Идеи

Довольно нас поить дурманом! Прощай, военная муштра! Народам — мир, война — тиранам! Забастовать, Аврор, пора. Когда ж прикажут каннибалы Нам всем геройски околеть — Тогда по нашим генералам Своим же чарам полететь! ла-ла-ла-ла-ла — Эх, а жизнь то не так уж и плоха! Беззаботная, беззаботная жизнь! — И даже тот факт, что пришлось прервать, распеваемую песенку, ни капли, уже-никак-не-аврора Тонкс, не огорчил. В самом деле, если петь на улице вполне допустимо, то в пабе точно нет, пока не закажешь себе чего покрепче, точно. А причины для хорошего настроения имелись самые веские. Да, позавчера, после возвращения из министерства, она была в расстроенных чувствах, но, крепкий сон, покой… и бутылка джина помогли все обдумать и понять, что все еще не так плохо, а также измыслить изумительный План. Зачем городить столько сложностей? Все гениальные и, по-настоящему, верные решения просты — Гарри так неоднократно говорил. Что бы уйти, нужно просто — уйти! Уволиться из «Гламур Импорт-Экспорт», и во всех отчетах, которые у неё никто и не требует, (только сейчас поняла) на все запросы отвечать: «Я ничего не знаю». Чистую правду! Не помешает, правда, переехать! Совсем не беда. Кое- что у неё в сейфе было, да плюс за год войны, со всеми надбавками и премиями, да много чего за дело с Горгонионом привалило. Вполне хватит на маленький домик где-нибудь на юге Франции и лет 15-20 (30) скромной жизни. И года через полтора-два её все забудут, и можно будет, потихоньку, вернуться в Англию. Главное не соваться в Грецию и не угодить на страницы газет. Осталось последнее дело, и то в магловском Лондоне, а значит не в счет. Она, тогда, уже было, совсем настроилась, но зазвенел телефон. Звонили из маленького цветочного магазина, который оказывал посреднические услуги по организации связи с всякими, не желающими быть найденными, личностями. (Как эти маглы любят всё усложнять). Её вот просто очень сильно просили уделить немного времени, для улаживания неких «недопониманий». Эх, будь проклято её чувство ответственности. Встречу, она решила назначить там, же где и в прошлый раз, чем всех изрядно удивила. Теперь, вот она, вся преисполненная жизнерадостности и самых радужных ожиданий от будущего, но в полной боевой готовности и снаряженная как на бой с драконом (Это все дурные привычки. Вот переедет и сразу начнет их изживать… но не сегодня) входит в один не примечательный паб. «Бездонная бочка» паб старый, очень старый, а еще нацеленный на своеобразную публику. Говорят, что уже во времена войны «Красной и Белой розы» здесь можно было… заинтересовать праведностью (прибыльностью) своего дела кого поинтересней обычных йоменов, впрочем, и их тоже. Преувеличивают, конечно, но Тому Дари, как и всем барменам до него, такие разговоры льстили. Посетители сего заведения, даже отдохнув до невменяемости, могли не опасаться, что местная шпана пошарит у них по карманам. Оная шпана была исключительно прекрасно выдрессирована. Им бы и в голову не пришло даже показаться на глаза человеку, идущему в паб. Случалось, что в тёмной подворотне, узнав куда «клиент» путь держит, того, со всем уважением провожали до места. Такие безобидные посетители, правда, были редкостью, но главное репутация. Давно уж никто не острил и не строил дурацкие каламбуры, по поводу названия. Тому, от его предшественника (а тому от его предшественника), досталась добрая банка, почти доверху полная зубов таких остряков. Он её выкинул, о чем уже почти тридцать лет спустя сожалел, но: «Кто в молодости не был революционером…». Сегодня же, Том полировал свою любимую пивную кружку вдвое старательней. Несмотря на особенности клиентов — «Бездонная бочка» был пабом исключительно спокойным. Кому охота буянить там, где за неосторожное слово или неловкий жест можно, исключительно ввиду рефлекторной реакции окружающих, украсить пол своими кишками? Впрочем, большинство опасалось не смерти (чего её бояться — старую знакомую), а исключения из паба. Сие означало не только не возможность расслабиться в надежной кампании, но и отказ в доступе к «бирже контрактов», да и на защиту «профсоюза», после, рассчитывать уже не стоило. И вот, сегодня, в этой гавани спокойствия воцарилась атмосфера нервозности. Последний раз нечто ТАКОЕ было, когда рухнул Союз и, время от времени, пару лет спустя. Слишком много тех, кто только и умел, что снимать часовых да метко стрелять (по обе стороны Стены) внезапно остались без работы, и, что хуже — без цели в жизни. Разом закрылось множество возможностей и впереди замаячило то, в чем они раньше активно «помогали» остальным — передел рынков. Слава Богу — тогда разобрались, но снова грянуло. Одним из столпов благополучия «Братства Бочки» была тесная связь с Ми-6. Ну, а как без «костюмов»? Даже покровители в высоких кабинетах (джентльмены весьма переменчивые, надо сказать) не помогут, если всерьёз влезть «куда не надо». Впрочем, «там, где надо» всегда ждали хорошие деньги. Вот оттуда и пришли проблемы. Смерть двух посредников счёл бы несчастным случаем только новорожденный теленок. Обглоданный череп в аквариуме с пираньями (Том видел фото из полицейского отчета) — это красноречивей тысячи слов, но просто ничто, по сравнению с тем, что второй жадный дурак захлебнулся пивом прямо посреди ЭТОГО бара. Вот ЭТО был намек, что дошел до всех. Скоропостижная кончина одного «старого партнера», — у Тома по спине промаршировал батальон мурашек, — при очень интересных обстоятельствах и натуральная истерика в исполнении его сменщика, просто логически дополнили картину чего-то исключительно скверного (о пропавших коллегах «профсоюз» предпочел забыть). Срочно было необходимо прояснить ситуацию. И вот, вчера вечером, в задней комнате паба, собрались все значимые люди профсоюза. Собрались, преисполненные самых дурных предчувствий, ибо количество ресурсов, которые ушли у Фрэнка Гальего (более известного как Монах) на срочное расследование было изрядным. Доклад Монаха ситуацию почти не прояснил. Что нанятые ребята сговорились с «крёстным» от Ми-6 было в целом понятно, ниточки остались. А вот были ли в деле Покровски и Секач — непонятно. Впрочем, здесь взял слово Андре Арно (Легионер), чем изрядно всех удивил. Этот немногословный здоровяк, казалось, был равнодушен ко всему кроме работы и своей команды. Он «закрыл вопрос» напомнив почтенному собранию, что сие неважно. Главное, они «сосватали» «гнилых» бойцов, за что и ответили, как полагается. От сего ответа, за милю, несло духом Старой Школы, что только прибавило беспокойства. Нет, о том, что к ним претензий больше нет, вроде, стало понятно, а последствия неудовольствия Ми-6 они переживут, не первый раз. Вот только, а кто, собственно, свел с ними счеты и точно ли ВСЁ? Вот с ответов на эти вопросы и началось все самое интересное. Найм, на работу, ставшую последней для многих, осуществила презанятная особа. Нимфадора Тонкс (Господи, парни, да по одному только имени стоило понять, что не надо хитрить. Так ребенка могут назвать только в Старых Семьях.), которую и рекомендовал, ныне покойный Хаттон (ЭТО кем надо быть, чтобы так посчитаться с полковником МИ-6?) Узнать о ней удалось ничтожно мало. По словам Монаха, кто-то очень старательно «чистил» её прошлое. Доподлинно известно, что родилась она в Бирмингеме и… все. Следующее упоминание уже в отчетах