Love is not weakness

Кларк последний раз окинула взглядом себя в потрескавшемся зеркале. Зачем глядеть на своё отражение, когда всё равно знаешь, что увидишь? Она и сама не понимала. Мешки под глазами, которые стали для Гриффин обыденностью. Усталое лицо с морщиной на лбу, которая залегла раньше времени. Зачем смотреть на всё это ещё раз? Смысла нет. Девушка оторвалась от своего отражения и вышла из серой, маленькой комнатки в ещё по какой-то причине не развалившемся Ковчеге. Пройдя весь коридор, она зашла в зал заседаний. Дверь не скрипнула, как всегда, и блондинка, увидев происходившее внутри, закатила глаза. Её мама сидела у Кейна на коленях, и… на остальное ей не хотелось смотреть. Это происходило уже довольно давно, и в принципе Кларк привыкла. Ну, почти. Единственное, что её напрягало, так это то, что любовник её матери был тем, кто убил её уже покойного мужа и отца дочери. Это было по меньшей мере неприятно. Но что делать? Блондинке хотелось, чтобы мать была счастливой. Собравшись наконец с силами, Гриффин прокашлялась и открыла дверь на распашку.  — Мам, Кейн, простите, что мешаю, но послы из ТриКру уже приехали за нами. Мы должны выдвигаться в сторону Полиса, иначе не успеем на переговоры с Лексой. Вы же не хотите упустить этот шанс, да? — стараясь сделать как можно более незаинтересованное лицо, спросила девушка. Эбби тут же спрыгнула с колен мужчины, а тот попытался натянуть рубашку. К сожалению, это ему долго не удавалось сделать, из-за чего в комнате на некоторое время воцарилось неловкое молчание. Кларк постоянно отводила взгляд в сторону, прокашливалась, стучала пальцами по отцовским часам. Что касается Эбигейл, то она просто стыдливо натягивала рукава кофты на ладони, как будто это помогло бы спасти ситуацию. Мать Кларк никогда в открытую не заявляла своей дочери об их отношениях с канцлером Кейном. Все просто давно знали, что между этими двумя недоврагами что-то есть, и младшая Гриффин, как ни странно, хоть и знала Эбигейл лучше всех, отрицала это до самого конца. А под концом имелись ввиду не поцелуи и объятия на публике, а счастливые улыбки, огоньки в глазах и постоянные переглядывания. Не сказать, что Кларк была против этих отношений; наоборот, её радовало, что мать нашла второй шанс на любовь после смерти мужа (в которой сама была косвенно, и не только, виновата), но каждый раз её обуревало что-то вроде тоски и вязкая уверенность в том, что на месте Маркуса, если бы всё сложилось по другому, был бы Джейк Гриффин. Когда Кейн наконец справился с рубашкой, Эбби окинула дочь виноватым взглядом, и, схватив мужчину за локоть, прошла к выходу. Прямо перед дверью, старшая Гриффин шепнула блондинке «Прости, что тебе пришлось это увидеть» и покинула помещение. Кларк же не оставалось ничего другого, кроме как потащиться вслед за матерью и Канцлером. *** Когда послы из Аркадии прибыли в Полис, погода стояла просто чудесная. На удивление, она прекрасно соответствовала настроению младшей Гриффин, и она даже сама не понимала почему. Толи ощущения от того инцидента в зале заседаний выветрились, то ли просто из-за того, что девушке наконец удалось поспать после двух суток бодрствования, во время которых она решала проблему с обеспечением нормальной воды по всему ковчегу и жилым домам. Вообще, эту проблему должны былы решать Рейвен с Монти, но у тех были дела по важнее (на самом деле дела были только у Рейвен, она чинила мотоцикл, а Монти просто всё свободное время проводил в палате Харпер, которая подверглась очередной волне генетической болезни отца). Кларк была в Полисе уже несколько раз, и каждый раз поражалась красоте и необычности этого чудом