Изменяя судьбы

      В воздухе ощущался стойкий и противный запах гари, копоти, пыли, крови и чего-то еще… Все тело болело, на правом виске, кажется, запеклась кровь, нещадно саднила рана в боку. Девушка с трудом открыла глаза. Вокруг были нагромождены камни, в воздухе летала еще не осевшая пыль, справа на полу тяжелой грудой лежал обгоревший гобелен, напротив девушки, прислонившись к стене, на полу сидел юноша. Его голова была опущена, в правой руке была зажата волшебная палочка.       — Гарри… — хрипло произнесла девушка, приподнимаясь с пола и опираясь на стену. Молодой человек не ответил. Девушка, превозмогая боль, подползла к юноше и вскрикнула. Юноша сидел в луже крови, которая пропитала его куртку.       — Нет… Гарри! Только не умирай… — заплакала девушка, расстегивая его куртку и с ужасом глядя на глубокие порезы на груди юноши. Его футболка вся пропиталась кровью. Юноша был очень бледен, по его лбу стекала капелька пота. Он едва дышал… Девушка выхватила волшебную палочку из его руки и направила на раны. — В-в-вулнер-ра санентум! — Раны затянулись и покрылись красноватыми отвратительными шрамами. Юноша тяжело вздохнул, закашлялся и открыл глаза.       — Гермиона…       — Хвала небесам, ты очнулся! — расплакалась девушка и обняла юношу. — Я так боялась!.. Теперь все будет хор…       — Не будет! — хрипло произнес он.       — Все будет хорошо, мы…       — Послушай меня! — воскликнул юноша и закашлялся. — Я умираю. Я знаю это! Это не Сектумсемпра, это его модификация…       — Нет… — всхлипнула девушка с ужасом и неверием глядя в глаза юноши. — Этого… Мы вылечим тебя!       — Слушай! — прикрикнул Гарри, и тут же тяжело и глубоко задышал, морщась от боли. Девушка с ужасом и неверием увидела струйки крови, вновь вытекающие из открывшихся ран. — Ты должна… Провести тот ритуал. Джинни… Я оглушил и запер её перед битвой в потайном проходе за статуей горбатой ведьмы… Она… Она…       — Я знаю, Гарри, она беременна, — сквозь слезы произнесла девушка.       — Да, — устало кивнул юноша. — Забери ее, Тедди, Миссис Тонкс…       — А как же остальные? — Дора, Римус, Рон, все Уизли и остальные? — заплакала девушка.       — Ты думаешь, они выжили… Римус… Тонкс… Их… Беллатриса… — прошептал он едва слышно. — Ты его крестная мать… Спаси его, он последний Блэк. Джинни… Я… Гарри… Джеймс… Поттер… Певерелл… Блэк… Передаю тебе… Главенство…       — Гарри!!! — вскрикнула девушка. — Нет!!!.. Я не смогу, я… У меня не получится…       Тело юноши окружил светлый ореол, в воздухе словно кружились маленькие молнии, которые вскоре окутали и девушку. Она с ужасом взирала на то, как на ее левой руке появились два тяжелых перстня, на которых были изображены гербы когда-то одних из сильнейших и многочисленных семейств Магической Британии — Поттер и Блэк.       — Кикимер… — хрипло выдохнул юноша.       С хлопком рядом с ними появился пожилой эльф, тело которого покрывали синяки и ссадины.       — Служи ей… — прошептал Гарри. — Глава… Перенеси… Тонкс… Ритуал… — Глаза юноши остекленели.       — Гарри… — горько заплакала девушка и обняла тело друга.       — Кикимер должен служить Госпоже, — мрачно констатировал эльф.       Девушка с ужасом поняла, что осталась совсем одна, что она должна оберегать и защищать наследников двух магических родов. Она села на пол рядом с телом друга и закрыла глаза. По ее щекам стекали ручейки слез, а грудь тяжело вздымалась.       -Кикимер, — тихо произнесла Гермиона спустя какое-то время. — Кто-нибудь еще выжил?       — Нет, Госпожа, — опустил голову домовик. — Они сожгли их Адским огнем. Кикимер велел эльфам школы спасать их, но все эльфы погибли там же. Кикимера ударило по голове… Никого и ничего не осталось. А эти… Они празднуют в большом зале.       — Кикимер, найди Джинни… — произнесла девушка. — Она за статуей горбатой ведьмы. Потом возвращайся сюда.       — Кикимер может найти хозяйку везде! — гордо поднял голову он. — Кикимер должен спасти род! — бросил он и с громким хлопком исчез.       Спустя мгновение, показавшееся ей вечностью, домовик вновь появился с хлопком, держа за руку рыжеволосую девушку, которая вскрикнула и покачнулась. Гермиона тут же бросилась к ней и обняла.       — Нет! — голос Джинни дрожал. — НЕТ!!! — по разрушенному коридору разнесся душераздирающий крик. Девушка бросилась к телу мужа, оттолкнув Гермиону. — Гарри… Родной мой… Пожалуйста… Нет… — она обняла тело юноши и горько заплакала.       — Мы должны уходить, — тихо произнесла Гермиона, обратившись к Кикимеру. — Перенеси нас… Всех. Всех нас. Перенеси на Гриммо 12. Он закрыт?       — Кикимер посадил мерзкого Яксли в темницы, — мрачно улыбнулся домовик. — Госпожа Блэк велела его не выпускать и не кормить!       Гермиона содрогнулась, представив результат плена.       — Джинни, мы сейчас отправимся в безопасное место, — девушка тронула подругу за плечо. — Мы возьмем его с собой.

