Давай делать детей?

Кто бы мог подумать, что бесстрашный Гарри Поттер боится воды. И непросто там боится, а трясётся перед ней, как маленький котик перед огромной, дворовой собакой. Драко скрыл за зевком усмешку: а говорил, что ничего на этом свете не боится — врал, значит, и, стало быть, хотел выставить себя в лучшем свете. Словом, настоящий Герой. Или, если быть точным — настоящий пижон. — Постой-ка, — Малфой взял за локоть дрожащего жениха, — а как ты справился с турнирным заданием на четвёртом курсе? — Выпил, — ответил тот, стуча зубами и судорожно поглядывая на спокойную гладь озера. И почему ему кажется, что этот день так просто не закончится? — Ты залез в воду пьяным? Драко прекратил притворяться в незаинтересованности к новой истории и, не скрывая обуревающих и ласкающих душу чувств, расплылся в злорадной улыбочке: любовь любовью, но подколоть любимого входило в его супружеские обязанности. — Ну, залез и залез, — обиженно пробормотал Гарри, — давай, не будем раздувать из мухи слона, хорошо? У Драко были на этот счёт капельку другие планы: — И как давно ты боишься воды? — ровно равнодушным голосом, спросил он, как бы случайно подаваясь вперёд — Гарри, держась за него, как за спасательный круг, испуганно охнул. — С тех пор, как мой двоюродный брат столкнул меня в реку, — прошипел Поттер: Драко нарочно подбирается к воде, нарочно злит его, за что, собственно, не нарочно огребёт. Но чуть позже. Как только они вернутся в свой номер и благополучно забудут про купание в лазурных водах дурацкого озера и переберутся на безопасную кровать. Тогда-то Гарри и выбьет из Драко всю дурь, а с лица смахнёт легендарную Малфоивскую спесь. — Уизли мне однажды рассказывал, как ты нырял за каким-то там мечом, — Драко наигранно задумался, — ты тогда тоже накатил? — Тогда у меня не было выбора, — Гарри жалел, что не умеет испепелять глазами, но искренне надеялся, что под суровым взглядом его будущий супруг успокоится. — Не было выбора оставаться трезвым? — Драко! — раздраженный и обиженный до глубины души Гарри обессиленно топнул ногой по золотистому песку: он миллиард раз бы уже ударил борзого омежку, если бы не принципы — Поттер скорее поднимет руку на самого себя, чем обидит любовь всей жизни. Любовь же всей его жизни, продолжала нагло гаерничать — наверное, пользовалась никому ненужными, кроме Гарри, принципами: — А, если твои враги узнают, что ты боишься воды? — Драко прищурился. — Утащат меня под воду… — Не узнают и не утащат, — прорычал Гарри, — угомонись ты уже. — Да я и не начинал, — фыркнул Малфой и в подтверждение к своим словам, кротко добавил: — русалок боишься? — О Боже, Малфой… Ты невыносим… Это должен был быть лучший день в жизни Гарри. Вернее, он должен был быть лучшим, сразу после того, как Драко официально скажет ему «да» перед алтарём. Работа мракоборцом отнимала у пары много времени и на то, чтобы побыть наедине — Гарри трудился днём и ночью, защищая магическую Англию от зла — оставалось часа три в неделю, а то и меньше. И вот — долгожданный отпуск: возлюбленные перенеслись туда, куда не ступала нога ни одного живого существа — в милое местечко со славным названием «Озеро отдыха для молодоженов». Разумеется, здесь они не были одни. Более того — народа тут было больше, чем в час-пик метро. Больше, чем где есть люди в принципе. Создатели буклетиков тире владельцы романтического заведения бессовестно лгали прямо в обманутые лица своим потенциальным посетителям, приманивая тех в свои коварные сети уединённым расположением и дружелюбием работников. Ни того ни другого, как оказалось позже, в программе «Озера отдыха» не предвиделось: работники огрызались по любым пустякам, а об уединении можно было спокойно