Особого Отдела Скотленд-Ярда, том, что специализируется на наружном наблюдении и работе под прикрытием, куда она и подалась после школы. Если судить по фрагментам отчетов (чудо, что Монах их раздобыл), то сия девица обладает просто феноменальным талантом перевоплощения и столь же феноменальной жестокостью и кровожадностью (в это он охотно верил. Как дед одной начинающей актрисы он, против воли, знал, что лучшие актеры не играют, они живут. На время, забывают себя и, буквально, становятся кем-то другим, а чтобы преуспеть в подобном нужно быть изрядно ТОГО.). Она не «завалила» ни одного дела (даже откровенно безнадежного), но народ резала десятками (именно резала. Любит она ножи). Особенно всех впечатлила история с чем-то оскорбившим её напарником. Операцию они закончили, а затем парня нашли свисающим, по частям, с люстры в его прихожей (милая такая инсталляция). И при этом её коллеги были вынуждены её еще и покрывать. Что ж у неё за семья? В том, что кто-то, осознав в себе тягу к насилию и жестокости, подается в полицию, армию или, кто поумнее или совсем допекло, сразу к ним — нет ничего странного. Так всегда было. Порой это даже хорошо. Возможность удовлетворить свои наклонности без вреда для случайных людей и с пользой для общества и кошелька. Но устроить эдакую даму сразу в Скотленд-Ярд, а после покрывать её и убирать за ней. Тут нужны уже возможности совершенно другого, по сравнению с ними порядка. В прочем, Монах отыскал намек на её тётушку, которая имеет схожие проблемы (оно и понятно -генетика). Из крупинок данных выходило, что: толи у них в семье так берегут наследие предка берсеркера, что только на сестрах и женятся, то ли оно через поколение само всплывает, но они там явно все долбанутые, а она особенно. Но при этом, коли род дожил до наших дней и власти не растерял, свои наклонности они контролируют, ну или, хотя-бы, направляют. Далее она оказывается в Ми-6. Что логично, ведь те, кто гарантировано, способен потянуть любую грязную работу там всегда нужны. Но вот с «костюмами» ей не повезло. То ли ее изначально собирались списать, то ли какие факты вскрылись, но после полугода службы она оказалась на вольных хлебах (списать её явно не вышло). Или же, теперь, открыто работает на того, кого всегда и работала. А вот теперь главный вопрос. На кого работает Нимфадора Тонкс? Далее пошли, в основном, догадки Монаха. Но догадки обоснованные и кое чем подкрепленные (вообще, за интуицию, граничащую с Божьим Откровением его Монахом и прозвали). Стоило ему только «закинуть удочки» как «забурлило» непередаваемо. За крупицы информации о ней, об их с ней взаимодействии (в плоть до того, во что она была одета, во время визита) предлагали ТАКОЕ, Гном аж на кресле подпрыгивал. Впрочем, Могильщик его быстро успокоил — угрожали не хуже и не те люди, каким откажешь. Выходило, примерно, следующее. По типовым признакам, родня, определила, у девочки, «семейную проблему», и далее, пошли по проторенной дороге, устроив её в полицию. Так, чтобы была не на виду, и пользу семье приносила. Вот только «крен» у леди оказался уж очень крутым. Помыкавшись, год-два и «отощав на полицейской диете» она начинает искать патрона, на службе которого сможет насытить свой Голод (умная. Такие хуже всего.) И, не будь дурой, искать она начинает среди родни (семья — великая сила). Что печально, быстро находит того, кто оценил её таланты. По мнению Монаха, кого-то из дальних кузенов (ну хоть так. Даже просто кузен, это еще ничего, по Законам Божьим, вот если бы брат… Хотя он и не такое видел. Однако, парень полный псих. Даже королевскую кобру класть в постель безопасней, там хоть понятно, чего ждать.) И