Бумажный тигр

I don't want love to grow old, To sink your heavy soul. One day, we'll be gone, With our letters and songs Shaded in — Filous Featuring Jordan Léser.

— Сейчас вам стоит поберечь левую руку и голову: никаких нагрузок, совершенно. Полный покой и лежачий режим, — предупредил врач, прощаясь с пациентом. — Конечно, док, — радостно улыбнулся Тадао, аккуратно прижимая руку в гипсе к телу. — Я позабочусь об этом, доктор Чо, — строго произнесла Мичико, открывая перед племянником стеклянную дверь. — Спасибо вам ещё раз, всего доброго.       Гото быстро вышел из душного помещения, наконец вдохнув свежий воздух без запаха препаратов и спирта. В Кобе стоял самый пик жары и раскалённое солнце ослепляло. Тётушка махнула рукой, давая сигнал племяннице заводить машину, пока Тадао наслаждался теплом, подставив лицо под лучи солнца. — Пойдём, Сату ждёт, — напомнила женщина, слегка потрепав племянника по голове. — Нас ещё ждёт долгий путь домой. — Я так рад, что это всё закончилось, — от всего сердца заявил мужчина, радостно взглянув на тётушку.       Мичико фыркнула и открыла дверь перед мужчиной.       Серое авто быстро выехало со стоянки больницы и скрылось за каменными воротами. Их дорога лежала через центр города, где был час пик и воздух был нагрет настолько, что ступая на асфальт голыми ногами можно было получить сильный ожог. На море стоял штиль и маленькие кораблики ходили по поверхности воды туда-сюда, будто стайка белых птичек. Повсюду ходили люди с зонтиками и бутылками воды, кто-то скрывался под навесами уличных кафе, а кто-то наслаждался тенями под деревьями в парках и скверах.       Тадао удобно устроился у окошка и чувствовал лёгкие порывы ветра из кондиционера, слушая при этом музыку, что играла в машине. Тётушка обмахивалась бумажным веером и щурила глаза, рассматривая вывески магазинов, пока Сато вела машину по нагретому летним солнцем городу. — Ну, что теперь будешь делать? — осторожно спросила тётушка, посмотрев на племянника через боковое зеркало. — Надо возвращаться в Монреаль, — вздохнул Тадао, наконец добравшись до телефона и проверяя одно сообщение за другим. — Больничный и отпуск официально закончились и мне дали ещё три дня, чтобы вернуться. — Хотелось бы, чтобы ты остался, — с печалью в голосе произнесла женщина, протянув назад руку. — Я ещё приеду, — пообещал Тадао, взяв ладонь тётушки. — Давно я столько не был в Кобе. — Хм, ещё всё может измениться, — хмыкнула Сато, притормаживая на светофоре. — Теперь с яндере покончено и следователи наконец смогут взяться за твоё дело. — Моё что? — не понял Гото, почувствовав, как тётушка вырывает свою руку из захвата. — Сато, нет! — угрожающе прошипела Мичико. — Сато, да, — ухмыльнулась девушка, нажимая на газ. — Дело, которое завёл Изао перед смертью. Он смог найти на тебя улики, братец. Достал этот блядский мат, на котором ты трахнул малыша Ногути, и собрал мои показания. — Ты дала против меня показания? — удивился Тадао, почувствовав, как его руку схватил лёгкий тремор. — Мне стало жаль Кенту, из-за тебя он впервые попробовал наркотики и из-за тебя его жизнь пошла под откос, — на грани шёпота ответила Сату, переключая скорость. — Изао был лучшим из нас и… — Сату, да как ты могла так поступить?! Ногути — хороший мальчик и то, что с ним сделал Тадао плохо, но он твой брат! — отругала племянницу женщина. — И Изао тоже поступил неправильно, Тадао мог бы стать его шурином, а он так не по-божески… — И из-за этого стоило его убивать? — прошептала Сату, сжав покрепче руль. — Что? — шокировано спросил мужчина, взглянув то на мокрое от слёз, но решительное лицо сестры, то на испуганное лицо тётушки. — Его часы, я подарила их ему, — сломанным голосом рассказала Сату. — Почему именно их ты забрала? — Сату-тян, я…       Только он хотел спросить вновь, как на телефон пришёл ряд сообщений от Ногути:

Слышал, что ты сегодня выходишь из больницы. Поздравляю (^o^) Решил, что сейчас стоит сообщить насчёт показаний Ясуды. 10:23

Она не виновна в смерти Андо. У неё есть алиби на время убийства. 10:23

Сообщница сообщила, что видела в тот день какую-то женщину, которая последовала за Изао на выходе из клуба. Есть предположения? 10:24

      Тадао резко ударился об дверное стекло, так и не дочитав сообщения, когда тётушка закричала, дёргая руку племянницы на себя, а Сату яростно вывернула руль влево и машина выскочила на встречное движение прямо перед мчащимся автобусом.

****

      Щёлкнул дверной замок и комната наполнилась свежим воздухом. Под ботинками заскрипели половицы, а в нос ударил запах сырости.       Парень аккуратно прошёл к окну и протянул пальцы к пустому горшку, где когда-то двое мальчишек пытались вырастить персиковое дерево из семечка. На нём чёрные штаны и рубашка, на которую кто-то закрепил бордовый бутон георгина, пока он стоял в толпе провожающих. Ногути не против, цветок отлично смотрелся на нём.       Лазурные волосы ярко выделялись на фоне посеревшей со временем комнаты. Кента всё ещё помнит её, как своё прибежище, где мальчик мог спрятаться от всего мира и забыться сном без кошмаров. Почему-то именно на этой постели с корявыми рисунками на изголовье ему не снилась кричащая от боли мать.       Но это дни давно минувшие, многое забылось, потонуло в ворохе событий. Да и сам хозяин этой комнаты не так давно под землёй на одном из кладбищ на окраине Кобе.       Знаете, как ужасно узнать о том, что время отправления последнего твоего сообщения станет временем смерти получателя? Кента знал.       Его глаза стали мокрыми от слёз и застыли на море, что простиралось за окном.

finita la comédie