Розы цвета отчаяния

— Ромео? Влюблен в меня? Ха-ха, нет. Все знают, что мы — друзья. Феликс с легкой улыбкой объяснял это Зонтику. Он не знал, что Червовый Король стоял за стеной и внимательно слушал. Да, подслушивать нехорошо, но… Что еще поэт мог сделать, чтобы узнать отношение своего Валета к нему?

***

Уже неделю Ромео не выходил из своей комнаты. Он заперся в своем уголке, лишь иногда выходил, чтобы взять еды. И то ночью. Месяц прошел с момента, когда Ромео подслушал разговор Феликса. Седьмой раньше не понимал, почему ему так хотелось улыбаться, когда он рядом. Сначала ссылался на постоянное хорошее настроение Червового Валета. Но тогда он понял, что влюблен. Не мог признаться Феликсу, но был влюблен. И это была не та мимолетная влюбленность, которая быстро забывается. Это была искренняя любовь. Тайная. Безответная.

***

Это была обычная прогулка. Ромео шел по парку вместе с Данте. Дело было утром, когда улицы пусты, и машины не шумят. Внезапный приступ кашля заставил Червового Короля остановиться. Он побледнел, когда убрал руку. На ладони лежало три лепестка, испачканных в крови. — Что такое, Ромео? — обернулся третий. Поэт быстро убрал руки в карманы пиджака. — Н-ничего, Данте, т-тебе показалось… — он натянул улыбку и догнал Бубнового Короля. Этот разговор перевернул его жизнь…

***

Прошло три дня. Иногда розововласого одолевал приступ кашля, и всегда он видел эти красные лепестки. Временами становилось тяжело дышать, приходилось на десять минут запираться в ванной, чтобы прочистить легкие. Количество лепестков и крови росло. Зонтик не смог убедить Ромео начать носить маску. Прошло шесть дней. Теперь вместе с лепестками Червовый Король откашливал и нераскрывшиеся розовые бутоны. Он уже знал, чем болен, но продолжал верить, что оно пройдет само. Как же он ошибался. Десять дней. Бутоны начинали раскрываться. Ромео все больше отдалялся от остальных клонов, продолжая отмалчиваться. Они не поймут. Они не знают этой душевной боли. Феликс, конечно, заметил, что с седьмым что-то не так. Он хотел вмешаться, но Ромео отговорил его и снова закрылся в своей комнате. Тринадцать… За обедом парень почувствовал режущую боль в руках. Он тут же одернул рукав пиджака, чтобы спрятать небольшие ростки. Через несколько минут Ромео скрылся в комнате. Червовый Король пытался что-то сделать с розами, но это причиняло лишь боль. Постепенно цветы переходили дальше по рукам, все ближе к плечам. Больному пришлось начать носить перчатки. Пятнадцатый день. Цветы немного замедлили рост, но все еще приносили невыносимую боль телу. Ромео продолжал откашливать лепестки роз. Это стало обыденным, но в то же время поэт боялся. Боялся смерти. Боялся, что его болезнь когда-нибудь раскроется. Боялся, что уже не услышит ответа… Двадцатый день. Цветы уже активно росли из плечей и груди. Седьмому приходилось их подрезать, чтобы было не так видно из-под одежды. Теперь он понимал, что это не пройдет. Он все еще не мог признаться Феликсу. Думал, что он откажет, и Ромео задохнется… В ванную поэт перестал уходить. Откашливался в комнате. Он решил просто никого туда не пускать. На столе появились багровые пятна и красные бутоны. Они почти раскрылись…

***

Прошло семь дней с того момента, как Ромео ушел в свою комнату. Феликс слышал, что ночью кто-то ходит по дому, но не осмеливался выйти в коридор и посмотреть. — Если он выходит только ночью, значит, на это есть свои причины, — думал Червовый Валет. Однако однажды он обнаружил пятна крови на холодильнике… Настойчивый стук в дверь. — Ромео! Выходи! Червовый Король сильнее вжался в стену. Нет, Феликс не должен его видеть! Он почувствовал, как бархатные лепестки коснулись его шеи. И боль в шее сковала тело. Ромео снял перчатки и увидел, что его ладони тоже зарастают цветами. — Нет, нет, нет… — отчаянно повторял он. Цветы начали расти из головы… Розы закрыли бедняге глаза. Он мог их отодвинуть, но был слишком слаб. — Ромео! Открой! Это я, Феликс! — блондин тщетно просил седьмого открыть дверь. В конце концов он не выдержал, взял вторую связку ключей, которая хранилась в отдельном шкафу, и открыл с ее помощью дверь. Конечно, четвертый ужаснулся, когда увидел Ромео. Парень сжался в углу, что-то хрипел, закрыв лицо покрытыми красными розами руками. Он дрожал и тихо плакал, невнятно бормоча. Феликс подошёл ближе и сел на колени перед Королем. — Р-Ромео? Что с тобой? — спросил он. Больной немного опустил руки, и на Червового Валета посмотрели напуганные карие глаза, полные слез. Розовые волосы были взъерошены, по всему телу росли цветы. Рядом лежали окровавленные перчатки. Вокруг Ромео лежало много лепестков в лужах крови. Дрожащими руками поэт протянул Феликсу телефон. Был включен диктофон. Блондин открыл единственную запись… «Феликс… Я не уверен, смогу ли говорить, когда ты это услышишь, так оставлю для тебя сообщение. Никто этого не знал, кроме меня. Может, кто-то догадался, но я старался это скрыть, как мог. Я болен. Смертельно болен. Я влюблен в тебя, Феликс, понимаешь?.. Я слышал твой разговор с Зонтиком… Я не мог принять того, что мы просто друзья. Я люблю тебя всем сердцем. Из-за этого я болен… Прошу, не вини себя. Это я. Я должен был отпустить, но не смог… — послышался кашель. — Черт… Эти розы меня убивают. Или убили… Я не знаю, когда ты это услышишь. Но я хочу, чтобы ты это услышал… Я люблю тебя, Феликс…» Запись закончилась. Червовый Валет растерянно посмотрел на плачущего Ромео. — Про… Сти… — прохрипел последний, сильнее закрываясь руками. Все тело было в крови из-за роз. Снова приступ кашля. Он был куда сильнее предыдущих. Червовый Король чувствовал, как жизнь уходит из него. Как слабеют руки, как немеют ноги. Скоро цветы высосут из него все силы. Феликс был напуган, растерян. Он понимал, что из-за его невнимательности сейчас умирает самый близкий друг. Четвертый осторожно коснулся рук Ромео. Розововласый посмотрел на него помутневшим взглядом. — Ромео… — прошептал Феликс. Руки больного безжизненно упали на колени, окончательно покрывшись розами. Поэт едва дышал, то и дело из его горла вырывался хрип. По щеке скатилась слеза боли, а из уголка губ потекла кровь. Феликс придерживал его голову за щеки. — Ромео… Пожалуйста… Седьмой прикрыл глаза и слабо улыбнулся. Хотя бы умрёт, глядя в глаза любимого… Червовый Валет резко обнял Ромео, всхлипывая. — Ромео… Я-я… Я люблю тебя, Ромео… — прошептал он. Вдох. Выдох. Впервые больной смог вздохнуть спокойно. Дрожащими руками розововласый обхватил Феликса. Цветы опали с его ладоней и лица. Ромео не мог поверить, что та тяжесть в груди исчезла. Им не нужно было слов. Они понимали, что теперь навсегда будут вместе.