We fight to live

Сегодня я впервые выспалась. Все эти три года, что училась в снайперской школе, не могла нормально выспаться. Каждый день подъём в семь утра, а после тренировка до девяти утра. Понятия не имею который сейчас час, но судя по уже давно вставшему солнцу, около двенадцати точно. Девочки ещё спят, поэтому я решила оставить их одних и, одевшись, вышла на улицу, неприятно сощурившись от яркого солнца. На территории базы довольно тихо, лишь изредка были слышны разговоры солдатов. Я подошла к умывальникам и посмотрела на своё отражение. Кожа в первые выглядит такой здоровой и отдохнувшей. Хороший сон всегда идёт только на руку. Я собрала тёмные волосы в хвостик и умылась прохладной водой, чтобы окончательно проснуться. — Я уж думал, вы никогда не проснётесь. — позади меня раздался голос. Как его там… Намджун? — Давно так хорошо не спали. — ответила я. — Мы связались со штабом, поэтому генерал приедет совсем скоро, — он убрал руки в штаны. — Мы должны будем проверить вашу базу, а потом решим, что делать с вами дальше. — Всё ещё не верите нам? — я усмехнулась, закидывая влажное полотенце на плечо. — На самом деле на проверке настоял лейтенант Чон, — я нахмурилась, услышав имя этого парня. — Он всё ещё не верит, что такие хрупкие девушки могли остаться живыми и преодолеть пешком такое большое расстояние. — Передай ему, что я тоже не верю, что такой слабак как он, смог дослужиться до звания лейтенанта. — Намджун рассмеялся, а я поспешила удалиться в выделенную для нас казарму, чтобы разбудить девочек. Скорее всего, нам тоже придётся идти вместе с остальными в нашу школу. Точнее, к тому, что от неё осталось. В этом можно найти и свои плюсы. К примеру, с возможностью в двадцать пять процентов, мы сможем найти какие-нибудь вещи. А если повезёт, то вообще найдём живых сокурсников. Джису и Чеён уже проснулись. Я успела их оповестить о приезде генерала из штаба. Девочки, конечно, не были сильно удивлены. Всё равно мы знали, что нам придется встретиться с генералом. Вскоре за нами зашёл парень, что встретил нас ещё вчера. Чонгук вроде… У меня плохая память на имена. Юноша отвёл нас в столовую, где для нас уже был накрыт столик. Я осмотрела еду — обычный сухой паек южнокорейского солдата. Но это лучше, чем ничего. — Мне тут немного некомфортно находиться… — призналась Джису. — По крайней мере, здесь безопасно. — сказала Чеён, с набитым ртом. — Ну да, — я закатила глаза, размешивая ложкой рис в миске. — Безопасно находиться в компании кучи парней, которые смотрят на нас, как на машину удовлетворения. Их понять можно. Три года не видеть женщин, не вступать с ними в половой контакт. Мы с девочками тут словно три лани в загоне с несколькими гепардами. Всё время нужно быть начеку. Хотя, Намджун вроде как неплохой парень. По крайней мере, мне так показалось. Предоставил нам здесь всё, чтобы мы смогли выжить. Он ведь здесь главный, верно? Если память мне не изменяет, то на его погонах присутствовало три зелёных ромба — капитан. А значит, Чонгук — его вторая рука. На улице послышался шум, и мы обратили внимание на происходящее за окном. Несколько военных открыли тяжёлые ворота, и внутрь заехала небольшая машина, а следом грузовик. — Генерал? — Чеён почесала голову. — Ян Хён Сок, верно? Мы с Джису кивнули. Съев всё до конца, мы выбежали на улицу, где только собрались военные и встали в ряд. Из автомобиля вышел генерал, подходя к нам. — Смирно! — прокричал Намджун, и мы застыли. — Отдать честь генералу Яну! — Есть, сэр! — мы прислонили ладонь к виску, отдавая честь мужчине. Генерал сделал точно также. — Вольно! — мы снова встали смирно. Дальше протекала обыденная ситуация знакомства генерала с военными. Так сказать, знакомство. Очередь дошла и до меня. Мы пожали друг другу руки, и я произнесла: — Рядовая Лалиса Манобан! — Рядовая Пак Чеён! — Рядовая Ким Джису! Генерал отошёл от нас на пару метров и осмотрел нас со стороны. Наши лица не выражали абсолютно ничего. Мы убрали руки за спины, смотря только вперёд. — Так вы и есть ученики снайперской школы? — спросил он, поправив фуражку. — Так точно, сэр! — крикнула я. — Капитан Ким, доложите об обстановке. — попросил Ян. Намджун вышел вперёд. — Вчера, в двадцать три часа и тридцать шесть минут на нашу базу прибыли трое солдат. По их словам, их базу нашли японские войска, поэтому они попросили у нас убежище. — Это так? — он снова посмотрел на нас. — Так точно, сэр! — снова крикнули мы. Генерал Ян ушёл на переговоры с Намджуном и Чонгуком, а мы остались на улице в ожидании ответа. Хотелось уже поскорее узнать итоги разговора генерала с ребятами. — Как вы думаете, что будет дальше? — спросила Чеён, пока мы сидели на брёвнах возле потухшего костра. — Что-то мне подсказывает, что нам придётся писать рапорт, — протянула я. — Чтобы доложить об обстановке. — Да вряд ли, — Джису пожала плечами. — Генерал Ян уже в курсе всех событий. Если будет надо, то передаст остальным. Больше мы не говорили ни слова. Мы полностью были погружены в себя и в свои размышления. О чём сейчас говорят генерал с командиром и лейтенантом? А что более важно: что будет с нами? Переведут ли нас в какую-то роту или оставят здесь? Второе звучит довольно заманчиво. Некоторые парни здесь довольно милые. А первое… Я боюсь. Я боюсь, что мы там будем совсем лишними. Хотя, солдат на войне не бывает лишним, если он не ранен. Из армейской палатки вышел генерал, а за ним остальные. Мы с девочками сразу подскочили с мест. Хён Сок подошёл к нам. — Одной из вас придётся поехать в школу вместе с лейтенантом Чоном, — сказал он. — Если получится найти оставшиеся документы, то с помощью них попробуем распределить вас по ротам. Всё поняли? — Так точно, сэр! — Вольно… Мы вздохнули. Отлично! Теперь нужно будет решать, кто из нас поедет с этим противным лейтенантом. — Рядовой Ким Сокджин! — крикнул Чонгук, а к юноше подскочил высокий юноша. — Подготовьте машину. — Есть, сэр! — Сокджин развернулся и побежал в неизвестном направлении. Лейтенант развернулся к нам и осмотрел с ног до головы. — Кто из вас поедет? — спросил он. — Сделайте шаг вперёд. Боковым зрением, я увидела, что ни Джису, ни Чеён не собирались ехать с этим парнем. Ну почему я?! Почему именно мне придётся ехать с ним?! Всё-таки, я сделала шаг вперёд и посмотрела ему в глаза. Глаза красивые. Карие. Жаль, что характер у него скверный. Думаю, остальные солдаты его недолюбливают. — Рядовая Лалиса Манобан поедет с вами. — сказала я, а потом вернулась на своё место. Чон хмыкнул. Он, кажется, тоже не был рад этой ситуации.

