Придется поработать над оценками

Руки спокойно отпустили, когда они приземлились, и Питер ступил на крышу пентхауса. И даже без освещения площадка выглядела несуразно. Здесь юношу встретил шикарный бассейн и бар, с которого открывался красивый вид на город. Внутренние стеклянные двери, как догадывался Питер, вели в личную мастерскую мистера Старка. Они были нараспашку открыты, и свет, исходящий из помещения, являлся единственным источником, освещающим крышу. Питер с удивлением оглянулся, когда вступил на порог мастерской, прижимая больную руку к груди. — Вау… здесь… так круто, сэр, — и ему было искренне плевать, что он прозвучал как ботаник. Тони стоял к нему спиной, чем-то занятый за столом, на котором в разброс валялись какие-то детали. Явно работал над чем-то, а Питер его прервал — а он правда не хотел, и виновато потупил взгляд. — Хорошо, что ты здесь, — выпрямился Старк и снял очки. Не говоря ни слова, он повернулся к ящику справа от него, начал в нем рыться. И вытащил несколько инструментов и баночек с лекарством оттуда. — Давай, показывай, что там у тебя. — Ну… у меня вообще-то быстрая регенерация, завтра уже ничего не будет, — робко подходя к мистеру Старку, сказал Питер. Он снял маску еще по дороге, поэтому сейчас кинул ее на стол и неловко переступал с ноги на ногу в рабочем пространстве мужчины. Но Старк, как будто его и не слушая, ловко схватил ладонь юноши удивительно нежными руками и стал рассматривать кровавый порез. — Хм, не так уж смертельно, — тянул себе что-то под нос Старк. — Но все равно лучше наложить бинты, чтобы инфекция не попала, и будь здоров, — сказал громче. Питер легко улыбнулся, все еще чувствуя себя некомфортно из-за резкой доброты со стороны учителя. Он тщательно очистил рану, заставив Питера немного пошипеть от боли, а потом аккуратно наложил бинты. — Вот и пожалуйста, — сказал Тони, но почему-то все еще не отпуская руку парня. Неловкое молчание сейчас бы было не очень уместно, но Питер не мог не залипнуть на лицо Старка. На нем была совершенно обычная, домашняя одежда, в чем Питер уж точно не привык видеть такую накричавшую личность. Его волосы были растрепаны в разные стороны. Свободная майка не скрывала его загорелой кожи и крепких мышц, которое Питер все больше хотел потрогать. А еще на нем были джинсы! Питер был удивлен, не меньше. Просто, казалось, что Тони Старк родился в дорогущем костюме. И юноша ненадолго запутался в мыслях, какого это было запускать пальцы в его запутанные кудри и трогать— — Вы такой горячий, — о, Боже. Серьезно? Питер, зачем ты это выпалил? Юноша зажмурился, чтобы не видеть реакции Старка на его необдуманные слова. — Это не… я не хотел, не то чтобы вы не привлекательный. Я просто… я на самом деле не хотел этого говорить! Точнее, я хотел… но оно случайно вырвалось. Он открыл глаза и встретился с напряженным лицом Старка, выражающим полное безразличие. И это не помогло чувствовать себя лучше, наоборот, унижение снова засветилось яркими лампочками. — Мне жаль… — снова начал Питер, но его новый поток слов прервал мужчина. — Это все же была плохая идея, — без эмоций произнес мистер Старк. — Ты должен… нужно отвезти тебя обратно домой. Питер нахмурился, решительность стремительно его покидала. Неужели какие-то слова могли так его разозлить? — Почему вы такой? — спросил Питер, намереваясь звучать резко, но голос прозвучал предательски грустно. — То вы мило ко мне относитесь, то резко начинаете вести себя, как мудак. — Следи за языком, — хмуро отрезал мужчина. — А я не хочу! — кажется, слишком громко закричал в ответ юноша, вызывая легкое удивление на лице Старка. — Почему вы такой, почему вы не можете