Любовь демона

18:23. рядовая церковь Нью-Йорка. Полюшка долго сидела с Джувией, да и потому только, что оборудование было самым минимальным, отчего и процесс осмотра с возможной помощью затянулся на часы. Остальные, кто мог, обработали себя. Грей стоял у двери, ведущей в покои святого отца. – Всадники всегда славились несокрушимостью. Удивительно, что ваши сердца ещё бьются. Команда замолчала. Грей навёл на неё взгляд. – А ты не мастак подбадривать, как тебя...Эрза. Лучше пока стой на шухере. Титания виновато опустила голову. – Прошу простить, – залепетала она. – И пойду в караул. Шаги её были тяжелы под весом доспехов, да и рост её был больше человеческого. Люси старалась не засыпать, но тело всей своей болью пыталось уломать на один часик сна. Нацу сидел рядом. Его глаза исподлобья смотрели на дверь, за которой было тишина, и она пугала демона. "Джувия в порядке? Что там с ребенком?" Не сказать, что Нацу был живее остальных, скорее без смертельных ран. На слова сил тоже не было. Да и никто с ним говорить не хотел – говорить в общем никто не хотел. Люси всё же уснула, мягко упав на плечо демона. Нацу покосился на неё, заметив, что дрожит блондинка. Аккуратно он потянулся за плащём и спрятал раненное тельце от холода. Но почему-то самому Нацу холодно стало сильнее. Глаза интуитивно повернулись в сторону комнаты святого отца. И тут взгляд демона увидал, откуда этот убийственный холод. Серые морозящие глаза Грея заледенели на демоне. Он морщился, как морщатся от презрения или злобы. И не нужно было говорить ничего словами – долгий мучительный взор экзорциста всё говорил демону. Нацу же отвёл взгляд, отчаянно веря, что так Грей отстанит от него, хотя мысли своего некогда друга Драгнил безукоризненно разделял. "Из-за меня..." Наконец-то вышла Полюшка. Руки её были чисты, а кровь на плаще слилась с его тоном. Так что Грей ещё теплил надежду на хороший исход. Но после слов врачевательницы он словно умер стоя, застыл камнем, не мог ничего сказать, и вообще казалось, что он перестал дышать. Люси проснулась от эха скрипучей двери. Протерев глаза и завидев Полюшку, она сорвалась с места, ковыляя одной ногой, опираясь на лавки для посетителей. – Прости, даже если бы вы сразу же прибыли ко мне, я бы ничего не смогла сделать... Грей всё ещё молчал. Его лицо сильно пугало Люси, а уставшее лицо Полюшки, омрачненное печалью, душила все надежды на то, что с ребенком и Джувией всё хорошо. Однако теплилась надежда, Люси верила в это, всей душой. Хотела верить... – Что?..что с Джу? – спросила она, переводя дыхание. Полюшка стала ещё печальнее, когда блондинка спросила её. Повторять эту новость явно не радостное действие. – Проказа, которую Чума запустил в Джу, едва коснулось ребенка, но этого хватило, чтобы поразить едва созревший плод... Люси попятилась. – То есть... – проговорила она сквозь дрожь в голосе. – У Джувии случился выкидыш... Грей заскрипел зубами. Люси закачалась, споткнулась о ступень и полетела назад. Архангельские руки приобняли девушку. – Нужно упокоить дитя, – сказал Джерар, отпуская Люси. Полюшка кивнула ему. – Грей, Джу ещё не пришла в себя, но ей нужно сообщить про это... Лучше, если это будешь... Грей резко сорвался. Он прыгал по спинкам лавок. Его грязный ботинок набрал скорость и пришелся прямо по челюсти Нацу. Он улетел на дорожку, прохрипев от боли. – Грей! – крикнула Люси. Она оттолкнула Джерара и кинулась к парням. Грей ударил в живот демона. – Пять лет... Пять грёбанных лет мы с тобой дрались, сражались бок о бок, противостояли врагам. Я открылся тебе. Я надеялся, что ты человек, в Огненных пустынях, который не думает о страданиях, что может принести людям. Он лупил Драгнила по рукам, спине, голове. Он сел над ним и месил ненавистное лицо обрубками. – Грей! – кричала истерично Люси. – Стой! Прекрати! Гре-е-е-ей!!! Нацу не защищался, он харкал кровью, скручивался под удар, дрожал в судорогах. Лицо Грея поглотилось ненавистью. – Я, сука, тебя братом считал!!! Глаза Нацу уже заплыли в гемотомах. Он хрипел и кряхтел от боли. – Ты жалкая куча дерьма, очередной рогатый выблядок, которому похер на наши жизни. ГРЕЙ Экзорцист остановился. Его ногу бешенно сжимала Люси. Она сама лежала на полу, доползла до него и через свои слёзы смотрела на Грея. Тот, ещё опьянённый яростью, бросил взгляд на блондинку. – Прошу...