***

Ехали мы долго. Но не так долго, как шли до базы с девочками. Тогда мы шли почти целый день, а тут прибыли за часа четыре. Чонгук остановил машину на лужайке, в нескольких километрах от нашей школы, потому всё равно пришлось идти пешком. Даже издалека были видны наши сломанные казармы. К удивлению, некоторые постройки всё ещё дымились. Японские войска не пожалели никого и ничего, раз уничтожили обычную базу. — Значит, не врали нам… — протянул Чонгук. Я хмыкнула. — Делать нам больше нечего. Я двинулась к главному корпусу, в котором лежали все наши документы. Здание, к моему удивлению, не уничтожили. Неужто ли не увидели? Стёкла сломаны, а на деревянном полу лежали мёртвые тела. Я поморщилась от неприятного запаха гнили и попыталась не смотреть на солдатов. Противно. И больно. В углу комнаты я заметила тело своего друга, с которым мы тут учились. Похоже, он пытался отстреливаться от японцев, но так и не смог справиться с поставленной задачей. Дверь от кабинета лежала на полу, а внутри комнаты всё лежало вверх дном. Куча лежащих на полу бумаг, разбитые окна, даже шкаф лежал на полу. — Нашла? — Чонгук подошёл ко мне. Я промолчала и зашла в кабинет, подходя к полке, где должны были лежать документы. Но тут… Всё было пусто. Я нахмурилась и стала изучать бумаги, что лежали на полу. Я поняла, это рапорты провинившихся солдат, которые объяснялись перед командиром. И всё? Больше здесь не было ровным счётом ничего. — Их здесь нет. — сказала я. Чонгук фыркнул и облокотился об стену. — Ищи. — Я же сказала, что их здесь нет. — я сложила руки на груди. — Нас отправили сюда для чего? Чтобы найти ваши документы, а ты говоришь, что их здесь нет? — Не веришь — сам посмотри, — я указала рукой на пустой шкаф. — Здесь раньше лежали все ценные бумаги. Наше досье, приказы начальства, планы по борьбе с японцами. Чон промолчал, предоставляя реплику мне. — Здание находиться в идеальном состоянии. В коридоре лежат наши убитые солдаты. Можно предположить, что японцам сюда и нужно было пробраться, чтобы выкрасть всю нужную информацию. — Какие приказы хранились здесь? — спросил он. — Точно не знаю, — я покачала головой. — Но из разговора командира слышала, что тут хранятся будущий план для освобождения Пусана. — И какого чёрта они были именно тут? — он фыркнул, пнув ногой осколки стёкол. — Идём. — Это были копии. — сказала я, следуя за ним. — Да какая разница?! — воскликнул он. — Всё равно нужные бумаги попали в руки врагу. — Когда план должен был прийти в действие? — спросила я. — Через два дня, — он запустил пятерню в волосы. — Нам нужно поехать в штаб прямо сейчас. — В штаб? — удивилась я, садясь в машину. — Ты знаешь сколько до Сеула ехать? Бензина то хватит? — Я старше тебя по званию, поэтому на «вы», — прошипел он сквозь зубы, сжимая руль в руках. — Это, во-первых. Во-вторых, в багажнике есть ещё три канистры бензина. Так что будь любезна — молчи в тряпочку и не нервируй меня. Я хмыкнула, отворачиваясь от парня. Грубиян.

