Сильными не рождаются...

Я боюсь… я так боюсь, что уже не смогу снова стать человеком. Погрязну в этом и пойду ко дну, как кусок никчемного дерьма. Никто не спасет меня, никто не протянет руки, чтобы помочь. Я просто сдохну в каком-нибудь переулке и меня просто не станет. Но… может быть так даже лучше. Ведь лучше сдохнуть, чем превратиться в монстра, который будет наслаждаться этим образом жизни. Мои руки и так по локоть в крови. И хоть я так думаю, но продолжаю тонуть, потому что хочу подольше побыть с ним. С тем, кто всегда рядом. Но я никогда не признаюсь в этом, ни ему, ни кому бы то нибыло. Я умру с этими чувствами и о них никто не узнает. Еще чуть-чуть, совсем немного… я желаю твоего тепла, но не скажу тебе, ни за что не скажу. Ты и я в темноте утонем вместе, не осознав этого. Мы просто исчезнем, Нестер. Нас просто не станет. И о нас никто не вспомнит, никто не будет лить по нам свои слезы. Даже я не смогу долго скорбеть о тебе, потому что вскоре исчезну вслед за тобой. Но сейчас… просто согрей меня своим теплом… пока мы еще существуем, пока еще дышим и пока еще наши тела не остыли.

***

Шум воды заглушает посторонние звуки, позволяя забыть о мире, что остался за дверью ванной комнаты. Марк смог остаться наедине с самим собой и своими мыслями. В голове пусто, но в этой пустоте всплывают воспоминания о прикосновениях к его разгоряченной коже. К нему еще никто раньше не прикасался с такой нежностью. Кто бы мог подумать, что этот бандит способен на это. Брови нахмурились, губы сжались. Зачем этот мужчина так ласков? Зачем он так нежен с парнем? Марк не может понять, как ему унять теперь эту дрожь. Он не привык к тому, что к нему добры, пусть даже на такое короткое время. Этот жестокий, безжалостный тип днем и такой внимательный ночью. Это просто сносит крышу. Щелкнула ручка двери и в ванную комнату вошел он. Обнимая Марка со спины, Нестер прижал его к своей оголенной груди, зашептав на ухо: — Ты в порядке? — спросил мужчина, обдав парня дыханием. — Да. — коротко ответил Марк. Он никогда не был разговорчив. Всегда отвечал односложно, используя в предложении всего несколько слов. Нестер же не заставлял его говорить, если тот желал молчать. Их обоих все устраивает. — Тогда пойдем спать, — он отпустил мальчишку, покидая ванную, предварительно вытеревшись полотенцем. Обернувшись, парень было протянул к нему руку, когда тепло покинуло его спину, но отдернул себя. Он не покажет слабости, ни за что не покажет.

***

«Сильными не рождаются», — говорил мне он так часто, что я запомнил это. — «Сильными становятся, мальчик. Каким бы ты не был сейчас слабым, через пару лет ты можешь стать сильнее. Если перестать жалеть себя, перестать бояться, то можно поставить мир на колени». Я перестал жалеть себя, перестал бояться, но мир на колени поставить не смог. Лишь утонул в крови его врагов. Но я просто не успел обрести силу, о которой говорил Нестер. Я не научился держаться на плаву. Так же как и он, я не увижу завтра. Мы растворимся в пустоте, наше дыхание рассеется в шуме борьбы. Наши тела остынут и мы исчезнем навсегда. И на этом настанет конец. Сильными не рождаются… но из-за слабых, даже сильный умрет раньше, чем должен был. Я давно потерял себя в этом чертовом прогнившем мире, но... мне не о чем сожалеть — ложь. Конечно, ложь. И я лгу всему миру и умру с этой ложью. Ведь правда делает нас слабыми и уязвимыми. На последних секундах своей жизни все же признаюсь себе самому - я жалею, что в ту ночь в ванной не взял тебя за руку. Знаешь, Нестер, а ты ведь был моей первой любовью, но об этом никто не узнает.

***

Упав на колени, Марк смотрит перед собой, но почти ничего не видит. Кровь застилает глаза, течет изо рта и вся футболка пропиталась ею. Ноги дрожать, а тело уже отказывает слушаться «Сильными не рождаются» — всплывает в голове и Марк поднимается с земли. В последний миг, перед смертью он возьмет его за руку, ведь тогда не хватило смелости. Он подходит все ближе к Нестеру, который уже не дышит, но в котором еще осталось немного тепла. Опускается перед ним на колени, берет за руку и замирает.

***

— Нестер. — Что, мальчик? — Я рад, что встретил тебя.