хватит... Грей отдышался. Бельмо ненависти спало с его глаз. Он наконец осознал, что Люси с оторванным куском ноги проползла половину дорожки для того, чтобы в слезах, будто мелкая девчонка, умолять его. Он взглянул на Нацу – демон слабо дышал. Его лицо было в крови, хотя уже походило на месиво. Грей прижал заляпанные обрубки к вискам и крикнул на всю церковь. Его вопль болью отдался в ушах присутствующих. – Что здесь..?! Титания в миг примчалась на крыльях. – Что вы... – она бы предпочла сейчас увидеть злых демонов или пособников Темного лорда, но точно не то, что видели её глаза, скрываемые шлемом. Джерар однако прекрасно чувствовал шок на её лице, под хладным металлом. – Грей, я перенесу вас с Джувией к Макарову. Он точно найдет лучших врачей и нужные лекарства. За расходы я заплачу. Он вошёл к комнату святого отца. Эрза же стояла в недоумении. Она, как и сейчас не была в силах дать нужную помощь. Грей встал. Холодные глаза посмотрели на Нацу в последний раз. – Не смей больше приближаться к моей семье, демон. Он обошел его тело, обошел Люси, но замер на секунду. – Ты выбрала путь мучений, Люси. Если это действительно то, чего ты хочешь, то тебе я могу пожелать того же самого. Мне не нужны от вас проблемы. Он скрылся за дверью святого отца. Люси, дождавшись этого, продолжила ползти к Драгнилу. Дрожащая рука соприкоснулась с горящим от ушибов и ран лицом. – Эрза... – хлюпала блондинка сквозь слёзы. – Отнесёшь нас в Огненные пустыни? Титания дёрнулась. – Не думаю, что это хорошая идея. Вряд ли меня там будут жаловать. – Клянусь, Эрза, я обеспечу тебе защиту. Тем более, я не прошу тебя оставаться с нами. Более я не собираюсь сотрудничать с вами... Эрза опешила. – Но... Люси не выдержала. Новый прилив слёз накатил на её лицо. – Молю...хотя бы ты... Титания замялась, отвела взгляд. Её долгий путь к смертным, которые, как ей сказали, очень нуждались в помощи архангелов, был той ценой, которой Эрза готова была пожертвовать ради помощи в бою. Она ожидала яростной схватки, тяжёлых боёв, где она сможет полностью показать злу свою добродетель и воодушевить смертных быть отважными перед лицом зла. Но сейчас, в эти тяжёлые минуты, она не знала, как её сверхмогущественная сила могла бы оказать поддержку простым смертным. И огромным камнем её сердце придавили стыд и горе, вызванные беспомощностью сильнейшего архангела. – Хорошо, – ответила она отрешённо. – Приготовьтесь, мы переместимся быстро... Огненные пустыни. Вся адская верхушка стояла на ушах. Сбешавший Война беспокоил их умы. Игнил и Вайслогия назначили скорый Совет Древних. До этой поры было приказано всем государствам готовится к пришествию Всадников. Замки, храмы, крепости, леса – монархи отдали все свои армии на защиты границ своих владений. Игнил долго бродил в тронном зале, нарезая круги. Его не беспокоили, кроме Полюшки, которая сообщала о состоянии Нацу. Игнил долго корил себя за беспечность, за такой простой жест – дать Нацу добро идти в такой опасный поход. – Он напоминает мне твои путешествия. Грандина показалась из задних коридоров. – Почему ты ещё не спишь? – спросил Игнил, не обращая взгляда на жену. – Потому, почему и ты, – говорила она спокойно, но на лице её разделялась боль мужа. Игнил остановился. – Эти дети смогли прервать очередной цикл Всадников. Мы готовили армии к этому событию, сами тренировались, чтобы решиться на битву в худшем исходе, – говорил Игнил, и в голосе его слышалась злость. – Но всё сделали эти умелые дети. Да, у них очень пылкие сердца. – И замутненные юношеской спесью головы. Игнил сжал кулаки. – Более Нацу не покинет этих земель. Я не собираюсь терять второго ребенка. Грандина подошла к нему со спины и нежно прирбняла. – Он будет томится в запрети и мучать себя виной за содеянное. – Значит, будет ему уроком на будущее. – Уроки не всегда дают нам возможность стать лучше, дорогой. Тебе ли не знать... Игнил вздохнул. – И что ты предлагаешь? Грандина нахмурила брови. – Как бы не хотелось это признавать, но Огненные пустыни ещё слабы перед натиском врага. Темный лорд, Всадники. И... – Знаю... В головах обоих прошёлся рёв прошлого. Рёв поистине ужасающего монстра. Но давно прошедшее всё равно внушало свежий страх. – Мы уже стары для новых войн... Дети наши ещё не