Гении тоже ошибаются

Джессика запуталась. В попытках решить, что же делать с магией, она абсолютно потерялась во времени и эмоциях. С одной стороны - это сила, способная остановить зло и работать во благо в мирное время, с другой же стороны - воспоминания Мортем, в которых Карлос был предателем их любви. Да, Пэн могла это контролировать, но слишком много сил требовалось, чтобы держать все в узде. Было бы проще просто уничтожить внутри эту магию, но она уже слишком сильно укоренилась внутри, отзываясь на любое изменение в настроении Джессики. Лед, будто живой, успокаивал, защищал, легко подчиняясь любому велению феи, и расставаться с ним было равносильно попытке вырвать кусочек души. В целом, так это и было. Никто старался не трогать девушку все это время, потому что понимали банальную вещь: "не влезай - убьет". Ну или не убьет, но явно будет против. Если Джессика не особо шла на контакт, значит, на то есть причины. Иви и Ума на свой страх и риск несколько раз пытались выведать решение Джес, но та лишь отмахивалась, делая вид, что все хорошо. Ей самой было тошно от того, что она так отталкивала подруг, но другого выхода не видела - ей нужно было подумать и взвесить все в одиночестве. Несколько раз Пэн разговаривала с Румпелем, но какой был результат - никто не знал. Да и сами Джессика и Румпельштилцхен не особо знали к чему привели их диалоги. Мужчина помогал девушке контролировать силы, и магия, как послушный зверек, ластилась к рукам и ногам Пэн, будто желая остаться с ней. А Карлос чах на глазах, не в силах бороться со своими чувствами. Убедить парня в том, что он не виноват во всем, что произошло, было практически невозможно. И не важно, что это не он вселил кусочек Мортем в Пэн и не он ее предавал. Ему было все равно. Для него было все очевидно: не важно, в какой из реальностей, но он ее бросил, он довел до такого состояния любимую. Даже Ума и волки, которые изначально ну совсем не питали к нему никаких положительных эмоций, смотрели на парня с долей сочувствия. На третий день Де Вилю надоела такая молчанка. Будь что будет. Превратит в снеговика – ничего, зато остынет, выслушает – хороший знак. Мэл, глядя на парня с легким испугом, прошептала какое-то заклинание на защиту. Провожали его как будто на фронт, не меньше. А нужно было всего лишь поговорить с милой феей. Просто в плохом настроении. Карлос осторожно открыл дверь, которая, на удивление, с легкостью поддалась, впуская внутрь. Комната девушки была покрыта тонким слоем инея, отражающего тихие лучи луны, с интересом заглядывающей в окно. Казалось, никого не было, но вот зашуршала ткань полога и послышались еле слышимые, почти кошачьи шаги. - А я все думала, когда ты придешь, - мягко проговорила Пэн, выходя на клочок света, лившегося из окна. Карлос замер, разглядывая девушку. Она почти не поменялась, лишь под глазами залегли круги и волосы, удивительно длинные, были заколоты, открывая вид на худую шею. Джессика выглядела нереальной, призрак, сошедший со страниц древних легенд, который может развеяться в любое мгновение. Прекрасный и опасный. - Тебе одному дверь всегда была открыта. - Джесси, - на выдохе проговорил Де Виль, медленно подходя к мирно стоящей Джессике. Она не убегала, не пыталась вновь закрыться, не нападала, чего так боялась Мэл. Просто ожидала чего-то, будто оценивая. Последние несколько шагов навстречу друг другу они сделали вместе, мгновенно попадая в такие необходимые в этот момент объятья. Карлос выдохнул, ощущая, как тонкие, удивительно теплые пальчики Джесси залезли под свободную майку, поглаживая горячую спину Де Виля. Парень