***

      Девушка очутилась у небольшого, почти заросшего пруда. Вдали виднелся небольшой двухэтажный коттедж, в одном из окон первого этажа которого едва брезжил свет.       — От куда ты знаешь, где живет Миссис Тонкс? — обратилась Гермиона к Кикимеру.       — Кикимер может найти Блэков везде, — произнес он самодовольно. — Никакие чары не помеха! — бросил он и с хлопком исчез.       Гермиона неспешно пошла по направлению к дому, она держалась изо всех сил. Ей предстояло сообщить ужасную новость о гибели Мистера и Миссис Люпин. И вот, девушка уже стояла на крыльце дома, дверь которого тут же отворилась. На пороге стояла женщина лет сорока с распущенными темными волосами, в которых проглядывали седые пряди. Её глубокие карие глаза смотрели на девушку с недоверием и удивлением, а на щеках блестели дорожки слез. Если бы девушка не знала, что эта женщина — Андромеда Тонкс, она бы без промедления послала смертельное проклятие — так Миссис Тонкс была похожа на Беллатрису Лестрейндж. Женщина направила на Гермиону волшебную палочку, на кончике которой тут же заискрились маленькие зеленые молнии.       — Поклянись своей магией в том, кто ты! — отчетливо и громко произнесла она.       — Я, Гермиона Джейн Грейнджер, клянусь своей жизнью и магией, что таковой являюсь! — на одном дыхании выпалила девушка, ее тут же окутало перламутровое сияние. — Клянусь, я являюсь крестной матерью Эдварда Римуса Люпина. Клянусь, что не замышляю против вас и вашего внука ничего плохого. — Сияние, окутывающее девушку, погасло.       — Клянусь своей жизнью и магией, я являюсь Андромедой Друэллой Тонкс, — произнесла Миссис Тонкс. Её фигуру тут же окутало перламутровое сияние, которое спустя мгновение погасло. Женщина опустила волшебную палочку, тихо бросив девушке просьбу идти за собой, и скрылась в темноте прихожей, в которой тут же забрезжил неяркий огонек на кончике её волшебной палочки. Гермиона заметила опрокинутую вазу для зонтов и сдвинутый с места столик для корреспонденции, словно Тонкс вышла буквально секунду назад. Девушка горько усмехнулась, вспомнив, что Римус всегда возвращал сдвинутые и опрокинутые вещи на свои места. Он ушел раньше нее… Снова переведя взгляд на идущую впереди Миссис Тонкс, девушка заметила, что плечи ее опустились, статная фигура с выверенной осанкой неимоверно сгорбилась под тяжестью ужаса и горя.       Гермиона оказалась в уютной гостиной, освещенной только торшером. У софы стояла детская кроватка, в которой беспокойно сопел малыш, волосики которого имели сегодня, почему-то спокойный русый оттенок. Как у его отца. Римус… Тонкс… Девушка опустилась на софу и спрятала лицо в ладонях.       — Они… Их… Их убили? — всхлипнула Миссис Тонкс, стиснув ладонями подлокотники кресла, в котором сидела.       Девушка подняла взгляд на Миссис Тонкс и потерянно кивнула.       — Выжили я и Джинни… — выдохнула она, проглотив рыдания, рвущиеся наружу. — Гарри… Он передал мне главенство родов… Перед… Перед смертью. Мы должны провести ритуал. Тот ритуал, который мы с… Мы с Тонкс нашли. Миссис Тонкс, мы должны держаться вместе. Никого не осталось… — девушка горько заплакала.       Миссис Тонкс с трудом поднялась из кресла, в котором сидела и, нетвердой походкой подошла к софе, на которой сидела девушка.       — У меня никого не осталось кроме внука, — хрипло произнесла она. — И я сделаю все, чтобы он рос вдали от войны! А войну… Её можно предотвратить!