I'm your light

Темнота. Везде. Куда не глянь — со всех сторон мрак и тишина, которая ужасно давит на голову. Вдруг резкий, противный звук заставил Чимина вскрикнуть от боли, точнее попытаться — голосовые связки как будто сжали так, что даже хрипеть не получалось. Осознав это, Пак начал задыхаться, судорожно хватаясь руками за шею и сдирая с неё тонкий слой кожи, будто пытаясь открыть проход для воздуха. От нехватки кислорода начала кружиться голова, и постепенно парень стал терять сознание, пока яркий свет вдали не ослепил его. Вдали подул слабый ветерок, хотя, возможно, Чимину лишь показалось, ведь мы всегда хотим видеть лишь то, что желаем, а не действительность. Чимин двинулся навстречу свету, передвигаясь так, будто бы он был в воде. Стоп… Точно! Вода, я глубоко под водой и плыву на поверхность. Вернее, это все сон — пронеслось в мыслях парня, прежде чем он по-настоящему открыл глаза. Юноша сел на кровати и потер веки. Всё тело болело, как будто вчера он несколько часов подряд разгружал вагоны с углем. Хотя, когда последний раз в его жизни было вчера/сегодня/завтра? Пак уже не помнил, да и смысла в этом не было. Чимин поднял голову и принялся оглядывать комнату. Все стены были завешены плакатами с какими-то бородатыми мужиками, одетыми во все черное. В углу стояла электрогитара, а стол был заставлен какой-то непонятной техникой. Попытавшись встать, Чимин вдруг заметил, что он совсем без одежды, поэтому первый его маршрут был проложен к шкафу. Открыв гардероб, парень ужаснулся — абсолютно вся одежда была чёрная. — Мда, видимо прошлому владельцу этого тела жилось не сладко. За что же его так жизнь потрепала, — ворчал Чимин, пока искал подходящую для себя одежду. — Что ж, на первое время сойдет, — вздохнул Пак, оглядывая себя в зеркало. Благодаря хорошему вкусу парня, его образ вышел довольно неплохой: на нем красовались чёрные, слегка обтягивающие джинсы, и чёрная водолазка, поверх которой он надел коричневую рубашку, которую смог откопать среди кучи этого чёрного хлама. Наконец, набрав побольше воздуха в свои легкие, Чимин открыл дверь и вышел из комнаты. Он шёл по коридору очень медленно и осторожно, держась рукой за стену и наступая лишь на носочки. Дойдя до кухни, он завернул за угол только голову и уставился на пару супругов, средних на вид лет. Мужчина сидел за столом и листал что-то в телефоне, вероятно просматривая новости; женщина же стояла за плитой и готовила завтрак. — А, Чимин, уже проснулся? Садись скорее, будем завтракать, — подняв глаза, мужчина весело окликнул юношу и отодвинул стул рядом с собой, приглашая того сесть. Чимин продвинулся вглубь кухни и, не проронив ни слова, аккуратно приземлился на стул. — Ты не красился сегодня? Ого, что случилось с нашим сыном, ты сам не свой, — удивленно проговорил мужчина, оглядывая парня с ног до головы. — Что? Красился? — недоуменно пролепетал Пак. — Ну, обычно ты выходишь из комнаты во всем черном, на лице у тебя вечно тонна косметики как у этих, как их там… А, как у готов. И музыка у тебя из наушников громыхает просто жуть какая, — удивленно проговорил отец, продолжая разглядывать Чимина. — Правда? А, ну… Я повзрослел. — Солнышко, за один день нельзя так измениться. Тебя обижают в школе? — подала голос женщина, которая перебегала от плиты к шкафчикам, одновременно слушая разговор. — Да нет, все в порядке, — смущенно проговорил Чимин, удивляясь такой заботе. — Тогда кто подменил нашего сына? — рассмеялась она, а затем поставила на стол тарелку с едой. — Ну все, хватит разговоров, лучше кушайте. Чимин, я приготовила блинчики с твоим любимым абрикосовым джемом. — Можно мне клубничный? Я не люблю абрикосы. Отец с матерью переглянулись, а затем уставились на сына. С ним явно что-то было не так и родители это прекрасно чувствовали, но не могли понять, что же такое могло случиться всего за одну ночь, чтобы Чимин так сильно поменялся.