сильнее прижал фею к себе, укутывая в теплый кокон. Девушка облегченно выдохнула, будто до этого на ее плечах лежал невероятной тяжести груз, а сейчас он спал под ласковыми руками Карлоса. – Прости меня, прости, что не приходил так долго! - Я не виню тебя, - улыбнулась Джесси, не отрывая головы от груди Де Виля и вслушиваясь в бешено колотящееся сердце. Ее было удивительно спокойным. Она не одна. Как бы сильно не пыталась отдалиться от людей, которых любила и не хотела ранить резкостью слов, она не одна! Карлос вдруг чуть отодвинулся, но лишь для того, чтобы всмотреться в глаза девушки напротив. Они были зелеными. Зелеными и очень добрыми. - Джесси, не важно, какой выбор ты сделаешь! Ты всегда будешь собой - с силами Снежной Королевы или без них. Ты это ты, и никто не может этого изменить кроме тебя самой. Если ты захочешь стать злодейкой, что ж, - Карлос на одном дыхании выпалил все, что копилось внутри за это время, глядя на Пэн, безмолвно слушавшую его. - Я все равно буду на твоей стороне. Я же люблю тебя. Я не предам тебя, как тот Карлос, не брошу и не… - Мне не важно, что сделал тот Карлос, вы с ним не одно целое, - очень серьезно и рассудительно проговорила Джессика, чуть нахмурившись. – Мне важно, что делаешь только ты. Да, во мне живет частичка Мортем, но ведь это не я. Она не может принимать решения за меня кого любить, а кого нет. Это делаю лишь я. Карлос, завтра я хочу покончить с этим. Мне страшно, потому что я не знаю, как будет проходить процедура, которую мы задумали с Румпелем. Останься со мной сегодня, прошу. Просить дважды не пришлось. Да и первый раз было не обязательно - Де Виль не ушел бы, даже если Пэн его прогоняла. Остался бы сидеть под дверью как верный песик. Парень резко сократил расстояние между их губами, ласково обхватывая ладонями лицо девушки и притягивая ее ближе. Пэн сразу ответила на поцелуй, нежно покусывая нижнюю губу Карлоса и зарываясь пальчиками в длинные пушистые волосы. Джессика чуть отстранилась, прижимаясь лбом ко лбу парня, и ему даже показалось, что температура воздуха вокруг стала гораздо выше. Или это он сам горел от любви к фее, что сейчас хитрым взглядом сканировала расслабленное лицо напротив. - Я люблю тебя, - промурлыкал Де Виль, потираясь носом о шею Джесси, ощущая, как пальчики мягко процарапали кожу головы затылке. - И я тебя люблю, Карлос! - тихо проговорила Пэн, отходя от Карлоса, разочарованно поджавшего губы – его бессовестно оторвали от прекрасной шеи и это явно не устраивало парня. – Не дуйся, мой хороший. Давай лучше спать. - И ты пустишь меня к себе в кровать? – хитро сверкнул глазами Де Виль, касаясь ладонью белоснежных волос девушки, и, медленно подходя ближе, обольстительно, по его скромному мнению, улыбнулся. - Пущу только спать, - весело фыркнула Джессика, приподнимая одну бровь и щелкая по носу. Карлос смущенно засмеялся, смешно морщась, а после подлетел к девушке, роняя ту в объятьях на кровать и прижимая ее своим телом к мягкой поверхности. Пэн лишь сдавленно охнула, обхватив руками талию парня. – Карлос, если я через секунду не вздохну, вопрос с магией Снежной Королевы будет решен сам собой! - Прости-прости! – секундная суета, и вот уже они лежат в обнимку, согреваясь не сколько одеялом, отброшенным куда-то в сторону, сколько близостью друг друга. – Джесси? - М? – лениво отозвалась та, водя пальчиками по ключицам Карлоса, призывно выглядывающим из-под майки. - Я могу быть с тобой завтра? – тихий вопрос повис на секунду в воздухе натянутой струной. - Да, - ответ прозвучал незамедлительно. Уверенный и четкий. Джессика закинула ногу