Лишь душу я заберу взамен

Брок выходит на улицу с тяжёлым сердцем. Оставить Стива одного оказалось невероятно трудной задачей. Ему до сих пор хочется вернуться обратно и заверить чёртового придурка, что всё будет в порядке. И, пофиг, что Брок обязан на него злиться, он просто не может. Только не после того, как увидел Стива на носилках. Не то, чтобы кэпа не ранили раньше, Брок помнит о каждом случае. Просто в этот раз… Рамлоу садится в такси, называя адрес башни. В этот раз, Брок сам был во всём виноват. Он не должен был отпускать его. — Привет, — отвечая на звонок, он слышит недовольный голос Чёрной Вдовы. Та явно всё уже о неудачном нападении знает. Нат продолжает, не дожидаясь его ответа, — У нас ничего нет. Кто-то вырубил все камеры рядом и внутри дома, так что полагаться мы можем только на свидетельства очевидцев. К сожалению, большинство из них в морге, — Нат явно злится, но то, что она показывает ему свои эмоции — изумляет. — Для допроса осталось человек пять и никто из них ни черта не слышал, — она едва ли не шипит и Брок может объяснить всё это только тем, что она волновалась. Это странно, считать её нормальным живым человеком, но кэп, как ни странно был одним их тех немногих, кто смог расковырять её броню. Брок думает, что тот этого даже не осознавал. Стив вообще не слишком-то замечал своё влияние на всех вокруг. — Спасибо, — он благодарит, потому что вообще-то она не была обязана ставить его в известность. — Всегда пожалуйста, — теперь её голос скорее грустный, и Брок думает, что если бы он уже не вляпался в двух идиотов, обязательно попытался бы подарить ей цветы. И это стоило бы возможной больницы. Нат вешает трубку, не прощаясь, а Брок возвращается на базу. Ему ещё Барнсу мозги бы вправить. Тот обнаруживается в мастерской, помогающий Старку. Рамлоу едва от желания протереть глаза избавляется. Да уж, не то, чтобы Барнс до ископаемости кэпа дотягивал, но Броку почему-то думалось, что он не способен на взаимодействие с современным миром на таком уровне. — Привет, — судя по голосу, Старк изумлён не меньше. А ещё, возможно, что-то его пугает. Но это Брок определяет уже не по голосу, всего лишь по рыжей шерсти, то появляющейся, то пропадающей. — Нам нужно поговорить, — Броку сейчас не до формирования клуба по интересам, ему бы Барнса выцепить. — Я приду, когда закончу, — ну блять, у детки выросли зубки, что ж только так не вовремя-то? Брок скрипит зубами, лишь бы не сорваться на приказной тон. Это было бы нечестно, да и нет уверенности в эффективности. — Старк! — так что Броку приходится обращаться к другому человеку. — Я не оставлю вас в своей мастерской! — Тони руками всплёскивает, наглядно показывая, куда они эту идею себе засунуть могут. Брок думает о количестве заклинаний, которым Тони вряд ли сможет противостоять, но так и не произносит ни одно из них. Он окончательно осознаёт, насколько хуёво оказаться по светлую сторону. Ему вроде как надо теперь задумываться о чувствах других людей, и это пиздец как напрягает. — Не хочешь помочь? — Брок не давит, просто смотрит на Барнса, которого также как и Тони из одной ипостаси в другую бросает. Это говорит о кошмарном уровне стресса, и Старк, даже если не знает этого наверняка, должен догадываться. — Не в мастерской. Ты не можешь поручиться, что Эльза не устроит тут армагеддон, — судя по использованию для метафоры современного персонажа, Тони не хочет, чтобы Баки осознал, что он имеет ввиду. Что же, учитывая то, что Барнс — первый рыжехвост, которого Старк встречает, странно, что он его ещё в семью не принял. Всё-таки одиночество — чувство хреновое. До Брока внезапно доходит, что если он правильно разыграет подброшенные коварной судьбой карты, в придачу к одному фамильяру, он получит несколько преданных ему существ. Он обещает себе составить новый план, но чуть попозже. Сейчас же Брок мягко отмечает, — Я хочу помочь, — и Старк, который явно не привык сдаваться, просто глубоко вздыхает и обращается к Баки, — Я серьёзно насчёт моей мастерской, — и направляется к выходу. Баки выглядит так, как будто бы его под дых ударили. Он явно собирается что-то сказать, но так и молчит всё то время, пока Тони уходит. Очень медленно уходит. Явно надеясь, что кто-нибудь из них передумает, и они пойдут разбираться как можно дальше. — Что случилось? — Брок всё ещё пытается быть мягким, хотя колдун внутри недовольно ворчит, намекая на то, что Баки — их законная добыча, а значит и успокаивать его надо совсем по-другому. И, походу, прав на этот раз именно колдун. Потому что чёртов рыжехвост делает вид, что не видит его в упор. Он продолжает возиться с деталью и Брок не выдерживает. Он сможет обвинить себя позже. — Я задал вопрос, — Брок схлынивает, прижимая Барнса к стенке. — А я не хочу отвечать! — Баки в ответ полыхает жёлтыми глазами, но вырваться даже не пытается. — Нам нужно разобраться хотя бы с твоими заёбами, — Брок всё ещё пытается держать ситуацию под контролем. — Не с чем разбираться, — Баки судорожно дёргается, всё-таки пытаясь хотя бы отодвинуться. — Я не должен был вмешиваться, — Брок чётко осознаёт момент, когда он наконец сдаётся. За