***

Лёжа в кровати с прикрытыми глазами, я всё ещё помнила то, как на меня смотрели прохожие в Сеуле. Чонгук тогда оставил меня одну на улице, а сам зашёл в главный штаб. Я сидела на скамейке возле здания и любовалась хорошей погодой. В столице Южной Кореи изменилось ровным счётом ничего. Все мужчины также шли на работу в строгих костюмах, а мамочки с детьми прогуливались по улицам города. Но я поняла, что всё-таки произошло одно изменение. То, как на меня смотрят люди. Тогда я была обычной непримечательной девчонкой, которая мечтала стать айдолом и даже профессионально занималась танцами. На меня никто не обращал внимания. Таких, как я — тысячи. Но что сейчас? Я сидела в армейской форме и ждала, когда выйдет Чонгук из главного штаба по военным делам. Дети и подростки смотрели на меня с какой-то опаской. Казалось, что они обходили меня стороной. Неужели они испугались меня? Но взрослые люди, а особенно старики смотрели с надеждой. Я чувствовала это. И уже неоднократно видела такой взгляд, направленный на меня. Когда командир приказал мне уничтожить танк, вручив свою снайперскую винтовку. Эти люди верили в меня. Им казалось, что мы сможем спасти страну и жителей от японских солдатов. Смотря на их полный надежды взгляд, мне хотелось в этот момент взять оружие и отправиться в Пусан, чтобы помочь жителям города. — Лиса! — в казарму зашла Чеён, а когда увидела меня, вскрикнула. — Как всё прошло? Вы нашли документы? — Неа, — я приподняла голову. — Их все украли. — Как это? — Джису удивилась. — Ни одного документа не оказалось на месте, — я грустно усмехнулась. — Остались только объяснительные от наших сокурсников. Там и твоя была, Чеён. Пак покраснела и попыталась прикрыть заалевшее лицо светлыми волосами. Я помню, когда при тренировке, она уснула на месте и проспала на земле почти до полудня. Командир был очень зол, после хорошенько отругал её. Наказание она запомнит на всю жизнь: пришлось чистить как и женские, так и мужские туалеты. — Так что сказал лейтенант Чон? — Джису села рядом. — С утра узнаем, — я пожала плечами. — Завтра должны прислать официальный документ с нашим распределением по ротам. — То есть… — Пак выдохнула. — Возможно эта наша последняя ночь, которую мы проводим все вместе. В нашей казарме воцарилась тишина. Мы были вместе целых три года и успели привыкнуть друг к другу. За это время произошло многое. Мы даже лишились нашей подруги, оставшись только втроём. — Девочки, — Чеён неожиданно нас обняла. — Я так не хочу с вами прощаться… Я промолчала и без лишних слов обняла подруг в ответ.

***

Я громко промычала, накрыв лицо подушкой, чтобы не слышать громкую сирену, что оповещала о пробуждение всех солдат. Чёрт возьми, а я уже забыла о том, как отвратительно она звучит. Девочкам тоже это не понравилось и те поспешили закрыть уши руками. Через пару секунд звук исчез, и я вот-вот бы уснула, если не громкий хлопок. Мы с девочками подскочили с кроватей, держа в руках одеяла, которыми приходилось прикрываться. Перед нами стоял недовольный Чонгук, сжимая губами сигарету. — Вам особое приглашение нужно или что? — Сирена звучит только для солдатов этой роты, — сказала Джису. — Мы не являемся её частью. Чонгук взял тлеющую сигарету в руки и усмехнулся. — С этого дня являетесь, — он посмотрел на наши удивлённые лица. — Добро пожаловать в 613 разведывательную роту, новобранцы. — Спасибо, сэр! — мы отдали честь. — Марш собираться, — сказал Чон, идя к выходу, напоследок посмотрев на нас. — Чтобы через восемь минут были готовы. — Так точно, сэр!