Чёрно-рыжая полоса

       Стояла чудная прохладная ночь. Она была совсем не страшной, а светлой, даже может быть нежной от чудного журчания ручья, тёплого голубого света звёзд и тусклого рыжего от красных китайских фонариков. Бамбуковые стебли качались из стороны в сторону, давая прочувствовать эту чудесную ночь всем своим листьям. Полная молочная луна обнимала всех своими бледно-золотистыми лучами, будто осторожно укрывая тонким шелковистым одеялом сияния.        Сверчки стрекотали своими зелёненькими лапками, а вечерние бабочки хлопали своими тоненькими крылышками в поисках заветного нектара с белоснежных, как облака, цветов. Всё было так идеально, что не могло априори продолжаться так долго, и это было правдой.        В воздухе раздался громкий хлопок, разлетевшийся по всему небу, после чего посыпались звёзды и гигантские блёстки с тёмно-синего полотна; это был салют в честь праздника фонарей; этот день знаменует об окончании китайского Нового года, приходит весна и тёплая погода в земли наших героев. Но недавно произошло ещё одно событие, в честь которого все нарядились в роскошные одежды, готовили пир и столы для гостей со всего Китая.        Сверчки все разбежались, а бабочки укрылись в траве и замолкли от громкого звука. Бамбук тоже притих, желая послушать что-то кроме своего шелеста. Стрекозы в испуге стали сбивать друг друга в воздухе и падать на жёсткую бурую землю. Но листья и стебли травы смягчали падение, помогая стрекозам взвыть в воздух и улететь в свой крохотный дом.        — Хааа.        Сквозь стебли пробиралась молодая тигрица в янтарном длинном китайском платье, с нарисованным алым драконом, которой спиралью проходил по телу девушки, охватывая мягкие пушистые плечи и кладя свой хвост на уровне колена. Чёрные ветви деревьев закрывали пейзаж, на котором летал тот самый китайский чешуйчатый дракон. Пасть его испускала огонь цвета яркого пчелиного мёда, сжигая небеса.        Фейерверки продолжали освещать мрачную ночь разноцветными красками, но тигрица убегала от всего этого шума и кислотности; ей просто всё надоело, а точнее толпа разных животных, кричащих, радостных, шумевших, вопящих, смотревших только на него.        Тигрица шла тихо, бесшумно, словно её здесь и вовсе не было. Она пробиралась в глубину до того, пока не утихли крики и ор весёлой толпы. Рядом тёк не спеша крохотный ручей, в диаметре всего сантиметров 20-30, с прозрачной водой и манящим успокаивающим журчанием. Это было что-то священного места для медитаций, успокоения.        Постепенно, жизнь вновь начала просачиваться в мир, приобретая яркие оттенки, похожие на цветы, поле цветов на зелёно-бриллиантовом холме с багровыми, бирюзовыми, малиновыми и многими другими точками в разнообразных местах. Белые бабочки порхали вместе с светлячками и другими насекомыми. Казалось, что осколки луны упали на землю и парили чутка над холодной сырой землёй.        — Поскорее бы это всё закончилось.        Девушка в янтарном платье уселась на траву рядом с ручьём, закрыла глаза и приняла позу лотоса для медитации; её чувства были взбудоражены, а голова переполнена. Тигрица не любила массовые мероприятия и праздники, поэтому всегда держалась с пятёркой, но не сегодня. Ко всем приехали родственники или друзья из всех уголков страны, а Шифу поздравляли мастера Китая. Тигрица осталась одна, не зная, куда себя девать, она просто ушла, так как посчитала себя лишней. Возможно это так и было, ведь никто не заметил её уход.        — Наверное лучше вернуться в Нефритовый дворец.        Ей совсем не было обидно, если только совсем чуть-чуть. Спина была прямой, поза лотоса идеально отточена, а уши даже не шевелились во время трезвона травы и светлячка.        Тигрица пыталась сосредоточиться, но ничего не получалось, хотя с виду так и не скажешь. Только рыжая шёрстка медленно и тонко колыхалась на прохладном ветру.        Она не смогла просидеть так долго и просто встала, смотря на молочную сияющую луну. Тигрица не понимала собственных чувств. Ей было грустно, одиноко, завидно, ей просто было этого не понять. Но одно она знала точно — больше ноги её не будет на том празднике. Да, она была потрясающим войном и товарищем, но вот другом… Самая храбрая и бесстрашная из всех, она боялась заводить новые знакомства и дружить, оставаясь одна, наедине с собой и своими мыслями.        Ей казалось, что чего-то не хватает, может тепла в ту самую ночь, а может кого-то рядом. Пятёрки, Шифу, По, никого нет поблизости, да и она уже не маленькая девочка, чтобы цепляться за кого-то. Но на самом деле так оно и было. Всегда в компании кого-то, не общавшись, а только тренировавшись днями напролёт, чтобы оправдать надежды её мастера. Но она не стала тем, кем ей было велено, она просто не смогла.