Бандитские штучки

      Просыпаясь от прикосновений, я резко открыла глаза и поднялась, смотря на Егора, который все так же лежал с закрытыми глазами. — Прости что напугал, я хотел тебя разбудить и на завтрак позвать, хотя уже можно даже сказать и на обед, — сказал Артём, подавая усмешку, смотря на Ульяну. — А я уже думала, что Егор очнулся… Не хочу я есть. Кусок в горло не лезет, руки дрожат и хочется кричать. Я ночью плохо сплю, боюсь пропустить того момента, когда Егор очнется, и я не смогу сейчас даже поесть, будь это обычный бутерброд, — говорила я, поворачиваясь к Артёму вижу в его руках кружку чая и два бутерброда с колбасой. — Я понимаю, твои переживания, вся банда переживает за Егора и сейчас, когда такое произошло все в растерянности, никто не знает, когда он очнется. Все зависит от Егора, а тебе нужно держаться и набираться сил, ведь, когда Егор очнется он не должен видеть потухший взгляд, исхудалую тебя. Он должен видеть прежнюю Ульяну, которая делала его самым счастливым, ведь если ты тут страдаешь, то какого ему, когда он внутри себя сейчас борется и решает свою судьбу, — говорил Артём протягивая мне поднос с едой, который я приняла. — Ты прав, мне нужно держаться ради Егора. Он должен очнуться и видеть меня бодрой, а не грустной как сейчас, — сказала я, надкусывая бутерброд с колбасой запивая одновременно чаем. — Ты умница, я не сомневался в тебе, девочка, —сказал Артём, наблюдая, то как я ем. — А ребята поели? Они не голодные? — Начала я заваливать вопросами Артёма, который громко рассмеялся. — Моя речь тебя взбодрила, это хорошо. Ребята не голодные, хоть и говорили мне неоднократно, что скучают по твоей еде, — сказал Артём, почесывая затылок, смущаясь. — Я не выходила день, а ребята так уже соскучились… Для меня это шок, — сказала я, отпивая горячего чая, чувствуя то, как он растекался по клеточкам организма. — Хах, Уль, мы семья, ты должна уже была привыкнуть, что и ты в нее теперь входишь, соответственно банда и будет волноваться, — сказал Артём, забирая у меня поднос с тарелкой. — Семья…—Прошептала я, смотря на Егора, беря его кисть в свою ручку поглаживая нежными движениями.       Незаметно оставшись одна, я понимала, как сейчас тяжело всем, не только мне. А больше всех переживает Марина Петровна, Юрий Степанович сказал ей, что произошло. По словам врача, Марина Петровна долго держалась, но как только закрылась дверь, и она осталась одна, слезы матери потекли с её глаз, а мне стало невыносимо больно, что я не чем не смогла помочь. А что я могла? — Прошу, быстрее возвращайся к нам… Ко мне… Мне тебя ужасно не хватает, особенно твоей счастливой улыбки, которая всегда есть на твоем лице с утра, — сказала я, наклоняясь ко лбу Егора целуя его, передавая всю нежность, а самое главное любовь, ведь я чувствую, то как сейчас бьется мое сердце, а сердце говорит только правду.       Выходя с комнаты, я услышала голоса парней, которые донимали Тему расспросами обо мне. Направляясь к лестнице, я ступала вниз, обращая на себя внимание. Глаза парней загорелись, а возгласы стали сильнее, а моя улыбка стала шире. — Мы рады видеть тебя, улыбающийся! — Сказали парни, в один голос, заставляя меня смущаться. — Спасибо парни, — сказала я, хихикая, смотря на Артема, который только улыбнулся мне. — Мы так соскучились по твоей еде, Артём готовит, просто отвратительно, — сказал Герман, сразу меняясь в лице, видя взгляд Артема, который мысленно убил его. — Вы мою готовку поели день, а такое чувство, я тут кого-то отравил, — сказал Артём, приподнимая бровь вверх, заставляя меня засмеяться. — Парни, не обижайте Тему, вы ему благодарны должны быть, — сказала я, хихикая, и мой смех подхватили все, только Артём цокнул, но потом все же улыбнулся. — Я рад, что ты меня послушала, — сказал Артём, вставая подмигивая мне, направляясь в комнату банды, а парни пошли следом за Темой.       