просто… — Не могу что, Питер? — спросил Тони, вздохнув. — Почему вы не можете перестать вести себя по-глупому? — Питер чувствовал себя слабым, раздраженным и заведенным по какой-то глупой и необъяснимой причине. Мужчина выглядел так же раздраженно, но Питер не был дураком и заметил, как напряжение нарастало. — Тебе нужно идти, — сказал Старк, и голос его звучал резко и низко, Питеру захотелось кричать и рвать волосы без всякой веской причины. — Почему? — вздохнул Питер, облизывая губы. Его разочарование переросло в возбуждение, что, в принципе, стало привычным за последние дни. — Потому что если ты не уйдешь, я трахну тебя на этом рабочем столе, — то, как он небрежно это сказал, с темными-темными глазами, заставило коленки Питера подкоситься под весом нахлынувшей слабости. — И… это плохо? — еле слышно прошептал юноша, глядя на мужчину из-под ресниц. Мистер Старк устало провел рукой по лицу и нерешительно отступил от него. — Ну… конечно, это плохо, карапуз. Найдется миллион причин, почему.. это ужасная идея, — сказал он, глядя куда угодно, только не в глаза Питеру. — Но… но, — заикался юноша, почувствовав себя неожиданно отчаянно глупым. — Но я думал, вы хотели… вы продолжаете флиртовать со мной, но… Мистер Старк невесело фыркнул, и в груди Питера неприятно закололо, как будто сердце облилось кровью. Изо всех сил он пытался скрыть горькое разочарование, но не мог перестать чувствовать себя отвергнутым. — Да, хочу, карапуз. Но этого не случится, нет, это ужасно. Поэтому, — но единственное, что донеслось до слуха Питера было слово «хочу», и он не смог сдержать пронзительного писка, без разрешения вырвавшегося наружу. И тут крышу Питера снесло, он решительно наступил на мужчину, потому что темные желание в глазах Старка его не останавливало, наоборот, влекло так сильно. — Господи… тебе лучше остановиться, малыш, — вздохнул Тони, взглядом скользя по фигуре Питера, опираясь бедрами о рабочий стол. Питер расстроился, поэтому уходить без… с пустыми руками не хотел. Он не знал, чего хотел, но был готов торговаться. Парень вытер потные ладошки о костюм (игнорируя шипящую боль в перевязанной руке), напрягая каждую капельку храбрости в себе, провел рукой по члену сквозь ткань своих красных спортивных штанов. И смотрел, как взгляд мистера Старка наливается вниманием. — Что если… что если я просто кончу, — спросил Питер, стараясь не думать, насколько громко и хрипло прозвучал его голос. — Вам ничего не придется делать, просто… я больше не выдержу, можно мне кончить? Пожалуйста, мистер Старк? Мужчина сжал челюсти и уставился на него, он уже успел отступить назад и не осмеливался дотронуться. — Выглядишь жалко, — только и ответил Старк, скрестив на груди руки так, что мышцы напряглись, и Питер залип. — Я даже тебя не трогал, а ты уже умоляешь дать тебе кончить? Юноша знал, что Старк только насмехается, он видел странный озорной блеск в его темных глазах, но даже несмотря на резкость слов (или резкий тон), Питер не смог сдержать просящего хныканья. Его рука легко опустилась на пульсирующий болью член, нежно поглаживая бугорок. Взгляд Старка скользнул на его руку, челюсть сдержанно напряглась. — Ты же сам говорил, что я тебе не указ. Помнишь? — дразнил, и Питер, накрывая ткань костюма, сжал член и тут же почувствовал, как предэякулят намочил внутреннюю часть его боксеров. — Так вот… я тебе велел идти домой? Но тяжко и хочется? Мог бы подрочить, вернувшись в общежитие? Питер быстро покачал головой, дыхание участилось. Он не мог отвести взгляда от строгого лица Старка. — Нет, нет… я… я бы не стал. Если бы вы не хотели, сэр, — хныкал юноша, сжимая головку члена через ткань, тяжело