с тех пор, по-настоящему, работает только на него. Если «костюмы» хотели её списать, то, похоже, крепко получили в ответ, а ей пришлось отбросить прикрытие и работать уже явно. Вот только, кто ОН — не знает никто, вообще. После всего, да и еще пойдя на, пожалуй, неоправданный риск Монах может твердо заявить лишь немногое. Его поле игры — контрабанда антиквариата. Он может «Королеву Елизавету», на упряжке из раввинов, посуху, протащить с Восточного на Западное Побережье США, и никто не заметит. На него работают Тонкс и Таурус Голд, и это, пожалуй, говорит, все, что нужно. А еще, многие, очень многие ищут на него выход. ТАКИЕ люди, что просто ой… Как Монах шепнул «Президиуму», словно кракен из глубин морской бездны, «всплыл», с предложением о встрече, один человек, при мысли о котором, в голове так и звучало, легендарное «СПЕКТР». Как все были уверенны, уничтоженный МИ-6 «СПЕКТР» (о таком даже думать лучше потише). Вот зачем им ТАКОЙ риск? Вот совсем никому не хотелось иметь должок перед таким человеком. Человеком, для которого нет неприкасаемых, для того, кто может войти куда угодно (пожалуй, кроме Райских Врат, да и то, в день его кончины Ключнику Петру следует быть особенно бдительным), человеком… сотрудничество с которым решит все их проблемы. Поговорка о Астароте и Вельзевуле, конечно, не забыта, но — велик ли выбор? Единый Мир становится все уже. Все рынки поделили те, у кого не отнять. Капитал стремится к монополии. У них остались лишь пара их узких ниш (а ведь раньше были тучные поля). Даже Африка, слишком благодатная для своего блага, пусть по-прежнему может «переварить» любое количество солдат удачи, но и там все стоящее уже поделили. А Немо (так они его окрестили) — это вариант. Как сказал Легионер (он сегодня выполнил свою пятилетнюю норму по разговорам), глядя на методы его людей: «Нет школы круче Старой Школы, а Немо там, определенно, Директор». Решили — разговору и, пока, робкому сотрудничеству быть. Далее — все пошло пугающе легко. Тонкс ответила по старому каналу связи, да и встречу назначила на их поле. ТАК им показать, что они ничего не смогут, потому что не смогут… Не девушка — Сатана в юбке. И вот, в дверь паба, весело напевая под нос, входит, казалось бы, обычная выпускница колледжа. Этакая дизайнер-неформалка. Впечатление портят только твердое знание, что «выпускница» легко станет кем угодно, хоть забитой жизнью нищенкой, хоть королевой, и глаза, глаза, что мгновенно обшарили весь бар (даже невозможные, в плане опасности места) его и Монаха с Полковником (Джек Годвольд). Глаза, которые видели «всякое дерьмо». Теперь паб закрыт, и они будут говорить, а он, как обычно, будет подавать выпивку, протирать стаканы и следить, чтобы Монах и Полковник не «кинули» профсоюз, влившись в организацию Немо, как структура с ними во главе. А еще он будет молиться, чтобы, когда двери откроются, из «Бездонной бочки» вышли все, кто в неё вошел. *** — Все страньше и страньше. — Ничего другого ей в голову, сейчас, не приходило. Сначала — этот странный разговор с наемниками в баре. Минут двадцать они только и делали, что извинялись за коллег, и пытались выяснить, нет ли к ним претензий. А после, пошел уже совсем странный разговор. Такой, что она не утерпела, и применила свои, не великие, способности к Легалименции. Поняла она не многое, но и того, что поняла, было довольно. Во-первых, её боятся. Во-вторых, они зачем-то, хотят работать с Гарри или на Гарри (на кой они ему?). В-третьих — они гады. Полковник, в целом, был за весь их профсоюз, что совершенно не мешало ему прикинуть план, где, в интересах Гарри, можно будет избавиться от наименее ценных и