секунду до сказанного Баки обмякает в его руках, отдавая себя на откуп победителю. — Это было моё решение, — Брок привычно уже гладит тёплые уши. Он не может допустить, чтобы Баки винил себя в чём-то настолько абсурдном. — И оно было единственно верным, — он изо всех сил пытается его в этом убедить. Потому что даже если он сам думает, что был крошечный шанс всё изменить, это не проблема Баки. Чёрт, у придурка куда больше причин переживать, чем у кого бы то ни было. — Он ушёл и взорвался! — только вот Барнс верить ему не торопится. Следующие свои действия Брок только крайним уровнем бешенства объяснить и может. Ему, блять, уже не до планирования. Он буквально вжимает Баки в стену, прикусывая чёртово ухо. Баки шипит, но так и не пытается вырваться. — Это не было твоей ошибкой, — Брок повторяет это со всей уверенностью, которую только может сейчас наскрести. — Ты сделал всё, что мог, чтобы помочь, — он останавливается, чтобы взглянуть в горящие золотом глаза. Баки всё ещё не сопротивляется, но он отчаянно дрожит, цепляясь за руки Брока. Тот начинает сомневаться, что Баки вообще его слышит. И это похоже совсем не на того Баки, которого Брок ухитрился разглядеть за эти две недели. Это похоже на Зимнего, который воспринимал похвалу куратора как воздух, необходимый для выживания. Брок прижимает его ещё теснее, окончательно понимая, что не сможет отпустить. Отдать уже захапанное не поднимается ни рука, ни сердце. — Я не позволю тебе ошибиться. — он шепчет, любуясь доверием, которое ему выказывают. Портит удовольствие только неуверенность в добровольности, но с этим Брок уверен — со временем справится. Он целует Баки в приоткрытые губы, осознавая, насколько сильно они поменялись местами, по сравнению с прошлым разом. Тогда он позволил Барнсу вести, насколько это вообще было возможно, но теперь, только теперь он ощущал свою принадлежность. Этот рыжехвост зацепил его ещё в ГИДРе, но Брок заявлял свои права только теперь, уверенно и бесповоротно. Целовал доверчиво подставленную шею, донеся Баки до продавленного диванчика. Одежда разлетелась хлопьями серого пепла, и это было ещё одним знаком потери контроля. Колдун тоже чувствовал себя абсолютно счастливым и стремился добраться до добычи как можно быстрее. К счастью, в ванную тоже идти не пришлось. как и спрашивать о чём-то Баки, быть наделённым магическими силами стало сейчас бонусом. Барнс зашипел недовольно только тогда, когда руки обхватила верёвка, но после ещё одного поцелуя расслабился, закрыв глаза. Он не был похож на Стива, который подчинялся с лёгкостью, даже воспринятой Броком за игру. Нет Баки мог не хуже подмять под себя и сам и, тем не менее, сейчас он сдался, выгибаясь под Броком, хриплыми стонами подгоняя его продолжить. — Позволь мне решать, — и Брок осознавал ведь, что поступает сейчас в разрез с собственной же стратегией. Он должен был дать Баки свободу от Зимнего солдата, а не загонять его в новые рамки, и всё-таки сейчас только это ощущается правильным. Баки какое-то время не отвечает, теперь уже уставившись в упор. Брок замедляет толчки, только бы хватило выдержки до того момента, как решение будет принято. И, в тот момент, когда, Баки, сдаваясь, кивает, Брок кончает внутри него, впиваясь укусом в подставленную шею. Через секунду чувствуя, как уже окончательно его лисёнок сжимается на его члене. Брок шепчет через раз получающееся у него заклинание уборки и оно всё-таки срабатывает, лишая их необходимости куда-либо идти. Глаза сами собой закрываются. *** — Пеппер передаёт вам огромную благодарность, — слышать язвительный голос плейбоя, миллиардера и далее по списку прямо с утра, не самая приятная вещь. Броку становится интересно, за что же это им может быть благодарна мисс Поттс, упорно не видящая дальше собственного носа, но открывать глаза ради этого знания он не намерен. — Вы выгнали меня прямо в её руки, — кажется, Тони жаловался. — Так что пришлось идти на одно из этих «обязательных» заседаний и ложиться спать по часам! — о, так значит кто-то выспался? Брок фыркает в подушку, отказываясь признавать свою вину, когда совершаются исключительно благие дела. — Я очень надеюсь, что мой диванчик не пострадал! — Старк затыкаться, по всей видимости, даже не собирается. Приходится приоткрыть один глаз. — Дубина, — Тони тем временем ласково похлопывает подъехавшего робота по боку, — Я надеюсь, они не творили ничего предосудительного на глазах у детей, — то, что Тони сюсюкает, начинает неимоверно раздражать. — Он был в другом зале, — Брок решает отозваться, не в силах продолжать слушать. — То есть мой диван уже не спасти? — скорбно осведомляется Старк, упирая руки в бока. — Ты хотя бы знаешь, что он старинный? — Предпочитаю не думать о количестве людей, трахавшихся здесь до меня, — честно признаётся Брок. Общаться с Тони ему до странного нравится. — Расхитители гробниц, — возмущённо припечатывает Старк и предлагает им убираться на все четыре стороны. Проснувшийся Баки пытается остаться, но Брок тащит его за собой. Он не собирается запрещать ему помогать Тони, но почему-то Броку кажется хорошей идеей сначала хотя бы впихнуть в Баки завтрак.