готовы. Нужно закалить их дух. – Я уже попытался. И сейчас мой сын лежит без сознания. – Твой подход оказался не таким общим, как ты думал. Но если мы создадим единую систему, дадим правильные уроки нашим детям – они смогут влить весь свой огонь в нужное русло. И тогда кулак свежей крови раздавит гнетущий нас веками мрак. Игнил посмотрел на свою жену. Никогда как сейчас он не смотрел на неё с великим уважением. И уважал он её не как женщину, не как жену, а как достойную своего трона королеву. И хотелось ему было ответить, как в зал ворвалась Полюшка. – Он очнулся! Игнил и Грандина испугались и ринулись за врачевательницей. Люси сидела у кровати Нацу. Его лицо чутка походило на прежнее. Но всё равно эти синяки вызвали только боль. Слёз Люси больше не могла лить. У неё не было сил кричать и не было желания молить. Она уложила голову на кровати и сопела, держась за руку Нацу. Но её полусон был прерван грохотом двери. – Сын! Люси вскочила и тут же упала, забыв о нерабочей ноге. Грандина и Игнил испугались. – Прости, дорогая, мы не хотели тебя напугать... – женщина протянула руку. Люси выдавила улыбку. – Спасибо. Я сама вас напугала. Так что и вы простите меня. Повисло молчание. Игнил склонился над Нацу, Грандина смотрела вместе с Люси. – Он ещё не открывал глаз, но я чувствовала, как он двигает рукой. И дышать он стал громче. – Ему всё ещё положен постельный режим. В проёме стояла Полюшка. – И нечего стоять над ним, как наседки. Парень крепкий, раз выжил после Всадников. – Он мой сын, он всё выдержит... – проговорил грозно Игнил. Встав, он оправил свою мантию и повернулся к Люси. Жёлтые горящие глаза грозно смотрели на девушку. – Спасибо, что позаботилась о сыне. Мои люди доставят тебя домой. Люси округлила глаза. – Господин Игнил. Я не собиралась домой... – Ты человек. Так ещё и экзорцист. Не упрямся и прими мой жест благодарности. Люси пожала губы. – Нет, – твердо сказала она. Игнил нахмурился. – Я сейчас закрою глаза на этот знак неуважения. Лучше скорее готовься к отправке. – Я. Сказала. Нет. Игнил повернулся к ней полностью. – Ты говоришь с королём. – А вы с обычным человеком. Вас моя сила пугает? Так я потеряла её – заплатила цену за победу над Всадником. Я забрала свою присягу перед архангелом Титанией. Я больше не экзорцист и к церкви никак не отношусь. Теперь я просто Люси Хартфилия. И я не хочу покидать Нацу. Никогда. Я не намерена больше терять его. Лицо Игнила сделалось гневным. – Дорогой, прошу... Не горячись... Игнил указал на Люси пальцем. Она смотрела на короля исподлобья, ей не были страшны ни ожоги, ни раны, ни смерть, ибо отобрать Нацу для неё и есть смерть. – Я вижу, чего ты хочешь, вижу, что ты чувствуешь к моему сыну. Говорю сразу, девчонка – не старайся. Союз демона и человека губителен для второго. А дитя, рождённое от них, обречено на проклятые муки. И если в тебе есть хоть крупица сочувствия к моему сыну и немного опасений за свою жизнь, то выметайся отсюда и не смей переступать порог моего дома. Люси шагнула ему навстречу. – Да плевать я хотела на ваши слова. Эти угрозы не запугают меня! Я буду стоять на своём. И не вам тут пририкать меня за межрасовый союз. Игнил вспыхнул. – Мой сын никогда не выберет грязную, никчемную, слабую, обычную девку из людского мира. И она никогда не станет его женой. Хочешь превратить жизнь Нацу в ещё больший кошмар? Стена Люси пошатнулась. – Его мать погибла, потому что полюбила демона. Люди всегда гибли от демонов – от их любви, их ненависти, их боли. Так было, есть и будет. Перестань плавать в розовых облаках, пока они не окрасились твоей кровью. Люси шагнула назад, опустила голову и отвела взгляд. – Ты состаришься и умрёшь. Нацу же будет гложить себя муками. Если ты заберёшь его любовь, убьешь самого Нацу, оставив только его тело. Люси прикусила губу. – Я повторюсь: ты хочешь превратить жизнь моего сына в кошмар? В этот раз Люси смолчала, не двинулась на Игнила. Король довольно хмыкнул. – Стража! За Полюшкой показались солдаты. – Уведите этого человека к порталу в мир людей. Люси послушно направилась за стражей. Игнил проводил её суровым взглядом. – Дорогой, ты... – Довольно! Никого более я не желаю слушать. Всем разойтись. Меня ждут дела... Комната Нацу опустела, как во времена его детства. Свет погас, только тьма и тишина...