Лишь душу я заберу взамен

— Баки, — конечно же Стиву сказали сидеть на жопе ровно. Не то, чтобы он когда-нибудь слушался чужих советов, особенно составленных в такой грубой форме. Но сейчас ему кажется, что лучше бы действительно не отсвечивал. Баки совершенно на себя не похож. Стиву хочется убить себя же за подобные мысли, но он помнит прежнего Баки слишком хорошо. И только сейчас Стив понимает, насколько огромна пропасть между ними. Не то, чтобы он мог позволить себе волноваться по этому поводу. В конце концов, именно Баки был для него всем. И остаётся несмотря ни на что. Стив переводит взгляд на Брока, который, ну конечно, стоит тут же. Их странная сделка всё ещё выше понимания Стива, но он не собирается даже пытаться её оспорить. Рамлоу вернул ему Баки, и этого более чем достаточно. — Кто такой Баки? — Стив вздрагивает, слыша чужой безжизненный голос. Баки отвечает ему только после кивка Брока, и это пугает. — Имя, на которое ты отзывался, — Рамлоу кладёт руку на его плечо, давая это объяснение. Баки кивает, явно не собираясь расспрашивать дальше. Хотя… — Я должен отзываться на него и теперь? — и опять вопрос обращён совсем не к Стиву. — Именно, — Брок ухмыляется, кидая на Стива один из действительно странных взглядов, — Сомневаюсь, что кэп захочет называть тебя Зимним Солдатом, — Баки серьёзно кивает, запоминая информацию. Стиву хочется оказаться как можно дальше. Он окончательно перестаёт понимать, зачем он здесь находится. *** Броку появление Стива тоже не кажется удачной идеей. Зимний, даже абсолютно не помня того, всеми силами пытается угодить, и то, что чёртов Роджерс не удосуживается этого понять — удручает. Хочется уже выгнать Роджерса из комнаты, чтобы перестал отсвечивать, но, как ни прискорбно это признавать, Стив Броку нужен, и даже очень. Поэтому приходится брать себя в руки и объяснять Зимнему, что да — Баки теперь его имя. Роджерс тем временем продолжает хлопать ресничками и подражать столбу. — Может быть, увидимся позже? — в конце концов, оставшегося терпения хватает только на то, чтобы вежливо послать кэпа на хуй и тот, что практически невероятно, всё-таки уходит. Зимний смотрит на Брока с явной растерянностью. — Почему ты его выгнал? — блядские инстинкты, Броку правда не хочется объяснять деточке, что Роджерс даже не курсе того, что его драгоценный Баки — рыжехвост. — Тебе надо отдохнуть, — ласково гладит по пушистым ушам, успокаивая, и просто надеется, что с Роджерсом удастся договориться полюбовно. Впрочем, ошейник в этом явно так и просится помочь. Колдун внутри него злорадно потирает ручки, а Брок, размышляя о несправедливости судьбы, вновь загоняет грозного Зимнего солдата в ванную — чистить зубки и ложиться баиньки. Естественно, уже в кровати. Просит солдата не покидать комнату до получения дальнейших приказов и оставляет его спать. Всё-таки организму, истощённому длительным запиранием в криокамере, нормальный здоровый сон — то, что доктор прописал. Идти в мастерскую к гению, плейбою и далее по списку Броку не очень-то хочется, всё-таки тот может при желании сделать из него хорошо прожаренный стейк особо не запариваясь, но всё же обещание есть обещание. — И кто же ты? — мастерская встречает его недоверчивым Старком, сидящем на много раз опаленном диване. Большой робот странноватого вида мирно щебечет над огнетушителем, и Броку правда хочется оказаться как можно дальше от этого царства абсурда. Только бы Роджерса прихватить, да всё необходимое для проведения ритуалов. — Не думаю, что сейчас это важно, — Брок правда не любит схлынивать. Возможно, у него имеется какой-то дефект самоидентификации, потому как обычно ведьмы считают себя страшно сексуальными в любом из обликов. — Вообще-то важно, — Старк наливает явно не первый стакан виски, даже не удосуживаясь предложить выпивку гостю. Приходится отобрать стакан магическим образом. — Блять, — коротко и ёмко о ситуации от одного из умнейших людей Земли. — Ведьма? — в этом вопросе вся боль дискриминации, от которой Брок морщится, чувствуя как в нём поднимается желание убивать. — Вообще-то, я колдун, — он морщится, отпивая из бокала. — И как кэп к этому отнёсся? — Старк как будто бы забивается внутрь дивана. Он не боится Брока разумом, всё-таки для этого он слишком большого о себе мнения, но все инстинкты подсказывают держаться подальше. — Так же как к тому, что ты рыжехвост, — Старк досадливо поднимает руки признавая поражение. — В конце концов, уж о тебе он точно узнает, — и опять же, Старк не угрожает, просто констатирует факт, кажущийся ему наиболее очевидным. — Я вернул ему его лучшего друга, — может быть Брок и не гений, но прекрасно понимает всю ценность того, что не позволил Зимнему грохнуть легенду Америки. — Как вообще получилось, что к ним в лапы попал