неподконтрольных бойцов. Вступительный взнос «оплатить», а заодно и «оптимизировать расходы, проведя сокращение кадров». И личное влияние повысить. Монах же, в целом, не предавая профсоюз, был готов, в случаи худшего варианта, «сбросить балласт» и переметнуться к Гарри только своей командой. По большому счету, именно за себя и своих людей он был готов хлопотать. А еще, даже сложись все хорошо, он все равно планировал, в обход своих, установить с ней тесное сотрудничество. Он что-то там узнал, от какого-то должника из Ми-6, и был уверен, что она не просто «хороший боевик, с которым Немо спит» (ДА откуда у всех такое мнение?), а осуществляет особые операции. Вот в кадры, набираемые ей для таких операций, он и хотел пролезть, пока остальные будут «зарабатывать доверие на мелочах». В общем, оба были готовы продать кого угодно, но только по хорошей цене и если переживут последствия сделки. Вспомнив Голда, она не стала отказывать им сразу и, взяв контакты, пообещала передать их предложение. И вот, в своей квартире её ждал заваленный письмами стол. И ладно бы это, хотя в последний год писать ей было особо некому (а уж в таких количествах и вовсе никогда). Все письма были в дорогих, собственноручно подписанных конвертах, и, судя по всему, были приглашениями на различные мероприятия. Это вообще, как: «Победители» её бы никуда не пригласили из-за Инцидента и прочих мелочей (это они про Грецию еще не знают); «Пуристы» не пригласили бы по понятным причинам. Да она и раньше не шибко то вела «социальную жизнь». К этому же, особенно «незаслуженно отвергнутые» и всякие завистницы активно поддерживали стереотип о метаморфах, как ээээ — дамах полусвета. Какие уж тут приглашения. О, а вот письмо с приглашением от Ассоциации Зельеваров — да она тут причем?! И тут, она заметила «вишенку на торте». На самом верху кипы писем лежал свежий номер «Пророка» (Гарри постоянно советовал не читать его перед обедом). Передовица сообщала об открытии нового корпуса в Мунго. Специально построенного и оборудованного для помощи жертвам двух предыдущих войн. Хорошая новость, спору нет. Улыбающееся, с колдофото, на котором перерезают красную ленточку мама и Нарцисса Малфой — тоже, вполне ожидаемо. Сестры снова сблизились после трагического исчезновения Люциуса Малфоя в начале Войны. Да и денег на новый корпус пожертвовали почти все, ну а Малфои больше всех вместе взятых (им сейчас нужно быть святее Папы Римского). Выходит, мама представляет «Сторону Света» — Гариет не любит внимание, а Лили Поттер появляется только вместе с дочерью. Все в порядке, вот только почему мама и Нарцисса выглядят ЛЕТ НА 25 МОЛОЖЕ! Да при правильной косметике и свете их за её ровесниц принять можно! Быстро прочитанная статья, ожидаемо, никакого ответа на этот вопрос не давала, зато, когда она развернула газету, из нее выпал еще один конверт, подписанный маминой рукой. Конверт она быстро вскрыла (даже проверку на «сюрпризы» провела максимально быструю) и очень удивилась содержимому. Это было ПРИГЛАШЕНИЕ НА ЧАЙ. ОФИЦИАЛЬНОЕ! Ей! В Её родной дом! Да Мерлинов же Сифилис, что значит: «ожидаем к пяти часам, по полудни, по адресу улица Гвоздик, 5». Она свой адрес не забыла и к чему весь этот официоз. Она придет! Совершенно точно придет! Просто, чтобы понять, что ЭТО значит. Придет, вооруженная до зубов и ко всему готовая, и если окажется, что маму кто-то проклял… что ж, придется вам тетя Белла подвинуться с пьедестала самой жуткой ведьмы Великобритании. И как только она присела на пуфик в прихожей, чтобы перевести дух, пред ней, словно наяву, предстал её домик во Франции, в светлом будущем. Домик — грустно растворялся в безбрежной дали!