забыть — все те же работники понятия не имели, что такое банальный стук в дверь. Вламывались без предупреждений и предлагали охладительные напитки. В том, что их надули по всем параметрам, Гарри и Драко убедились, повстречав у входа Забини и Рона, когда те, жестоко проведённые всё той же рекламой, покупали по идее бесплатную воду у человека за барной стойкой. Бесплатной вода была только в брошюрах, на деле же, как и всё остальное, она стоила баснословных денег. К слову, отель у озера обошелся паре в кругленькую сумму, а Рон с Блейзом даже попросили у них в долг, так как цены оказались не такими, какими были в «устаревшей» базе. Устаревшей — со слов владельца «Озера» — Григория Хитрого. — Ну, так что, — Драко лукаво улыбнулся, — пойдём плавать? — Ты издеваешься? — поморщился Гарри. — Нет, это ты издеваешься! — ощетинился Малфой. — Мы встали в три утра, чтобы прийти сюда к четырём и никого не застать. И мы пришли сюда к четырём, так и никого не застав. В чём твои проблемы, Поттер?! — Я туда не пойду, — Гарри скрестил руки на груди, — иди без меня. — Вот и пойду, — Драко устал подтрунивать над женихом: все шутки с запасом закончились, а желание насладиться прохладной водицей, никуда не пропало. Несмотря на раннее утро, на улице уже было жарко. Сняв с себя одежду, Драко потянулся, демонстрируя песку и озеру своё тело. Гарри, на минуту отвернувшийся и оцепеневший, как будто проснулся. Открыв рот, он ткнул пальцем в плоский живот Драко. — Почему ты разделся?! Надо отметить, Гарри был очень ревнивым. Будь его воля — Малфой бы ходил в парандже или, вообще, не выходил из дома. Ревновал Гарри любимого даже к самому себе и, признавая вершину шизофрении, на том ревность только начиналась. Откуда брало свои истоки это ничем несокрушимое чувство и почему оно не давало житья ни Гарри, ни Драко — никто не знал. Драко просто признавал факт самого существования ревности — признавал и мирился с ним, как-никак, они с Гарри почти супруги. Драко и сам мог иногда тихонечко, на всю Англию, поревновать и устроить жениху скандал, отделаться от которого тот мог лишь скромным подарочком. Возможно, ревность присуща всем влюблённым и пока люди влюблены — одинаково думали и Гарри и Драко — ревность будет жить. Хотя, вон, у Рона с Блейзом, не так. — Я же сказал, что пойду плавать без тебя, — хмыкнул Драко, — или мне одетым плавать? — Нет… Да… Нет… Ну да, — замялся Гарри, — ну не голым же! — Я в плавках, — цыкнул на него Драко, кивая на заманчиво сползающее бельё, — слушай, — язвительно сказал он, — может мне нырнуть в гидрокостюме, как думаешь? С маской, все дела. Гарри глубоко вздохнул. Идея, конечно, отличная — он бы с радостью наколдовал бы любимому этот костюм, но Малфой навряд ли оценит глубину этой идеи. — Ладно, — махнул рукой Поттер, устраиваясь на песке, — всё равно никого нет. Плавай. — Спасибо, ваше высочество, — Драко показал язык Гарри и, вручив тому золотые часы, зашёл в воду. — Ребёнок. Гарри задумчиво покрутил отданные ему часы: когда-то он подарил их Драко и с тех пор, тот носит подарок, практически не снимая — буквы «Д» и «Г», выгравированные под заказ немного-немало стёрлись, в уголке, как будто кто-то проверял, а из настоящего ли золота изготовлены часики, имелся небольшой скол. Во время ссоры, Малфой как-то возвращал часы, швырнув их в жениха. Само собой, что юркий Гарри увернулся, а вот часы тогда очень сильно пострадали. Молодой мужчина постучал по циферблату волшебной палочкой и поблёкшие буквы, игриво засверкали в лучах солнца. Скол они с Драко договорились не трогать — пускай тот останется свидетелем развития взаимоотношений двух одинаково сильных личностей — лучше иметь трещину на часах, чем в отношениях.

