Руки, так любимые демоном

      Водитель замечает двух путников на обочине дороги и решает остановиться. Добродушный дедушка тормозит прямо рядом с парнями, приспускает окно и громко спрашивает, стараясь перекричать шум шоссе: — Куда путь держим, ребятки?       Парень, что повыше ростом, заглядывает в салон машины и неопределённо машет рукой вперёд. Дедушка понимает это по-своему и предлагает путникам забраться внутрь, что они поспешно и делают. Всю дорогу незнакомцы молчат и немолодой мужчина украдкой посматривает на них в зеркало заднего вида, но поспешно отводит глаза, когда замечает, что на протяжении всего пути они не разняли сцеплённых рук. Он подмечает странную особенность этих двоих, которые выглядят точь в точь как инь и янь, но решает промолчать, внутренне уже жалея, что подобрал чудаковатых путников. — Первый раз так путешествуете? — пытается разрядить затянувшуюся тишину водитель.       Светловолосый паренёк сначала кидает взгляд на своего спутника и только потом кивает, словно спрашивает разрешения. — А откуда едете? — Из Сеула, — как-то слишком неуверенно отвечает всё тот же парень.       «Гм» неопределённо хмыкает дедушка и решает высадить их на первой же автобусной остановке, ведь та дорога, по которой они шли, даже близко не вела в Сеул.

***

      Под вечер парни решают выйти в Богом забытой деревушке, поблагодарив водителя, и отправляются вдаль по просёлочной дороге. Кругом шумит летний ветер, но бедные ребята вздрагивают при каждом шорохе, нервно оглядываясь по сторонам. Успокаивает их то, что здесь их точно не найдут, а если и хватятся, то совсем не скоро. Этой деревни не было ни на одной карте, а дорога заканчивалась, уходя в лесок, за которым среди полей и расположились немногочисленные домики.       Чимин устало бредёт за Юнги, стараясь храбриться каждый раз, когда тот молча оборачивался, проверяя идёт ли он за ним. В конце концов ведь всё это было идеей ангела. В животе громко урчит и парень стыдливо хватается за него, словно стараясь сделать звук тише. Да, человеческое тело очень уязвимо, а наличие базовых потребностей его просто угнетало. Быть бессмертным намного круче…       Наконец Юнги останавливается перед деревянным домиком с выбитыми стёклами, в котором, видимо, никто не живёт. — Переночуем здесь, а там посмотрим.       Чимин недоверчиво косится на обветшалый домишко, стараясь не показывать своего испуга, но соглашается. Сейчас он согласился бы и на земле поспать, ведь он так устал…

***

      Всю следующую неделю они усердно занимаются восстановлением жилища на кое-какие скопленные деньги демона, который в тайне от ангела гипнотизировал случайных путников и отнимал у тех часть денег. Юнги вставил новые стёкла и даже залатал прохудившуюся крышу, Чимин красил забор свеженькой жёлтой краской, которую ему отдала сердобольная бабушка по соседству и старался придать дому жилой вид. Жилось трудно, каждую ночь он подолгу не мог уснуть, представляя как вот-вот с небес спустятся ангелы и поведут его на суд, но под боком лежал Юнги, который всегда обнимал и целовал в макушку любимого. В такие моменты всё казалось возможным.       С немногочисленными жителями деревни поначалу приходилось сложновато, но вскоре Чимин очаровал всех своей добротой и кротостью, что соседи стали приносить «молодожёнам» соленья или выручали какой-нибудь другой помощью.       На груди ангела появлялось всё больше и больше цветов, напоминая уже полноценный цветок, что означало приближение полнолуния, которое парни ждали затаив дыхание. Этот период многое значил в их жизнях, ведь после полнолуния их связь станет такой прочной, что её нельзя будет разорвать.

