Ведьмовская песнь

Министерство оказалось огромным зданием, по которому подобно муравьям бегали сотрудники и маги, которые по каким-то делам прибывали в главный правительственный орган Британии. Десятки каминов, которые никогда не пустовали. Большая величественная статуя в главном холле Министерства. Жутковатые, скрипящие и грохочущие лифты, везущие в своей утробе по десять человек, стиснутых, как сардины в банке. В Министерство семья Пруэтт прибыла в полном составе. Милдрит всматривалась в лицо отца, но Эвган был спокоен и уверен в своей победе. Он знал, что доказательств достаточно, чтобы сокрушить Дамблдора! Их обещали поддержать Блэки, Лестрейнджи и Малфои со своими вассалами. Они все были повязаны кровным родством, но что гораздо сильнее, общей целью: уничтожить набирающего небывалую силу мага. Сила в этот раз была на стороне правды! И Милдрит вздохнула свободней. Уже через пару часов ее обидчик отправится в Азкабан, а она сможет гулять по Косому переулку свободно. Скромный молодой волшебник, представившийся секретарем некоего мистера Крауча, который будет возглавлять заседание, проводил их в зал № 9, где уже сидело множество высокопоставленных волшебников. В помещении стоял гул от голосов, все обсуждали невероятную истории о том, как великий Дамблдор, светлый маг, победитель Гриндевальда, совершил ужасные преступления в отношении несчастной Мальвины Пруэтт. Кто-то осуждающе качал головой, кто-то старался пока просто держать нос по ветру, а кто-то рьяно защищал директора Хогвартса. Зайдя в зал, Милдрит искренне испугалась. Она впервые видела всех этих магов, которые сейчас не отрывали от нее глаз, ища что-то важное только им. Но стоящие рядом Фабиан и Гидеон, взяли ее под руки и довели сестру к положенным местам, где сев рядом, закрыли ее от пытливых глаз. Часы, висящие почти у потолка, пробили десять утра и на место судьи сел худощавый мужчина с недобрыми черными глазами. -Прошу тишины! Слушается дело Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора! -громко провозгласил Бартемиус Крауч. В зал завели директора, руки его были в антимагических наручниках, но охрана вела с ним себя крайне вежливо и предупредительно, уж авроры знали, как непостоянен статус обвиняемого. Милдрит почти не слушала защитников директора. Все равно их аргументы разбивались об доказанные обвинения. Все шло хорошо, пока не предоставили слово самому Дамблдору. -Для начала я бы хотел просить прощения у Мальвины! -встав со своего места, заговорил профессор.-Мне очень жаль, девочка моя, что все так вышло, я этого не желал! -в его голубых глазах блеснули слезы. -Что вы имеете ввиду? -тут же встрял судья. -Заключая помолвку Мальвины и Кинглси я был уверен, что молодые люди любят друг друга. Я желал своей ученице только добра! -Но как же те воспоминания, которые были предоставлены суду мистером Пруэттом? -Я никогда не смог бы навредить своей ученице, обет директора не позволил бы мне этого, а потому никакого приказа я не мог ей отдать. Кингсли, мой старый друг, убедил меня, что Мальвина давно любит его и желает скрепить их отношения законной помолвкой. -Что за бред? -Милдрит сама не поняла, как вскочила со стула. Она была в бешенстве от такого наглого вранья! Она же отдала те воспоминания, когда Дамблдор говорил ей последние «наставления»!!! -Мисс Пруэтт, сядьте! -жестко осадил ее Крауч.-Продолжайте, мистер Дамблдор. -Кингсли Бруствер обманул меня и я совершил эту ужасную ошибку. Я заключил их помолвку. Уже давно вина грызет меня и я лишь мечтаю о прощении своей ученицы.-смиренно опустил голову старик. -Что ж… Но почему вы ничего не сообщили родителям Мальвины Пруэтт, когда те начали ее безуспешные поиски? -Кингсли рассказал мне, что из-за его, простите, цвета кожи, мистер и миссис Пруэтт против их с Мальвиной брака. Я искренне веря в любовь двух сердец, не мог предать их доверия. В чем раскаиваюсь. Все. Исход заседания был решен. Маги, за исключением Абраксаса Малфоя, Ориона Блэка, Каина Лестрейнджа и еще нескольких магов, проголосовали за наказание штрафом. Дамблдору признали вину лишь в молчании, сокрытии информации. Он на месте расплатился с министерским казначеем и бросив внимательный взгляд на ссутулившуюся девушку, покинул Министерство. Пруэтты тоже покинули зал и стремительно направились к каминам, всем хотелось оказаться за крепкими родовыми стенами и обсудить тот абсурд, который происходил в зале №9. -Почему его оправдали?! Ты отдал им воспоминание о его словах, перед тем, как Бруствер меня забрал? -руки Милдрит слегка подрагивали, когда она осела на диван. Мать сразу же приказала домовику принести в гостиную лимонного пирога и крепкого черного чая. -Я отдал им все. Мы просто не знали, что у Дамблдора есть свой человек в Министерстве! -рыкнул Эвган. -Он будет мстить…-убито прошептала его жена, садясь к дочери и обнимая ту. -Руки коротки! -рявкнул глава семьи, хотя и сам понимал, что сейчас директор Хогвартса лишь набирает силу, а что будет через пять лет даже предположить страшно! Сейчас он обдумывал варианты, но не находил того единственного, который бы был идеален по всем пунктам. -Что мы будем делать? -вступил в беседу Гидеон. -Ничего. Его признали невиновным и мы сделать с этим ничего не можем. Нужно просто не пересекаться с ним.-вдруг довольно хладнокровно предложила Полианна, гладя по волосам Милдрит. -Но… -Эвган, семья превыше всего, я это знаю. Но что будет с нашей семьей, если мы попытаемся влезть в этот клубок Дамблдоровских шавок? Мы не распутаем его и сами в нем увязнем! -Ты права.-спустя какое-то время молчания, мужчина был вынужден согласиться с женой. Вскоре, решив, что им делать и как продолжить жить, Пруэтты разбрелись по своим комнатам, позабыв об обеденном времени.