу, Дазай планирует для начала стащить любимый набор скальпелей у него из-под носа, а уж потом встречаться лицом к лицу. Оказалось, что во сне умереть таким образом не слишком больно, что просто великолепно для Дазая, который терпеть её не мог. Вот только надо найти другой путь и не провоцировать конфликт при встрече. Ведь Дазай понял, что был прав. Понял, что ощутит, умирая на руках врача. И этого надо избежать любым способом, ведь Осаму ненавидел боль. Но отчётливо увидел её в чужих глазах за секунды до собственной смерти.