рыжехвост? — Старк зябко передёргивается, и Брок сочувственно призывает ещё один стакан. — Они не знали об этом. Знаешь что оказалось самым смешным? ГИДРА — буквально бредящая сверхъестественными прибамбасами, проморгала существ прямо под своим носом. — Но они же должны были понять, — Старк отхлёбывает виски с похвальным энтузиазмом. — По видимому, списали всё на эффект от сыворотки, — Брок пожимает плечами, он просто не знает верного ответа. — Сыворотка, — Старк кивает своим мыслям, что-то выискивая в компьютере, — Так ведь значит, что и сыворотки-то никакой не было, — он показывает Броку какой-то график. — А значит ГИДРа не смогла повторить успех Эрскина, — он довольно фыркает, и Брок на автомате тянется к чужим ушам. Старк, впрочем, не сопротивляется. По-видимому, его почти жена тоже не в курсе некоторых милых особенностей будущего супруга. *** Стив перестаёт радоваться тому, что его отпустили уже на пороге своей комнаты. Он всё-таки заходит внутрь, в сомнении уставившись на телефон. Он и хотел бы поделиться хоть с кем-то переживаниями, но всё ещё не может решиться по-настоящему довериться кому-либо из тех, кого называет друзьями. Так что собирается с силами и поворачивает обратно. Он капитан Америка, в конце-то концов, а значит он сможет быть рядом с Баки так, чтобы ежесекундно не лажать. Сможет ведь? Оказавшись возле двери, Стив замирает. Потом всё же нерешительно тянется к ручке. Он должен всё исправить, Стив видел, как на него смотрит Брок. Как будто бы абсолютно уверен, что ему здесь не место. Что он чужой. Чужим Стиву быть не хочется, только не для Баки, которому он когда-то поклялся быть рядом до конца. Может быть, он уже нарушил клятву, даже не попытавшись спасти Баки, когда тот упал с поезда. Стив болезненно морщится, ручка двери в который раз кажется раскалённой. Но теперь он может сделать всё, чтобы Баки больше не пришлось быть потерянным, Стив чувствует, как сжимается его сердце, когда он вспоминает чёртову папку. Разве обычный человек смог бы вынести всё, что они с ним сделали? На самом деле, Стив очень сомневается, что в таких условиях выжил бы сам. И всё-таки всё новые и новые мысли, бессмысленно кружащиеся взад-вперёд, ничто иное, как отвлечение от главной цели. Стив стискивает зубы и всё же открывает дверь. Может быть, ему было бы куда проще это пережить, если бы он всё ещё мог прятаться за щит ледяного спокойствия. Но Рамлоу… В чужой квартире тихо и темно. Большие окна завешаны жалюзи и Стив мгновенно ощущает себя в ловушке. Он ловит себя на том, что специально двигается как можно более бесшумно. И всё же Стив не ожидает того, что застанет Баки спящим. Это кажется нечестным — находиться с ним рядом, когда он даже не знает об этом. Конечно же, это глупости. Стив множество раз видел спящего Барнса, особенно когда они жили вместе, но эта ситуация отличается кардинально. Они стали совершенно другими. Это подтверждается, когда Баки открывает глаза, окидывая Стива совершенно не сонным взглядом. — Почему ты ушёл? — в чужом голосе слышится обида, и Стив закусывает губу, чтобы тут же не начать каяться во всех смертных грехах. В итоге он говорит практически правду, — Испугался, — Баки единственный, перед кем Стив никогда не боялся показать себя слабым. И, как ни странно, это спасает и сейчас, суметь увидеть перед собой человека, которому ты можешь доверять. — Меня? — теперь Баки выглядит расстроенным, и Стив сразу же опасается, что выбрал совершенно провальную линию поведения. Даже если секунду назад она казалась единственно верной. — Нет, — он мотает головой, хотя и осознаёт, что Баки отчасти прав, — Того, что я не смогу видеть в тебе кого-то кроме лучшего друга, — опять же полуправда, но судя по чужому взгляду — понимает, ещё как понимает. — Иди ко мне, — Баки приподнимает одеяло, явно отказываясь принимать во внимание то, насколько Стив плохой собеседник. И кто такой Стив, чтобы отказываться? Когда он устраивается рядом, Баки притягивает его поближе. *** Броку не очень-то хочется возвращаться к солдату в пьяном виде, но и спать в другом месте он не собирается. В конце концов, он отвечает за Зимнего. Так что от Старка к своей квартире приходится идти довольно медленно и при этом держаться за стеночку. Разглядев, что сонное царство на кровати размножилось ещё на одного человека, поначалу Брок списывает это на глюки. Как может осторожно пробирается в ванную, почти не сбивая на своём пути лампу, и кое-как запихивает себя в душ. Да уж, что Стив вернётся настолько скоро Брок не предполагал. И всё-таки сил выпихивать его из комнаты нет никаких. Так что Брок просто укладывается с другой стороны от Зимнего и проваливается в сон, уже не замечая, что оба супера его приход очень даже просекли и теперь смотрят почти что с изумлением.