***

Гарри работал мракоборцом с восемнадцати лет. С того момента прошло много лет — семь, не меньше, и глаз парня приноровился наблюдать то, что рядовой человек, обычно предпочитает игнорировать: шелест листьев, треск сучков и сбившееся дыхание в кустах. Реакция Поттера замечать подозрительные вещи была резвее реакции вовремя вынимать — даже уловив краем уха нечто противоестественное — он в мгновение ока пускался во внимание и был готов в любую секунду схватить преступника. Уж преступника от лисы, Гарри мог отличить. Эдвард, по прозвищу «Толстяк», долгое время терроризировал мирных жителей тем, что по ночам пробирался в дом и похищал детей. Поговаривали, что именно Толстяк занял место самого Фенрира Сивого, встав во главу оборотней, он намеревался захватить сей мир с помощью себе подобных, только молодых вервольфов. Когда Гарри отдал задание «взять живым или мёртвым Толстяка» третий по счёту мракоборец — Гарри никак не мог выбросить из головы смех и мысль, что над ним подшучивают коллеги: Эдвард был упитанным полувеликаном, иной раз передвигающейся при помощи увеличенной магией маггловской инвалидной коляски — Толстяк был столь толст, сколько тощи были его неестественно маленькие для великанов ножки. Так что скоростью, как полагал Поттер, Эдвард не отличается, а, если брать в расчёт тот факт, что Толстяка выгнали из школы на втором курсе за неуспеваемость — в магии здоровяк так же не был силён. Вот и думал Гарри, до поры до времени, что над ним тупо прикалываются. Однако шли месяцы — Эдвард-тонкие-ножки-толстое-брюшко, был неуловим. Всякий раз, когда Гарри думал, что вот-вот схватит оборотня, тот оказывался за сотни милей от мракоборца: наверное, поедал пирожки и раскармливал для благих целей похищенных детишек. Гарри эта абсурдная ситуация выводила из колеи — спасал положение Драко — ночами снимающий напряжение возлюбленного. Каково было удивление Гарри, видя, как Эдвард здесь — в «Озере отдыха» — бесцеремонно разгуливает по другому берегу в чём природа его породила! Вскочив, Гарри со свистом в ушах и прильнувшей к лицу кровью, трансгрессировал к великану. Но тот, чудеса, снова исчез. Словно его здесь и не было вовсе. Зарычав, Поттер ударил кулаком по растущей у берега иве. Тупая боль пробила руку и Гарри, разочарованно подпрыгивая, вернулся обратно, думая, не словил ли он галлюцинации? «Может, показалось? — подумал мракоборец, смотря на то, как его возлюбленный плещется в воде. — Ненавижу тебя, Эдвард!» Драко вернулся как раз, когда рука Гарри начала разбухать и увеличивать свои размеры. Удивленно моргнув — его не было от силы двадцать минут! — Малфой сел рядом с женихом, осторожно интересуясь, что произошло за время его отсутствия и почему рука Гарри напоминает размоченную свеклу. — Эдвард, — буркнул Гарри, прижимая ладонь к груди, — клянусь, он сведёт меня с ума! — Это он тебя так? Он тут? — Драко опасливо заерзал по песку. — Был, тридцать три секунды назад, — прошипел Гарри, — сука, он быстрый… — Эй, — Драко положил руку на плечо любимого, — забей ты на него. Мы сюда пришли не за этим, помнишь? Эдвард, видимо, устроил себе отдых. Чем ты хуже? А я? Я не заслужил твоего внимания? Гарри кивнул: Драко, несомненно, был прав. Но Гарри — мракоборец и ловить тупых великанов, входило в его обязанности. Между прочим, он произнёс клятву перед народом. — Всё ты заслужил, — с протяжным выдохом, обронил Поттер, — но это знак. Эдвард сам его мне дал. — А я, — Драко хитро ухмыльнулся, — дам тебе без всяких знаков… Если ты понимаешь о чём я. — Понимаю, — Гарри щелкнул Драко по носу, — пойдём завтракать. Глядишь, за Шведским столом повстречаем Эдварда…