***

      В ночь полнолуния ангел с демоном пошли в заранее облюбование место, которое они присматривали все эти дни. Это была низина, центр которой разрывала небольшая речушка, пробегающая с востока на запад. Место было отдалённым от деревни, в которой они остановились, поэтому влюблённые не боялись столкнуться с кем-то из людей, ведь они так долго караулили и высматривали этот уголок.       Чимин достал из высокого камыша припрятанную корзинку, в которой находилось одеяло и пара подушек. Его щёки горели от одной только мысли о том, что случится дальше, но рядом был Юнги, который молча помогал ему, готовый в любой момент свернуть всё и пойти назад, если ангел слишком испугается. Но он пообещал сам себе, что страху больше не место в его сердце.       Это нарастающее чувство и осознание того, что нужно делать, пришло к ним само по-себе и не казалось каким-то вульгарным или пошлым. Просто так надо, просто им надо пережить это полнолуние, потому что их чувства достигли апогея в лунную ночь.       Ангел откидывается на подушки, которые он разместил на покрывале, и слышит как бешено стучит его сердце. В темноте напротив блестят глаза демона, который навис над возлюбленным лаская пальцами родное лицо, пробегая по густым бровям и пересчитывая реснички. Если бы не вышла луна, то Юнги не увидел бы как краска стыдливости залила всё лицо невинного парня напротив. Если бы не вышла луна, Чимин бы не увидел с какой нежностью смотрит на него самый дорогой ему человек. Но небесная хулиганка выглянула из-за туч, освещая две одинокие фигуры, что сплетались сейчас в яростном танце любви, высвечивая украдкой то нагую лодыжку, то молочно-бледное плечо. Отражаясь в капельках пота, что срывались с обнажённых тел и падали в траву, луна всё же смутилась и снова спряталась за облака, стыдливо напуская на округу туман, позволяя двум влюблённым уединиться подольше. Густая пелена, что расползлась по всем низинам впитывала все звуки, заглушая тихий шёпот и возгласы влюблённых, обращённые друг к другу. Где-то совсем рядом пропела сова, перебивая вскрик, раздавшийся у реки. Непрошенная гостья испугалась, возмущённо ухнула и улетела в чащу леса. Наконец, всё затихло…       Юнги опускается на подушку рядом с Чимином и в темноте, особенно видна его белозубая улыбка. Капельки пота сверкают на его лице, освещённые вновь выглянувшей лунной, и Чимин как никогда влюблён. Ангел проводит рукой по его груди, повторяя линии знака, чуть надавливает и придвигается ближе. Разгорячённое дыхание касается его лица и демон легонько целует возлюбленного в уголок губ. Теперь их связь нерушима.       Немного погодя, совсем забыв про стыд, Чимин с разбега входит в реку, создавая волну брызг и вскрикивает от холода, который резко обдаёт всё тело с непривычки. Ангел хитро щурит глазки и зазывает Юнги к себе, предлагая искупаться. «Кто из нас ещё демон» — думает черноволосый, но через минуту оказывается рядом с парнем, пытаясь поймать его.       Чимин возмущённо фыркает, когда ледяные ладони хватают его за ребра, а в следующую минуту притягивают к себе, обнимая. Ангел послушно обхватывает спину демона ногами и заглядывает тому в глаза. В них отражается луна, сам Чимин и что-то еще такое, от чего бесконечно щемит сердце. — Мне что-то в глаз попало, — шутит Юнги, крепче обхватывая возлюбленного. — Я вижу. — Да? И что же это? — Я. В обоих глазах. И вытащить меня нельзя.       Юнги крадёт с губ ангела поцелуй и осторожно проводит рукой по спине, вызывая кучу мурашек. — Я и не хочу вытаскивать тебя, — тихо шепчет демон и ныряет под воду.

***

«Боже, Боже, как же я был слеп. Господи, пожалуйста, если ты есть — позволь нам побыть вместе ещё немного. Не разлучай нас» — впервые в жизни взывает к Творцу Юнги.       Он не знал как он попал в Ад, не знал какой грех совершил, что ему не повезло оказаться в подземном городе, не знал вообще многого. Всё чего он хотел — прекратить это бессмысленное существование до того момента, пока не встретил Чимина.       Юнги закрывает створки окна, не позволяя прохладному ночному ветру проникнуть в их дом, и ложится на кровать рядом с Чимином. Невесомо целует его оголённое плечо и закрывает глаза. «Пожалуйста, не разлучай нас».       И впервые за столько лет Бог слышит его.