сохранившегося города. Все дома были украшены в честь предстоящего праздника Единства (что-то вроде Дня Единства на Ковчеге, только по случаю объединения 12-ти кланов) яркими лентами, необычными узорами и странными венками, видимо из высушенных цветов. Люди в шкурах, с украшениями из речных камней и в ботинках из странного материала покупали что-то в лавках с рыбой, травами и другими товарами, разговаривали на языке землян и просто шли по узким улочкам. Дети бегали, играли в какие-то игры с деревянными брусками и смеялись, а женщины (явно их матери) сердито их окрикивали. Кларк прошла через торговую площадь, чуть отставая от своей группы, чтобы насладиться красотой башни Лексы. Она всё ещё не представляла, как такое сооружение могло сохраниться после ядерного апокалипсиса. Вроде бы невозможно, но вот она, стоит и смотрит на это чудо. Так необычно, но после двухголового оленя удивляться почти нечему. Когда небольшая делегация, состоявшая из Рейвен, Кларк, Эбби, Кейна, Монти и Миллера (он там оказался совершенно случайно, просто как предводитель охраны в Аркадии) зашла внутрь, и у лифта (блондинка до сих пор не могла поверить!) их встретили два хмурых землянина с копьями. «Охранники.» подумала Кларк, прежде чем двери подъёмника закрылись прямо за её спиной. В лифте сразу же воцарилась звенящая тишина. Рейвен с Монти о чём-то напряжённо думали, Миллер просто не был особо разговорчивым, а между Гриффинам и Канцлером всё ещё оставался осадок от того, что произошло в зале заседаний. Как бы Кларк не хотелось выветрить эту сцену из головы, она знала, что у неё никогда не получится. Боже, как девушке иногда не хватало отца. Его мудрых советов, улыбок, простых семейных объятий. Вот бы повернуть время вспять. Когда отряд прибыл на нужный этаж (блондинка не знала, какой он по счёту, но видимо не последний), их снова встретили воины с оружием. Не говоря ни слова, их разделили на две группы; Маркус естественно возмущался, говорил что-то о свободе воли и Коалиции, но молчаливая охрана его не слушала и слушать по видимому не собиралась. Когда крики Канцлера стихли вдали, Кларк, Рейвен и Монти проследовали за мужчинами в большую комнату, больше похожую на обеденную залу, или как там это называется у землян. За длинным дубовым столом со стульями для четырнадцати человек (раньше мест было 12, но с появлением Скайкру от Командующей поступил приказ сделать новый стол) сидела Лекса, как всегда с высоко поднятой головой и небольшой шестерёнкой на лбу. Кларк не могла не признать, что эта девушка всегда выглядела впечатляюще, не зависимо от времени и места, в котором находилась. Иногда, во время предыдущих переговоров, она показывалась без этого бесполезного (по мнению Гриффин) украшения, в простой одежде, без своего пурпурного плаща и огромного количества охраны. Даже тогда она умудрялась казаться угрожающей и бесстрашной, и это умение (или черта характера?..) действительно впечатляло блондинку. Вопреки своему обыкновению, Командующая сидела не во главе стола, а на длинной стороне, на месте Клана Песков. Гостям предложили стулья с противоположной стороны, прямо напротив Лексы. Кларк вдруг стало немного страшно; у зеленоглазой точно было что-то на уме, и это что-то явно не понравиться Гриффин, да впрочем и всей делегации. Иначе как объяснить этот блеск в глазах и странную улыбку, которую раньше никогда не видела? Когда все расселись, Лекса обвела Аркадцев взглядом. Сколько спокойного безразличия и огня было в этом взгляде…  — Это не предвещает ничего хорошего, — прошептала блондинке сидевшая рядом Рейвен, тыкая её локтём в бок. — эта сучка задумала что-то недоброе, точно тебе говорю. Гриффин лишь зыркнула на неё, давая понять, что если Лекса это слышала, не только им придётся худо, но и всем членам Небесного Клана. К счастью, Командующая в это время переговаривалась с подошедшим к ней Титусом, который ей что-то яростно нашёптывал и время от времени взмахивал руками. Но зеленоглазая лишь изредка кивала, а потом просто взмахнула рукой, и тот покорно ушёл за дверь.  — Итак, я не буду вас задерживать и сразу перейду к главному, — начала Лекса. — сегодня я собрала вас для достаточно важного дела: это не деление земель или обмен знаниями ваших лекарей с нашими. Это проблема, которую надо решить как можно скорее. В Полисе и столицах других кланов, в маленьких деревушках и городах побольше возрастает ропот и недовольство. Люди не считают Скайкру частью Коалиции, и это сильно мешает нашему развитию. Люди всё ещё ненавидят тебя, Кларк Гриффин, за то, что ты сожгла триста моих войнов заживо. Они ненавидят весь Небесный Клан за то, что ваши люди вторглись на наши земли. И с этим надо что-то делать. Нет, Монти Грин, — сказала Лекса, делая жест рукой, останавливая азитата, который уже готов был заговорить. — мы уже нашли решение проблемы. Оно лёгкое и простое, гораздо быстрее и эффективнее, чем собрания на площадях и клятвы верности перед людьми. Мой народ очень сильно верит в любовь — да, как бы странно это не звучало — и если мы докажем, что человек из вашего клана и человек из нашего способны полюбить друг друга, это быстро устранит недовольство. Лучшее решение — поженить лидеров, но, к сожалению, у нас нет такой возможности, потому что я Командующая, и в своё время дала обет безбрачия. Канцлер Кейн, насколько я знаю, тоже не в состоянии иметь две жены, так ведь? Я имею ввиду, вряд ли он станет разрывать помолвку ради этого. — Лекса усмехнулась, смотря в глаза полностью растерянной Кларк. Кейн? Помолвлен? С кем? С её матерью?  — Простите… наш Канцлер обручён? — спросила дрожащим голосом Гриффин, стараясь унять дрож в теле.  — Да насколько я знаю. Разве его невеста — не твоя мать, Кларк Гриффин? — ответила Командующая со странной интонацией, как бы говоря «Она же твоя мать, она что, тебе не доверяет и поэтому не рассказала?» У блондинки сердце ушло в пятки. Как они могли? Да, возможно Маркус боится её реакции, ведь таким образом становится ей отчимом, но Эбигейл… неужели между ними настолько исчезло доверие, что даже о собственной помолвке, а может и скорой свадьбе старшая Гриффин не сочла нужным рассказать собственной дочери? Неужели… Лекса, видя в какое замешательство пришла блондинка и что её друзья удивлены не меньше, решила поскорее закрыть эту тему.  — Но это не важно, поскольку брак не состоялся бы даже после отказа со всего одной стороны. Так вот, именно потому, что ни я, ни Канцлер не можем взять на себя бремя по сохранению мира, мы благоразумно решили передать его нашим ближайшим помощникам. Благо, они оба примерно одного и того же возраста. — закончила Лекса и замолчала, выжидающе смотря на Кларк, которая явно понимала, что сейчас скажет Командующая, Рейвен, у которой челюсть как отвисла до пола, так и не закрылась, и на Монти, который явно ничего не понимал и поэтому просто растерянно хлопал глазами. Наконец, блондинка нашла в себе сила и заговорила.  — То есть, вы хотите сказать, что…  — Да. Кларк из Небесных людей, ты должна выйти замуж за одного из моих самых приближённых воинов. Это сблизит наши кланы, и люди увидят, что даже два таких разных человека могут любить друг друга. Разумеется, ты не должна иметь настоящих чувств к нему. Просто союз по расчёту. Твой будущий муж — Беллами ком ТриКру. А вот, кстати, и он. — договорила Командующая. В зале повисло почти осязаемое молчание, и в этой тишине заскрипела дверь, в которую вошёл широкоплечий воин и сразу сел за стол рядом с Лексой. Он был одет в тёплую, но простую одежду, а на его поясе висел меч. Он был явно красив, тёмные волосы ложились на голову беспорядочными кудряшками, а в карих глазах играло холодное безразличие. Все заметили, что и накачан он весьма неплохо («Лучше всех в Аркадии да и многих воинов в Полисе» подумала Рейес), а на правильной формы носу играла россыпь веснушек. Он мельком взглянул на блондинку, но потом просто перевёл взгляд на стену и перестал обращать внимание на кого-либо, кроме Лексы. У Гриффин в голове всё перемешалось. Это был удар под дых. Жениться? Сейчас? Восемнадцать ей исполнилось всего три месяца назад, и неужели ей придётся так рано… Кларк уже хотела сказать «Пошла нахер», но вовремя удержалась, и постаралась не выдавать своего настоящего смятения. Всё равно сейчас оно не помогло бы ситуации. В глубоком шоке были и двое других представителей делегации. Рейвен знала, как тяжело Кларк пришлось после расставания с Финном и натуральным убийством трёхсот человек сразу. Она как никто понимала чувства подруги, и почти физически ощущала её боль, ведь именно она изготовила те самые бомбы, которые украли жизнь у стольких людей, и сама испытывала этот невыносимый холод, который добирался до костей и пролезал под черепную коробку. Первым очнулся Монти. Сначала он просто раскрывал и закрывал рот, как рыба, но потом просто покраснел от возмущения. Монти, с его многочисленными моральными принципами, который всегда выступал простив насилия, у которого коронная фраза была «Давайте попробуем по мирному», просто не мог перетерпеть подобное отношение к девушке, тем более его подруге. Нет, он точно не собирался отпускать Кларк в лапы к этому… дикарю, ведь иначе Грин назвать Беллами не мог.  — Но ведь можно легко найти гораздо более лояльный и мирный путь! Митинги, сгенерированное нападение на Хеду, в котором Кларк спасает её ценой своего здоровья, да что угодно, только не насильный брак! Подумайте, вы же просто не оставляете ей выбора! Это же…  — Я оставляю ей выбор, Монти Грин, — мягко остановила его пыл Лекса, снова поднимая руку в этом своём жесте. — она легко может отказаться, но тогда пожертвует миром между нашими кланами. А теперь, как ты там говорил… фальшивое нападение? Ты недооцениваешь мой народ, Монти. Мы подумали и об этом. Но ведь ваш клан тоже не доволен, не правда ли? Если мы подстроим такое, это только разожжёт злость в сердцах людей Аркадии. Мол «Мы им даём всё, они нам ничего» и так далее. Стой, — снова остановила азиата Хеда, поднимая руку. — мы продумали и вариант двух фальшивых нападений. Но это тоже плохо, ведь тогда могут возникнуть не только подозрения, но и реальное разоблачение нашего плана. Поэтому женитьба — единственная возможность охладить вражду. Поверьте мне, я знаю о чём говорю.  — Постойте, — вдруг подключилась Рейвен, — вы даже точно не знаете, что в Аркадии кто-то недоволен. Подумайте, ведь вы просто не знаете очём говорите!..  — Это ты не знаешь, о чём говоришь, Рейвен. В вашем городе у нас есть свои люди, так что и информация у нас есть. — так же спокойно и холодно отозвалась Лекса, которая уже начала заметно уставать от постоянного протеста. Но заметив на лице Рейес ещё большее возмущение, поспешно продолжила. — С разрешения Канцлера, разумеется.  — Но… вы даже не спросили у Кларк её мнения! Она не хочет, и я это точно знаю! Ты даже не представляешь, через что ей пришлось пройти! — продолжала цедить шатенка, даже не заметив, что перешла к Командующей на «ты».  — Если ты просишь спросить у Кларк ее мнения, именно это я и собиралась сделать до того момента, как вы со своим другом начали разглагольствовать. — резко выдала Хеда, чуть привстав со своего места. При этом её движении, Беллами тоже привстал, готовый выхватить меч. Невооружённым глазом было видно, насколько он был предан Коалиции, а особенно Лексе. На секунду Кларк даже показалось, что между этими двумя что-то есть, но потом увидела как они смотрят друг на друга. В глазах воина, когда он смотрел на Хеду было лишь признание и восхищение неизменной мудростью, воинственностью и спокойствием, а у Командующей в своё время — просто равнодушие, но где-то в глубине — гордость одним из своих подданных. Да, а было бы интересно посмотреть на подобную парочку.  — Простите за нашу дерзость, Хеда, — чуть успокоившись произнесла Рейвен. — но и вы нас поймите. Кларк — наша подруга, и я абсолютно уверена, что вы на нашем месте поступили бы точно так же, если бы в подобной ситуации оказался один из ваших друзей. Как только шатенка закончила говорить, Лекса внезапно рассмеялась. Смех её был наполовину горьким, наполовину странным, срывающимся. Она притворно вытерла глаза, как бы от слёз, и, чуть напрягшись, сказала:  — Друзья? У меня? Я Командующая, у меня нет друзей. Есть только союзники. — Хеда снова расслабленно села и дала знак Беллами, чтобы тот убрал оружие. В её глазах Кларк разглядела странную тоску, и поняла, чего лишили Лексу. У неё не было ни семьи, ни друзей, ни любви. И скорее всего, никогда не будет. «А у меня?» — вдруг подумала блондинка «А у меня когда-нибудь будет семья, любовь? Достойна ли я этого?»  — Так вот, Рейвен Рейес и Монти Грин, вы прощены. Но сейчас перейдём к более важным делам. — продолжила Командующая, снова приходя в свой обычный, равнодушный вид. — Итак, Кларк, как я уже говорила, ты легко можешь отказаться. Но проблема в том, что тогда я буду вынуждена отказаться от нашего союза, ведь если мы не приведём в действие наш план, в скором времени нагрянет восстание, а я этого не хочу. Выбор за тобой, Кларк из Небесных людей. Закончив эту тираду, Хеда уставилась на младшую Гриффин, впрочем как и все в комнате. Зеленоглазая смотрела на неё выжидающе, Беллами продолжал никого не замечать, а Монти с Рейвен вытаращили глаза и скорчили рожи, как бы говоря «Не надо! Ты пожалеешь об этом!». Снова воцарилось молчание. Блондинка выглядела настолько же растерянной, насколько это было на самом деле. Что делать? Отказаться? Разумеется Гриффин знала, что союз никто не расторгнет, ведь он был слишком ценен для землян. За те пять с половиной месяцев, что Ковчег спустился на землю, жизнь этих дикарей очень сильно изменилась, и всё благодаря Небесным. В некоторых городах появился водопровод, сильно понизилась смертность, появились нормальные лекарства. Но про восстание Лекса точно не шутила; оно действительно могло начаться. Оставалось согласиться, но тогда это разрушит всё её жалкое существование. Весь остаток жизни блондинка должна будет провести с дикарём нелюбимым человеком, а если и встретит любовь, то придётся прятать её ото всех. Ведь если кто-то узнает, что у неё есть любовник (или любовница), их обман точно раскроется. И что тогда, Кларк точно знала: кровь, война, конец союзу. А она привыкла делать всё для своих людей. У Кларк возник ком в горле. Все также выжидающе на неё смотрели, и от каждого взгляда приходилось отводить глаза. Пульс участился, перед глазами поплыло. Вдох-выдох. Спокойно, Гриффин. Наконец, собравшись с силами, блондинка слабым голосом ухватилась за последнюю надежду.  — А разве ваш… воин, не против такой манипуляции над своей жизнью?.. При этом Кларк в упор уставилась на Беллами. Тот старательно избегал её взгляда, но видно было, как он напрягся. Ответ на свой вопрос она узнала чуть раньше, чем Лекса успела ответить.  — Ну, возможно и был, но только в самом начале. В конце концов, он подданный, а я Командующая. К тому же Беллами, насколько я знаю, собирался никогда больше не заводить серьзные отношения. Поэтому это вовсе не проблема, поверь мне. Даже Канцлера его невеста одобрили такой ход дел, Кларк. Гриффин снова сглотнула. Её мама и Маркус не против этого? Если это правда, то тогда её уже точно ничего не держит. Зачем сопротивляться? Финн её обманул, мама не рассказывает ни о новой любви, ни о помолвке, ни даже о том, что её собираются выдать замуж! Отец умер, причём по вине Эбби, лучший друг тоже мёртв, все кроме её друзей только за это. Так что же её держит? Верно. Ничего. Она сделает это ради своего народа, да, только для него. Всё. Решено. Так и будет.  — Я…  — Кларк, не надо! — яростно зашептала Рейвен, да так, что все услышали. — Ты же прекрасно понимаешь, что она не будет разрывать союз. Мы нужны ей, с или без этого фиктивного брака. Ты это знаешь! Причём прекрасно!  — Кларк… — подключился Монти. — прошу тебя, это ошибка. Никому эта женитьба не нужна, поверь. Просто…  — Хватит! — вдруг выкрикнула Хеда, в ярости вставая со стула. — Это её решение, не ваше!  — То же самое могу сказать и вам, мудрая Командующая! — не уступая ей в тоне, процедила Рейес с явным сарказмом в голосе. Напряжение было почти осязаемым. Все были настолько на взводе, что никто, кроме самой Кларк, не заметил, как Беллами тихо тянется рукой к поясу. Буквально через секунду, так что блондинка не успела и пискнуть, землянин точным движением выхватил меч и приставил его к горлу Рейвен. Все трое Аркадцев замерли, поражённые произошедшим. Лекса же была абсолютно невозмутима, а лицо Беллами вообще не выражало никаких эмоций. Только холодная безжалостность.  — Назад, Небесная девчонка. — медленно произнёс он. Кларк впервые услышала его голос. Низкий, сексуальный с хрипотцой. Это было так странно — ведь вполне возможно, что этот самый голос она будет слышать каждый день всю оставшуюся жизнь. И это одновременно и угнетало, и приносилось какую-то странную радость. Нет, не радость. Возможно, влечение?.. Нет, нет, и ещё раз нет. Что-то другое. Просто у неё слишком долго не было секса.  — Чтож, выбирай, Кларк Гриффин. Я не шантажирую тебя жизнью твоей подруги, поверь. — сказала Хеда, но увидев недоверчивое лицо блондинки тут же дала Беллами знак опустить оружие. — Я не хочу причинить ей вред. Теперь веришь? Младшая Гриффин неуверенно кивнула, а затем перевела голубые, как море глаза на невозмутимую на вид подругу. На самом деле блондинка знала, что она до смерти испугалась, когда этот суровый воин чуть не перерезал ей горло, но предпочитала это скрывать, чтобы не показаться слабой. Слишком уж хорошо Кларк её знала. Рейес всё же чуть-чуть пришла в себя, хоть всё ещё была обескуражена, чтобы заметить, что подруга нуждается в поддержке. Но как её поддержать? Сказать ещё раз, что не стоит рушить себе жизнь и поддаваться на такие бессмысленные провокации? Что это неправильно? Шатенка знала, что голубоглазая её не послушается. Поэтому Рейвен просто покачала головой. В висках снова застучало. Кларк глубоко вдохнула. Выдохнула. Вдох. Выдох. Облизнула губы. Схватилась за отцовские часы, вспоминая жизнь на Ковчеге, а потом и на земле. Посмотрела на Лексу. Монти. Рейвен. И наконец, на Беллами. Тот впервые посмотрел на неё в ответ. В этих шоколадных глазах она увидела странную решимость, а с ней и понимание. Понимание её беды. И это придало ей решимость.  — Я согласна.