***

Эдварда они так и не встретили. Зато повстречались с Роном и Забини. — Ну что, — растекаясь по стулу, словно кисель, широко улыбнулся Рон, — когда детишек заведёте? Гарри и Драко переглянулись. Несмотря на то, что всякие там великаны досаждали им, была тема гораздо щекотливее и бесящее, чем поимка преступника. Дети. Каждый, кому было не лень, спрашивали пару о детях: «Как так! Вы же семь лет вместе! Пора бы уже!» — наперебой говорили они, а Драко и Гарри лишь пожимали плечами, отвечая всегда одинаково и неохотно: «Пока не знаю». И получали своё: «Ну, вы это, не тяните. Часики! Часики то тикают. Вы подумайте и, если что, сообщите. Мы вам подгоним кровать». Как будто у них не было денег на детскую постель! Гарри и Драко ненавидели эту тему и старались её не затрагивать. До тех пор покамест у Малфоя не случилась непредвиденная и загадочная задержка. Пока врач не успокоил пару, сказав тем, что всё у них нормально — будущие супруги уже вовсю думали, как их жизнь поменяется, и строили грандиозные планы. Гарри задумался перевестись из мракоборцов, куда-нибудь на место побезопаснее. Малфой присмотрел отличный дом, который был обоим по карману и по вкусу, Гарри — понакупал разных игрушек и приволок домой игрушечного, но идентичного настоящему младенца. В общем, они сильно разочаровались, когда услышали отрицательный ответ от дяди доктора и пообещали себе сделать, на первых порах, хотя бы одного ребёночка. — Да, правда, — Забини скрестил пальцы между собой и положил подбородок на них, глядя на друзей снизу вверх, — я уже хочу с кем-нибудь понянчиться. — Скоро, — ответил ему за двоих Драко: Гарри, словно ястреб, летал глазами по холлу, ища преступника среди белых столиков и столбов с рыжими флагами — а что? Вдруг, тот умеет помещаться в деревянных коробках, так сказать, складываться? — Ого, — Рон хлопнул в ладоши, — наконец-то! Я уж подумал, не доживу… — Да что ты говоришь, — Драко искоса посмотрел на Рона, — нам двадцать пять, а не девяносто. Куда торопиться? — Ну, я бы на вашем месте, уже бы десяток родил. Рону и Блейзу не было суждено быть на месте Драко и Гарри — они не могли иметь детей. Приговор едва не убил обоих, но пара смогла справиться с трагедией. — Я не сомневался в тебе, Уизли, — хмыкнул Драко, — сколько у тебя братьев? Кажется, пол Англии носит фамилию «Уизли», если я не ошибаюсь. — Отвянь, — Рон махнул обиженно рукой, — тебе меня не понять. Кстати, Гарри! Гарри, разглядывающий искусственный зеленый куст, отстраненно кивнул. — Сегодня вечером начнется конкурс на самую красивую пару. Хотите с Драко поучаствовать? — Ага, — пробурчал Гарри, щуря глаза на растение. Драко недовольно скуксился: — Что за глупость? Кому это нужно? — Боишься проиграть, Малфой? — Рон хихикнул. — Тот-то я смотрю, перья сзади торчат… — Какие ещё перья? — Петушиные. Драко поджал губы. Какова вероятность того, что Гарри погонится за очередным преступником, оставив его одного? И какова вероятность того, что он, голубых кровей, будет выглядеть глупее свитера Уизли? Примерно, стопроцентная. — Не нарывайся, а то у самого вырастут перья. Понял? — нарочито ласковым голосом дал предупреждение Драко. — Будем мы участвовать. Разве могу я себе позволить упустить шанс ещё разок побить тебя? — Тогда договорились, — поднял большой палец кверху Блейз, — конкурс начинается в пять. Не опаздывайте. — Что? — Гарри, наконец, оторвался от разглядывания цветка и, пропустив большую часть диалогов, явно не догонял, что происходит. — Какой конкурс? Драко? — Забей. Я тебе попозже расскажу. А сейчас, ешь. Еда давным-давно остыла.