дыша. Старк усмехнулся. — Хороший ответ, дорогуша. Раздевайся. Питер, не ожидая такого поворота, покраснел, но ждать не заставил — поторопился. Прикосновения к своему телу отдавались легкой болью, когда он стягивал штаны и боксеры. Наконец он обхватил член и прошелся раз по всей длине, готовый потеряться в нахлынувших ощущениях. Его вторая рука, которая раненная, уперлась в край стола. — Хватит. Разве я разрешал себя трогать? — с раздражением в голосе воскликнул Тони. И Питер почувствовал, как изменился его тон. Как будто не настоящий… и, определенно, не должен был быть горячим. Но он был. — Положи обе руки на стол. Питер повиновался, думая, как же он, наверное, глупо со стороны выглядел. Штаны костюма были спущены по задницу, а напряженный и твердый член стоял колом, и по всей длине стекали тонкие струи предэякулята. — Могу поспорить, что ты сможешь кончить и так, — Питер скулил от несогласия и нетерпения одновременно. Нервы волновались, потому что все же все сейчас было по-настоящему — не сном и не воображением. — Тише, — мистер Старк подошел настолько близко, что в ноздри ударил запах приятного дорогого одеколона, и Питер видел его темные зрачки, полные желания и страсти. — А теперь ладонью схватись за головку, — приказал мужчина, жадным взглядом съедая бедра юноши. Питер колебался, но недолго, просто эта просьба так неожиданно прозвучала и сбила с толку немного. И он сделал все, как его просили: медленно обхватил головку своего члена. Щекотливая боль распространилась по всему телу, а сухая ладонь прилипала к влажной головке. Питер зашипел, закрыл глаза и потер чуть сильнее. — Остановись, — юноша был готов завопить от разочарования, но выдавил из себя только пронзительное «пожааааалуйста». Тони усмехнулся. — Посмотри на себя, ты едва касаешься, себя, но уже напачкал мне пол. Кто это будет убирать, Питер? Опусти руку обратно, и помедленнее. Питер со вздохом крепче вжался больной рукой в стол и опустил вторую руку на член. С легким унижением Питер осознал, что Старк просто заставляет его начистить головку до невероятной гладкости и влажности. Все его тело дрожало — кончить хотелось так сильно, что руки чесались. — Я уберу тут все, сэр. Как бы то ни было, — он шатко выдохнул через нос, прикусив губу так, что почувствовал вкус крови во рту. Питер уже давно был готов кончить от голого минимума стимуляций и Тони Старка, поедающего его жестокими и голодными глазами, все еще полностью одетого… что это было так нечестно. Хотя его тело просто сгорало под нелепо толстой толстовкой. — Хороший ответ, — с ухмылкой на лице ответил Старк. Питер покраснел от мимолетной похвалы и был вынужден приостановить стимуляцию, иначе бы не выдержал и кончил, а пока нельзя. — Ты всегда такой мокрый? Или только для меня? — Это вы… Господи, только вы… могу я уже кончить? — он не мог не заикаться: его рука была мокрой и все еще продолжала потирать распухшую головку. Его бедра несколько раз двинулись вперед в такт легким толчкам. Контролировать себя с каждой секундой становилось труднее, потому что все тело неумолимо дрожало. — Попроси повежливее, — задумчиво протянул Тони. — Будь креативным. Мы же оба знаем, что ты умный мальчик. Питер, кажется, выругался себе под нос, но потом продолжил: — Я буду очень хорошим мальчиком… пожалуйста, сэр, можно я кончу? Я вылижу тут все... все, все, что вы захотите, сделаю. Питер видел, как равнодушное лицо Старка меняется, оживает что ли, когда из губ юноши слетел глухой стон. — Ну, хорошо, давай, кончи для меня, — томно прошептал Тони, и тело Питера напряглось, что он не мог издать ни звука. Было ли это намного чувствительнее того, когда он