Вместе?

      Всё это время альфы работали не покладая рук, а омега старался помогать им как только мог. В его случае — не мешать, готовить еду, поддерживать порядок и прочее. Они переехали в дом Чонгука. Во-первых, безопасно. Во-вторых, у него дофига комнат, в одних из которых они работали, а в других спали. Пока Юнги и Намджун что-то обсуждали по поводу этого самого «друга», Чонгук заперся в своем кабинете и всё-таки решился позвонить Хосоку. Он долго оттягивал этот разговор, потому что знал, как Хоби любит Тэхёна и наоборот.       — Гукки, ты ли это?       — Именно я. А что, не рад меня слышать?       — Да нет. Наоборот, очень даже рад. Просто мне Тэхён звонил и рассказывал, что ты постоянно на работе и ему одиноко. Но, как ты знаешь, я в Америке. Поэтому не могу к нему приехать. Кстати, как он там? Давно не разговаривали, хотя до этого чуть ли не каждый день созванивались. Или это всё из-за того, что ты наконец вспомнил о его существовании?       Конечно, эти слова сильно задели сердце альфы. С каждым упреком брата Чонгук всё больше чувствовал свою вину и признавал правоту отца, который как предвидел такую ситуацию. Хосок продолжал его отчитывать за его эгоизм, а стальная выдержка парня испарилась. Чонгук не выдержал. По его щекам покатились слёзы, а горлу подошёл огромный ком вины и самоуничтожения. Альфа возненавидел себя. Ему хотелось начать громить всё на своем пути. Но вместо этого он лишь издал жалобный всхлип.       — Т-ты чего? Чонгук? Я же в шутку это всё говорил. Я знаю, что у тебя много работы и. Что случилось?       — Нет, Хоби. Ты абсолютно прав. Я ничтожество. Самый ужасный альфа, самый ужасный лидер клана, позор семьи… — голос у альфы дрожал.       — Гук? Что ты такое говоришь? Совсем переработал что ли? Или…       — Хо, Тэхёна похитили почти неделю назад. И всему виной — я.       — Что? Скажи, что ты сейчас пошутил.       — Нет, Хоби. С такими вещами не шутят. Действительно во всем виноват я.       — С чего ты взял? Он же с охраной всегда. Значит не ты, а эти идиоты.       — Не все так просто. Кто-то от моего имени приказал им прекратить наблюдение. Вернее, не кто-то, а Хан Мёнсе.       — ЧТО?       — А вот. Он подослал крыс в мои ряды, которые испортили всю документацию и завалили поставки. Таким образом, «заточил» меня на работе — сделал так, чтобы у меня не было времени на Тэхёна. Повторюсь, он отозвал от него людей. А дальше проследил, чтобы Тэ остался один, но не в доме, а на улице. Подкараулил и похитил. Так ещё и избил сверху. Первый раз, когда Тэхён отказался садиться в машину, а второй — чтобы шантажировать меня. А главное, сделал всё это не сам, а через помощника. Именно его правая рука передал мне письмо, в котором было видео, как Тэ избивают во второй раз. А знаешь, что самое интересное? Он попросил Тэхёна перед тем, как долбануть его головой об машину, сказать мне что-нибудь. И Тэхён сказал: «Прости меня». Понимаешь? Он вообще не понимал: что происходит, кто эти все люди, за что его избивают и так далее, и всё равно попросил прощение. Ах, Господи. Я понятие не имею где он, что с ним… Я безумно за него переживаю. Хоби. Это я во всем виноват. Хан поставил условие, что если я признаю его главой моего клана, то Тэхён останется жив. Хотя я на 100% уверен, что он убьет и его. А меня он пристрелит в любом случае. Если сунусь к нему без приглашения и попытаюсь спасти Тэхёна, он убьет нас обоих. Короче, я уже труп, это без вариантов. Но есть шанс спасти Тэ. Мне нечего терять, с одной стороны. А с другой, тогда придёт конец мирной жизни всей страны, если не мира. Хоби, я.       — Постой. Я ничего не понял. Вернее как. Хан Мёнсе похитил Тэхёна и угрожает тебе. Если ты признаешь его лидером своего клана — он станет лидером почти всех кланов страны. Но тебя он убьет. Если ты не признаешь его лидером — он убьет и тебя, и Тэхёна. То есть тебе в любом случае не жить. И ты думаешь, что Тэхёну тоже.       — Всё ты понимаешь, Хосок.       — Так. Не раскисать. Я сейчас тебе столько инфы на эту ошибку природы нарою, что ему мало не покажется.       — Хоби, у меня с ним встреча через 3 дня. Ты ничего не успеешь сделать. А если и успеешь — я ничего не смогу.       — Ты прав. Тогда, единственный вариант — тянуть время. Где у вас с ним будет встреча?       — В одном из его борделей. На окраине города, чтобы было легче спрятать труп.       — Так, отставить пессимистический настрой. Веди меня к остальным. Я более чем уверен, что с тобой сейчас Юнги-хён. И Намджун-хён, кстати, тоже.       — Ну да, они внизу что-то обсуждают. Всё то, что я тебе рассказал, мы вместе выяснили. Но. Зачем они тебе?       — Поговорим со здравым смыслом.       — Не понял, и чем это я тебя не устраиваю?       — А тем, что ты сейчас будешь главным героем, и чем естественнее твоя роль, тем лучше. То есть, я тебе ничего не расскажу, но без помощи того, кто сейчас с тобой, я не справлюсь. Иди давай.       Чонгук спустился вниз к друзьям и молча протянул им телефон.       — Гук, ааа. Зачем нам это?       Из динамика послышалось сначала шипение, потом просто какой-то непонятный шум, а после и голос Хосока.       — Юнги-хён, Намджун-хён, приветик! Это я.       — Хоби! — в один голос крикнули парни и забрали у Чонгука мобильник, — «И за что все так любят моего брата?» — недоумевал альфа.       — Чонгук, оставь нас с твоими друзьями, эээ, ненадолго.       — Ок, — промямлил альфа и пошёл наверх.       — Я сейчас приду, не начинайте, — Юнги вышел из комнаты и пошёл на кухню, где скучал Чимин.       — Чиминка…       — Юнги? Что случилось? — альфа подошёл к мужу со спины и нежно обнял, укладывая голову к нему на плечо.       — Прости меня.       — За что?       — За то, что очень мало времени провожу с тобой. Я безумно скучаю.       — Ох, Юнги~я. Я тоже скучаю. Но ты ведь помогаешь искать моего Тэхёна. Для меня это очень многое значит. Спасибо тебе.       — Минни, — Юнги впился в метку на изгибе шеи с левой стороны, тем самым обновляя ее, а потом принялся зализывать ранку. Чимин не смог сдержать стон, — солнце, мне нужна твоя помощь.       — Всё что угодно, любимый, — омега тяжело дышал, а альфа повернул его на себя и посмотрел в глаза.       — Сходи, проверь Гука. Мне очень не нравится его состояние. Не спит, не ест, все пытается найти как можно больше информации, а себя не бережёт. Через 2 дня ему придётся встретиться с тем ублюдком. Но он не может прийти к нему в таком виде. Это сразу проигрыш. Он должен взять себя в руки. Я уже не знаю, как повлиять на него. Но ты же омега, да и к тому же лучший друг Тэ. Ты точно сможешь найти нужные слова.       — Хорошо, я попробую.       — Спасибо. Ты самый лучший! — альфа впился в губы омеги, заставляя того открыть рот. А омега не сопротивлялся. Он и сам с огромным удовольствием отвечал на поцелуй. А потом отстранился и томно прошептал:       — Прямо как и ты!       Альфа с омегой вышли из-за стола и направились в комнату. Юнги остался с Намджуном и Хоби, а Чимин поднялся наверх. Он заглянул сначала в комнату альфы, а потом в его кабинет, но никого не нашёл. На всякий случай он решил заглянуть в гостевые комнаты, но и там никого не оказалось.       — Я тут, — подал голос Чонгук.       Он оказался в ванной. Чимин медленно зашёл внутрь и встал около стены, облокачиваясь на неё. На альфу действительно было больно смотреть. Кожа больше не была медового оттенка, она стала бледной. Чонгук сильно похудел за 4 дня. У него были огромные мешки и синяки под глазами, а сам взгляд стеклянный. Перед зеркалом стоял живой труп.       — Чонгук.       — Ты искал меня. Что-то случилось?       — Да, я хотел поговорить с тобой.       — Говори. Я тебя внимательно слушаю.       — Заканчивай.       — Что?       — Я сказал — заканчивай, — Чимин медленно подошёл к альфе.       — Я не понимаю тебя.       — Ты стоишь напротив зеркала, так?       — И?       — Посмотри на себя, — Чонгук вновь посмотрел на свое отражение, а после перевел взгляд на Чимина, — разве таким захочет увидеть тебя Тэхён?       — Чимин, и ты туда же. Тебя Юнги послал? Хватит, я сам разберусь, я.       — Нет, Чонгук. Заткнись и послушай меня. Ты сдался. Ты уже готов проиграть. А-ля я в любом случае умру. А ты подумал о Тэхёне, м? Ты всеми силами пытаешься его найти, думаешь, как спасти. Это замечательно. А дальше то что?       — А что дальше? Он будет жить. Это главное.       — Какой же ты эгоист, Чонгук. Что с тобой случилось после этого ебаного письма? Ты до него таким не был. Как же ты не понимаешь, что ему будет плохо без тебя. Вы же, чёрт возьми, истинные, Гук! Всё, что сейчас происходит с тобой — чувствует он. Ты сдался, а откуда у него силы бороться? Мы не знаем, что с ним там происходит, но зато можем быть уверены, что ты делаешь ему только хуже. Почему ты не хочешь помочь ему? Ты его альфа, он твоя омега. Вместе вы одно целое… Чонгук. Повторяю свой вопрос: разве таким тебя захочет увидеть Тэхён? Куда делся тот пуленепробиваемый Чон Чонгук, глава клана Чон — одного из сильнейших кланов страны. Где тот целенаправленный Гук-баран, которого знают все окружающие люди, друзья, семья. Где тот «Кукки», которого так полюбил Тэхён, который никогда не сдаётся, находит решения и до последнего идёт к победе, а после и выходит победителем? Только он может спасти Тэхёна, спасти всех, спасти себя. Но не ты, — Чимин ушёл и оставил Чонгука наедине с его мыслями.       Чонгук стоял в полнейшем шоке. Он снова посмотрел на себя в зеркало и ужаснулся — Чимин оказался прав. Перед ним не тот Чонгук, которого все знают, а какая-то тряпка, и то от которой нет толка. Он смотрел на себя в отражение, снова и снова прокручивал у себя в голове слова Чимина. «Нет. Это надо срочно исправить. Я не должен быть позволять страху брать над собой верх. И не из таких ситуаций выходил. Я спасу Тэхёна, не отдам свой клан, а значит — спасу всех. Спасу и себя. Тэхён~а, мы справимся». Вдруг в голове, помимо мыслей, послышался такой родной и хриплый голос омеги: «Ч-чонгук~и». Пора действовать.