***

Позавтракав, компания решила прогуляться по парку. Надо отметить, что «Озеро отдыха» было сопоставимо с выставленными счетами. Пятизвёздочный отель лишь снаружи казался невзрачным и ветхим: дерево, которым он был отделан, толстыми панелями, утратило былой насыщенный коричневый цвет, кое-где, если приглядеться, можно было увидеть крошки-дырочки — это жуки постарались. Кирпичный дымоход клонило в бок, а на макушке крыши, сидели птицы. Внутри же отеля, всё было на высшем уровне, кроме разве что, обслуги. В холле, рядом с автоматом газированной воды, стояла стойка регистрации — сам холл был просторным и светлым, освещенный шикарной люстрой; на стенах висели красивые пейзажи и тянулись зелёные, декоративные лианы с крупными алыми и белыми цветками; на потолках, по соседству с люстрой, цвёл болотный плющ, так что создавалось впечатление, будто ты попал не в отель, а в ботанический сад. Запах здесь был, соответствующий — свежий, как после грозы. У выхода жили двое больших, мохнатых и страшных чучел медведей — Драко долго к ним присматривался, пытаясь понять, зачем магглам эти создания — украшать то они украшали, но и пугали неплохо. Особенно ночью. Отель разместился посередине «Башни влюбленных» и «Ночной танцплощадки» — на маленьком бугорке, спускаясь по одной из тропинок которого, можно было сразу угодить на песчаный берег озера. Озеро окаймлял густой парк, куда, собственно говоря, и направились друзья. Они прошлись вдоль тисов и кустарников с ежевикой, болтая о том, о сём, прилично и не очень, набивая желудок синими ягодками, и просто наслаждаясь, обществом друг друга: Драко прикладывал немало усилий, чтобы его жених не думал об Эдварде — Малфою эта задача представилась самой трудной — Эдвард, по мнению Гарри, мог быть где угодно. Чувствуя, что их ногам осталось недолго и те, вот-вот, отнимутся (кроме ног Гарри — он привык к длительной ходьбе), старинные сокурсники, сели на качели. — Как дела на работе? — спросил Рон у Гарри. Драко засвистел ноздрями: неужели так сложно не говорить на эту тему? — Плохо, — Гарри понурил голову, — этот Эдвард… Я его один раз недооценил, теперь мне это постоянно аукается. Пос-то-ян-но. — Эдвард? Толстяк что ли? — засмеялся Забини. Поймав горячий взгляд Драко, парень виновато потупил взор. — Я не понимаю, как он это делает! — Гарри пнул лежащий рядом с компанией камушек. — Может у него есть брат-близнец? — Поймаешь ты его, я в тебе уверен, — ободряюще подмигнул Рон. — Да Волан-де-Морта было проще найти и схватить, чем этого жиртреста! Рон, Драко и Забини вздрогнули: имя Тёмного лорда до сих пор наводило на них страх, хотя того, уже давно не было в списках живых. — Это Эдварда стоило назвать «Вы-знаете-кто», — Гарри эмоционально дёрнул руками, — три, не включая меня, а включая, то все четверо мракоборца за ним гонялось и ничего! Эдвард всегда на шаг впереди… Нет, он на три шага впереди… Я не понимаю, как ему это удаётся. — Дорогой, — Драко осторожно взял за руку Гарри, — ты на отдыхе, так что думай о другом. — Как? — вскипел Поттер. — Я сегодня утром видел, как эта тварь спокойно, никого и ничего не боясь, гуляет, блядь, по озеру! Представляете? Его разыскивает вся на хрен Англия, а он — гуляет в шортах и с зонтиком наперевес! — конечно, Гарри немножко преувеличил с зонтами и шортами, но никого это не волновало. Драко заботила только психика любимого. — Успокойся, — Малфой злобно глянул на Рона, поднявшего больную тему, и, смахнув со лба возлюбленного выбившуюся прядь смольных волос, заботливо спрятал ту за ухом, — давай, лучше вернёмся в отель? Пошалим? Гарри не был озабоченным альфой, но когда речь заруливала к сексу, он был не против. — Бывайте, — помахав Забини и Рону на прощание, они ушли делать то, что должны были делать — создавать новую жизнь.