дрочил себе сам в общежитии? Стало ли после этого намного лучше, когда Старк заигрывает с каждым третьим? — Я… блять, спасибо, — липкая сперма вырвалась, наконец-то, наружу. Наслаждение вспыхнуло яркими вспышками по всему телу, когда белая жидкость растеклась по ладони и жестким лобковым волосикам. И Питер почувствовал себя грязным и развязным в глазах своего учителя. Ведь ему даже не пришлось его касаться. Снова. Но это все равно было самым приятным, что он чувствовал за долгое время. Его тело медленно истощалось, кости казались податливыми и неподвижными. Старк скоро отвел взгляд и направился к шкафу, Питер даже слова вымолвить не успел. Открыв дверь шкафчика, он вытащил оттуда тряпку и кинул ее в Питера, сам прислонившись на стенку рядом. — Спасибо. А вы… эм? — неловко заикаясь, произнес юноша, пока вытирал ладонь, бедра и все, что успел испачкать, прекрасно осознавая: сейчас он был уязвим как никогда. Разве они не ругались пару минут назад? И он неумело заметил, что легко забывал о всех проблемах, когда находился возле этой загадочной личности. Он взглянул на джинсы мистера Старка и четко видел очертания здорового стояка. Он облизнул губу — ему нужно бы переключиться. Но Старк, откашлявшись, привлек его внимание: — Мое лицо выше, паучок, — к щекам Питера тут же прилила кровь, Господи, как же стыдно. Нужно как-нибудь поговорить насчет этого прозвища, кстати. — И нет. Даже не смотри туда. Сейчас тебе лучше вернуться в общежитие. И как можно скорее. Питер тяжело вздохнул, стараясь не показывать разочарование на своем лице. Потому что чему тут удивляться? Он чувствовал себя таким усталым и слабым, а еще утопал в кучке эмоций. Питер покачнулся на месте, все еще здоровой рукой сжимая грубую тряпку — паучье чутье затупилось, а зрение затуманилось от головокружения. Он резко схватился за стойку позади, и громко зашипел, когда холодный металл коснулся больной ладони. Раньше боль даже не чувствовалась, потому что разум был забит раздражением и удовольствием. — Питер? — не своим голосом позвал мистер Старк. Или, может быть, Питеру только показалось, потому что слух тоже затупился, а в глазах потемнело. Вот только не нужно сейчас терять сознание. В руках и ногах била дрожь, а потом пол резко приблизился, и лица коснулась холодная плитка мастерской. Он чувствовал, как чужие руки его подхватили, но, кроме стука собственного сердца, услышать уже ничего не мог. —…все будет в порядке, Пит. Господи, сколько ты спишь… От руки, трепавшей его кудрявые волосы, становилось так тепло на сердце, а мозолистые пальцы успокаивали и помогали прийти в себя. Он широко распахнул глаза и с удивлением глянул на мистера Старка — туман все еще заполнял его разум, поэтому юноша понять не мог, что происходит. Обычно, после таких маленьких приступов — как он их называл, — он не мог терпеть прикосновений, но по какой-то странной причине прикосновения мужчины только успокаивали и помогали вернуться на круги своя. — Все хорошо? — спросил Старк, вглядываясь в глаза Питера, словно мог с медицинской точки зрения диагностировать, что происходит в его мозгу. Питер сглотнул, потому что в горле резко пересохло. — Я, да… все хорошо, все в порядке. Это все… из-за сверхспособностей. Чувствительность всех моих органов чувств очень высока, и когда я перенагружаю себя, то могу терять сознание ненадолго. — Хм, это все решает, — задумчиво протянул Тони. — Ты сегодня останешься здесь, в гостевой комнате. Не могу допустить, чтобы невинный парень умер от недосыпа на моих глазах. — Я нормально сплю, — протестовал Питер, принимая ладонь мужчины, чтобы подняться. — Несомненно, карапуз. Пошли, я отведу тебя в спальню.