***

— Оппа, на вчерашнем выступлении ты был великолепен, я глаз не могла оторвать от телика, — девушка практически визжала от восторга и крутилась вокруг Юнги, периодически дергая его за одежду. — Айщ, Ю Джин, отцепись. И вообще, мы с тобой одногодки, — отмахивался от назойливой одноклассницы Юн, параллельно пытаясь протиснуться к своей парте. Едва зайдя в класс, Юнги мгновенно оказался окружен толпой одноклассниц и одноклассников, которые без умолку трещали о вчерашнем выступлении, некоторые тянули парня за собой, прося сесть рядом, некоторые пытались сфотографироваться с ним. Все же, дойдя до своего места, Мин сел за парту. — Слышал новость? Наш Чимин больше не гот, смотри, сегодня даже выглядит как человек, — один из одноклассников махнул рукой в сторону Пака, который сидел в самом углу класса и пялился в парту, не смея поднять голову, ведь совсем рядом сидел тот, кого он столько раз видел по телевизору и мечтал о встрече. — Правда? Чимин, смотрел вчера наше выступление? — Юнги окликнул парня. — Нет, — донеслось из угла. — Нашел кого спросить. Он же психопат, держись от него подальше, если не хочешь оказаться расчлененным в пакете где-то в лесу, — злобно рассмеялся один, а за ним подхватили все. — Неужели и в этой жизни мне достались одноклассники мудаки, — устало прошептал Пак себе под нос и поднял голову. Прямо на него, не отрывая взгляд, смотрел Юнги. Залившись краской, Чимин вновь опустил голову и еще сильнее вжался в парту. Юнги хотел было что-то спросить у парня и уже даже открыл рот, однако звонок прервал разговоры одноклассников на долгие сорок пять минут. Едва дождавшись окончания урока, Юнги мгновенно пересел за парту, которая находилась прямо перед партой Чимина, и повернулся лицом к парню. — Привет. Как дела? — Тебе чего? — буркнул Пак в ответ. — Чего так грубо? — Что. Тебе. Нужно? — еще раз спросил парень, отделяя каждое слово. — Ничего, просто поговорить. Какую музыку ты слушаешь? — поинтересовался Мин, оглядывая довольно симпатичное личико Чимина. — Разную. — Я думал, ты любишь только рок, — проговорил Юнги, почесывая затылок. — Уже нет, — отрезал Чим. — А BTS слушаешь? — Иногда, — тихо проговорил парень, вновь заливаясь краской от одного упоминания о любимой группе. — Правда? — на лице Юнги расплылась широкая улыбка. — Слушай, не хочешь прогуляться после школы? — Разве у тебя нет репетиций? — поинтересовался Пак. — Сегодня день отдыха после выступления, так что я свободен. — Вот как, — задумчиво проговорил Чимин, пытаясь осмыслить то, что ему только что сказали. — Отлично, тогда встречаемся в три часа возле ворот школы, — быстро проговорил Мин и свалил в противоположный конец класса, оставляя Чимина наедине с собой разбираться с полученной информацией. И что это было? Можно ли считать это свиданием? — пронеслось в голове парня.