***

К пяти вечера, Гарри и Драко закончили мучить кровать: Гарри позабыл об Эдварде, а Драко, капельку уставший от стараний жениха, был как никогда счастлив. К сожалению, его счастье продлилось недолго. Эдвард всё-таки объявился. Зарегистрировав себя в качестве участников, Драко и Гарри присоединились к другим парам, среди которых, были Рон с Блейзом. — Готовы? — А то, — Драко мрачно кивнул. — Первый конкурс — танцевальный, — ехидно доложил Рон. Все знали, что нет танцора лучше, чем он. Совершенно очевидно, это прибавляло в их копилку один балл. Жаль, что Забини был напрочь лишен музыкального слуха, координации и грации. Малфой поспешил напомнить это рыжему другу: — А Блейз в курсе? — Нас вытащит Рон, — промурлыкал Забини. — Удачи, — хмыкнул Гарри, — Рон не умеет вести. Как-то я попросил его научить меня танцевать, в итоге мы оба слегли с мозолями. — Ха-ха, — огрызнулся Рон, — посмотрим, кто будет смеяться последним. — Ваши ноги, — ухмыльнулся Драко. На том и поговорили.

***

В пять тридцать закончилась регистрация. Ведущий конкурса — мистер Григорий Хитрый поприветствовал участников небрежным кивком и неторопливо ознакомил пары с перечнем правил, коих, к слову, было слишком много. Драко запомнил только одно — не убивать других участников. Хорошее правило. Мистер Хитрый — рыжий и веснушчатый, напоминал Драко Рона — только постаревшего. Спадающая огненная с проседью грива на чёрное, деловое пальто, резала глаз Малфоя, а вытянутое лицо пожилого мужчины, вызывало дрожь — прям копия Рона! Такие же голубые глаза, крупноватый нос и красная щетина. Драко заподозрил неладное, когда мистер Хитрый дружелюбно подмигнул Уизли, а на него обрушил взгляд «ты точно не победишь, белобрысый». — Это твой дядя? — шепотом спросил Драко у завороженного Рона. — Или отец? Я просто не помню, как выглядят все твои родственники… — ТИШИНА! — прогудел мистер Хитрый, явственно обращаясь к Малфою. Тот, скривив носик, сложил руки крестом — раскомандовался, блин. — Итак, — чуть тише, сказал Григорий Хитрый, — музыку в студию! Драко мог бы догадаться, что первым конкурсом будут танцы. Как-никак их привели на танцплощадку и поставили под разноцветным диско-шаром. Мистер Хитрый хлопнул в ладоши, но никто так и не поставил пластинку. Тогда, Григорий хлопнул сильнее, верно полагая, что ди-джей просто глухой. — Что-то случилось, — Гарри, обнимающий Драко за талию, отлепился и навострил уши, — я печёнкой это чувствую. — Опять двадцать пять, — не выдержал Драко, — да ничего не случилось. Просто надо не хлопать, как долбо… а говорить в микрофон, — громко обратился он к ведущему. — Нет-нет, — Гарри прищурился, — оставайся-ка тут. Я скоро. — Что, опять?! — нижнее веко Малфоя кольнуло. — Я быстро, — пообещал ему Гарри и, пробиваясь сквозь толпу, потерялся за дверью. Как только Поттер ушёл — в танцевальный зал завалился худощавый молодой человек с охапкой пластинок и источающий дурной запах алкоголя. Стала понятна задержка — ди-джей еле держался на ногах — так сказать, был в зюзю пьян. Драко мысленно хлопнул себя по лбу, а мистер Хитрый, противно изображая печаль, спросил то, что Малфой бы предпочёл больше никогда не слышать: — Вы один будете представлять пару или как? — Или как, — сухо ответил он.

***

Драко никогда просто так, да и в принципе, не напивался. А вот от сигаретки, парень редко отказывался. Купив сигаретный блок, Драко заперся в номере, смиренно дожидаясь появления Гарри и прокуривая белые, шелковые шторы. Пару раз к нему постучались — Драко не открыл — наверняка соседи пришли пожаловаться на табачный дым. Гарри вернулся только к ночи. Поттер ждал, что Драко на него как минимум будет обижен, впрочем, он был даже готов увидеть на тумбочке кольцо. Поттер понимал, что поступил некрасиво и ко всему прочему — снова упустил Эдварда, хотя тот был близко как никогда, и, следовательно, бросил Драко безосновательно. Но Драко, как ни странно, встретил жениха лишь прохладным взглядом. Вместе, они уснули, как всегда засыпали: прижимая друг друга и не ругаясь. В этот раз, Малфой решил поступить мудро, прощая вредную привычку своего милого — постоянно работать.