на Карлоса, обвила его по-собственнически за талию, прижимаясь щекой к груди, и выдохнула, удобно устроившись на замершем Де Виле. – А теперь давай спать. Завтра тяжелый день. Доброй ночи, Карлос. - Сладких снов, моя прекрасная фея, - мурлыкнул в макушку девушке Карлос, одной рукой обнимая Пэн за талию, а вторую устраивая у себя под головой, и провалился в сон, ловя себя на последней мысли, что разговор прошел как нельзя хорошо. Утро яркими лучами заглядывало в окна, пробираясь сквозь занавески и будто проверяя, кто же спрятался за плотной тканью. Во время сна Де Виль все-таки подмял под себя хрупкое тело Джесси, наличие которой выдавала лишь безвольно лежащая на спине парня рука. О ее состоянии можно было только догадываться, потому что признаков жизни, кроме храпа Карлоса, они оба не подавали. - Джессика, ты еще не передумала? – послышался громкий голос Румпеля за дверью. Но ни один из молодых людей не соизволили ответить магу, который посчитал это личным оскорблением. – Пэн, ты хоть отзовись! – а в ответ лишь громкое недовольное бурчание Де Виля и еле слышное сонное «ага» от Джессики. – Я уверен абсолютно точно, что вчера у тебя был голос на несколько тонов выше! Джес резко распахнула глаза, сталкиваясь с заспанным взглядом Карлоса. На секунду девушка зависла: после сна парень выглядел таким восхитительно домашним. Волосы в разные стороны, все еще покрытые поволокой сна глаза, даже след от слюнки на подбородке – это было так уютно, что Пэн, не удержавшись, чмокнула Де Виля в губы и, не дав ему распробовать поцелуй, выскользнула из-под него на волю. Ну, как выскользнула? Чуть не упала, запутавшись в ногах. Карлос лениво перевернулся на спину, следя теперь при свете дня за феей. Длинные белые волосы, отливающие кое-где пшеничным, спутались и выбились из пучка за время сна, прикрывая худую спину. Восхитительно. Он бы каждый день просыпался пораньше, лишь бы видеть такую расслабленную Пэн рядом. - Румпель, я не одета, буду через двадцать минут, идет? – подойдя к двери, Джесси ухватилась за ручку, будто переживая, что крестный не поймет ее намека уйти и пойдет напролом. - Что ж ты там не одетая с Карлосом делала? – послышался ехидный смех по ту сторону. Джес обернулась на кровать, словно проверяя, что Де Виль-то одет, и, еле сдерживая хихиканье, застала шикарную картину: Карлос, покрывшись алыми пятнами от смущения, медленно натянул на голову одеяло так, что торчали лишь ярко красные уши. - Все тебе расскажи, - фыркнула девушка, махнув легонько рукой. Румпель высоко вскрикнул, явно не ожидая, что ему за шиворот прилетит снежок. - Садистка, - недовольно бросил маг в закрытую дверь. – Все, пятнадцать минут тебе на сборы. Джессика хмыкнула, поворачиваясь к уже сидящему на кровати Карлосу, который совсем как песик заинтересованно наклонил голову набок, внимательно рассматривая девушку. - Собирайся, нам уже пора, - по-кошачьи мягкими шагами Пэн подошла к Де Вилю, касаясь пальчиками его щеки. Парень потерся о теплую кожу, прикрывая довольно глаза. – Карлос, нет, нам пора. - Никуда не пущу тебя после этого, - цокнул Карлос, закатывая глаза, как только рука Джес прекратила поглаживания. - Ловлю на слове, - хитро улыбнулась девушка, потрепав Де Виля по голове. - А теперь марш из комнаты, мне нужно переодеваться. - Ой, чего я там не видел, - донеслось до ушей Пэн уже возле двери, и фея, погруженная в свои мысли, даже не сразу поняла, что он сказал. - КАРЛОС ДЕ ВИЛЬ! – но Карлос уже шмыгнул в коридор, прячась от праведного негодования Джессики. Сердце, еще вчера скованного коркой льда, теперь горело теплотой и любовью.