Дневник Тома

POV Автор Я так долго листал эту потрёпанную книжку и всё-таки решил рассказать, чем всё закончилось. Пропустим пару листов… Что ж, думаю, отсюда можно начать конец, как бы глупо это не звучало… Конец POV Автор Шестое августа Сегодня всё кажется каким-то слишком странным, удивительно, но это «что-то» очень настораживало и выделялось на фоне общего сумасшествия. Почему-то меня выпустили из комнаты позже обычного, весь персонал был как будто взволнован и взволнован тем же, что беспокоит меня. Кстати, о персонале… Их как-то много, ещё вчера я и трёх людей в коридоре-то увидеть не мог, а сейчас по двое возле каждой камеры, и все очень странно на меня поглядывают. После ежедневного диалога с главным меня вернули в камеру. Это место уже не так пугало, как говорится, ко всему привыкаешь. Зато появилось чувство отвращения, все эти прогнившие… прогнившее всё и ржавые трубы почти под потолком, запах плесени и каких-то медикаментов. Раньше из-за волнения я этого не замечал. Бегающие везде пауки и тараканы, *небольшая чёрная клякса*, просто гадость, хотя предоставляемая «работа» и вправду доводит до внутренних противоречий и истерик. Ну, зато точно ясно, что Торд мудак, и сижу я здесь из-за его подростковой шизы. Сраный педик… Время почти три часа дня. Ещё позавчера я узнал, что выход из здания недалеко от моей камеры. *Дальше очень корявый почерк, надпись сделана в спешке* Только что мимо прошёл генерал! Дверь приоткрыта, так что я просто сидел и говорил с заикой, когда эта кровоточащая и матерящаяся туша прохромала прямо перед моим лицом. А до этого, ещё утром, он уходил с таким надменным и довольным выражением лица… Что-то явно не так сегодня. Без тридцати минут шесть Где-то в главном корпусе очень явно послышался взрыв и грохот, крики и, кажется, стрельба. Что там происходит? Кошмар какой-то. Я слышу шаги, приближающиеся к моей комнате Конец записи. Текущее время — 17:47 В комнату врывается генерал. Весь он пышет злобой, лицо, по которому стекает кровь, искажено яростью, которую просто невозможно точно описать, если сам не испытывал такого. Мужчина тянет руку к Тому, видимо, желая схватить за волосы. Это действие пресекается. Громкий звук выстрела, тело с тяжёлым выдохом падает на пол в собственную лужу крови. Томас инстинктивно поджимает колени, по щекам от накатившей паники начинают течь слёзы. Риджуэлл зажмуривается, как ребёнок, видящий в темноте монстра. После этого всё очень туманно, металлическая дверь с грохотом бьётся о стену, почти слетая с петель. Кто-то подхватывает Тома на руки, прижимая к груди, и куда-то несёт. Беспомощный черноглазый мальчишка только закрывает лицо руками, рыдая уже взахлёб, не боясь громко всхлипывать. Человек, уносящий его из этого кошмара, только взволнованно повторял: «Прости, прости меня… Я так виноват, ты такого натерпелся… Ничего, всё наладится, я обещаю» xхxx год 24 мая — Том?.. Томас, — девушка проводит перед глазами замершего собеседника. — А? — Риджуэлл мотает головой, пытаясь прийти в себя. — Прости, что ты спросила? — Я спросила: как вы с Тордом начали встречаться? — чётко повторила брюнетка, немного прижимаясь к Эдду, который буквально таял от любого её прикосновения. «Ах да, мы же решили пойти погулять вместе и отметить то, что Эдд нашёл себе девушку… Как-то я слишком углубился в воспоминания». Том поёжился, глянув на курильщика. Опять улыбается, будто этот вопрос совсем никак к нему не относится. Как был упырём, так и остался. — Это, в общем-то, неинтересная история, просто он постоянно ко мне докапывался и приставал. Я его дико ненавидел, сейчас немного меньше, но особо ничего не поменялось. Просто в какой-то момент я подумал, что слишком привык к его мельтешащей рожей, и мы решили стать парой. Вернее, он решил и вынудил меня согласиться. — Том откинулся на спинку дивана. — Хей, всё не так было, — с наигранным возмущением Ларсон пытается чмокнуть Тома в щёку, из-за чего получает щелбан. — Дебил, мы в кафе вообще-то. Если так, то сам бы рассказывал, а то сидишь и лыбишься как дебил Мэтью, оторвавшись от зеркала, вздрогнул от вибрации телефона, выронил «стекляшку», и она, стукнувшись о стол, треснула. — Мэтт, это уже третье за неделю, — протягивает Эдд после чего за их столиком раздаётся громкий смех.