***

До трех часов оставалось совсем немного, а Чимин все еще сидел среди горы черных вещей и почти плакал от бессилия. Его тонкая душевная организация трещала по швам при виде всего этого безобразия. — На свидание с самим Мин Юнги, да в таком ужасе идти, да что б мне провалиться, — выпалил Чимин и рванул в коридор. — МАААААААААМ, — донеслось из-за угла. Ответа не последовало. — Мам, дай денег, — взвыл Чимин, чуть ли не плача. — Ох, солнышко, а тебе зачем? — женщина выглянула из-за угла, вытирая руки кухонным полотенцем. — Мне нужна новая одежда. — У тебя же целый шкаф, — недоуменно проговорила она. — Она вся чеееерная, — наигранно хныкал Чимин и строил щенячьи глазки. — Так ведь это твой любимый цвет. — Больше нет, — Пак шмыгал носиком и смотрел на мать умоляющим взглядом. — Ладно, возьми мою карточку, но много не трать, — женщина порылась в своей сумке, после чего протянула сыну банковскую карточку. — Спасибо, я скоро, — Чимин обнял маму, а затем вылетел на улицу. Время уже перевалило за три часа, поэтому парень на всей скорости несся к школе. Когда вдали показалась знакомая фигура, он сбавил скорость, а затем остановился рядом, пытаясь отдышаться. — Прости за опоздание. — Да ничего, я сам только пришел. Мог бы не бежать кстати, вон как вспотел, — Юнги провел рукой по мокрым волосам Чимина, а тот от неожиданности шарахнулся назад и почти улетел в кусты. — Пойдем в торговый центр? — сходу выпалил Пак. — Читаешь мысли, я тоже хотел предложить. — Мне там одежду нужно будет купить, поможешь выбрать? Мне нравится твой стиль, — смущенно проговорил Чимин, пряча глазки в сторону. — Это не я, это стилисты, — добродушно рассмеялся Юнги. — Да я про сейчас, — Пак кивнул в сторону желтой толстовки, которая была на парне. — А, это. Да просто любимые вещи. О, будешь мороженое? — на первом этаже торгового центра было несколько стоек с мороженым, к одной из которых и подошел Юнги. — Нет, спасибо, — проговорил Чимин, ища глазами лестницу на второй этаж, где как раз и находились отделы с одеждой. — Почему? Ты не любишь мороженое? — удивленно произнес Мин. — Люблю, но… Я и так сегодня много съел. — Так съешь еще, в чем проблема? — Не могу, я превышу норму калорий, — сердито пробурчал Пак, искренне удивляясь тому, как можно не понимать такие важные вещи. — И что с того? — продолжил Юн. — А то, что я потолстею. — Так, во-первых, с одного мороженого ты не потолстеешь, а во-вторых, тебе бы не мешало, — Юнги взглянул на Чимина оценивающим взглядом. — Я все равно не буду, если хочешь, возьми себе, — ответил Чимин и направился в сторону лестницы. — Ну нет, одному не интересно, — Юнги последовал за Чимином. Парень заходил уже в пятый по счету отдел, недовольно бурча под нос что-то вроде «видимо всю нормальную одежду уже раскупили» или «нихрена не найдешь в этом городе». — Ты слишком придирчив к одежде. Это же просто вещи, — проговорил Юнги, разглядывая рубашку нежно-голубого цвета. — Для меня это не просто вещи, — расстроенно сказал Чимин, откладывая в сторону очередные джинсы, которые ему не подошли. — Ты мне веришь? — неожиданно выдал Юнги. — Что? Ну… да — Тогда жди, — Юнги вынырнул из примерочной и вернулся обратно спустя минут десять. — Вот, примерь это. Чимин прищурил глаза и взял вещи, но уже спустя несколько минут почти пищал от восторга, разглядывая себя в зеркало. — Черт, Юнги, где ты это нашел? — Стащил из гримерки бантан, — усмехнулся Мин. — Такое ощущение, что да. Эти вещи чудесны, спасибо, — Чимин обнял Юнги, а затем резко отпрянул назад. — Ой, извини. — Ты милый, — проговорил Юнги. — Что? — Я всегда считал тебя чудиком, но не думал, что с тобой так интересно общаться, — задумчиво произнес Юнги. — Со мной? Тебе интересно со мной? — Ты сомневаешься в моих словах? Мне нравится в тебе то, что ты искренне общаешься со мной, в отличие от многих других. — Мне тоже нравится общаться с тобой, — смущенно пролепетал Чимин и вновь залился краской, одновременно прикрывая рот ладошкой. — Не закрывай, я хочу видеть как ты улыбаешься, — Юнги потянул Чимина за руку. — Ой, прости. Всю дорогу домой Пак пробыл в эйфории, а зайдя внутрь и не сказав ни слова родителям, лишь продолжая улыбаться, плюхнулся на кровать и обнял подушку. — Ыыыы, Мин Юнги сказал, что я милый.