Оставшись одна, я решила принять душ, который приведет меня в чувства и даст мысли на размышления. Поднимаясь на третий этаж, я направлялась в ванную, где смогу побыть одна.       Открывая дверь ванной комнаты, я снимаю майку, откидываю её в сторону, захожу в душевую кабинку включая теплую воду, наслаждаясь прикосновением от воды. Намыливая волосы шампунем, я сразу же почувствовала ментол, который всегда исходил с волос Егора. Запах ментола разнесся по всех ванной комнате, создавая приятный аромат, который будет витать еще долго. Беря мочалку и наливая на нее немного геля, я проводила по телу, чувствуя, как вся грязь, просто исчезла с тела, а с ней и все переживания. Отбрасывая мочалку, я подошла к струям воды и чувствовала, как вода смывала, а пена смывалась забирая все собой, оставляя новые чувства свежести. Подставляя лицо воде, я чувствовала, как вода делала маленький массаж лица, смывая все слезы, которые пролились за ночь и день. — Так хорошо, я чувствуя себя совсем по-другому, — прошептала я, открывая дверь кабинки, нащупывая полотенца и обматывая сразу же тело им, выходя с душевой.       Подходя к раковине и смотря в зеркало, я видела сильную девушку, которая пережила многое за свои девятнадцать лет. — Я буду сильной и когда Егор очнется, я буду рядом, — сказала я сама себе, проводя пальчиками по своему отражению оставляя следы, которые превратились воду от пара.       Выходя с ванной, я шла в комнату Егора, где смогу переодеться в чистую одежду. Открывая дверь, заходя в комнату, мои брови нахмурились видя Мишу, который сидел возле кровати Егора и молчал. — Ты что тут делаешь?! — Сказала я слишком громко, нахмуриваясь, проходя вперед. — Я навещаю своего друга, который в коме. Нельзя? — Ответил мне Миша, даже не посмотрев на меня. — Можно, но выйди на пару минут, мне нужно переодеться, — Сказала я, чувствуя неловкость, придерживая полотенце, которое готово вот-вот упасть с моего тела. — Переодевайся тут, в чем проблема? Я видел твое тело, тебе нечего стесняться, мышонок, —сказал Миша, усмехаясь смотря на меня видя мой растерянный взгляд. — Прекрати! Прекрати, пожалуйста! Ты специально сейчас это говоришь! Егор все слышит и когда он очнется тебе, только тебе будет плохо! — Говорила я, наблюдая за Мишей, который усмехнулся и резко встал прижимая меня к стене. — Даа? Ты так думаешь?! А то, что его «любимая» девочка, которая несколько раз уже изменила ему, и тот день ванной, ммм, я помню каждую частичку твоего тела, — сказал полушепотом Миша, прислоняясь своим носом к моей шее вдыхая запах. — Прекрати! Прошу…— Чувствуя руки Миши на своем теле, а его поцелуи на шее только увеличивались. — Даже сейчас, когда ты просишь меня остановиться, ты просто желаешь всем телом, почувствовать меня, почувствовать какого быть любимой, — сказал Миша, опуская руки на бедра, поднимая полотенце выше. — Я знаю, какого быть любимой! Именно Егор мне и доставляет такое удовольствие, а ты спятил! Твой друг лежит в коме, а сейчас тебя волнует только, чтоб трахнуть меня! — Крикнула я, чувствуя слезные дорожки одна за другой спуская к подбородку. — Хм, ты ошибаешься! Если бы не все преграды, которые стояли у нас на пути, ты давно была бы моей, даже если бы мне пришлось потерять друга, ради искренней любви, я готов на все! —Сказал Миша, целуя моя ключицу, а мои руки сжались возле узла полотенца и задрожали. — Я ненавижу тебя! — Сказала я, наплевав на полотенце упираясь двумя руками об грудь Миши, отталкивая его. — Ты не друг Егору, друг не отбивает девушку у друга, ты…ты… хуже! У меня даже слова не подбираются, чтобы выразить всю ненависть к тебе, что я сейчас испытываю! — Говорила я, видя растерянный взгляд Миши, а после его глаза загорелись адским пламенем, что он сжал скулы. — Именно ты сделала меня таким, какой я сейчас! Мое время еще не упущено, вот увидишь! — Сказал Миша, отстраняясь от меня выходя с комнаты, громко хлопнув дверью. —Ненавижу! — Прошептала я, садясь на пол, опуская голову вниз, чувствуя стыд перед Егором.       