***

Утром Гарри и Драко помирились окончательно. Не исключая того, что в первый раз у них не получилось сотворить новое чудо, они повторили процедуру трижды. — Теперь, — Гарри приложил ладонь на голый живот Драко, — у нас точно появится пополнение. — Надеюсь, — Драко безмятежно потянулся, — тогда и свадьбу можно ускорить. — Её и так, можно приблизить, — улыбнулся Гарри. — М-да, — совсем не радужно и не в тему протянул Малфой, — мы первая пара, которая проиграла, даже не принимая участия. — Прости-прости-прости-прости… — Гарри прижался лбом к руке любимого, — этот Эдвард…я его ненавижу! — Кажется, я начинаю тебя понимать. А, что вчера произошло? — Да ничего, — Гарри густо покраснел, — но я уверен, что Эдвард был здесь. Я видел его. Вернее, его широкую спину. — Может, он и правда на отдыхе? — ухмыльнулся Драко. — А ты ему тут своими бесконечными преследованиями мешаешь? — В Азкабане отдохнёт, — последнее слово, Гарри то ли специально, то ли нет, проглотил, и Драко послышалось другое, более грубое, на букву «с».

***

Рон поймал их у входа в «Романтическую башню». Вынырнул так внезапно, что даже ко всему готовый Гарри, подпрыгнул: — Вот вы где! — Рон выпятил грудь с прикрепленной голубой ленточкой, хвастаясь первым местом в первом конкурсе. — Мистер Хитрый даёт вашей паре второй шанс. Вы, конечно, вряд ли выиграете, но поучаствовать можете. — Толк нам участвовать, если мы заведомо в проигрыше? — Гарри никогда не бил Рона, но сейчас он был готов влепить тому вполне заслуженную оплеуху. — Ну, просто. Роновское «Ну, просто» могло означать только одно: «Ну, пожалуйста, дайте мне обыграть самого Гарри Поттера, моего лучшего друга, в тени которого я находился сотни лет!». Гарри вздохнул: — Хорошо. — Хорошо?! — опешил Драко. — Где и во сколько? — игнорируя Малфоя, вяло поинтересовался Гарри. — В пять. Не опаздывайте. Дежавю или дежа вю — состояние, при котором человек ощущает, что он когда-то уже был в подобной ситуации — Драко ненавидел это состояние, потому что, в буквальном смысле слова, поселился в нём: Малфой уже слышал эту фразочку от Рона, и она ни к чему хорошему его не привела. Ткнув Гарри в бок, Драко отошёл к кустам и вытащив сигарету, закурил. Гарри скривился: — Что это? — Сигарета, — раздражённо ответил Драко, — на, что это ещё похоже? — Если ты не забыл, мы тут пытаемся детей завести. — Заводят — собак, — фыркнул Драко, — ну и что, что пытаемся? — Ничего, — Гарри подошёл к Малфою и выхватил у того сигарету, — не кури. Пожалуйста, — мягко добавил он. — А как мне избавиться от стресса? — Драко скривился. Он знал только один способ успокоить себя и свои нервы. — Не знаю, — пожал плечами Поттер, — купи чупа-чупс. Но только не кури. — Ладно, — буркнул Драко. — Пачку, — зная любимого, как свои пять пальцев, сурово сказал Гарри, протягивая руку навстречу. — Что пачку? Это была последняя, — почти не соврал ему Драко. На самом деле это была последняя открытая, а в ящичке лежал целый блок с запечатанными сигаретами. Их Драко сохранил на всякий случай. Вдруг, Эдвард нагрянет, и Гарри вновь сбежит спасать мир. — Отлично, — довольно кивнул Гарри, — пойдём, перекусим.

