Твой выбор

- Кай, можно с тобой поговорить? - Я занят! Секретарь с силой опустил штамп на документ, чтобы хоть как-то снять напряжение. Трудно было сдерживать себя: смотреть на любимого человека, не имея возможности быть рядом. Глупец? Возможно. Но был бы еще более глуп, если бы поддался, стал просто любовником при живой жене. Мерзко это и грязно. Столько лет жил один. Неужели и сейчас позволит себе сломаться? Да ни за что! Следующий документ едва не порвался в руках эмоционального омеги. - Я только прошу: выслушай. Мне нелегко об этом говорить, но... - А мне, думаешь, легко? Все, у меня перерыв, Арен. Я пойду, - Кай положил стопку бумаг в стол и ушел, громко хлопнув дверью. Надо жить одному, дальше, надеясь лишь на себя. Что этот долбаный альфа хочет? Попросить прощения? Уже простил, пусть катится дальше. Семья... Кай тоже мечтал о семье. До определенного времени. А теперь что? А ничего особенного. Мало ли в дальнейшем будет этих альф на его пути? "Такого, как Арен, больше не найдешь". Да и не надо! - Кай? - Ох, Алекс! - парень едва успел затормозить, чтобы не врезаться в идущего навстречу начальника: настолько его поглотили собственные переживания. - У тебя что-то случилось? - обеспокоенно спросил Алекс. - С чего ты взял? Все отлично. Жизнь идет своим чередом, налаживается! Извини, Алекс, но настроение препоганейшее. Я пойду, - Кай попытался обогнуть мужчину, но тот остановил омегу. - Это связано с Ареном, да? Кай дернулся, как от удара. - При чем тут этот альфа? У меня что, своих дел нет? - огрызнулся парень. - Или... или ты уже знаешь, а? Знаешь? Тогда почему не сказал мне? У него семья: жена, дети, а я так, подстилкой получился? А, впрочем, мне не привыкать! - Прекрати! - оборвал его Алекс. - Пойдем ко мне в кабинет. У меня найдется и бутылочка вина для успокоения твоих нервов, и пару бутербродов для перекуса. И еще расскажу тебе кое-что о твоем ненавистном альфе. Ну, так как? - Он не мой! - буркнул Кай. - Ладно уж, пойдем. Интересно узнать, что у тебя там за бутерброды.

***

Он даже не взглянул на еду: пара бокальчиков вина - и никакой закуски. В уютной тишине кабинета было приятно просто сидеть и пить, слушая начальство и внимая каждому его слову. - Арен Куртс, двадцать один год. Пару лет назад женился на дочери одного местного бизнесмена. Ходят противоречивые слухи об их браке: кто-то говорит, что девица сама ему в постель прыгнула, другие утверждают, что это была инициатива Арена. Как бы там ни было, но вскоре девочка узнала, что залетела от парня. До совершеннолетия ей оставалось еще около полугода, поэтому Арену просто приказали: женись. Правда, его родители и не были против: мать Арена - известная журналистка, отец - актер. Свадьбу быстро сыграли: пышно, от души. Не знаю, была там любовь или ею вовсе и не пахло, но этот брак называют едва ли не идеальным. Хотя я не верю: идеалов вообще не существует. - Я не буду разрушать их семью, Алекс, какой бы брак у них там ни был. Мне действительно сложно, но отнимать у детей отца... Я же не какой-то там ублюдок! У меня мать у самого разбилась, а отец нашел себе какого-то молодого омегу... Ненавижу! - Похоже, тебе хватит, - Алекс пресек попытки Кая налить еще один бокал. - Посиди тут немного - и за работу. Нечего раскисать. Кстати, телефончики я тебе все же записал. Вот, позвони кому-нибудь из этих людей. Может, и станет легче.

***

- Я хочу тебя... Только мой, только мой! Голос срывается на крик. Дышать тяжело: жара неимоверная. Он стоит рядом, на расстоянии вытянутой руки. Пытаться достать - но пальцы хватают лишь пустоту. - Прости, Кай, - шепчет он, делая шаг назад. - Ты же знаешь: я не могу! Не могу, но... Даже когда ты спишь с ней, запомни: ты мой. Когда улыбаешься, разговариваешь с ней, знай: только мой. Даже если я скажу, что ненавижу, знай: я люблю. В первый раз. По-настоящему люблю... Дыхание перехватывает, в глазах темнеет, а губы все равно продолжают шептать: "Мой... Только мой". Кай проснулся среди ночи. На часах - пять минут третьего. Дурацкий сон! Лучше бы приснилось море. Не так напрягает. Почему, почему этот проклятый альфа не отпускает его даже во сне? "Потому что он только мой", - пришла нечаянная мысль. - Нет. Он их. Не мой. И почему так тревожно бьется сердце?