Я настолько мала, чтобы сразу понять, что наделала, ведь каждый раз, я давала повод Мише думать иначе, что у него есть шанс, но мое сердце полностью принадлежит блондину, который сейчас лежит недалеко от меня. Вытирая слезы, я вставала на ватных ногах, придерживая полотенце ложусь на кровать, утыкаясь носом в шею блондина, целуя. — Прости, прости, что тебе приходится это слышать. Я так люблю тебя и жду, когда ты вернешься ко мне, — прошептала я, накрываясь одеялом, кладя левую руку на грудь блондина чувствуя тепло. POV Егор       Почему так больно внутри? Чувствую боль, которая готова меня просто убить. Прикладывая ладонь к сердцу, я чувствовал, как оно кольнуло, доставляя мне боль. — Черт! Как же больно, — сказал я, тяжело дыша, видя, то как руки задрожали. Хватаясь обеими руками за голову, боль не прекращалась, заставляя меня упасть закидывая голову к верху. — Я не понимаю, что происходит… — Сказал я, слыша плач, который доносился с женских уст, а после слова, которые хотят слышать все: «— Я так люблю тебя и жду, когда ты вернешься ко мне». — Я знаю этот голос, но не могу вспомнить, кто она. Она ждет меня? А кто она? Моя девушка или может жена? Хотя, я бы помнил об этом…—Чувствуя, как боль утихала, я открыл глаза, видя перед собой белый свет, который был вокруг меня.       Отец говорил, что чем больше, я здесь нахожусь, чем меньше могу вспомнить тех людей, которые мне дороги… Найти выход, мне нужно одному, но отец поведал мне, что когда я вернусь произойдут новые события, которые заставят меня снова и снова принимать решение.       Вставая, я решил пройтись, не чувствуя боли, только нежное прикосновение мягких губ в области шеи, заставили меня улыбнуться и почувствовать новые ощущения. — Было так больно, но сейчас так тепло и хорошо, как будто внутри живота распахнулись бабочки, заставляя меня улыбаться шире. Никогда не чувствовал такое, что это за странные ощущения? Маленький плач заставляя меня напрячься прислушиваясь. Этот тоненький голос доносился и шептал мне на ухо, что безумно ждет и не может без меня. И я верил этому голосу.       Идя прямо, я видел все так же белый свет, который не заканчивался, а голоса, что так громко звучали заставили меня обернуться видя картинку как двое людей целуются, и они счастливы, только в парне, я узнал себя, а лицо девушки так и не видно, как будто оно размыто. — Черт! Кто же ты моя спасительница? — Задался вопросом я, смотря на картинки, которые одна за другой менялись, показывая, то как, я был счастлив находясь рядом с этой девушкой.       Смотря на свои руки, я чувствовал, как кто-то их держал, поглаживал так нежно, а главное с любовью. Непередаваемые ощущения, которые я давно не испытывал. — Я так буду благодарен это девушке, если она подскажет меня как найти выход, но она не слышит меня и даже не видит… А выход, я должен найти сам и разобраться в катастрофе семьи, ведь я единственный кто может это сделать и вернуть все на свои места… Слыша стук сердца, я шел прямо чувствуя, что иду верно, ведь слова отца, никогда не врут: «—Чувствуй, как велит сердце и иди туда, куда оно показывает, ведь там твое счастье, сынок» …