***

Второй конкурс понравился Драко чуть больше, чем первый — пары должны были продемонстрировать свои кулинарные навыки и умение работать сообща. В целом, интересная проверка на прочность отношений: Григорий примотал влюбленных друг к другу скотчем, таким образом, слепив из них одно единое — одного кулинарного монстра с двумя головами и двумя работающими руками. Драко оценил всю сложность конкурса по достоинству. Те, кто не умел или не хотел слушать вторую половинку, не сможет ни приготовить, ни выиграть — нужно как следует постараться, чтобы хотя бы взять в свободную руку нож или вилку, при этом никого не ранив. А ещё, Драко примотанный к Гарри, понял, что последний, как бы тому не хотелось, не сбежит от него — по крайней мере, пока их связывает липкий и в отличие от уз брака, прочный скотч. Но Драко ошибся. Ни один скотч в мире не мог удержать Гарри Поттера. Сначала, всё шло как по маслу. В этот раз, они даже приступили к заданию. Однако не прошло и семи минут, как на кухню влетел их знакомый с первого задания ди-джей. Рубашка парня была пропитана кровью, а левая рука безжизненно висела — иронично, потому что конкурс. Не успел Драко моргнуть, как Гарри уже стоял около парнишки и допрашивал того. — Что случилось? — Поттер отскоблил от себя остатки скотча, а ди-джей ответил: — Я не знаю! Оно было таким огромным! И…толстым, — тихонечко прибавил ди-джей, чтобы никого не обидеть. Драко нахмурился: — Опять? — Где ты его видел? — Гарри махнул рукой, затыкая Драко. — Пойдём… — ди-джей осёкся: — а ты, что? Коп? — Вроде того… — Коп? — мистер Хитрый опасливо нырнул за холодильник. — Вроде того. — ГАРРИ! Драко чувствовал себя отвратительно. Он ощущал, как земля уходит из-под ног и весь мир замирает. В животе закипела едкая досада, а висках застучала злость. — Это был Эдвард, — Гарри, наконец, вспомнив о женихе, виновато шмыгнул носом, — смотри, что он сделал с бедолагой… — Пускай этим займутся магглы, — не сдавался Малфой. — Что ещё за мугглы? — мистер Хитрый высунул нос из-за холодильника: — это что, спецназ или что?! Вы агенты? Я ничего не крал! — Да заткнитесь же вы, — Гарри взмахнул палочкой и все присутствующие, кроме Драко застыли. Поймав удивлённо-яростный взгляд Малфоя, мракоборец вздохнул: — потом сотру им память. А сейчас я пойду… — Что, опять?! Ты же в отпуске! — нижнее веко Драко сковала судорога. — Преступник сам себя не поймает, — Гарри улыбнулся жениху, — я быстро. Чмокнув разъяренного Драко между щекой и носом, Гарри аппарировал. — Супер. Значит, без тебя буду делать детей, — недолго думая, Малфой достал запечатанную пачку сигарет, — как только, так сразу, — обратился он к пачке, — мне не привыкать.

***

Гарри вернулся под утро. Побитый, помятый и недовольный — Драко сразу понял, что ему не удалось поймать Эдварда. — Прости, — измученный Гарри упал лицом в подушку. — Ничего, — вид Поттера, смягчил Драко, — давай вернёмся домой? Мне надоел этот отдых… Да и детей мы можем делать дома. — Эдвард ушёл, — Гарри поднялся и уткнулся в возлюбленного, — а мы можем остаться. Если хочешь. — Не хочу, — Драко покачал головой, — тебя, вообще, следует показать лекарям Мунго. — Он очень сильный, — Гарри закрыл глаза, — и физически и магически… Я знал, что будет сложно, но, чтобы настолько… — Ничего, — Драко провёл рукой по его волосам, — когда-то ты победил Ты-знаешь-кого. — Эдвард, не такой, как Волан-де-Морт… Не надо их сравнивать. — Я и не сравниваю. Просто хочу сказать, что ты справился тогда, справишься и сейчас. — Очень даже сомневаюсь, — хрипло возразил Гарри, — он великан и оборотень. Это даёт ему огромный источник магии… Как я раньше об этом не подумал? — Забей, — Драко клюнул жениха в макушку, — у тебя есть то, чего у него нет. У тебя есть я. — Это да, — Гарри потянул за руку Малфоя и, повалив на себя, заключил в объятия, — как говорил ещё Дамблдор: «нет силы превосходящей силу любви».